Итан повёл их обратно, следуя собственным следам, наполовину занесённым песком. Никто не говорил. Позади раздавались шаги — ровные, но осторожные, словно любой звук мог выманить из дюн что-то ещё.

Он не раз замечал, как Сара смотрит на него, думая, что он не видит. Ему было интересно, о чём она думает. Не считает ли, что он бросил их. Что решил пойти своей дорогой, оставив их выживать самим.

Он подумывал что-нибудь сказать. Извиниться, наверное. Объяснить, что считал это лучшим решением, что думал справиться со всей нежитью и победить. Но даже в собственной голове слова звучали неубедительно. Как оправдать свой уход, если из-за этого Марк едва не истёк кровью?

Поэтому он молчал, и они продолжали идти в тишине. Когда возвышенность впереди понизилась и наконец показался Марк, Сара бросилась бежать.

Она пронеслась мимо Итана, прижимая Тома к боку, и опустилась на колени перед мужем, взметнув песок. Руки уже двигались — сперва лихорадочно, затем она заставила себя замедлиться, осматривая его. Том опустился рядом, маленькими руками вцепился в рукав Марка и смотрел широко раскрытыми немигающими глазами.

Итан продолжал идти. Остановился неподалёку и чуть отвернулся, осматривая дюны и пустые просторы за ними. Стоять над душой незачем. Для Марка он больше ничего сделать не мог: тот либо выживет, либо нет. Лучшее, что он сейчас мог предложить, — не мешать и быть начеку.

Он слышал, как они разговаривают. Не пытался прислушиваться, но это был хороший знак. Если Марк уже способен говорить, возможно, мазь сработала лучше, чем он надеялся.

Сара осторожно прижимала обе ладони к шее Марка, нахмурившись от сосредоточенности. Из-под ладоней лился слабый свет, тёплый и мягкий, проникая в разорванную плоть. Итан рассеянно вспомнил, что она целительница. Теперь всё зависело от того, правильно ли она выбрала навык.

Похоже, правильно. Через несколько секунд свечение угасло. Марк судорожно вдохнул и закашлялся, поморщившись. Но когда Сара убрала руки, кровь едва сочилась, а рана уже не была открытой и зияющей.

От облегчения в груди Итана ослабло напряжение, которого он прежде даже не замечал. Он видел немало смертей. Слишком много. Но почему-то не хотел, чтобы эта семья разделила ту же участь. Эгоизм? Итан мог признать, что да. Он поставил себе задачу довести их до безопасного места. Если даже с этим не справится, на что надеяться, пытаясь изменить будущее?

Он наблюдал, как Сара продолжает работу. Она подвинулась, ладони перешли на рёбра Марка, на руки, на ноги. Когда горлу перестала грозить опасность, стали видны остальные повреждения — и всё было плохо. Марк далеко вышел за пределы своих сил. Порезы, которых Итан не заметил, теперь бросались в глаза. В спешке он не понял, насколько сильно Марк изранен. Похоже, бой был на волосок от поражения.

Итан молча наблюдал, радуясь лишь тому, что успел спасти их и что с ними есть целительница. По крайней мере, теперь его ОП потрачены не зря.

Всю вторую половину дня они оставались на месте. Оказалось, как бы ни был хорош лечебный навык Сары, он всё ещё находился на первой ступени. Поэтому ей приходилось лечить, затем отдыхать, ожидая восстановления навыка.

Марк то приходил в себя, то проваливался обратно, блуждая между сном и явью, но жил. Всё это время Итан стоял на страже. Медленно обходил окрестности, не сводя глаз с горизонта, следя, чтобы ничто не попыталось закончить начатое мертвецами.

Когда солнце начало медленно опускаться, Итан наконец позволил себе поверить, что день может пройти без новой схватки.

Сара попросила отдохнуть на месте. Итан не возражал. Он видел, что Марку нужно больше времени, чтобы восстановить силы. Саре тоже: изнеможение давило на неё, несмотря на облегчение от того, что муж жив. Даже Том едва шевелился, цеплялся за родителей и спал куда крепче, чем следовало бы ребёнку его возраста.

Отдых был необходим. К следующему утру они смогли идти дальше.

Марк всё ещё мучился от боли. Это было очевидно. Шея обмотана слоями ткани — испачканной, но уже не пропитывающейся новой кровью, движения скованные и неровные. И всё же он шёл. Медленно, но без жалоб. Сара держалась рядом, одна рука постоянно была возле его руки, а Том то шёл сам, то ехал на руках.

По прикидкам Итана, до поселения оставалось ещё дня два. Обычно он заставил бы идти быстрее. Но теперь? Теперь можно позволить себе замедлиться. Пустыня на этот раз, казалось, не возражала.

Ни следа нежити. Ни скорпионьих следов на песке. Ни развороченных дюн. Ни тел, запекающихся на солнце.

Итан этому не доверял, но принимал.

Припасов хватит. Впритык, но хватит. Всё же, добравшись до цивилизации, нужно будет пополнить запасы. Может, найти доспехи, если окажутся по карману.

Время шло; дни сливались в череду переходов, привалов и тихих разговоров. Сара постоянно говорила с Томом, показывала скалы, придумывала истории, чтобы отвлечь. Марк говорил меньше, берёг силы, но слушал. Казалось, они отдалились от Итана. По-прежнему перекидывались дежурными фразами, но по-настоящему с ним разговаривал лишь Марк — и то мало, из-за заживавшего горла.

На вторую ночь они разбили лагерь между двумя невысокими дюнами, где ветер был слабее. Над головой ярко горели звёзды. Сара и Том быстро уснули, без борьбы уступив усталости.

Неподалёку Итан занялся привычными упражнениями: обнажил меч и медленно, размеренно прошёл последовательности движений. Тело всё ещё привыкало к нагрузке, которую он на него взваливал, даже с учётом силы и выносливости, прибавлявшихся с каждым уровнем. Но каждое повторение, каждый час практики оттачивали тело, позволяя ему увереннее владеть мечом.

Он почувствовал приближение Марка раньше, чем услышал. В свете костра шея выглядела скверно: кожу пересекали воспалённые красные полосы. Повязки он пока снял, чтобы рана подышала.

— Можно к тебе присоединиться? — спросил он немного погодя. — Если ты не против.

Итан посмотрел на него внимательно. — Ты не в том состоянии, чтобы драться.

— Знаю, — сказал Марк. — Я и не об этом. — Он помедлил и добавил: — Просто хочу научиться основам. Ты явно знаешь, что делаешь. Любая помощь пригодится.

Итан усмехнулся. — Ладно. Только не будем торопиться.

Марк сразу кивнул. — Не торопиться — подходит.

Итан отступил и поманил его ближе. Сначала поправил стойку: уверенно, но осторожно переставил ему ноги в песке, пока тот не обрёл устойчивость.

— Вес держи на бёдрах, — сказал Итан. — Не на плечах. Наклонишься вперёд — тебя свалят.

Марк поморщился, меняя положение. — Как-то неправильно.

— Хорошо, — ответил Итан. — Значит, ты не повторяешь того, что делал раньше.

Марк фыркнул, но послушался.

Они занимались молча: Итан показывал простые удары, Марк повторял как мог. Двигался скованно, раны мешали, но он старался. Каждый раз, когда сбивалось дыхание, когда по лицу пробегала боль, он продолжал.

Спустя какое-то время Марк остановился и опёрся на меч, тяжело вздымая грудь. По лицу стекали капли пота; он выглядел раздосадованным.

— Если бы не навык провокации, — тихо сказал он, — они бы погибли.

Итан не перебивал.

— Эта штука стягивала всех ко мне, — продолжил Марк. — Каждый раз, когда я её применял, казалось, будто рисую мишень у себя на спине. Но работало.

Он осторожно сглотнул.

— Не выбери я этот навык… Даже представлять не хочу.

Итан кивнул. — Ты выбрал правильно.

Тогда Марк посмотрел на него. По-настоящему посмотрел. — И всё равно едва хватило.

— Да, — согласился Итан. — Но время ты выиграл. И в конце концов перебил немало мертвецов.

Марк взглянул туда, где спали Сара и Том, — маленькие фигурки под звёздами. — Мне нужно стать сильнее, — тихо сказал он. — Ещё одного шанса не будет. Меня спасают уже второй раз. Не хочу, чтобы был третий.

Итан упёр остриё клинка в песок. — Понимаю. И хорошо, что ты осознаёшь: чтобы выжить в Испытаниях, нужна сила.

— Ты тоже это понял? Поэтому ты здесь один? Чтобы стать сильнее?

Итан убрал меч в ножны. — Я уже говорил: я кое-кого ищу. Но да. Теперь значение имеет только сила. Забудь правила, по которым мы жили раньше. Бери, что можешь, и становись достаточно сильным, чтобы защитить всё, что тебе дорого.

— Похоже на быстрый способ потерять себя.

Итан кивнул. — Наверное, просто нужно напоминание. Тебе повезло. Семья рядом, и ты видишь, что на самом деле важно.

— А ты?

Итан усмехнулся. — Обо мне можешь не беспокоиться. О себе я позабочусь.

Марк кивнул, но развивать разговор не стал. Вместо этого извинился и ушёл отдыхать к семье.

Итан сел у костра. Последние несколько дней в голове был хаос: он прокручивал каждое принятое решение, сомневался, способен ли спасти человечество. Поэтому закрыл глаза и погрузился в медитацию.

Так он просидел несколько часов, пока медитация наконец не перетекла в беспокойный сон.

Когда он проснулся, они отправились в путь с первыми лучами.

Пустыня встретила их как всегда — молчаливая, необъятная и безучастная, — но теперь что-то ощущалось иначе. Этот отдых был ему необходим. Итан, как обычно, шёл первым, осматривая дюны впереди; Марк держался в нескольких шагах сзади, Сара и Том — между ними.

Итан понемногу прибавлял темп, ничего не говоря. Ему не терпелось выбраться из пустыни и довести Марка и Сару до безопасного места.

Должно быть, им хотелось того же: никто не жаловался.

Шли часы, и местность начала меняться. Сначала едва заметно: среди песка попадались камни, из дюн выступали зубчатые гряды, похожие на кости чего-то древнего. Затем скалы стали крупнее, с каждой пройденной милей поднимались всё выше, образуя длинные неровные хребты, рассекавшие пустыню.

Они были близко.

Воздух начал остывать. Всё ещё жаркий, но уже не удушающий: огромные скалы превратились в высокие горы, отбрасывавшие тени на дюны внизу.

Марк тоже заметил. — Вот это хорошо, — тихо сказал он. — И вид неплохой.

— Да, — ответил Итан. — Это одно из самых больших поселений на уровне. И самый крупный здешний ориентир.

Они продолжали идти по окраине каменных полей, петляя между высокими столбами и узкими проходами, где низко и непрерывно выл ветер. Местность вынудила их сблизиться, нарушив строй, но Итан не возражал. Сейчас внимательность была важнее скорости.

Затем Итан остановился.

Он поднял руку, и остальные замерли вместе с ним, вероятно, ожидая опасности. Марк даже обнажил меч.

Итан понял, что стоило объяснить. Теперь поздно.

Он медленно шагнул вперёд, поднявшись на невысокий выступ из камня и щебня. По другую сторону земля уходила вниз, открывая широкую котловину между горами.

И вот оно.

Поселение. Высокие Скалы.

Оно цеплялось за камень, словно паразит, научившийся выживать. Строения, вырубленные прямо в скальных стенах. Грубые стены, укреплённые собранными костями и панцирями. Тканевые навесы между столбами, дающие тень.

Позади тихо ахнула Сара.

Марк встал рядом с ним; глаза расширились, на лице ясно читалось неверие. — Мы дошли?

Итан кивнул. — Похоже на то.

Том потянул Сару за рукав, выглядывая из-за её бока. — Мы в безопасности?

Сара сглотнула; в уголках глаз собирались слёзы, когда она кивнула. — Да, милый. Думаю, да.