Песок смещался у них под ногами, пока они пересекали дюну. Итан шёл впереди, положив меч на плечо, а Лия следовала чуть позади, всё сильнее сосредотачиваясь, пока её навык искал следующую цель.

— Опасность была прямо здесь, — сказала Лия, слегка хмурясь. — Я всё ещё её чувствую, но она словно где-то далеко.

Итан замедлился, опуская меч и распространяя чувства наружу. Он ничего не ощущал. Ни движения. Ни чьего-либо присутствия. Только песок и ветер.

— Не может быть, — пробормотал он, уже меняя стойку. — До сих пор твой навык не ошибался.

Лия кивнула и подошла к нему сзади, потянувшись рукой к кинжалу; обоих охватило беспокойство.

Но едва Лия приблизилась, из песка вырвалась бледная рука. Пальцы сомкнулись на её лодыжке и дёрнули, лишая равновесия, а остальное тело существа плавным, неестественным движением выскользнуло наружу. Поднимаясь, оно изогнулось; его очертания мерцали, словно оно то возникало в реальности, то уходило из неё. Другая рука существа уже летела вверх, и почерневшие когти устремились прямо к голове Лии.

Итан двинулся не думая. Он бросил меч на полушаге и прыгнул, врезавшись Лие в бок, вырвал её из хватки существа и отбросил из-под удара. Когти прошли там, где только что была её голова, так близко, что он почувствовал, как они рассекают воздух.

Лия тяжело упала позади; на песок дождём брызнула кровь.

Итан повернулся, и пустой взгляд существа остановился на нём. [Поле ауры] развернулось наружу; разъедающая энергия влилась в окружение, распространяясь по песку, черня его и наполняя воздух нездоровой тяжестью, цеплявшейся за каждый вдох. Ядовитая аура пожирала всё, чего касалась, проникала в землю и оставалась в воздухе. Но на нежити действие притупилось: коррозия не вгрызалась так глубоко, как должна. Итан слегка нахмурился, но думать было некогда. Внимание целиком приковала картина позади. Лия неподвижно лежала на песке, и на долю секунды всё остальное исчезло: он заставил чувства успокоиться ровно настолько, чтобы проверить её. Грудь слабо поднималась и опадала; сосредоточившись, он услышал дыхание. Ровный ритм говорил: жива. Лишь это он себе позволил, прежде чем вновь посмотреть на напавшее существо.

Итан шагнул вперёд, прочно встав между Лией и нежитью, поднял клинок и снова расширил восприятие. Существо наблюдало за ним, чуть наклонив голову, словно изучало его; длинные почерневшие ногти лениво волочились по песку, пока оно меняло стойку. Даже с [Обострённым чутьём] Итану было трудно точно определить, где оно находится. Его присутствие то на мгновения исчезало, то появлялось снова. Итан лихорадочно складывал картину, вспоминая предупреждение Лии: она почувствовала опасность, но затем угроза исчезла и оставалась незаметной до тех пор, пока не стало слишком поздно.

Было ясно, что перед ним нежить высокого уровня. Возможно, даже далеко за тридцатым.

Итан медленно выдохнул, и его ядро отозвалось всплеском. Мана хлынула по телу, а аура яростными волнами давила наружу, просачиваясь в песок под ногами. Сердце колотилось у него в груди. Аура грызла стоявшую внутри неё нежить, но действовала не так, как на Десмонда. Яд скользил по телу существа с ослабленным эффектом, притуплённый тем неестественным состоянием, которое поддерживало его существование. Этого хватило, чтобы подтвердить разницу и понять: эта мёртвая женщина сильна. Итан не стал колебаться и не дал ей времени изучать его дальше. Он рванул вперёд; песок под ногами треснул от силы толчка, а клинок одним плавным движением описал широкую диагональ, рассчитанную закончить всё за один обмен ударами. Но в тот миг, когда клинок встретил сопротивление, оно исчезло. Итан прищурился: ощущение пропало на середине взмаха. Тело нежити исказилось ровно настолько, чтобы сталь рассекла воздух вместо плоти, а мгновение спустя снова обрело твёрдость уже внутри его дистанции. Вытянутые когти метнулись к щели у него под рукой.

Итан извернулся и едва сумел отвести удар. Когти скребнули по шву его доспеха, но даже так удар был достаточно сильным, чтобы отозваться резкой полосой боли в боку. Итан отступил, восстановил опору и мечом создал дистанцию. Нежить снова двинулась. Каждый её удар был быстрее предыдущего. Перестав поспевать за ней даже с активным [Насыщением маной], Итан был вынужден предсказывать, куда она атакует. В последний миг он сумел поднять клинок, отбил когти и остановил град атак. Вместо продолжения нападения существо пошло вокруг него, волоча когти по песку, наблюдая, выжидая и прощупывая слабость. Затем оно снова бросилось, на этот раз целясь в плечевой сустав. Итан встретил его в лоб, резко вскинув клинок для перехвата; мана хлынула по его конечностям, усиливая каждое движение. Но он знал, что слишком медленен, даже с укреплёнными маной мышцами. Поэтому одновременно он направил ауру внутрь, заставляя её проникнуть в мышцы и усилить их ещё больше, далеко за обычные пределы тела. Но едва две силы встретились, внутри него что-то порвалось. Боль разодрала руку: аура и мана столкнулись и тёрлись друг о друга, словно встречные течения, не желавшие сосуществовать. Хват Итана ослаб на полсекунды — этого хватило, чтобы коготь нежити проскользнул сквозь его защиту. Сталь приняла большую часть удара, доспех поглотил худшее, но удар всё равно прошёл через защиту и оттеснил Итана на шаг. Он немедленно перекрыл поток ауры, оборвав его прежде, чем тот причинит ещё больше вреда.

Итан стиснул зубы, подавляя боль, дал [Насыщению маной] рассеяться и активировал [Перегрузку ауры]. Яростный поток заполнил его тело, стабилизируя худшие повреждения, но нежить уже вновь наступала, не давая ему ни мгновения на восстановление. Ему пришлось уйти в защиту: её когти били быстро и точно. Пока существо двигалось внутри поля, его продолжала разъедать аура, однако её действие оставалось ослабленным и медленным, словно яд не находил в нём достаточно жизни, чтобы подействовать в полную силу.

Итану хотелось выругаться. Он знал, что ауру и ману не следует смешивать, но всегда думал, что люди преувеличивают. Теперь же, испытав это на себе, он изменил мнение. И перед ним встал неприятный факт: эта нежить была для него слишком быстрой. Вероятно, до смерти она была высокоуровневым Разбойником или кем-то похожим, кто вкладывал характеристики прежде всего в Ловкость. Теперь Итану нужен был надёжный план. Если он не может объединить ауру и ману, чтобы поспевать за противницей, придётся придумать что-то другое.

Итан снова предугадал атаку, парировал слишком длинные когти и сосредоточился на [Обострённом чутье]. Лия всё ещё лежала, хотя немного шевелилась.

Вместо этого Итан попытался вытолкнуть ману наружу, за пределы тела. Ощущение было неправильным, глубоко неправильным: энергия сопротивлялась, пока он вытягивал её из ядра. Он знал, что не должен так поступать. Система работала иначе; навыки полагалось развивать и использовать не таким способом, а вслепую выталкивать ману из тела в настолько опасной ситуации было крайне безрассудно. Но у него не было времени на тонкую работу, он не мог позволить себе делать всё правильно. Альтернативой было по-прежнему отставать на шаг. А этого он допустить не мог. Рано или поздно Итан ошибётся в предсказании атаки. И тогда Лия останется беззащитной.

Поэтому он всё равно заставил ману выйти наружу.

Нежить снова прыгнула, сверкнув когтями, но тут что-то изменилось. Итан почувствовал одновременно с существом: позади зашевелилась Лия, и слабого звука хватило привлечь обоих. Нежить отреагировала мгновенно, повернула голову и без колебаний двинулась к ней, бросив его ради более лёгкой добычи.

Итан не думая преградил ей путь, клинком перехватив удар, предназначенный Лие. Он быстро понял: нежить выбрала его сестру. Более слабую цель. Ту, кого легче убить. Она проигнорировала его и бросилась за Лией. Допустить этого он не мог. Эта нежить была слишком опасна. В нём мгновенно вспыхнула горячая ярость, сжигая остатки сдержанности; он полностью свернул ауру внутрь и сосредоточился только на мане, заставляя её входить в мышцы сильнее, быстрее и горячее прежнего.

Затем Итан сделал то, чего, как он знал, делать не следовало.

Он принудительно перекрыл потоки. Но поскольку всё ещё не знал, как сделать это правильно, воспользовался аурой.

Аура обрушилась на его энергетические пути, запечатав все, кроме канала, ведущего в руку. В тот миг, когда две силы встретились, они яростно столкнулись, разрывая его изнутри, пока мана принудительно направлялась в единственную сторону. Давление стремительно росло, гораздо быстрее, чем могло выдержать тело. Мышцы и кости напряглись под напором, и боль взорвалась во всём теле. Итан прекрасно понимал, что с собой делает и насколько плохо это может закончиться, но ему нужно было хоть что-то предпринять. Его рука вздулась от силы: в ней скопилось больше маны, чем он мог безопасно удержать, и энергия жгла его изнутри, ища выход.

Позади поднималась Лия. Он слышал, как кровь капает на песок. Она застонала.

Нежить снова двинулась. Рука Итана дрожала: давление достигло пика, мана подошла к пределу, грозя вырваться независимо от его желания. Пальцы инстинктивно ослабили хват на мече, потому что тело кричало ему отпустить оружие и дать энергии выход. Он послушался. Клинок выпал из руки, Итан шагнул вперёд; в тот же миг нежить бросилась на него, и он выбросил кулак ей навстречу.

Мана вырвалась из руки расплавленной, неуправляемой, яростной массой обжигающей энергии. Жидкий огонь врезался нежити в грудь. Отреагировать та не успела, скорость не помогла: застигнута врасплох. Удар пришёлся полностью; неестественное тело мгновенно почернело, энергия прожигала его, плавя плоть и кости, пока оно обрушивалось внутрь.

Итан пошатнулся от отдачи. Там, где столкнулись аура и мана, вспыхнули внутренние повреждения, раздирая его именно так, как он и предвидел. Он снова принудительно активировал [Перегрузку ауры]; исцеление стабилизировало худшие повреждения. Подняв голову, он увидел, что тело противницы шевелится.

Нежить дёрнулась и потянулась вверх вопреки повреждениям. Её пустой взгляд вновь остановился на Итане, пока она заставляла изувеченное тело собираться воедино. Итан резко выдохнул и уже двигался, направляя немногие остатки маны в [Насыщение маной] и на этот раз правильно проводя её через тело. Он сблизился прежде, чем противница успела полностью восстановиться. Одним чистым движением он поднял клинок с песка; несмотря на раздиравшее его тело напряжение, движение оставалось плавным.

Сталь встретила плоть и на этот раз прошла сквозь тело нежити. Голова отделилась чисто.

Вы победили [Мёртвый оборотень] ур.36

Поздравляем! Теперь вы [Рыцарь ур.27]

Сил +2, Вын +2, Лов +1, Вос +1, Воля +2

Итан немного постоял, тяжело дыша, затем повернулся к Лие и закрыл уведомление.

— Чёрт подери, из ниоткуда выскочила, — сказала она, держась за голову, где кровоточила рана.

Итан уронил меч. Всё его тело болело. Затем он опустился на колени рядом с Лией. — Ты ранена?

— Только уверенность в себе.

Он фыркнул. — Аналогично.

И он говорил правду. Эта тварь оказалась слишком быстрой. Если бы не доспех, она изрезала бы его в клочья. Даже теперь его каналы маны были в полном раздрае. Однако бой кое-что показал. Несмотря на [Насыщение маной], Итан по-прежнему был слишком медленным. Ему нужно найти способ это изменить. Особенно с учётом того, что дальше он будет встречать всё более сильных противников.

Итан выдохнул и вновь применил [Перегрузку ауры], ощущая медленное исправление нанесённого себе вреда. Тело немного пострадало, самолюбие тоже, но под шлемом расплылась улыбка. Он сотворил заклинание. Пусть и схитрил.

Итан сосредоточился на порезе на голове Лии. Кровь ещё текла, хотя слабее, чем сначала. Когда он отвёл её руку, чтобы лучше рассмотреть рану, то понял: повреждена главным образом поверхность кожи. Рана выглядела неприятно, но глубокой не была.

— Не двигайся, — пробормотал он, уже залезая в рюкзак.

Лия фыркнула, но не сопротивлялась и сидела неподвижно, пока Итан доставал полоску ткани и обматывал ей голову, осторожно, но умело закрепляя повязку. Как только ткань прижала рану, кровотечение быстро замедлилось, и через несколько мгновений ему удалось взять его под контроль.

— Быстрая тварь, — сказала Лия после паузы, уже тише. — Я даже не заметила, как она напала.

— Я тоже, — признался Итан, завязал повязку и убрал руки. Он ещё секунду посидел, в последний раз прочёсывая чувствами окрестности и убеждаясь, что рядом не притаились другие угрозы, затем встал и поднял меч. — Мы здесь закончили.

Лия подняла глаза. — Закончили?

— Закончили расчищать путь, — сказал он. — С меня хватит. Нам нужно отправиться за улучшением твоего класса.

Она мгновение смотрела, затем кивнула. — Значит, миражи.

Итан склонил голову. — Миражи.

Когда Лия уверенно встала, они двинулись дальше, оставив труп. Дюны поглощали следы боя, ветер уже стирал немногие оставшиеся свидетельства. Путь стал тише, сосредоточеннее; оба мало говорили, шли к цели, а не из любопытства, больше не ища сильных врагов. Вероятно, думали о последней схватке, хотя по разным причинам.

В пути Итан снова и снова вспоминал тот миг, когда силой вытолкнул ману из тела. Это получилось грубо, бесконтрольно и повредило ему, но сработало. Уже поэтому стоило продолжать. На ходу он пробовал понемногу выталкивать ману наружу, придавать ей форму и направлять, не разрывая себя при этом. Каждая попытка казалась неправильной: энергия сопротивлялась ему и ускользала, стоило попытаться оформить её. Всякий раз, когда он тянулся к ней, ему хотелось опереться на ауру для контроля. Но это создавало отдельную проблему.

Аура и мана не смешивались. Это он уже доказал. Чем больше он пытался управлять одной энергией с помощью другой, тем сильнее сопротивлялось тело, а напряжение росло быстрее, чем он мог с ним справиться. Поэтому Итан изменил подход: экспериментировал с меньшими потоками и более короткими выбросами, пытаясь найти границу, в пределах которой мог влиять на ману, не сталкивая две силы напрямую. Прогресс был медленным и временами досадным, но это всё же был прогресс.

К концу второго дня что-то изменилось.

Дюны начали выравниваться. Сначала едва заметно: склоны положе, песок ровнее. Но по мере движения перемена стала неоспоримой. Бесконечные подъёмы и спуски уступали открытому простору; местность сглаживалась, пока впереди до предела зрения не протянулась ровная, непрерывная плоскость.

Итан замедлился, затем остановился.

— Пришли, — сказал он.

Лия встала рядом, окинула пейзаж; на лице мелькнуло недоумение. — Значит, это вход на следующий уровень?

Итан по-прежнему смотрел вперёд, на пустой простор. — Ага. Мы наконец здесь.

Лия слегка нахмурилась. — Ничего особенного.

Он фыркнул. — Просто помни, что я говорил.

Она немного помолчала, усваивая.

— Ты справишься, — ровно добавил Итан. — Здесь дело не в силе, как во всём остальном, чем мы занимались. Здесь дело в тебе и в понимании того, кто ты.

Лия медленно выдохнула, слегка кивнула. — Хорошо. Значит, узнать можно только одним способом.

Итан кивнул, и вместе они шагнули в мираж.