Янь подошел к большой сфере, она же Слеза Богини Минхэ, и тяжело вздохнул.

«Ну ладно, я не собираюсь читать дурацкие мантры, а просто покажу свою душу такой, какая она есть». – Подумал Янь, прикладывая ладонь к сфере.

В этот момент он представил себя, свои убеждения, мысли, свои эмоции относительно мира и других людей. Янь Линь тот, кто ценит каждую жизнь, каждую душу, маленькую и большую, смертную и бессмертную. Он не считает, что культивация дает право возвышать себя над другими. Нельзя убивать других ради собственной силы. Нельзя бездумно использовать магию, ведь даже в пустом лесу ты можешь кого-то ей задеть.

Янь понимал двуличность мира. Как какой-нибудь богатый наследник может переборщить с силой на арене и никогда не понести за это наказания, и как все будут молчать об этом.

Смертных считают насекомыми, что Янь не переваривал. Да и сами смертные тоже имеют свои сословия, могут быть жестоки друг к другу. Банальное везение считают небесным знамением, с презрением относятся к тем, кому в жизни повезло меньше.

Сильные культиваторы грабят более слабых, но если кто-то попытается украсть у них, то тут же прилюдно казнят, прикрываясь высокой моралью. Ну что за двуличие?

У всех этих сект и участников… сколько крови на их руках? И при этом от богини они получают белый свет?

Янь и сам не знал достоин ли он высокого результата. Он считал себя милосердным, убивал либо совсем ужасных преступников, либо тех, кто на него напал. Он не грабил, по возможности помогал людям в отдаленных деревнях, но… хорошая ли он душа? Янь не считал себя святым. Он не тот, кто готов жертвовать своей жизнью ради других. Жертвует деньги, да, но лишь ту часть, которую не жалко. Янь понимал, что в случае катастрофы просто сбежит, и никогда бы не произнес: «да, мы умрем, но мы умрем с честью!». Потому что не хотел умирать.

И всё же… мир казался ему жестоким.

«Прости, но если ты считаешь этих лицемеров идеалом чистоты, то я не считаю тебя богиней праведности», – мысленно хмыкнул Янь, вздыхая.

Хотя Янь Линь и себя праведником не считал.

Но может это сомнение и говорит о внутреннем стержне? Сомневаться в себе – не трусость. На самом деле для этого надо очень много смелости. Принимать свои недостатки, не прячась от них.

Однако же… совесть у Яня чиста. Никакого ци убийства, никакой ненависти. Лишь покой и сотни крошечных духов, которые нашли убежище в его море сознания.

Может быть Слеза Богини Минхэ видит больше, чем видит сам Янь? И может для истинной праведности не нужно костями ложиться во имя других? Надо просто быть частью этого мира…

Когда Янь убрал руку со сферы, то обнаружил, что вены на его руках светятся ярким голубым цветом, а вокруг его тела кружатся насекомые, птицы, рыбы и четыре волка. Все те души, что он спас из аномалии. И на всё это трибуны смотрели с удивленном молчании.

– Это… – Пробормотал кто-то, не поверив своим глазам. – Души?

– Такие крошечные, я вообще не думал, что их можно было поймать… да и зачем?

Эти голоса принадлежали культиваторам из торгового клана.

Внезапно сфера загорелась. Не черным, не зеленым и даже не белым. Золотым! Яркая желтая вспышка устремилась прямиком в облака, впервые за три тысячи лет символизируя наивысший из возможных результатов.

И снова настала пронзительная тишина.

Янь Линь удивленно смотрел вперед, непонимающе почесывая затылок.

«Золотой? Что значит золотой цвет?» – Мысли метались по голове.

– Истинная гармония… – Пробормотала верховная жрица. Остальные служители храма тоже повыскакивали со своих мест.

– В пророчествах говорилось, что таким светом сопровождается явление истины! – ахнул кто-то с трибун.

Свет сферы становился всё ярче и ярче, пока не погас, оставив после себя небольшое перо, сияющее и переливающееся. По виду напоминало павлинье, но намного меньше. Это перо неспешно летело вниз, оказавшись в руках Яня.

– Говорят, оно может продлить жизнь на сто лет!

– Их же осталось всего несколько!

Однако не успел Янь осмотреть это странное перо, как вдруг он ощутил на себе резкое давление.

– Не может этого быть, еретик!

– Демон! Демон посмел осквернить священный артефакт Богини Минхэ!

Сердце Яня пропустило удар. Он тут же спрятал перо в мешок и испуганно дернулся, отступив на шаг назад.

– Какой еще демон?! – Не веря ахнул он, в панике осматривая трибуны.

– Демон! – Послышался гневный голос старейшины Шана. Он не верил результатам. Никто из сект и великий семей не верил, ведь этого просто не могло быть. Поколениями они вносили самые дорогие подарки, работали над силой крови, отправляли караваны в дальние земли дабы отвалить кучу духовных камней ради артефакты мантры, помогающий очистить тела и души… А тут какой-то никому неизвестный практик из бог весть каких земель, получил золотой свет?

Эго этих людей разувалось веками. Они считали себя теми, кто ближе всего к небесам. Теми, кто заслуживает их внимание. Эти земли по праву принадлежат им, и всё что на них тоже, любое сокровище.

Как такое возможно, что деревенщина показал лучший результат, чем их гордость, их прямые наследники? Их эго не позволит поверить в правдивость результата.

Один юный гений, унизивший столько великих семей и сект, ведь за три тысячи лет среди них не нашлось ни одного достойного.

– Зеркало истины не увидело его душу, это точно демон! Вор! – У старика Шана и правда в руках было зеркало, и все его видели, но никто не видел результат, так как тот быстро его убрал.

– Никто даже разглядеть не успел ничего! Чего ты там видел?! Это ложь! – Выпалил Янь, сжав кулаки.

– Чушь, жалкое оправдание! Украл бесценное перо и планировал в следующем этапе заполучить страницу Трактата Истины! – Выпалил Глава семьи Мо, отец Мо Ченя.

К крикам присоединялось всё больше культиваторов и довольно могущественных.

Не все верили в этот фарс, далеко не все. В глазах некоторых людей всё еще сияло воспоминание о золотом свете, который вызывал благоговение в их душах. Но это были в основном обычные ученики или практики из торговых кланов, которые сейчас не посмели ничего говорить. А кто бы решился?

– Я даже не знаю, что такое Трактат Истины! – Взгляд Яня отчаянно метался, его глаза вспыхивали голубым светом, но даже его замедление времени не поможет ему в такой куче чрезвычайно могущественных практиков. Загнали в угол!

– Прочтем душу и всё выясним!

– Он же не переживет такого! – Воскликнула Жрица. Она обнажила свой меч, как и стража, но на таком мероприятии слишком много могущественных гостей… – Это требует официального расследования, а не самоуправства!

– Схватить демона, я лично понесу ответственность, если окажусь не прав! – Прокричал старик Шан. Тот самый, который с самого начала был недовел Янем.

И конечно же никакой ответственности он, вероятно, не понес бы. Однако эта фраза послужила точкой невозврата.

Янь видел сколько человек на него летит, и уже было зажмурился, готовясь любой ценой защитить душу, как вдруг почувствовал, как чья-то рука схватила его за шкирку, мгновенно перемещая их обоих в другое место.

– Проклятье, всё с тобой не слава богу! – Прорычал Гу Цин. Он держал Яня и несся вперед.

– Остановись, или хочешь, чтобы всю твою секту объявили пособником демона?! – за ними летели несколько человек уровня зародыша.

– Тогда я предстану перед самим Безликим Судьей, черт возьми! – Гневно прошипел Гу Цин.

– Да как ты смеешь, ты…

Эта погоня прервалась серией телепортаций. Гу Цин сделал несколько пространственных рывков вперед. Сам он бы уже давно ушел от погони, но Янь Линь всего на уровне Основания, и его голова уже гудела от такого передвижения.

Сердце Яня колотилось. Он зажмурился и схватился за голову, пытаясь унять боль и пронзительный звон в ушах.

– Черт… – Выдохнул Гу Цин, поглядывая то на горизонт, то на своего ученика. Он понимал, что не сможет ни убежать с ним, ни защитить в драке. Да и драться одному против стольких мастеров с горой артефактов… Это проигрышная затея.

Единственным вариантом был древний телепорт. Гу Цин имеет много личных тайн, и исследование древних телепортов один из них.

Когда-то их построили, чтобы покорить мир. Чтобы можно было переместиться из одного уголка в другой. Однако века проходили, секты, имевшие великих мастеров формаций, пали, а вместе с ними погасли и древние телепорты, утрачены карты.

Какая-нибудь великая секта или семья, вероятно, могла бы изучить их и даже заставить работать парочку, но никто не видел в этом смысла. В конце концов это проход в оба конца, и мало ли какие силы стоят за ним.

Да и сколько средств на это понадобится? С таким же успехом там может быть лишь точно такой же лес, и ничего особенного.

Еще два пространственных прыжка и Гу Цин наконец-то добрался до одного из таких.

– Мастер! – Только и успел ахнуть Янь, как Гу Цин поднял руку, остановив его.

– Стой и не двигайся! Времени нет!

Янь еще никогда не видел своего учителя таком виде. Волосы растрепаны, глаза бегают, руки подрагивают, торопливо вырисовывая в воздухе массив. Доставал из кольца-хранилища странные черные камни, расставляя их по кругу.

В глазах Яня метались искры, мир замедлился, но неизбежный итог приближался, словно нежеланный дождь в ясный день. Как быстро… Почему всё так резко поменялось?

Янь Линь чувствовал страх в своей груди. Он чувствовал себя загнанным в угол. Такое отчаяние, обида, сердце трепетало от ужаса при мыслях о чтении души.

Что это вообще такое? Всю твою жизнь изучают по секундам, а чужеродная энергия выжигает изнутри, да так сильно, что душа теряет связь с телом, бессильно улетая к сансаре.

А возле нее сидит Богиня Минхэ, что даровала ему золотое свечение… До боли иронично.

Янь видел боль в глазах учителя. Гу Цин явно не считал своего ученика демоном, просто… не таким, как все.

«Слишком уж ты милосерден для этих земель… Или они и сами подобно демонам». – Размышлял Гу Цин. Он не хотел отправлять ученика неизвестно куда, не хотел телепортировать одного, но выбора не было. Как старейшина он понимал всю ответственность за секту, и не мог бросить остальных учеников на произвол судьбы, тем более во время надвигающегося урагана. В конце концов кто-то же должен просить Безликого Судью лично разобраться деле.

Древний телепорт загорелся красным рунным кругом и столб света унесся прямиком в небо. Последнее, что видел Янь, как его учитель последний раз смотрит на него.

Когда столб света исчез, Гу Цин яростно ударил по телепорту, разбивая его в мельчайшую крошку, и вскоре унесся прочь.

…

Янь распахнул глаза и резко вздохнул, обнаружив себя в совершенно другом месте. Этот странный телепорт оказался слишком тяжелым. Будто бы стада слонов по телу прошлась!

– Проклятье… – Прохрипел Янь, кое как поднимаясь на ноги. – Где я? Что… Что это за круг такой был? – Нервно отряхнулся и тут же начал осматриваться.

Ночь. Небо усыпано звездами. Вокруг один лишь снег, и до самого горизонта нет ни единого огня. Лишь тишина и воющая метель. И холод, пронзающий до самых костей.

– Как… Как тут может быть холоднее, чем на Безмолвном пике?! – Янь потер ладони друг о друга и использовал Намерение Истинного Тепла, чтобы обогреть себя. После достал из мешка жетон Мастера Гу Цина, взглянув на его узоры. – Не горят… – Не веря пробормотал Янь. – Они не горят! – Выпалил он уже громче. – Но такого не может быть! Это… Это же как далеко я оказался, что жетон практика Зародыша не чувствует его. Это же… – Янь выдохнул, еще раз осматриваясь.

Снег и сугробы, полярная ночь…

– Как далеко… На другом конце мира… – Янь спрятал жетон обратно.

Он уже хотел было понестись вперед, однако услышал странный шорох. Тогда опустил взгляд и увидел на древнем телепорте (который сейчас был не более чем бесполезным булыжником) жабу. Обычная такая жаба, молодая особь. Она отчаянно прыгала, пытаясь покинуть ледяную поверхность, вот только тут всё абсолютно такое же ледяное.

– А ты как тут оказалась? – Выдохнул Янь, тут же взяв жабу на руки, чтобы согреть ее. – Должно быть ты сидела на том круглом камне, как вдруг появились мы…

Янь молча смотрел на жабу. Постепенно хаос в голове остывал, оставляя за собой лишь тоску. Как далеко он оказался? В его родном доме осталась его семья, его секта, учитель, друзья. Там остались знакомые пейзажи, дороги. Знакомые таверны, куда он любил заходить и садиться за один и тот же столик. Янь Линь вообще любил стабильность. Во время тренировок он бегал по одним и тем же маршрутам, у него одна и та же утренняя рутина, и даже в библиотеке он садиться за то же самое место, что и всегда.

От этого всегда было тепло на душе. Знание, что и сегодня, и завтра, и в любое другое время у него будут его любимая рутина и места. И на какую бы миссию он не пошел, дома его будет ждать всё это.

А теперь этого нет… есть только жаба…

Как долго ему возвращаться домой? Да и стоит ли пока что это делать?

Янь аккуратно спрятал жабу во внутренний карман кимоно и тут же понесся вперед. Не знал куда, но стоять на месте точно не вариант.

И пока Янь бежал, в его голове снова и снова мелькали разгневанные образы, кричащие «Демон, демон!». И как даже Верховная Жрица была не в силах защитить его от стольких драконов.

«Шан… Я тебя запомнил, проклятый ты старик! Что ты там в своем зеркале увидел, даже никому другому не показал, лжешь из-за своего хрупкого эго и эгоистичных побуждений! И семья Мо вместе с наследником Мо Ченем!» – Душа Яня яростно гудела в груди.

И главное за что его так обвинили? За золотой свет! За лучший результат! А остальные или поверили абсолютно без доказательств, или также соврали ради своей репутации! Ради вшивого испытания! И вот после всего этого они удивляются, почему никто из них так и не был удостоен лучшего результата?!

«Я вас всех запомнил черт возьми!»

…

(Другой конец мира, хранилище Храма Богини Минхэ)

– Великая Матушка, я не чувствовала никакого демонического присутствия на той площади. – Обеспокоенно сказала Верховная жрица. Она сложила руки у груди и стояла рядом с той самой большой сферой. А перед ней была еще одна женщина. Пожилая на вид, в белых одеяниях, без маски. Это Глава Храма.

– Если бы артефакт самого Безликого Судьи можно было обмануть, да еще и каким-то образом заставить выдать награду, то вся наша цитадель лишь бесполезная пристройка. – Холодно хмыкнула она.

– Матушка, как вы такое можете говорить! – Ахнула жрица. И устало потерла лоб. – Вы правы.

– К тому же, если бы этот ученик и правда хотел Страницу Трактата Истины, то сначала он показал бы обычный результат и уже после второго испытания, которое проводится внутри, использовал свои фокусы. Хм… А что тот Старейшина Одинокого Кедра?

– Требует Безликого Судью лично явиться для восстановления справедливости. Предоставить доказательства обвинения или защиту для секты от нападения и компенсацию. Они лишились своего самого перспективного ученика, который не только вызвал золотое свечение, но и получил взгляд Святого. Событие уже вызвало некоторое потрясение. Никто не отрицает обвинения, но их возмущает такая поспешная попытка расправы. Некоторые небольшие секты из дальних регионов решили не принимать участие в испытании и срочно отозвали учеников.

– А что тот ученик?

– Он… – Жрица неловко запнулась, но быстро продолжила отчет. – Его Мастер, Старейшина Гу Цин, использовал один из древних телепортов. Он не знает куда ведет эта платформа, а сама она уже разрушена. Боюсь никто не знает куда судьба закинула его. Неизвестно, когда он вернется.

– Вернется ли. – Холодно хмыкнула женщина. Ее взгляд горел ярким золотым светом, пока она смотрела прямо внутрь сферы. В ней всё еще хранились отголоски энергии души Яня. – Душа этого мальчика… Его сердце излечится от ран, но душа больше не принадлежит этим землям. Тут у него разве что пара дел осталось, да и учитель. Какая потеря, какой позор для нашего храма… – Вздохнула она. – Ладно. Выясни кто его семья, организуй им переезд и новые имена, это меньшее, что мы можем сделать.

– Слушаюсь. – Жрица сложила руки у груди и поклонилась. После торопливо покинула зал.

…

(Другой конец мира, полярная ночь)

Чем дальше Янь Линь бежал, тем спокойнее становилось его сердце. Может и хорошо, что учитель телепортировал его так далеко? Тут нет тех разгневанных старейшин, нет их семей, тут даже не знают, что на него посмотрел Святой…

Если и хотелось вернуться, то только чтобы повидать учителя, семью, да восстановить справедливость. Засесть на родном Безмолвном Пике и никогда не выходить. Вот и всё.

«Как долго я буду искать путь домой? А если к тому времени я уже найду другой дом…»

Мысли прервались странным топотом. Такой грохот, будто где-то вышагивает целый батальон солдат…

– Я же говорила тебе, что это плохая идея! – Послышался женский крик.

– План был надежным! Кто знал, что у этой твари броня крепкая?! – А это уже мужской голос.

Внезапно из-за снежного склона выскочили двое людей. Девушка с луком, и парень с копьем, у них меховая одежда и слегка загорелая кожа. Прямо за ними… нет, не войско. Но лучше бы это было войско, ведь следом за этими двумя выскочила огромная стоножка. Этот оживший кошмар встал в половину тела и в таком виде возвышался метров на десять!

– Морозная стоножка! – Выпалил Янь, резко остановившись. Все мысли о горе тут же исчезли, сменившись первобытной паникой. От этих ножек аж мурашки по телу… – Проклятье, да чего же не везет так!

– О боги, как же нам везет, пацан! Помоги! Добычу поделим поровну! – Прокричал несущийся вперед юноша.