— Ха… Ха… Я-я волнуюсь…

— Ничего. Скоро привыкнешь.

Виола лежала в кустах с обнажённой грудью и розовыми сосками.

От волнения на коже выступил пот. В лунном свете она была прекрасна.

Я осторожно раздвинул ей ноги и заглянул под юбку.

Нежная кожа без единого изъяна. Передо мной открывалось то, чего ещё никто не видел.

Стройные ноги от лодыжек поднимались к белоснежным трусикам, завязанным по бокам.

Моя ладонь скользнула от щиколотки выше, медленно приближаясь к промежности.

От прикосновения между ног Виола вздрогнула.

— Ах…

— Если тяжело, можем остановиться…

— В-всё… хорошо…

Всего полчаса назад я гадал ей по руке.

Как за полчаса можно было дойти до такого?

— Полчаса назад —

Я наговорил о секретах, но гадал Виоле точно так же, как остальным девушкам.

Часто чувствуешь одиночество, не можешь сдержать любопытство, и так далее.

Вообще-то гадание по ладони я и выбрал, чтобы заодно потрогать её руку.

Реакция была.

— Ух ты! Как вы всё это видите на ладони? Удивительно!

Только и всего. Просто удивление.

Ни малейшего смущения, на которое я рассчитывал.

[Кажется, ей лишь любопытно.]

«Сраный герой. Вырастил из сестры полную дурочку…»

[Что будете делать?]

«…Меняем план».

Я решил затронуть её чувства. Вместо характера заговорил о будущем, и атмосфера сразу изменилась.

— Скоро вы выйдете замуж.

— А… В-вот как.

— Но за кого — ещё не решено.

— Что? Как это не решено?

Я объяснил примерно так: Бог определяет большую часть судьбы, но важные решения оставляет на волю самого человека.

[Как ловко подгоняете объяснения.]

«Ну да. Наденешь кольцо на сосок — пирсинг соска, на клитор — пирсинг клитора. Смотря как подгонишь».

[…И сравнение выдающееся.]

Однако Виола веселее не стала.

Кажется, она вообще не могла представить, что выйдет за кого-то, кроме брата.

Он был её единственной семьёй, но одновременно и тяготил.

Брат постоянно решал за неё всё.

Наверняка свободы она ещё ни разу в жизни не испытывала.

Единственной надеждой оставались мечты о внешнем мире.

Молодой чужеземец мог оказаться первым и последним в её жизни. Поэтому она и пришла, рискуя получить нагоняй.

Чтобы отвлечься от мыслей о замужестве, Виола спросила:

— Мне очень интересно: кто такая Филия? Вы меня всё время так называли.

— А…

Я ответил так, словно сдался.

Включаем охренительную актёрскую игру.

— …Человек, которого я любил.

— Ух ты! Значит, она похожа на меня?

— Да…

— А где она сейчас?

— Она… умерла.

— …Что?

После этого Виола расплакалась и начала извиняться.

Ей было просто любопытно, а получилось, будто причинила мне боль.

В итоге утешать её пришлось мне.

Она ещё долго плакала и просила прощения.

— Мне так жаль… Всхлип…

— Тогда… Можно об одном попросить?

— О чём угодно! Только скажите!

Я помедлил, опустил голову и пробормотал:

— Нет, всё-таки так нельзя…

Так, чтобы она всё услышала.

Виола тут же наклонилась ко мне.

— Правда, скажите. Я всё сделаю!

— Тогда… Пока я не уеду из деревни, можно побыть с вами как с возлюбленной?

— Конечно!

Я мысленно возликовал:

«Шах и мат!»

[И это сработало.]

Армония права. Такое возможно только с Виолой.

Местные девушки тоже ко мне лезли, но у них совсем другие намерения.

Деревенские хотели меня обобрать.

А Виола пришла из искреннего интереса ко мне.

Я осторожно её обнял.

— Спасибо, Виола.

— А!

Она невольно обхватила меня за пояс.

— Т-только я не очень понимаю, как ведут себя влюблённые…

— Ничего. Постепенно узнаешь.

— Д-да. Хи-хи…

Отторжения я совсем не чувствовал. Она только спрашивала обо всём, боясь ошибиться.

— Тебе не мешает, что я так говорю? Подумал, между влюблёнными лучше без «вы»…

— Н-нет, всё хорошо! М-мне тоже перейти на «ты»?

— Нет, мне нравится, как ты говоришь.

— Тогда буду как раньше. Хи-хи.

С этими словами Виола сама удобно устроилась в моих объятиях.

Вот уж наивная девушка.

Теперь пора…

Сделать её настоящей женщиной.

Я осторожно приподнял её подбородок и поцеловал.

— А? М-м…

От первого касания губ Виола застыла, широко раскрыв глаза. Но когда наши языки соприкоснулись, взгляд стал затуманенным.

Поцеловав её около минуты, я отстранился.

— Ха… Ха… Ч-что это…

— Поцелуй. Влюблённые так делают.

— Ха… В-вот как.

— Прости. Тебе неприятно?

— Н-нет! Очень… очень хорошо…

По лицу было видно, что она не врёт. На нём читался восторг.

Пусть Виола ничего не знала о сексе, тело само возбуждалось.

Я снова склонился к ней.

— Ха… М-м…

На этот раз она тоже невольно наклонила голову навстречу и ответила на поцелуй.

Наши языки двигались настойчивее.

Но одними поцелуями я ограничиваться не собирался.

Продолжая целовать её, медленно расстегнул одну пуговицу. Потом другую.

Виола была так увлечена, что совсем этого не заметила.

На этот раз поцелуй длился дольше. Когда я отстранился, она сама потянулась к моим губам.

— Ха… Ещё… Поцелуйте ещё…

Первый поцелуй подарил ей небывалое удовольствие.

Впервые она встретила молодого мужчину, кроме брата. Впервые ощутила доброту чужого человека.

Первый в жизни поцелуй. Первое сексуальное наслаждение.

Сейчас этот поцелуй был для неё всем миром.

Но я мягко уклонился от её губ, заставляя ждать.

— Я сделаю ещё приятнее.

— А?..

Только теперь Виола заметила, в каком она виде.

— К-когда…

Её платье было распахнуто, открывая грудь. Она смущённо попыталась прикрыться руками, но я заговорил:

— Виола.

— …Да?

Наклонился к её уху и прошептал:

— …Я люблю тебя.

— А!

Она крепко обняла меня за пояс.

Иногда брат говорил ей то же самое. Но для Виолы это были лишь слова родственной привязанности.

В детстве они радовали, а со временем стали тягостными.

Теперь она впервые услышала их от чужого человека.

Впервые испытала это чувство.

Словно мой шёпот стал ключом от замка на её сердце.

Сухо медленно уложил Виолу на землю.

Она уже не думала прикрывать обнажённую грудь.

Поцелуй и шёпот — всего две вещи сняли все внутренние запреты.

Она даже не знала, что ещё может последовать, но уже полностью доверилась ему, словно он получил над ней власть.

Сухо раздвинул её ноги под юбкой, осматривая скрытое. Просунул палец за край трусиков.

— З-зачем туда… Ах!

— Виола, просто наслаждайся.

— А-ах… Хорошо…

Не вводя пальцы внутрь, я осторожно поглаживал снаружи.

Армония, наблюдавшая за ласками, спросила:

[Не лучше ли действовать быстрее?]

«Что ты! Ей нужно как следует расслабиться…»

[Понятно.]

«И потом, лишать её девственности пальцем — жалко».

[…]

До этого для Виолы промежность, наверное, была лишь тем местом, откуда выходит моча.

Она никому не показывала её и не позволяла прикасаться.

А теперь это место оказалось полностью в моём распоряжении.

Наверное, у неё сейчас мозг плавится.

Я почти ничего не сделал, но реакция оказалась сильнее, чем ожидал.

— А-а-ах! М-м… И-и-их!

Виола выгнулась, потянув меня за одежду.

— …Виола?

Она лежала без сознания, с мокрым от слёз лицом.

Первый в жизни оргазм.

Я вытащил руку из её трусиков. С пальцев стекала влага.

..

..

Я отнёс Виолу в комнату и уложил на свою кровать.

Посмотрев на неё, связался с Армонией:

— Ну надо же. Чуть потрогал — уже сознание потеряла…

Вообще-то я собирался сегодня дойти до секса. Боялся, что после незавершённого сближения она перестанет приходить, поэтому хотел довести дело до конца.

А она взяла и отключилась от прикосновений пальцев к промежности.

[В характеристиках Виолы произошли изменения.]

— О, посмотрим.

Имя: Виола

— Темперамент —

[«Материнская любовь»], [«Милосердие»], [«Верность одному»], [«Искренность»], [«Неуёмное любопытство»], [«Сексуальные особенности»]…

Изменение сразу бросилось в глаза.

«Сексуальные особенности».

— Что это…

[Эта черта проявилась после первого сексуального опыта. Некоторые черты не отображаются, пока человек их не задействует. Так устроена система.]

Логично. Если показывать всё подряд, включая то, чем человек не пользуется, списка не разберёшь.

Можно целую жизнь потратить на просмотр одного человека.

— О-о… Значит, я первый пробудил её чувствительность. И «Одиночество» исчезло… Отлично. Виола, ты моя.

[Покажу подробности.]

Надпись «Сексуальные особенности» увеличилась. Появилось одно слово:

[«Поцелуи»]

— И всё? Одно?

[Вероятно, эта особенность была изначально. Бывает, что она скрыта даже от самого человека.]

— Хе-хе… Я всё в ней раскрою.

Проснулся азарт.

До полноценного секса мы не дошли, но сегодняшний вечер показал: всё возможно.

[…Есть ещё одно изменение.]

— Какое?

[В вашем темпераменте.]

— А? Покажи.

[……Хорошо.]

Чего она вдруг паузу держит? Уже тревожно.

Перед глазами появились сведения.

Имя: Сон Сухо

— Темперамент —

[«Сексуальное мастерство», ур. 111], [«Хладнокровие»], [«Король провокаций»], [«Гибкость»], [«Жажда развращать»], [«Социопат»]…

…Сто одиннадцать?

— Армония.

[Да.]

— Уровень выше сотни — это насколько круто?

[В области умений уровень, близкий к ста, означает талант главного героя. Для сравнения: уровень «Фехтования» здешнего героя, по нашим сведениям, составляет девяносто шесть.]

— Ого. Значит, в сексе я даже талантливее главного героя? Охренеть!

[…По общему показателю — да. Но я покажу подробности.]

Надпись «Сексуальное мастерство» увеличилась, а под ней появились отдельные строки:

[«Половой акт», ур. 1], [«Оральные ласки», ур. 1], [«Эмоциональная связь», ур. 1], [«Феромоны», ур. 1]…

— Какой, нахрен, уровень героя? Полный отстой!

От ста одиннадцатого уровня я ждал многого. А увидел ряд жалких показателей девственника.

Раньше я бы просто проигнорировал подобные цифры. Реальные женщины меня не интересовали.

Но сейчас моя работа — спать с ними. А с такими показателями всё плохо.

— Армония, тут везде единицы. Откуда общий уровень сто одиннадцать?

[…Посмотрите последнюю строку, «Мастерство рук».]

— Э… Это что такое…

[«Мастерство рук», ур. 555]