Тук, тук-тук.

Глухой, жуткий стук в дверь всё так же раздавался с равным промежутком, словно заведённый будильник.

Дверь класса не была заперта, даже не задвинута — её просто прикрыли, и достаточно было чуть налечь, чтобы она легко распахнулась.

Но от этого бросало в дрожь: старик в чёрном длинном халате, весь покрытый трупными пятнами, не толкал дверь, а неподвижно стоял за ней и стучал, ничуть не собираясь входить.

Старик не входил, но за дверью коридора, густая, как тушь, тьма стремительно надвигалась.

С весь класс начали происходить невообразимые перемены.

Свежие стены пошли пятнами и плесенью, штукатурка непрерывно осыпалась, обнажая бугристые, изрытые ямами поверхности, на которых проросла чёрно-зелёная плесень, источавшая холодный, сырой запах; книги на партах быстро желтели и гнили, даже цемент на полу стремительно выветривался, обнажая ржавую арматуру, а кое-где уже начались обрушения.

Словно за одно мгновение это место прожило несколько десятилетий и было изуродовано временем.

И всё же свет в классе изо всех сил боролся с этой тьмой — белые лампы, как свеча на ветру, отдавали последний тусклый отблеск, готовые вот-вот погаснуть.

Страх появился на каждом лице: кто-то кричал, кто-то звал на помощь, кто-то дрожал...

Спокойным оставался только Чжоу Чжэн у доски.

Он не двигался с места и обводил взглядом всё вокруг, примечая малейшее движение.

Призрак уровня опасности, да ещё и с территорией призрака... с таким ему не справиться.

Всё, что он мог, — любыми способами найти путь к спасению и вывести этих учеников живыми, пусть даже лишь малую их часть.

— Чжоу Чжэн, глянь-ка.

Тут вдруг окликнул его Фан Цзин — лицо у него было хуже некуда — и указал на нескольких учеников за партами.

Раньше никто не замечал, а теперь только дошло: несколько ребят лежали на партах неподвижно, с широко распахнутыми глазами и разинутыми ртами, лица пепельно-серые, и от них шёл трупный запах, будто они умерли уже несколько дней назад.

«Тук, тук-тук», — снова раздался стук.

И тут тот самый парень, что только что стоял живой среди толпы, вдруг содрогнулся всем телом и замертво рухнул на пол.

— Чжао Лэй, что с тобой?

Кто-то бросился его поднимать, но едва коснулся тела, как с воплем шарахнулся назад.

Холодное, окоченевшее, как у мертвеца.

Чжао Лэй, как и те ребята до него, лежал с распахнутыми глазами и разинутым ртом, лицо пепельное, без единой искры жизни... от тела понемногу пошёл гнилостный запах.

Мёртв. Мёртв.

И не один — по меньшей мере шестеро или семеро учеников вот так же лежали на партах с пепельными лицами, не шевелясь.

— Как же так, как же так, спасите нас кто-нибудь!

Какая-то девчонка от страха осела на пол и заплакала.

— Только что всё было хорошо, и вдруг... вдруг умерли? — дрожащим, заикающимся голосом проговорил кто-то.

Фан Цзин рядом посинел: — Чего голосите? За дверью призрак, мы можем умереть как угодно, а вы скоро узнаете, насколько страшен призрак, способный создать территорию призрака.

Остальные в ужасе уставились на него, каждый — словно загнанная в клетку добыча, полные страха, трясущиеся.

— Чжоу Чжэн, так и не придумал ничего? Не придумаешь — все здесь и поляжем, — снова разозлился Фан Цзин.

В душе он тоже дрожал: на территории призрака умереть может любой, в том числе и он.

— Хватит трепаться, невтерпёж — беги сам, на меня не надейся.

Чжоу Чжэн тоже был взвинчен и не решался сделать неосторожный шаг.

— На территории призрака бегать — быстрее сдохнешь, думаешь, я не знаю? — сказал Фан Цзин.

— Раз знаешь, стой на месте и не рыпайся. Помирать — так, думаешь, только ты умрёшь? Все одинаково. Не воображай, что, если что-то знаешь, ты какой-то особенный. Перед призраком все равны, — сказал Чжоу Чжэн.

— Твою мать.

Не удержался и выругался Фан Цзин.

У Ян Цзяня тоже руки и ноги были ледяными; он заставлял себя успокоиться, потому что сейчас было не до шуток — люди действительно умирали, и не один... а если так пойдёт дальше, умрёт ещё много.

Но когда он случайно взглянул на доску, почти готовую обвалиться со стены, то на миг опешил.

Взгляд зацепился за три фразы, написанные раньше Чжоу Чжэном, особенно за последнюю: «Постигни закономерность призрака».

«Чжоу Чжэн не решается действовать, потому что тоже наблюдает за стариком за дверью, ищет его закономерность. Только найдя её, он осмелится что-то сделать. Думай, думай быстрее, какая у этого старика может быть закономерность…»

Мысли бешено завертелись: он вспоминал всё, что было записано в той истории на форуме, и сопоставлял с тем, что происходило сейчас.

Общее должно быть, обязательно должно быть что-то похожее.

Тот пользователь по прозвищу Повелитель Грома был у себя дома, дверь тогда была закрыта, и старик стоял снаружи и стучал… потом вошёл, затем подошёл к двери комнаты, снова постучал и снова вошёл.

Сейчас этот призрак появился в коридоре снаружи и тоже стучит… но пока не вошёл.

Почему у того пользователя дома старик вошёл, а здесь не входит?

Та же ситуация, то же самое — что же стало причиной разницы?

Не хватает времени?

Тогда какого времени не хватает?

Может, не хватает времени стука?

Возможно, именно в этом и ключ.

Будь что будет.

Внезапно Ян Цзянь набрался смелости и крикнул: — Чжоу Чжэн, это стук в дверь!

— Стук в дверь?

Чжоу Чжэн замер и впился взглядом в внезапно подавшего голос ученика: — Что ты имеешь в виду?

Ян Цзянь, сдерживая страх, сказал: — Это только догадка, но, по-моему, эта тварь убивает именно стуком. Может, старик так отсчитывает время, может, ещё что-то, но со стуком это точно связано. Если получится остановить этот стук, возможно, поможет…

Убийство стуком.

Если всё так, то этот призрак и впрямь слишком страшен.

«Его способности так быстро начали проявляться…»

Фан Цзин смотрел на него недобрым взглядом и до побеления сжал кулаки: «Ни в коем случае нельзя дать ему уйти из этой школы живым».

— Поверю тебе один раз.

Чжоу Чжэн тяжело отвёл взгляд — выбора у него не было.

Если не действовать сейчас, все здесь погибнут.

И Чжоу Чжэн тут же сорвался с места: он рванул вперёд, как разъярённый зверь, и его странное тело — худое сверху и грузное снизу — обладало взрывной силой, недоступной обычным людям.

— Бах!

Раздался грохот: дверь класса он снёс с ходу, и вместе с ней — того старика в чёрном длинном халате, с мертвенно-серым лицом и трупными пятнами по всему телу.

Старик упал на пол, но никто не посмел его поднять.

Его тело застыло в странной позе, словно неодушевлённая кукла, которой как попало вывернули руки и ноги, — ни гибкости, ни мягкости, какие должны быть у живого.

Призрака убить нельзя.

Своих же слов, написанных рукой Чжоу Чжэна, он, конечно, не забыл.

Даже если этого старика размолотить в фарш и сжечь в пепел, он всё равно не умрёт и продолжит появляться непостижимым образом.

Справиться с призраком может только призрак.

Чжоу Чжэн стиснул зубы и, обернувшись, рявкнул: — Смотрите момент, как только появится шанс — бегите, я задержу эту тварь.

Сказав это, он странно зашевелил вздутым животом под широким плащом.

Рука — точнее, очертания руки — высунулась наружу под слоем кожи. Рука была серо-зелёной, с острыми ногтями, словно вот-вот разорвёт кожу живота и вылезет.

Но кожа, обтягивавшая руку, оказалась очень прочной и не порвалась. А страшнее всего было то, что эта рука вытянулась больше чем на два метра.

Разве это человеческая рука?

Так эта серо-зелёная жуткая рука схватила старика на полу.

— Зз-з… — зазвенела, мигая, лампа.

В тот же миг тьма, окутавшая класс, исчезла, снова загорелся яркий свет. Стены, правда, всё ещё были в пятнах, пол будто готов был провалиться, но катастрофа, похоже, остановилась.

«Сработало», — чуть расслабился Чжоу Чжэн.

Но уже в следующий миг его глаза распахнулись, и на исхудавшем, почти обтянутом кожей лице отразился страх.

Старик, лежавший на полу, медленно поднялся. Мёртвенно-серые глаза чуть повернулись — кажется, он смотрел на Чжоу Чжэна.

— Не может быть, я же его сковал, а он двигается? — лицо Чжоу Чжэна разом переменилось, и он обернулся с криком: — Уходите, быстро, пока не появилась территория призрака, покиньте это место, я останусь и задержу эту штуку.

Этот призрак точно не просто опасного уровня.

Холодный пот прошиб его изнутри.