«Значит… нужно сделать вот так?»

Прошло уже немало времени с тех пор, как я притащил раненого мужчину в пещеру. Порывшись в его одежде, я нашёл какую-то странную мазь и бинты, обработал раны и перевязал их.

«Хотя раны, наверное, уже успели загноиться… Но он же мастер боевых искусств. От такого не умирают, правда?»

С тех пор прошла примерно неделя.

А он всё не просыпался.

Временами мне казалось, что мужчина умер, но стоило проверить дыхание — нет, дышит.

«Когда же ты наконец очнёшься?..»

Я как раз думал об этом, читая трактат, когда живот громко заурчал.

«А… Есть хочу».

Пришло время поесть. Я оставил книгу и вышел из пещеры на охоту.

— У-у-ух… Где… я?..

Я открыл глаза в холодной пещере.

«Ведь я… сражался с Чернокровным шаньюем…»

Я огляделся, но никого не увидел и не ощутил ничьего присутствия.

Постепенно мысли прояснились.

— Значит, во время битвы с ним меня всё-таки отбросило в снежные пустоши…

Чернокровный шаньюй.

При одной мысли о нём пальцы сами сжались.

Перед глазами до сих пор стояла та битва: бесчисленные воины под знамёнами хунну, чёрные стрелы, летевшие сквозь метель, и бойцы Ледяного дворца, один за другим падавшие, пронзённые этими стрелами.

— Проклятый лук…

Я прикусил губу. Гнев подступил к горлу, но вслед за ним вырвался холодный смешок.

— Зато и ему пришлось заплатить.

Я опустил глаза на правую руку.

В последний миг я бросился вперёд, готовый умереть, и нанёс удар клинком. Правая рука Чернокровного шаньюя была отсечена на месте.

— Теперь ты уже не сможешь обращаться со своим хвалёным луком, как прежде.

Я попытался подняться, но колени задрожали и не удержали меня. Раны были глубже, чем я думал, а сил почти не осталось.

— Десять лет…

Война с хунну продолжалась уже десятый год.

Поначалу никто не тревожился. Само Северное море с его землями было подобно естественной крепостной стене: метели, бушевавшие круглый год, холод, способный резать плоть, и такие суровые условия, в которых чужеземцу не продержаться и нескольких дней. Всё это служило щитом Ледяного дворца.

Но затянувшаяся война постепенно истончала даже этот щит.

— Запасов еды всё меньше… И людей, способных держать оборону, тоже…

Я невольно вспомнил погибших учеников. Совсем юные, взявшие меч, чтобы защитить свой дом. И младшие соратники, которым прочили будущее во главе дворца, — большинство из них уже никогда не вернётся.

Да, последнее сражение завершилось нашей победой. Но мы заплатили за неё такой кровью, что сумели лишь ненадолго перевести дух.

— Надо возвращаться… Пока они не пришли снова, нужно попросить подкрепления у мира боевых искусств…

Я заставил себя встать и едва успел сделать шаг, как боковым зрением заметил что-то знакомое.

Три книги.

Их обложки я узнал сразу.

— Неужели?..

Протянутая рука замерла. Я стряхнул пыль со старых переплётов — и увидел названия:

«Божественное искусство Белого льда».

«Шаги ледяного неба».

«Божественная ладонь Белого льда».

У меня перехватило дыхание.

Ошибиться было невозможно. Я знал эти боевые искусства с детства. Ими лично владел мой отец — высшими техниками Ледяного дворца, которыми он не спешил делиться ни с кем.

— Но ведь именно эти трактаты отец забрал с собой, когда исчез…

Только теперь я как следует оглядел пещеру. В потолке были вделаны светящиеся жемчужины, а вокруг виднелись следы того, что кто-то долго здесь жил.

— Неужели…

Голос задрожал.

— Отец жил здесь?

В это было трудно поверить.

Моего отца давно вычеркнули из мира боевых искусств.

Ледяной император Северного моря.

Когда-то он был величайшим мастером Ледяного дворца. Но после срыва внутренней энергии всё изменилось. Охваченный безумием, он покинул дворец и отправился на юг, в земли мира боевых искусств. Последовавшие события оставили глубокий шрам в его истории.

Пять великих родов понесли огромные потери. Он разгромил множество школ, и бесчисленные мастера пролили кровь. В конце концов отца объявили врагом всего мира боевых искусств. С тех пор к Ледяному дворцу тоже стали относиться с неприязнью.

— Что же… Что превратило вас в такого человека, отец?..

После бегства Ледяного императора во главе дворца поставили меня, его сына.

Но отсутствие человека, который прежде был нашим несокрушимым щитом, ощущалось всё острее.

Как только хунну узнали об исчезновении отца, они напали на дворец.

Первый, второй и третий годы мы отбивались без особых затруднений.

Настоящая беда пришла на четвёртый.

— Держать оборону! Ни за что не пускайте их за стены!

Не успел затихнуть крик, как загрохотали барабаны.

Бум. Бум. Бум.

Тысячи воинов хунну пришли в движение одновременно. Закованные в чёрные доспехи всадники неслись сквозь метель. Из-под копыт взлетал снег, земля содрогалась, словно приближался исполинский зверь.

Во главе наступления шёл отряд Небесного Волка — лучшие из лучших, уцелевшие в бесчисленных племенах, покорённых хунну.

— Лучники!

Военачальник хунну поднял руку, затем опустил её. Тысячи луков взметнулись к небу.

— Стреляйте.

В воздухе засвистели стрелы.

Фью! Фью! Фью!

На Ледяной дворец обрушился дождь чёрных стрел.

— Строй Ледяной стены!

По крику старейшин бойцы на крепостных стенах подняли свою внутреннюю силу.

С грохотом взметнулась ледяная завеса, извергая пронзительный холод.

БАХ!

В неё вонзилась первая стрела.

БАХ!

Вторая.

БАХ!

Третья.

Поначалу завеса держалась, но стрелам хунну, казалось, не будет конца. Один лучник выпускал стрелы, за ним вступал следующий. Если передний падал, задний выходил на его место, перешагивая через труп товарища и вновь натягивая тетиву.

— Проклятые безумцы…

Один из учеников дворца стиснул зубы.

— Они намерены наступать, даже когда их товарищи погибают?!

Иначе и быть не могло. В те дни поражение для хунну означало смерть. Позади простиралась покорённая ими степь, а впереди лежало Северное море, которое они должны были взять любой ценой.

— Приготовить таран!

Среди воинов хунну раздался приказ, и вперёд потащили огромный железный таран.

Старейшина, увидев это, обратился ко мне:

— Сумеем удержать их?

Я промолчал.

Отвечать было незачем.

Мы обязаны были удержать оборону. Именно ради этого я и занимал своё место.

— Ученики Ледяного дворца, слушайте! Сегодня мы защищаем не крепостные стены.

Все обернулись ко мне.

— Мы защищаем людей, которые стоят за нами.

На острие меча вспыхнула голубая морозная энергия.

— Ни шагу назад. Северное море не достанется никому, пока мы стоим!

— Да!

Ученики ответили единым криком.

И воины хунну ударили по стенам.

ГРОХОТ!

Ледяные ворота вздрогнули.

Второй удар.

ГРОХОТ!

По льду расползлись трещины.

Третий.

ГРОХОТ!

Часть ворот обрушилась.

— Они прорываются!

Воины хунну начали взбираться на стены. Мастера Ледяного дворца обнажили мечи.

Ледяная ци меча рассекала метель. На меч ученика обрушился топор хуннского солдата, но тот отбил удар.

Лязг!

Мечи столкнулись с саблями.

С одной стороны — холодная выдержка, с другой — необузданная жажда убийства. Две совершенно разные силы сошлись лицом к лицу.

Но слишком велика была разница в численности.

— Глава дворца! Восточная линия обороны рушится!

— На западе тоже не удержаться!

Донесения сыпались одно за другим.

Я стиснул зубы. Если так пойдёт и дальше, нас сомнут.

И тут от подножия стен поднялась чудовищная волна энергии.

Чернокровный шаньюй.

Он сам вышел вперёд.

— Глава Ледяного дворца!

Его голос прогремел над полем боя.

— Твой отец с лёгкостью отражал мои стрелы. Ну-ка попробуй теперь сам!

ГРО-О-ОХОТ!

В мою сторону полетела стрела, грохот от которой не вязался с обычным выстрелом из лука.

КР-Р-РАК!

Всё, что я смог сделать, — клинком изменить её траекторию.

И тут…

— ЧЕРНОКРОВНЫЙ ШАНЬЮЙ! Я ОБЯЗАТЕЛЬНО ТЕБЯ УБЬЮ!

Один из учеников бросился прямо к нему.

— ЛАДОНЬ БЕЛОГО ЛЬДА!

Он ударил, но…

— Сопляк. У тебя ещё молоко на губах не обсохло.

ХРУСТ!

Ученик погиб на месте, не нанеся противнику ни малейшего вреда.

— Старший брат!

Увидев гибель того, кого во дворце считали одним из будущих выдающихся бойцов, остальные ученики тоже бросились на шаньюя.

Но тот лишь рявкнул:

— Скучно… С вами, щенками, мне до смерти скучно!

— Кха!

Один-единственный львиный рык отшвырнул их всех прочь.

— ВСЁМ ВОЙСКОМ! БРОСЬТЕ ВСЕ СИЛЫ НА ЛЕДЯНОЙ ДВОРЕЦ!

— А-А-А!

По его приказу хунну снова устремились на штурм, карабкаясь по стенам.

— Все! Бейте по врагам внизу!

Мастера дворца собрали последние остатки внутренней силы.

— Божественная ладонь Белого льда!

— Искусство морозного меча!

Десятки потоков голубой стужи рассекли метель и обрушились на хунну.

ГР-Р-РОХОТ!

Чудовищная ледяная буря прокатилась под стенами, поглощая передние ряды врагов. Но наступление не остановилось. На место павших вставали другие. Солдаты шли по телам товарищей, вновь поднимали оружие и бросались к стене.

Они напоминали не бесстрашное войско, а армию мертвецов, которые несут саму смерть и продолжают идти вперёд.

— Глава дворца! Восточная линия обороны прорвана!

— Западная стена тоже долго не выдержит!

Я слушал одно донесение за другим, стискивая зубы.

Если всё продолжится так, Ледяной дворец падёт.

В этот миг…

БАХ!

Новый удар сотряс ледяные ворота. По ним пробежала последняя трещина, а вскоре часть ворот окончательно рухнула.

— Они внутри!

Хунну хлынули в крепость через пролом.

Воины дворца не отступили. Даже истекая кровью, они продолжали разить врагов мечами. Если кто-то падал, его место занимал стоявший позади.

Но как ни велика была их решимость, одной силой воли невозможно преодолеть такую разницу в численности.

Оборона медленно, но неуклонно рассыпалась.

— Глава дворца.

Ко мне подошёл окровавленный старейшина.

— Пришло время принять решение.

Я ничего не ответил. И без того понимал, что он имеет в виду.

Увести оставшихся лучших бойцов и отступить? Или сражаться здесь до конца и потерять всё?

Но тут мой взгляд упал на юного ученика.

Он дрожал от страха, однако не выпускал меча и изо всех сил старался защитить людей за своей спиной.

Глядя на него, я понял: дело не только в стенах. Мы должны защищать тех, кто живёт внутри, и имя Ледяного дворца Северного моря, которое они продолжат нести.

Я крепче сжал рукоять меча.

— Ещё не конец.

Старейшина повернулся ко мне.

— Глава дворца?..

— Если мы сейчас отступим, Северному морю придёт конец.

Последняя струйка холодной энергии поднялась с кончика клинка.

— Все до единого. Вложите в бой остатки сил!

— Сегодня мы обязаны уничтожить хунну!

— Да!

Бойцы дворца вновь бросились на врага, собрав всё, что у них оставалось.

Я прорвался сквозь гущу солдат и устремился к Чернокровному шаньюю, стоявшему среди своего войска. Мой меч рассёк воздух, но тогда мне ещё недоставало мастерства.

Разница между нами была слишком велика.

При каждом столкновении клинков у меня немели пальцы. Отражая удар за ударом, я всё ближе подходил к пределу своих возможностей.

В конце концов я отступил, выплюнув кровь.

Но не сдался.

Наша задача заключалась уже не в победе. Нужно было выжить и выиграть время.

После долгой битвы зашло солнце, наступила ночь. Хунну тоже понесли огромные потери и начали постепенно отходить.

— Шаньюй, если продолжим натиск, мы сможем уничтожить дворец, — сказал один из военачальников.

Но Чернокровный шаньюй посмотрел на разрушенные стены и залитый кровью снег и покачал головой.

— Нет. На сегодня хватит.

Он поднял глаза на меня, стоявшего на стене.

— Они уже на пределе. Пополним припасы — и в следующий раз покончим с ними наверняка.

С этими словами он повёл войско сквозь метель.

В тот день Ледяной дворец Северного моря выстоял. Но никто не называл это победой.

Погибло множество учеников, пали многие старейшины. Остались только обрушенные стены и измученные выжившие.

Я долго стоял неподвижно среди окровавленного снега.

И наконец вынужден был признать: дворец больше не способен защищать Северное море в одиночку.

Я принял решение.

Нужно обратиться за помощью к миру боевых искусств.

Другого выхода не осталось.

— …

Я медленно открыл глаза.

Снова холодная пещера.

В руках по-прежнему лежал трактат «Божественное искусство Белого льда».

— И четыре года назад… всё, чего мы добились, — это выжили.

Воспоминания оставались такими же яркими: погибшие ученики, разрушающийся дворец и взгляд Чернокровного шаньюя.

Но теперь всё было иначе.

Впервые за десять лет войны, в которой мы только и делали, что теряли, мне удалось заставить его заплатить.

Я медленно отложил книгу.

И тут…

Хруст. Хруст.

Послышались чьи-то шаги.

«Что это?.. Хозяин пещеры?»

Я насторожился и посмотрел на вход.

Там показалось…

— Кьяк?

…совершенно незнакомое мне существо.