В какой-то момент Янь Линю показалось, что его сердце выскочит из груди, а душа из тела, но к счастью вскоре загадочная фигура в небе исчезла, и он смог вздохнуть с облегчением. Стоял и пытался отдышаться, устало вытирая взмокший лоб рукой.

– Вообще не страшно было! – наконец-то прошептал Янь, когда нашел в себе силы встать ровно и выпрямиться в спине. – Я даже на колени не упал!

Прибывший Старейшина Гу Цин на это лишь хмыкнул, глянув сначала на ясное небо, а затем на осколки его личного жетона, которые Янь в панике разбил, дабы позвать на помощь.

«Ну конечно же, не испугался он», – пронеслась забавная мысль в голове Гу Цина, когда он оглядел своего ученика с ног до головы.

Янь Линь стоял весь бледный и взмокший, словно после дождя.

– Не упасть на колени пред таким явлением? Возможно ты и правда заслуживаешь похвалы, но не зазнавайся. – Спокойно произнес Гу Цин. Особо не церемонясь он хлопнул Янь Линя по спине, без предупреждения телепортируя их обоих обратно в секту.

Янь только и успел удивленно ухнуть, как окружающий лесной пейзаж сменился на более знакомый. Вокруг были стены из крупного темного камня, длинные узкие витражные окна, сосновые доски на полу, во всем это безошибочно узнается архитектура Безмолвного Пика!

Почти полтора года назад Янь покинул территорию секты, чтобы отправиться в путешествие ради прорыва, и вот он наконец-то снова тут. Даже сразу как-то полегчало.

Не то чтобы он думал, что от того загадочного явления можно скрыться хоть где-то, но оказаться дома намного приятнее. К тому же ему не нужно будет идти по городам, где развешаны его портреты о розыске.

А оказались они в кабинете самого Гу Цина.

Кабинет занимает весь верхний этаж одной из башен пика. В самом центре роскошный стол из светлого дерева, под ним красный ковер привезенный из каких-то дальних пустынных земель, на столе аккуратная стопка нефритовых табличек и свитков. Вдоль стен расставлены шкафы, в некоторых куча разных пергаментов, в других странные украшения, вроде кубка, вырезанного из красного кристалла; или грубо вырезанной статуэтки птицы из темного камня, которой по виду лет столько же, сколько и этим землям.

– За всё время пребывания в секте я ни разу не видел, чтобы вы хрипели. – Уверенно подметил Янь.

В этой секте он уже два с половиной года и за это время его отношение к учителю абсолютно не изменилось. Он его уважал и считал его лучшим наставником во всех ближайших регионах, но никогда не проявлял подхалимства и не дрожал в его присутствии.

Ну, если только перед началом тренировок.

Вот и сейчас Янь нисколько его не щадил.

– Я не являюсь недвижимой горой. – Холодно хмыкнул Гу Цин, встав напротив Яня. – Особенно под взглядом Святого.

– Так это был святой! – Удивленно выпалил Янь. – Какого черта ему от меня надо?! Уж не смерть — это точно… Хотел бы убить, то уже бы убил, верно? – Нервно затараторил Янь. – И это был только лишь его взгляд?!

– Успокойся. – Устало выдохнул Гу Цин. – Никто не пытается убить тебя, больно много чести. Их взгляд всегда такой тяжелый, это неизбежный результат накопленной силы.

– Что же ему тогда… – Начал было Янь, но Мастер его быстро прервал, цокнув.

– Начнем по порядку. Всё с тобой не слава богу, вечно всё не как у всех. – Гу Цин своим придирчивым взглядом осмотрел Янь Линя. И даже заглянул в его море сознания, снова войдя и выйдя без разрешения, прямо как на вступительных экзаменах. Увиденное его… удивило. Но конечно же это удивление не отразилось на его скучающем лице. – Что это за приют для обездоленных внутри тебя? Какой хаос…

Тогда Янь выдохнул и в мельчайших подробностях рассказал о произошедшем.

– Какая разница маленькая душа или большая? Им было страшно, вот я дал им безопасное место, где никто больше не потревожит их. – Заключил Янь, скрестив руки на груди. Отвел взгляд в сторону. – К тому же кажется я всё-таки добился желаемого. Я назвал это Телом Хранителя Духов.

– Обычно всем на это плевать. – Произнес Гу Цин после продолжительного молчания. Он и сам не понимал такой альтруизм собственного ученика. Однако Гу Цин не был одним из тех затвердевших сухарей, не способных принять ничью иную точку зрения. Всё это он воспринимал как сложную зацепку. Он пытался понять почему именно кто-то думает иначе, что к этому привело, и какие могут быть причины. – Почтенный Святой говорил тебе что-нибудь до моего прихода?

– О… Нуу… У него был вид такой… хитрый? И веселый? Ему явно было весело! – Нервно протараторил Янь Линь. – Сказал что-то про неучтенную душу… Я что, что-то успел натворить еще до рождения?

– Ооо, вот значит как. – Впервые за долгое время Янь слышит, как его Мастер удивленно вздыхает. Еще и подбородок рукой подпер! – Возможно.

– Эй, я задал этот вопрос не для того, чтобы вы соглашались! Я как спать-то теперь буду?!

– У тебя тяжелая душа. Такая есть только у мастеров, проживших больше тысячи лет, да и то не у всех. – Гу Цин наконец-то решил раскрыть Янь Линю правду. – Некоторые имеют разум, подобно затвердевшему камню, абсолютно не гибкий, и душа у них под его натиском так и не превращается в звезду. Таких мастеров с тяжелой душой в нашем мире очень мало. Они редко умирают, да и не факт, что перерождение закинет их куда-то на нашу планету, а потому ты за всю жизнь можешь так и не встретить кого-то молодого с подобной душой.

– Так вот что значит тяжелая душа… – Пробормотал Янь, замерев на месте. Интересно, каким же он был в прошлой жизни, что у него такая душа?

– Именно так. Изначально это и было моей основной версией, и поэтому я и взял тебя в ученики.

– Мастер Гу Цин, значит и у вас такая же душа?

– Тебе такое знать не положено. – Гу Цин осуждающе тыкнул Яня прямо по лбу. – Не положено. – Повторил он, хмыкнув. – Раз уж ты говоришь, что святой сказал про неучтенную душу, это может значить только одно…

Янь аж застыл весь, нетерпеливо уставившись на учителя.

Гу Цин же решил не пытать своего ученика и продолжил рассуждения, заведя руки за спину.

– Цикл перерождения естественен. Это часть природы, часть мироздания и вселенной. Однако за этим циклом присматривает Богиня Минхэ, как ты уже знаешь. – Именно этой богине делают подношения во время похорон. – Почтенные Святые знают её и знают обо всех душах в подконтрольным им участке вселенной. А сама Минхэ знает вообще обо всех существующих душах. И раз Почтенный Святой назвал тебя неучтенным, значит даже богиня не дала ему ответ о твоей природе. Так что ты неучтенный. Не посчитанный. Лишняя строчка в небесной бухгалтерской книжке…

От таких зловещих слов у Яня холодок по спине пробежал. Он нервно зачесал затылок.

– Подумаешь, какая вообще разница откуда я? Я родился в этом регионе, тут мои родные и мой дом, значит теперь я местный. – Проворчал он, скрестив руки на груди.

– Выходит ты гость из очень далеких мест. Вообще-то это всё объясняет, и твое поведение, и душу, и странные идеи, и… – Гу Цин указал на грудь Яня. – Вот это вот всё. Возомнил себя маленьким богом для маленьких душ, в обход всех иерархий и сословий, у некоторых от твоей самодеятельности приступ хватит. – Он подошел к своему столу, задумавшись. – Ты неизвестно откуда, ты странный, у тебя необычные идеи, и как я вижу, талант к культивации… – Гу Цин запнулся. Сначала он хотел было сказать, что талант Янь Линя достоин соперничать с талантами великих сект, но в итоге решил не раздувать из без того раздутое эго мальчишки. – Неплохой. У тебя великий потенциал. И именно поэтому Почтенный Святой оказал тебе честь и взглянул на тебя.

– Оказал честь и посмотрел на меня? Тоже мне честь. Подумаешь, посмотрел. – Проворчал Янь, сделавшись угрюмым. Кажется, такой знак внимания его совсем не порадовал. – Больно уж самомнение у него огромное!

– В лесу ты таким смелым не был. – Хрипло усмехнулся Гу Цин. – В любом случае это хорошая новость для нашей секты, так что Глава хорошо тебя наградит.

– Хорошая новость?! Это ужасная новость! Я вообще не хочу, чтобы об этом кто-то знал, это сулит мне огромную кучу проблем от… да от всех! – Выпалил Янь, нервно схватившись за голову. – Сколько вообще на нашем континенте тех, кого Святой одарил своим взглядом?!

– Почтенный Святой Ши Хуан? Насколько нам известно он впервые за долгое время кого-то выбрал… Однако точное число трудно сказать, есть ведь шесть других Святых и наш континент огромен. – Гу Цин устало махнул рукой. Рукав его длинного кимоно медленной волной последовал за жестом. – Ты слишком много думаешь.

– Но…!

– Всё, притомил уже, всё у тебя не как у всех. – Устало прервал Гу Цин. – Другие бы уже от гордости лопались и пир устраивали…

Наверное, этот диалог можно было бы продолжать бесконечно, но в упёртости Гу Цина никто не переплюнет, а потому в итоге так Яня и отправили в свою обитель, отдыхать. В конце концов он совершил прорыв всего день назад и еще не закрепился как следует.

…

(Покои главы секты)

– Собрал в себе души, значит? Ты уже обучал ему духовным контрактам?

– Еще нет. – Спокойно, но с уважительным тоном произнес Гу Цин, который направился к главе секты с тщательно составленным отчетом. – Было слишком рано. Не уверен, что вообще стоит тратить его время на такое. Я не думаю, что он станет ловить зверя ради силы.

– Полагаю, он не сделал чего-то невозможного. Духи, которых он подобрал, ничтожно маленькие, даже четыре волка не слишком уж сильные. Однако их много, он единственный, кто на его уровне смог разглядеть их и подумал о спасении, и он вобрал их в себя прямо перед прорывом, что и дало интересный результат. Тело, связанное с Дао… Возможно их только таким образом и можно получить. Никаких молитв или подношений, никаких тысячелетних династий, всё настолько банально и очевидно… Лежало перед носом, но никто даже и не замечал.

Послышался тяжелый вздох старика.

– За всё время пребывание в секте он ни разу не посетил арену, устраивал спарринги только после моего приказа. – Решил добавить Гу Цин. – Почтенного Святого он испугался, но не упал ниц. И к тому Главе рода Юй из восточной части региона он так и не вернулся, хотя тот пытался убить его, еще и портреты по городу развесил. Он даже не попросил меня что-то с этим сделать. Но самое необычное… в нем совершенно нет ци убийств. Хотя по пути ему встречалась много бандитов… Либо он врет с таким мастерством, что даже я не могу распознать ложь, либо же его ритуал упокоения работает.

– Ритуал упокоения?

– Ну да. – Гу Цин не сдержал усмешки. – Я немного понаблюдал за ним. Он хоронит тех, кто напал на него, а потом просит богов о милосердии и справедливом наказании. Даже камень на могилу ставил и цветы раскидывает…

– О боги, ну что за наивность. – Глава прикрыл глаза.

– И тем не менее…

– Считаешь, что именно его нам следует отправить на испытания Безликого Судьи?

– Да. – Гу Цин сложил руки у груди в вежливом жесте. – Он идеальный кандидат.

– Раз уж сам Почтенный Святой взглянул на него… Возможно его так называемая душа прибыла из очень далекого мира богов. – Старик загадочно улыбнулся. – Или мира без богов.

…

Несколько дней спустя Янь узнал, что ему оказана честь представлять секту на предстоящих континентальных соревнованиях, которые обычно проводятся раз в пять лет. И если в боевых состязаниях участвуют только секты, у которых есть хоть какие-то таланты, то в Испытании Безликого Судьи стараются участвовать вообще все, даже мелкие секты из глухой провинции, ибо тут главное не сколько сила, а сама душа и разум. И даже не их плотность, а способ мыслить и жить.

Проверяют твою праведность, способность принимать решения, судить, твердость личных убеждений. Высокий результат в таком испытании принесет участнику награды, а секте внимание многих спонсоров, ведь сотрудничество или поддержка секты, в которой состоит одобряемая самим Высшим Судьей Личность, это дело благое. А Высший Судья, по слухам, связан с божественным, ну или как минимум с высшим измерением.

Проигрыш же принесет позор. Из него, кстати, никаких выводов не делают, просто считают, что у кого-то недостаточно твердый внутренний стержень.

Янь… не совсем рад такой чести. Он не считал, что у него твердые праведные убеждения. У него свои взгляды на мир, да еще и иногда слегка лицемерные, и на остальных культиваторов он совсем не похож. А потому считал, что займет позорное низкое место.

Парадоксально для столь милосердного культиватора.

Но не отказываться же теперь? Тем более с какой помпезностью это объявили. Сам глава секты (лично!) вышел и во всеуслышание заявил, что Янь Линь, на кого посмотрел Почтенный Святой Ши Хуан, пойдет представлять секту Одинокого Кедра на предстоящих испытаниях праведности.

Какую бурю это вызвало, настоящий ураган! Когда такое было, чтобы в их регионе Скрипящих сосен появился кто-то настолько талантливый?! В чайных только это и обсуждали! А уж когда узнали что он из бедной семьи… Для более нищих культиваторов Янь стал легендой, а для более завистливых Янь превратился в занозу.

Ну и конечно же это всё распространилось и за пределы региона, и яд кипел уже там, ведь как такое возможно, что сам Святой не только посмотрел на кого-то из Скрипящих Сосен, но и в принципе знает об этом регионе?

Ну хоть друзья с Безмолвного пика обрадовались. А вот остальные ученики секты Одинокого Кедра смотрели… странно.

Когда Глава всё же решил наградить его и позволить выбрать технику Высокого уровня, Яню пришлось спуститься с пика к общим зонам. Янь старался идти со слегка скучающим выражением и ровной спиной, но внутри него мысли роились в полнейшем беспорядке и панике, ведь он совершенно не привык к такому вниманию.

Все… смотрели. Куда бы он не ходил, все поворачивали голову и начинались шептаться!

– Да ему просто повезло.

– Владыку Безмолвного Пика все боятся, вот и всё. Поэтому его и выбрали.

– Они там с ума сошли?

– Может на него и посмотрел Почтенный, но что деревенщина может знать о состязании?

– Благородный Сяо из великой семьи лучше подходит для этого, говорят его с детства заставляли мантры учить!

– А этот вообще знает, что такое мантры?

– Я так не думаю…

А некоторые просто испуганно отшатывались, словно Янь какой-то проклятый. И это Янь Линю тоже не нравилось. Ему неприятно, когда его боятся (и это тоже отличает его от местных).

Янь сделал глубокий вдох, пытаясь успокоить колотящееся сердце. Вдох, выдох… Аж в груди полыхает от того, что ему приходится выслушивать всё это! А ведь если бы выбрали кого-то из богатой семьи, то такой бы реакции не было… И как они могут так унижаться?

Янь остановился, сжав кулаки. Несколько секунд он смотрел на одного из учеников, что пытался прожечь дыру в «избраннике» Святого.

– Похоронит свою репутацию и нас всех заодно, – презрительно хмыкнул тот.

Другие бы устроили дуэль, чтобы защитить свою честь, но Янь не верил, что это изменит хоть чье-то мнение. Так зачем воздух сотрясать? Так что он просто решил снова продемонстрировать свои… необычные методы. Набрал, значит, побольше воздуха в легкие, наполнил их ци и кааак заголосит, да так громко, что голос разносился по всей округе.

– ЧТО О ПРАВЕДНОСТИ И МИРЕ МОГУТ ЗНАТЬ ТЕ, КОМУ ЗА ВСЮ ЖИЗНЬ ДАЖЕ РАБОТАТЬ НИ РАЗУ НЕ ПРИШЛОСЬ?! Что вы можете знать, жуки вы презренные?! У меня даже трактата о медитации долгое время не было, я сам пытался придумать способ, с нуля, а вы… вам всё на блюдечке принесли, и вы еще считаете, что знаете мир? Дао? Да пошли вы все к черту! Семьям своим спасибо скажите, Почтенный Святой бы точно никогда не посмотрел на тех, кто идет по проложенному заранее пути, а не ищет ответы сам! Тьфу ты! – Янь раздраженно махнул рукой и тут же резко ускорился, несясь в сторону библиотеки.

Зато мысли о проигрыше разом выветрились из его головы. Проигрыш? Какой еще проигрыш?! Он точно достоин как минимум… двадцатого места!

После Яня ненадолго воцарилась звенящая тишина. И действительно… трудно возразить. Оскорбить столько культиваторов и семей сразу, – это надо иметь талант. С другой стороны, едва ли их отношение так уж сильно изменилось. Оно и до этого было скверным.