Мы решили немного перевести дух, а затем тщательно исследовать Великую подземную пещеру. Организовать привал не составило труда: предвидя, что поход в подземелье может затянуться на несколько дней, мы основательно запаслись походным снаряжением. Разведка протекала в неспешном, почти расслабленном ключе — бродячих чудовищ здесь не водилось, да и внезапных засад из темных углов ждать не приходилось.

Самый глубокий зал напоминал очертаниями медвежью лапу. В центральной каверне покоился Святой Меч, а по бокам от неё расходились четыре небольшие каменные кельи. Никаких ценных артефактов в них не обнаружилось. Лишь ветхие лежанки, истлевшие настолько, что невозможно было разобрать, кто на них почивал, да вмурованные в гранитные стены железные цепи намекали на истинное назначение этих казематов.

Единственной странностью было то, что коек в каждой комнате стояло по две.

«Наверное, местный БДСМ-клуб...»

— Это тюрьма, — резюмировала Карин.

Верно, скорее всего, обычная темница. Отогнав пошлые мысли, я вернулся к осмотру помещения. Рыцарь, обследовавшая правую келью вместе со мной, пошарила на ветхой полке и извлекла полуистлевший пергамент. Я заглянул ей через плечо, но разобрать замысловатые закорючки не сумел.

— Что это за письмена?

— Древний диалект человеческого языка. Вам вряд ли удастся его разобрать, господин жрец. Дайте-ка взглянуть...

— Вы умеете читать на древнем наречии?

— Расхитители гробниц нередко прячут истинную ценность награбленного за старинными шифрами, так что мне пришлось немного подучиться.

Она освоила древний язык из исключительно практических соображений. Судя по её тону, в рукаве у этой воительницы было припрятано ещё немало занятных трюков, хотя в окне особенностей они и не отображались. Запинаясь, Карин принялась вслух разбирать полустёртые строки:

— Насколько я могу судить... преступники... защищать... Пока это всё, что удаётся прочесть. Остальные слова мне незнакомы, придётся подниматься наверх и расшифровывать с помощью архивов.

Свернув свиток в трубочку, Карин спрятала его в сумку. Других зацепок не нашлось. В соседней келье обнаружился в точности такой же документ, но столь же неразборчивый. Прихватив оба манускрипта, Карин первой вышла в центральный грот.

Эрина и АА уже дожидались нас снаружи. Эльфийка, до этого преданно державшая Героя под локоток, при нашем появлении спешно отстранилась и неловко прокашлялась:

— Ну что, вы закончили осмотр?

— Да, закончили. А что у вас, принцесса? — поинтересовалась Карин.

Эрина ответила, что в их комнатах тоже не нашлось ничего, кроме цепей и топчанов, подтвердив догадку о тюремном предназначении комплекса. Она также добавила, что наткнулась на древнюю рукопись, из которой следовало, будто шайка преступников спустилась в эти недра ради защиты некоего объекта.

— Если они что-то защищали...

— То этим объектом мог быть только Святой Меч, — заключила Карин.

Вполне логичный вывод. Если они спустились на самое дно этого гиблого провала ради охраны, кроме священного клинка защищать здесь было нечего. Вот только останков самих стражей нигде не наблюдалось — вероятно, за прошедшие века их кости истлели без следа. Впрочем, на лице Карин мелькнуло глубокое недоумение:

— Но вот что странно...

— Что именно? — переспросил я.

Карин обвела внимательным взглядом тёмные дверные проёмы:

— Здесь нет отхожих мест.

И то верно. Подземная тюрьма и караульный пост в глубочайших недрах земли — и ни единого намёка на уборную? Не могло быть такого, чтобы от естественных потребностей не осталось и следа: справлять нужду узникам и охране где-то всё-таки приходилось. В столь глубоком подземелье отхожее место было жизненной необходимостью, однако во всём гроте не ощущалось даже характерного запаха.

Кроме того, здесь не было складов провизии, очага для готовки и даже подобия казармы для размещения караула. Неужели эти грешники добровольно вызвались сторожить Святой Меч и каждый день ходили сюда на работу как на службу? Через семь подземных ярусов, охраняемых монструозными големами? Серьёзно?!

Если эти кельи вырубили ещё до создания истуканов, зачем понадобились цепи в стенах? Сама архитектура пещеры была искусственно подогнана под размещение каменных стражей на каждом этаже. И после всего этого собирать на нижнем ярусе кучку смертных для охраны меча? Неужели горстка людей надеялась остановить смельчака, способного пробиться сквозь Мегаголема?!

— Странно. Слишком странно.

Действительно, это подземелье выглядело в высшей степени неестественно. Для настоящей тюрьмы оно было чересчур примитивным и явно не отвечало своему назначению. А для караульного гарнизона условия здесь были слишком убогими.

— Какая жуткая история, — пробормотала Эрина, нервно потирая плечи.

Поскольку точных ответов у нас не было, атмосфера и впрямь становилась зловещей. Лишь разведённый посреди пещеры костёр разгонял клубящийся мрак. Эрина плавно придвинулась к АА и заискивающе мурлыкнула:

— Слушай... может, перекусим?..

— Отличная мысль, — поддержала Карин.

Мы захватили с собой изрядный запас провизии, рассчитывая на долгие поиски. Подвесив котелок над пламенем и забросив внутрь припасённые ингредиенты, мы быстро сварили густой наваристый суп. Карин достала из вещевого мешка свежий хлеб и раздала каждому по ломтю.

Разлив дымящееся варево по мискам, девушка-рыцарь окинула пещеру неловким взглядом, резко поднялась на ноги и пробормотала:

— Прошу прощения... мне нужно отлучиться по нужде...

Её щёки полыхали пунцовым пламенем; о характере этой «нужды» догадаться было нетрудно. Едва Карин скрылась в дальней правой комнате, как Эрина, до этого явно сдерживавшаяся из последних сил, тоже сорвалась с места и юркнула в соседний проём. Следом за ней, смущённо потупившись, поднялась и АА, направившись в дальнюю левую келью.

Все эти чертовки дружно побежали мочиться, оставив меня в гордом одиночестве!

Судя по всему, чудовищное божественное давление Святого Меча оказало на женские организмы весьма специфический расслабляющий эффект. Я-то чувствовал себя превосходно. В голову скользнула шальная мысль подсмотреть за девицами, но получить за такое клинком в бок было бы слишком глупо. Рисковать безупречной репутацией ради того, чтобы поглазеть, как бабы писают, я не собирался.

Взгляд упал на дымящуюся миску супа перед собой. Пошарив в кармане мантии, я внезапно нащупал неиспользованный флакон с афродизиаком.

Вот оно. Твою мать, да это же идеальный шанс!

Сама судьба преподнесла мне этот подарок. Не теряя ни секунды, я щедро выплеснул всё содержимое склянки в миску, стоящую на месте Эрины. Это было зелье низшего ранга, так что до безумного бешенства матки оно её не доведёт, но для озабоченной эльфийки, мечтавшей затащить АА в постель прямо посреди подземелья, это снадобье станет целебным бальзамом.

Спрятав пустой пузырёк, я уселся обратно с самым невинным видом. Вскоре вернулась Карин. Заливаясь краской, она робко поинтересовалась:

— Вы... э-э... ничего не слышали?

— О каких звуках речь?

— ...Ни о каких. Забудьте.

Карин не стала вдаваться в подробности, а я не стал развивать тему — в конце концов, время было обеденное. Следом за ней в зале появились раскрасневшаяся АА, тихо бубнившая под нос: «Никак не привыкну к этому делу...», и Эрина с абсолютно невозмутимым лицом.

Началась трапеза. Смущённая недавним конфузом, Карин попыталась скрыть неловкость бодрым возгласом:

— Ну что ж... приятного аппетита!..

Все порядком проголодались, поэтому принялись с жадностью хлебать горячий суп и уплетать хлеб. Эрина, сделав пару ложек, озадаченно нахмурилась с весьма странной миной, но, заметив, что остальные молча насыщаются, продолжила есть. Неужели у снадобья оказался настолько паршивый привкус?

Покончив с обедом, я применил заклинание очищения, быстро приведя посуду в порядок, и убрал миски обратно в мешок. Настало время сделать передышку. Спешить нам было некуда: оставалось лишь дать еде улечься, а затем либо разнести заклинившего голема в щепки, либо отыскать потайной выход.

Я улёгся на расстеленный плащ, подложив сумку под голову, и принялся исподволь наблюдать за Эриной.

Её фарфоровое личико на глазах наливалось густым румянцем. Дыхание эльфийки стало прерывистым и тяжёлым; она нервно заёрзала на месте, судорожно стискивая бёдра. Заметив её лихорадочные вздохи, АА участливо спросила:

— Эрина? Что с тобой?

— У-ух... Н-нет... всё в порядке...

Похоже, любовное зелье подействовало куда сильнее, чем я рассчитывал. И всё же, видя, как высокоуровневую и тренированную эльфийку так бессовестно развезло от низкосортного пойла, я смутно осознал, почему эти составы находятся под строжайшим запретом. Если простейшая настойка вызывала такой убойный эффект, зелье высшего ранга наверняка превратило бы человека в безмозглую рабыню похоти.

Перед мысленным взором невольно всплыли картины из торгового города: обезумевшие люди, корчившиеся в сладострастной агонии и не способные насытиться даже непрерывным самоудовлетворением. Неужели Ив и Селлу применили тогда аналог высшего афродизиака? Говорили ведь, что русалочья кровь обладает схожим эффектом... Неужели она способна сотворить такое с целым городом?

— Ха-а... ха-а-а...

Эрина задыхалась всё яростнее. Уж не знаю, были ли эльфы от природы столь восприимчивы к дурманящим зельям или этот низкосортный состав оказался настолько забористым, но зрелище было завораживающим. Карин, до этого дремавшая с закрытыми глазами, настороженно приоткрыла веки, а АА с неподдельной тревогой прикоснулась к подруге:

— Эрина, ты здорова? У тебя лоб просто пылает...

— А-а-ах!..

Едва пальцы АА коснулись её кожи, как из горла эльфийки вырвался бесстыдный, сочащийся истомой стон, а её гибкое тело причудливо изогнулось. Карин тут же села прямо. АА в растерянности отдёрнула руку, а Эрина метнула в мою сторону свирепый, испепеляющий взгляд.

Она мгновенно смекнула, чьих это рук дело. Кроме меня, подстроить подобную пакость было некому, однако устраивать публичные разборки принцесса не решилась. Вместо этого она цепко схватила АА за запястье и рывком подняла её на ноги:

— Э-Эрина?..

— Идём за мной.

И, не слушая возражений, Эрина утащила опешившую АА в одну из боковых комнат. Тот факт, что она безошибочно выбрала келью, не осквернённую недавней нуждой, доказывал: рассудок эльфийка пока ещё не растеряла.

А затем из глубины тёмного проёма донеслись звуки:

— П-постой, Эрина... подожди!.. А-ах... это... слишком!..

— П-прекрати... Ха-а... постой... слишком грубо... А-а... это же!..

— А-а-ах... А-ах!.. Ха-ах... У-у-ух!.. Прости... прости меня, Эрина... это... мой предел!.. Хы-ы-ы!..

Эхо разносило по сводам пещеры откровенные, неприкрыто развратные вскрики. Даже по одним этим звукам можно было безошибочно восстановить картину происходящего: девушки самозабвенно ласкали друг друга пальчиками. Вот только стонала и заходилась в экстазе исключительно АА, тогда как саму распалённую Эрину эти ласки явно не могли насытить даже на сотую долю.

Карин, чьё лицо залила густая краска стыда, демонстративно отвернулась к стене. Слыша сладострастные вопли АА, я и сам едва сдерживал дикое возбуждение. Поглаживая ладонью налившийся твердостью пах, я терпеливо ждал развязки.

Вскоре из кельи показалась Эрина, волоча за собой вконец обессилевшую АА. На лице Героя застыло абсолютно отрешённое выражение блаженства, тогда как в глазах эльфийки читался голодный, неутолённый огонь.

— У-ух... Ы-ы-ых...

Мелко дрожа, АА без сил рухнула на свой рюкзак, способная лишь судорожно подёргивать ногами и тяжело дышать. Быть может, из-за того, что в мужском обличье она была несокрушимым титаном, став женщиной, она превратилась в чересчур чувствительную особу?

Эрина шумно дышала, лихорадочно поглаживая собственное бедро. Я нарочито сменил позу, выставив напоказ внушительный бугор в паху, натянувший ткань штанов. Стоило нашим взглядам пересечься, как принцесса прерывисто прошептала:

— Люциус... мне... нужно кое-что сказать тебе... Это касается Эльфийского королевства... Пойдём... на минутку... в комнату...

Её затуманенный взгляд был намертво прикован к моему стоящему члену.

У меня не было ни единой причины отвечать отказом. Более того: именно к этому финалу я и стремился с самого начала.