Как ни бесит это признавать, схватка вполне закономерно затянулась.

Во-первых, кроме магии у меня попросту не было оружия, которым можно нанести решающий удар. В правой руке, конечно, был кинжал. Но всерьёз рассчитывать на него как на оружие нападения не приходилось. По сути, кинжал служил мне чем-то вроде щита: им я только отбивал чужие клинки. Если я полезу с ним в атаку, мои таланты в ближнем бою быстро дадут о себе знать. А именно — меня забьют толпой и отправят на тот свет.

Во-вторых, у гоблинов не было оружия для дальнего боя. Поскольку они привыкли драться в лесу, луки и прочие дальнобойные средства им, видимо, только мешали. Даже если бы они вздумали мастерить луки, получились бы примитивные поделки из веток и бечёвки. Бьют они слабо, изготовить их труднее обычной деревянной дубины, а рыцарские железные доспехи всё равно не пробьют. Вот гоблины и отказались от стрельбы в пользу численного превосходства и рукопашной схватки.

Для меня это было настоящим везением. Доспехов по размеру ребёнка здесь нет, поэтому на мне была лёгкая охотничья броня из кожи. Даже каменная стрела вполне могла бы в меня вонзиться. Хорошо, что у них нет луков. Очень хорошо.

И третья причина… Эти ублюдки оказались хитрыми. Гоблинов много, а я один. Как большинству проще всего одолеть меньшинство? По очереди нападать, выматывая противника. Именно так они и действовали. Им достаточно сменять друг друга, пока я не свалюсь от усталости, — и победа у них в кармане.

Сколько раз я уже проклинал этот средневековый фэнтезийный мир? Почему даже гоблины здесь разбираются в тактике?! Что, небольшая группа ведь тоже иногда может побеждать многочисленного врага? Почему тогда они не попытались таким способом вымотать рыцарей, которых тоже было немного?

Есть такая штука — закон Ланчестера. Возможно, вы о нём не слышали, но одна из важных предпосылок там такова: многочисленная сторона получает преимущество над малочисленной, когда силы противников хотя бы отчасти сопоставимы по качеству. Вспомнить хотя бы испанских конкистадоров и коренных жителей Центральной и Южной Америки. В действительности на исход их столкновений влияла куча обстоятельств, но если предельно упростить, превосходство в вооружении и огневой мощи могло перечеркнуть разницу в численности.

Рыцари — боевые машины в железных доспехах, поголовно владеющие аурой. Гоблины — существа, большинству из которых даже кожаную броню раздобыть не удалось. Где тут равенство качества? А вот в моём случае всё как раз складывалось по обычной схеме: многочисленные враги превосходили одного слабого противника.

Из магии у меня осталось сил приблизительно на три-четыре «Огненных шара». Но гоблины по-прежнему держали дистанцию друг от друга и не бросались толпой. Они собирались просто ждать, пока я окончательно выдохнусь. Если ничего не изменить, я точно умру.

— Блять! Ну нападайте уже как следует, твари!

Я заорал от злости и ещё от какой-то слабой, почти безнадёжной надежды: вдруг кто-нибудь услышит? Однако наверху, судя по звукам, по-прежнему бушевал бой. До меня доносились лишь приглушённый лязг железа да далёкие крики. Помощь явно не спешила.

Похоже, выбираться придётся самому. Я вздохнул и посмотрел на гоблинского вожака, неподвижно стоявшего позади остальных, и ещё нескольких тварей, смахивавших на шаманов.

Впрочем, именно из-за их тактики у меня оставалось чуть больше времени, чем я ожидал. Пусть оно и истекало вместе с моими силами и жизнью, я хотя бы мог осмотреться. Здесь, внизу, тумана почти не было. Зато над нами, на поле боя, не видно было ничего дальше собственного носа.

Слишком странно для обычного природного тумана. Если рассуждать методом исключения, наиболее вероятный виновник — тот самый гоблинский шаман. А значит, единственный шанс — рискнуть жизнью, уничтожить источник тумана и дождаться, пока рыцари смогут меня разыскать.

Лязг! Лязг! Лязг!

— Ха… ха…

Времени всё равно почти не осталось. Силы были уже на исходе. Я держался на одном упрямстве. Пора разыгрывать последнюю карту.

— Ха!

Коротко выкрикнув, я впервые сам шагнул вперёд. Сблизился с ближайшим гоблином, встретил его меч кинжалом, завязав схватку, и…

— Импульс!

Дзынь!

Противник, похоже, рассчитывал просто измотать меня и не ожидал ничего подобного. С чистым металлическим звоном его меч отскочил от моего кинжала и взлетел в воздух. Одна из немногих хитростей, которыми я мог компенсировать магией своё полное неумение драться вблизи.

И следом…

— Телекинез!

Я подхватил магией летящий меч и швырнул его в другого гоблина. Тот не ожидал удара с такой стороны и не успел увернуться: клинок вонзился ему в плечо. Жаль, убить не удалось. Зато двое гоблинов теперь временно выбыли из боя.

Нужно использовать эти несколько мгновений, чтобы довести последний план до конца.

Но остальные гоблины никуда не делись. Они продолжали медленно стягиваться вокруг меня, сохраняя между собой расстояние.

Сражаешься с ними и поневоле думаешь: это вот считается самым слабым видом чудовищ?!

Что за дерьмо, ну правда…

— Ке-ер!

Сверху слева на меня обрушился широкий рубящий удар.

Лязг!

Я кое-как отбил его грубой силой. Был бы поумелее, просто отвёл бы клинок в сторону. Но…

— Ке-ер!

Другой гоблин ударил копьём из слепой зоны. Я попытался резко отскочить, однако ноги, измученные долгой схваткой, внезапно подкосились. Пришлось рухнуть на землю.

— Ке-ер!

Атаки продолжались. Я перекатился по земле, уходя от копья следующего гоблина.

— Блять, блять, блять!

Ругательства вырывались сами собой.

Главное, встать… Ну же…

— Кх!

Удар сзади!

К счастью, клинок нападавшего оказался не слишком острым. Рана не убила меня на месте, но назвать её лёгкой было никак нельзя. Как минимум тяжёлая рана. От удара я снова рухнул на землю. Проклятые сволочи.

Сил подняться уже почти не оставалось. Но всё-таки…

— Я всё равно победил, ублюдки.

Своей цели я достиг. Время выиграно. В левой руке уже сияло почти завершённое заклинание.

— Сдохните! Огненный дротик!

Лёжа на земле, я поднял левую руку. Как только я выкрикнул название, огненное заклинание сорвалось в сторону вожака. Создавая его, я представлял ракету из чистого пламени. И теперь снаряд летел действительно с ракетной скоростью. Конечно, по сравнению с настоящим современным оружием он был куда слабее. Но для меня сейчас это была самая мощная магия, на какую я способен.

Получайте, твари!

БА-А-АХ!

Чудовищный взрыв разнёс место, где стояли вожак и шаман. Чёрный дым ненадолго скрыл всё вокруг. Когда он рассеялся, там остались лишь два обугленных тела.

А затем начал рассеиваться и туман над обрывом. Оставшиеся гоблины замерли в растерянности, переводя взгляды со следов взрыва на меня и обратно. Потом развернулись и пустились наутёк.

— Ке-кер-р! Ке-кер-р!

Не знаю, что означали эти выкрики. Может, приказ отступать. Судя по гоблинам, которые тоже начали убегать с поля боя наверху, скорее всего, так и было.

Слава богу. У меня не осталось больше ничего: ни выносливости, ни магической энергии, ни сил даже пошевелиться.

Сейчас любой гоблин мог бы приставить клинок к моему горлу, а мне осталось бы лишь приветливо сказать: «Добро пожаловать!» Но твари, видимо, решили, что убежать от рыцарей важнее, чем добить меня.

Я победил.

Вопреки всем этим дурацким, несправедливым обстоятельствам мне всё-таки удалось вырвать победу!

Я жив, чёрт побери!

Стоило осознать, что я выжил, как напряжение начало отпускать. А стоило расслабиться, как усталость навалилась разом и меня потянуло в сон. Стоп. Если я сейчас усну в таком состоянии, разве это не будет билет в один конец к реке Сандзу?…

— Эй… Есть там кто-нибудь?! Помогите!

Я был выжат досуха, но страх смерти словно заставил собрать последние крохи сил. Я закричал что было мочи.

Впрочем, ненадолго.

Моё десятилетнее тело начисто проигнорировало приказ мозга: «Опасность! Не спать! Звать на помощь!» — и постепенно стало проваливаться в забытьё.

Веки будто налились свинцом.

Проклятье. На спине глубокая рана, левая рука вся обожжена, после падения с обрыва наверняка ещё куча царапин и ушибов. Если отключусь сейчас, ничего хорошего не выйдет.

Я понимал это, но сопротивляться больше не мог.

Повезло хотя бы напоследок увидеть дядю Пауля, который торопливо спускался ко мне по склону…

— Хр-р…

Я действительно побывал в шаге от смерти.

К счастью, и порез на спине, и ожог левой руки удалось полностью исцелить одним запасным зельем, которое было у дяди Пауля. Говорят, всё заживёт начисто, даже шрамов не останется. Хоть в этом нынешний мир лучше прежнего.

… Стоп.

В прежней жизни я ведь и не попал бы в такую переделку, где чуть не умер от ран, идиот!

А-а, как вспомню, снова злость берёт. Я свалился с обрыва, потом едва не погиб — и всё из-за того гоблинского вожака с шаманом!

Хотя я им отомстил на славу, так что незакрытых счетов, пожалуй, не осталось.

… А тот факт, что ничего подобного не произошло бы, не устрой я сначала магический взрыв в родительском особняке, я предпочёл пока не вспоминать. Зачем лишний раз расстраиваться?

Обратно я ехал лёжа в повозке, тихо, словно мешок с грузом.

И без того непонятно, что скажет отец. А что будет, когда мать увидит, в каком состоянии я вернулся? Трёхчасовая лекция практически гарантирована.

Цок-цок, цок-цок.

Даже цокот копыт снаружи повозки казался каким-то унылым.

— А, будь что будет.

На зачистке я выложился без остатка, батарейка села окончательно. С тем, что ждёт меня дома, пусть разбирается будущий я. … Тоскливо-то как. Победил, возвращаюсь живым, а на душе сегодня одна сплошная синева.

Но больше всего пугало то, что всё это запросто может повториться. Что в прошлой жизни, что в нынешней — сам находишь себе беды.

— … Лучше посплю.

О головной боли подумаю, когда проснусь.