— Ха, чёрт побери!

Она попыталась отмахнуться и забыть, но мучительная дразнящая нота терзала Диану всё сильнее. Не выдержав больше, Диана задрала юбку. Казалось, она не сможет уснуть ни на минуту, если не разберётся с этим.

На случай, если кто-то услышит, Диана зажала подол юбки зубами. Широко раздвинув ноги, она почувствовала, как ледяной ночной ветер прошёлся по разгорячённым бёдрам и влажному лону.

На мгновение показалось, будто её окунули из горячей ванны прямо в ледяной бассейн.

— Угх!

В отчаянии Диана засунула собственные пальцы во вход. Её прекрасные изумрудные глаза задрожали и широко распахнулись.

Она быстро водила пальцами внутрь и наружу, точно как Адриан. Внутренние стенки хлюпали вокруг её пальцев, проглатывая их целиком, но то ли они были слишком тонкими, то ли это была лишь игра воображения — это только разжигало жажду, не принося того трепетного, взмывающего восторга, что был прежде.

Чёрт побери. Неужели это тело уже привыкло к грубым прикосновениям и безрассудству Адриана?

Крепко сжав рот и с покрасневшими уголками глаз, Диана яростно двигала пальцами. Подняв темп так, что плечи, казалось, вот-вот треснут, она едва сумела поймать мимолётный оргазм. Её вход плотно сжался вокруг двух пальцев, как створки раковины.

Запрокинув голову, Диана на краткий миг увидела вспышку. Жидкость тяжёлым потоком полилась из её входа, полностью заливая руку и простыни.

— Ха-а, ах, ах.

Юбка, которую она зажимала зубами, упала. Лицо, шея и спина блестели от пота, словно она только что вышла из душа. Было липко и противно, но Диана слишком устала, чтобы обращать внимание. Она едва смогла убрать влажные пряди волос, прилипшие к лицу.

Даже если бы кто-то пришёл забить её насмерть, у неё не осталось сил пошевелить хотя бы одной мышцей. Сняв с себя одежду и швырнув её на пол, Диана уснула совершенно голой, используя одеяло вместо ночной рубашки.

Она не особенно любила тёмные, тяжёлые романы, но и не ненавидела их.

Если что-то казалось забавным, она это читала.

И однажды, прямо перед сном, ей попался короткий роман 19+, который можно было дочитать примерно за час.

Поскольку история была ультракороткой, запоминающегося сюжета в ней было немного. Просто красивый, но безумный, извращённый граф, который запер и сексуально истязал героиню после того, как она приехала погостить на его день рождения.

Диана была всего лишь низкой служанкой в доме, с которой главный герой забавлялся до встречи с героиней.

И всё же, возможно, благодаря предыстории о разорившейся дворянской семье, её атмосфера и лицо были милы и привлекательны — идеальная мишень для главного героя, обычно равнодушного к другим, чтобы играть с ней как с личной игрушкой.

Однако после появления героини, Диана превратилась в полностью забытого второстепенного персонажа.

Она была фоновым персонажем настолько малозначительным, что появлялась только в самом начале, без единого упоминания о том, что с ней случилось потом. Следовало быть благодарной, что хотя бы не упоминалось, будто она умерла жалкой смертью.

То ли автор не потрудился указать, куда делась Диана, потому что не было причин, то ли просто забыл о ней совсем — оставалось только гадать.

— Угх… Как же ярко.

Солнечный свет, оттеснявший тьму, пробивался сквозь крошечные дырочки в занавесках, нарушая сладкий сон Дианы. Даже с закрытыми глазами мир казался совершенно оранжевым из-за яркого сияния.

Диана сонно захныкала и накрыла лицо подушкой, но это не помогло. Печальнее всего был не солнечный свет, а суровая реальность: пора вставать.

— Я встаю, потому что это уже просто смешно.

Приподнявшись с полуприкрытыми глазами, Диана сидела бессмысленно, чувствуя лёгкое головокружение. Одеяло сползло, полностью обнажив её бледные плечи и грудь, но она совершенно этого не замечала. Вскоре она вернулась к реальности от звука суетящихся за дверью женщин.

— Где я? А. Моя комната.

Глядя на голую, лишённую обоев стену, Диана поняла, что всё ещё внутри тёмного романа. Даже открыв глаза, она всё ещё цеплялась за отчаянную надежду, что всё это окажется её домом, но тревога подкрадывалась: возможно, теперь придётся оставить надежду.

Тяжело вздохнув, Диана скинула одеяло. Хотя время прошло, простыни всё ещё были влажными и не высохли.

— Ой. Неужели я правда так сильно натекла во сне?

Хотя место между ног слегка распухло, это не мешало двигаться.

— Умереть было бы лучше, чем терпеть всё это.