Итан добрался до Маунтфорда лишь к вечеру. Поселение было огромным — куда больше всего, что он до сих пор видел на этом уровне. Глиняные стены поднимались из пустыни, словно выросли здесь сами; по цвету они почти не отличались от окружающих дюн. Издали Маунтфорд сливался с пейзажем. Вблизи его невозможно было не заметить.

Подходя к воротам, Итан замедлил шаг.

Он знал о Маунтфорде. Знал, кто им управляет. Но на этом его познания заканчивались. Раньше он здесь не бывал и понятия не имел, чего ожидать и насколько гостеприимными окажутся местные.

У открытых ворот стояли двое стражников. Когда Итан почти подошёл к ним, они двинулись наперерез, преграждая вход.

— Назови цель визита.

Итан остановился. Стражники не выглядели враждебными или настороженными, и это было хорошим знаком. Он покрутил пряжку рюкзака и ответил: — Я странствую в поисках сестры.

Стражник окинул его взглядом, скользнув по снаряжению и остановившись на лице. Он окликнул другого человека. Тот вышел с противоположной стороны ворот. После короткого допроса — где Итан был и как его зовут — стражник пропустил его.

Итан уже собрался пройти, но мужчина снова поднял руку.

— Тебе бы найти место, где привести себя в порядок, — добавил стражник. — Нечего пугать мирных жителей.

Итан тихо фыркнул. — Не переживай, это у меня первым пунктом.

Стражник озорно улыбнулся. — Отлично. Проходи.

Итан кивнул и вошёл в поселение. В Маунтфорде кипела жизнь. Люди ходили по улицам, таскали припасы, разговаривали и смеялись. Напряжение в плечах Итана немного отпустило. В воздухе пахло едой. Маленький ребёнок пробежал мимо и слегка задел его.

— Простите, сэр! — крикнул он на бегу, пока за ним со смехом гнались ещё трое мальчишек.

Итан тоже усмехнулся и продолжил идти, наблюдая за этой суетой. Но вскоре заметил, что люди стараются держаться от него подальше.

Никто не устраивал сцен и ничего не говорил прямо. Но несколько человек при его приближении брезгливо морщили нос. И правда, [Обострённое чутьё] было и благословением, и проклятием.

Впрочем, причина у них имелась. Стражник был прав: от Итана пахло. Не невыносимо, но достаточно заметно.

Чуть впереди шла молодая пара и, похоже, пыталась ускориться. Но Итан не собирался давать им уйти — он услышал их разговор.

— Я слышал, Мэддокс выступает в «Плуге и пере». Пойдём посмотрим.

— Ещё бы! Он такой красавчик!

— Что…

Итан пошёл за спорящей парой, надеясь, что в заведении найдётся ночлег и оно ещё открыто. Вскоре они подошли к зданию, над дверью которого висела деревянная вывеска.

Он вошёл следом за ними, оставив позади угасающий солнечный свет. Внутри было битком. За каждым столом сидели люди, кружки звенели, а по залу катился смех. Кто-то устроился на возвышении и перебирал струны гитары, выводя лёгкую непринуждённую мелодию. Он тихо напевал, пока все женщины в зале не сводили с него глаз.

Итан фыркнул. Он понимал, что имела в виду женщина. На его смешок несколько человек обернулись.

Кто-то нахмурился, другие слегка отодвинулись. Итан сделал вид, что ничего не заметил, и направился к стойке.

По дороге он сосредоточился на [Обострённом чутье]. Поток информации был ошеломляющим. Он мог отфильтровать всё: от движений людей за спиной до приглушённых разговоров в углу. Обычно это сводило бы с ума. Возможно, так бы и случилось, не испытай он подобного раньше.

Но теперь он справлялся.

Новопробуждённое ядро принимало на себя нагрузку. Мозг Итана тоже стал острее, и он мог свободно фильтровать сведения: не прислушиваться к каждому разговору, а сосредоточиваться на чём-то одном. Ощущения по-прежнему были интенсивными, но больше не казалось, будто они разрывают его внимание на части.

Итан медленно выдохнул и облокотился о стойку. За ней стояла женщина, которую иначе как внушительной не назовёшь. Высокая, широкоплечая, с мощными руками и круглым лицом, раскрасневшимся от жары и работы. Волосы были небрежно собраны в узел, а фартук уже заляпан едой, напитками и чем-то подозрительно похожим на кровь. При всём при этом женщина улыбалась, громко смеялась над словами посетителя и ловко пододвинула ему кружку.

Заметив Итана, она улыбнулась ещё шире и подошла.

— Вот те на, — сказала она, уперев обе руки в стойку и подавшись вперёд. — И чего это такой юнец шатается тут весь перемазанный?

Итан невольно рассмеялся. Слова у неё были не самые любезные, но по тону он понял: злобы в них нет.

— Я бы с радостью где-нибудь помылся и переночевал.

Она небрежно махнула рукой. — Да уж, это очевидно. Выпить хочешь? Для пива ты маловат. Но у меня есть сок или что-нибудь в этом роде. Тебе он не помешает. И сразу предупреждаю: баню ты примешь, хочешь ты того или нет.

— Комната подойдёт, — сказал Итан, улыбнувшись. — И да. Баня тоже.

— Умный мальчик, — весело сказала она. — Как тебя зовут?

— Итан. Рад познакомиться.

Она взяла мел и записала что-то на доске позади себя. — Ночь стоит медяк, для тебя. Баня включена. За еду отдельно. Но спускайся после того, как отмоешься. Сегодня угощу за счёт заведения. И я тоже рада познакомиться.

Итан полез в рюкзак и нащупал свою небольшую горстку медных монет. Алекс отдал ему несколько за яд скорпиона и другие трофеи. Итан положил одну монету на стойку.

Женщина взглянула на монету, потом на него. — Всего одну?

— Вы попросили одну.

Она расхохоталась так громко, что перекрыла шум зала. — Справедливо. Комната наверху, вторая дверь слева. Ванна уже нагрета, она в конце коридора на втором этаже. Боги знают, как тебе нужна баня.

Она подтолкнула к нему грубый деревянный ключ. — Только не забудь спуститься потом. Я тебе что-нибудь приготовлю.

— Благодарю. Спасибо… — Итан осёкся, поняв, что так и не спросил её имени.

— Тилли, — рассмеялась она, покачав головой.

Он кивнул, взял ключ и направился к лестнице, не обращая внимания на взгляды. Комната оказалась маленькой, но чистой: узкая кровать, стул и окно с видом на улицу.

Итан задержался ненадолго. Быстро обыскал комнату, бросил снаряжение на кровать и вышел в коридор, направляясь к бане.

Когда он закончил, вода выглядела так, будто в ней что-то сдохло. Итан усмехнулся. Наверняка система фильтрации очистит её для следующего посетителя.

Он переоделся в чистую одежду из рюкзака и спустился вниз, снова почувствовав себя человеком.

Барменша сразу его заметила.

— О, слава богам, — радостно сказала она, когда он подошёл. — Я знала, что под всей этой грязью скрывается симпатяга.

— Чувствую себя оскорблённым, — ответил Итан, решив, что эта женщина ему по душе.

Она ухмыльнулась. — Переживёшь. Садись. Еду уже несут.

Он сел за небольшой столик у края зала. Тилли сказала, что велит принести ему что-нибудь горячее, и подала напиток. Это и правда оказался сок.

Пока он ждал, Итан позволил [Обострённому чутью] охватить больше пространства. Навык всё ещё ощущался непривычно. Будто он прислушивался к чувству, которое всегда было при нём, но которым прежде не пользовался. Шум в баре не исчез, но рассортировался. Разговоры отделились друг от друга. Движения стали отчётливее. Ему это нравилось. Теперь тому, кто попытается подкрасться к нему, точно конец.

Он держал голову опущенной, но почувствовал, как в бар вошли шестеро. Двигались они куда изящнее большинства посетителей, и сразу стало ясно, что они поднялись на несколько уровней.

Они заняли стол неподалёку. Тилли тут же принесла им напитки. Все вели себя вежливо, приняли кружки и заговорили о пустяках. Сначала ничего интересного: жалобы на жару, шутка о том, как кто-то чуть не угодил в пасть песчаному ползуну, чьё-то ворчание о ценах на пайки и о том, что система дерёт втридорога.

Итан почти перестал прислушиваться и сосредоточился на еде, которую как раз принесли.

Но, услышав кое-что интересное, он замер с ложкой на полпути ко рту.

— Всё равно странно, — сказал мужчина. — Ещё одна группа пропала. Уже третья за эту неделю.

Итан продолжил есть, стараясь не выглядеть чудаком, который сидит в углу и следит за всеми.

— Ничего не понимаю, — ответила женщина. — Дороги вокруг Маунтфорда безопасны. Мы перебили всех монстров поблизости.

— Именно, — сказал мужчина. — Значит, люди либо врут, либо кто-то их убивает.

Раздалось фырканье. — Сами знаете кто.

— Разбитые Рассветы? — подал голос другой. — Слишком уж они освоились на вершине. Конкурентов не хотят.

— Осторожнее, — пробормотал кто-то. — Опасные слова.

После паузы заговорила другая женщина: — А разве Элис не отправилась разбираться?

— Конечно, это поручили её команде.

— С ней же Крис, — сказал кто-то. — Бывший… кто-то там. Секретный агент, да? Когда система появилась, ему предложили редкий класс, так что начальство, естественно, приставило его к этому делу.

— Похоже на правду, — отозвался другой голос. — А теперь у неё ещё и новый разведчик.

— И что с того? — ответил кто-то. — Разведчиков у нас полно.

— Да, но, похоже, у неё есть навык, за которым начальство давно охотится.

— Это та хорошенькая брюнетка? Которая сказала, что вступит к нам, только если мы поищем её брата?

Итан крепче сжал кружку, слегка расширив глаза.

— Сэм, не говори при своей девушке, что другие женщины красивые. Посмотри на неё, ты же её расстроил.

— Да отстань ты, Лоти.

— Вот именно, — продолжил мужчина. — Этой суке всегда достаются лучшие люди.

— Полная чушь, — проворчал кто-то ещё. — Некоторые из нас пашут уже несколько месяцев.

Потом разговор свернул в сторону, но Итан почти ничего больше не слышал.

Неужели он уже наткнулся на след? Вряд ли. Каждый день в Испытания приходили новые люди. Возможно, совпадение. Наверное, просто совпадение. С какой стати Лия выбрала бы класс разведчика? От него толку — чуть больше, чем от быстрого способа умереть.

Он отфильтровал всё остальное, сузив [Обострённое чутьё], пока мир не стал далёким и приглушённым. Мысли ускорились; Итан пытался ухватить суть происходящего. Разбитые Рассветы не были плохой гильдией. Они не стали бы нападать на случайные отряды, даже если те принадлежали соперникам. Может, на территорию забрел сильный монстр. Неужели внешние области уже начали рушиться?

В его пространство вошло чьё-то присутствие, вернув его внимание к настоящему.

Итан почувствовал это прежде, чем человек подошёл: перемену в воздухе, тяжесть чужого присутствия рядом со столом. Он чуть дольше, чем позволяли приличия, не обращал на него внимания, ненадолго надеясь, что незнакомец уйдёт.

Перед ним на стол опустилась чья-то рука.

Итан медленно выдохнул и поднял глаза. Он знал, что это случится. Просто надеялся, что нет. Видимо, удача была не на его стороне.

Мужчина навалился на стол, едва ли не перенеся на него весь свой вес.

Итан чувствовал его дыхание; запах алкоголя атаковал все органы чувств. Ещё один недостаток [Обострённого чутья].

— И чего пацан забыл в таком баре? — громко спросил мужчина, привлекая несколько взглядов. — Тебе с родителями быть надо.

Итан медленно поднял голову. Мужчина смотрел на него сверху вниз, прищурившись и слегка покачиваясь. Лицо у него было грубое и измождённое.

Итан не сразу ответил.

Вместо этого он позволил [Обострённому чутью] коснуться поверхности. Поначалу мужчина не собирался нападать. Им двигала знакомая смесь наглости, скуки и изрядного количества выпивки. Итан слишком часто встречал таких людей.

Он выдохнул через нос.

На сегодня он услышал всё, что хотел. У него появилась зацепка — крошечная, возможно, ведущая в никуда. Итан встал, аккуратно поставив стакан с соком на стол.

— Хорошего вечера, — сказал он и уже отвернулся.

Мужчина моргнул, потом нахмурился. — Эй! Я с тобой разговариваю.

Итан не остановился. Чья-то рука метнулась и схватила его за рукав.

Это было ошибкой.

Итан чуть повернулся и без усилий высвободился из хватки. С бесстрастным лицом он обернулся. — Я иду к родителям, — сказал он и нарочито закатил глаза. — Не хотелось бы заставлять их ждать.

Лицо мужчины ещё сильнее покраснело.

— А, смешно тебе? — заплетающимся языком спросил он. — Думаешь, самый умный?

Он шагнул вперёд, пошатываясь, и снова поднял руку — на этот раз с явным намерением.

Итан не шелохнулся. Ему и не нужно было.

Сбоку чья-то рука железной хваткой сомкнулась на запястье мужчины.

— Отпусти, — произнёс голос.

Пьяница вскрикнул: ему заломили руку и отвели под таким углом, что даже Итан поморщился. Тот обернулся, заикаясь от возмущения, и увидел перед собой человека выше и шире себя, который явно был не в настроении шутить.

На мантии мужчины был вышит герб Валькирий.

— Проваливай, — тихо сказал валькириец. — Пока не опозорился ещё сильнее.

Пьяница переводил взгляд с одного на другого. Наконец его глаза сфокусировались, и он разглядел форму. Запал быстро угас. Он пробормотал что-то себе под нос, вырвал руку и, пошатываясь, побрёл к стойке, по дороге ворча проклятия.

Валькириец повернулся к Итану.

— Ты в порядке? — спросил он.

Итан один раз кивнул. — Да. Спасибо.

Мужчина ещё немного его изучал, потом пожал плечами. — Бывает. Некоторые не умеют вовремя остановиться.

Он развернулся, явно желая поскорее забыть об этой истории.

— Эй, — окликнул его Итан. — Могу я угостить тебя? За то, что вмешался.

Валькириец остановился и рассмеялся. Коротко, искренне. — Знаешь что, почему бы и нет? Кто же откажется от бесплатного пива.

Они вместе вернулись к стойке. Итан заплатил, положив на прилавок пару монет. Тилли одобрительно кивнула.

— Тебе всё равно никакого алкоголя. Даже если водишься с Валькириями.

Мужчина рассмеялся, а Итан прищурился. Тилли улыбнулась, забрала монеты и достала два напитка. Один из них, как и прежде, был соком.

Итан всё равно поблагодарил её, хотя пить не хотел. Мужчина взял пиво и повернулся к нему.

— Ну, — сказал он, сделав глоток. — Чего тебе надо?

Итан лишь на мгновение замешкался. В этой части не было смысла лгать.

— Я ищу сестру, — сказал он. — Её зовут Лия. Знаешь, где можно что-нибудь о ней узнать?

Валькириец задумчиво промычал. — Через это место проходит много людей. Кто-то остаётся, кто-то уходит. За всеми не уследишь.

Итан кивнул. Он ожидал такого ответа.

— Может, она ещё здесь, — добавил мужчина. — А может, уже отправилась дальше. Трудно сказать.

— Понимаю.

Итан поставил стакан на стойку. — Что ж, всё равно спасибо. Он повернулся, чтобы уйти.

— Эй. Если ты и правда хочешь её найти, — сказал мужчина, — завтра проверь реестр в гильдейском зале. Там отмечают новых прибывших. И задания тоже. Вдруг что-нибудь найдёшь.

На этот раз Итан улыбнулся искренне.

— Спасибо. Я очень признателен.

Мужчина в ответ поднял кружку.

Вскоре Итан поднялся наверх, и шум таверны стих вдали. Он запер дверь, сел на край кровати и наконец позволил напряжению отпустить плечи. За окном высоко стояла луна, заливая комнату бледным светом.

Завтра он пополнит запасы. Завтра отправится в гильдейский зал. А сегодня отдохнёт.