Услышав это, Дилан заметил пытливый взгляд Лорис и почувствовал горечь на сердце.

Разве этот шум устроил он сам? Это был Байрон, а он просто стоял в стороне и наблюдал за представлением.

Как он мог не понимать, к чему клонит Лорис, но он и сам хотел бы это знать!

Однако такой скрытный метод он бы наверняка никому не раскрыл, так как он мог позволить себе расспрашивать Байрона?

Что же касается того, чтобы выдать его, об этом не могло быть и речи.

Он ведь уже пообещал хранить секрет Байрона, как он мог вот так просто взять и предать его?

Поэтому ему оставалось лишь выдержать любопытный взгляд Лорис, изобразить загадочную улыбку и медленно покачать головой.

Заметив такое выражение лица Дилана, Лорис презрительно скривила губы, но больше ничего расспрашивать не стала.

Байрон, увидев это, мысленно с довольным видом кивнул.

По мере того как шло время, звуки внизу становились все тише и тише, пока вновь не погрузились в мертвую тишину.

В этот момент на земле, помимо груды тел учеников, перемешанных с трупами пещерных червей, больше всего выделялся ручей из алой крови.

Увидев эту картину, Дилан слегка прикрыл глаза.

Спустя несколько секунд он медленно открыл их, с улыбкой покачал головой и произнес: «Все уже полностью зачищено, живых не осталось».

Услышав слова Дилана, Лорис кивнула, ничего не отвечая.

Казалось, она уже давно привыкла к подобным зрелищам, и на ее лице не промелькнуло ни малейшего изменения.

Лорис спросила: «Так мы сейчас поведем Байрона на соединение с основными силами или продолжим ждать здесь Ивана?»

Дилан немного подумал и только после этого ответил: «Лучше сначала отвезти Байрона к основным силам, нельзя допустить, чтобы с Байроном хоть что-то случилось».

«Что касается Ивана, раз он нам весточки не прислал, значит, с ситуацией вокруг него он способен справиться сам, сильно беспокоиться не стоит».

Лорис кивнула, показывая, что поняла.

Затем Дилан и Лорис вместе с Байроном полетели в сторону расположения основных сил.

Вскоре троица прибыла к месту временного лагеря главных сил.

Несколько палаток теснились на пустоши, а несколько железных четырехколесных тележек были доверху завалены припасами.

Вокруг лагеря расставили излучающие свет хрустальные шары, разгонявшие тьму и заливавшие весь лагерь ярким светом.

Двое дозорных тоже заметили приближение троих учеников, и, убедившись, что это Дилан с товарищами, отбросили настороженность и с улыбкой шагнули им навстречу.

А отдыхающие в палатках люди, услышав шум, один за другим вылезли наружу и с улыбками приветствовали Дилана и его спутников.

Хотя это и называлось основными силами, всего насчитывалось лишь восемь человек.

Среди них находились и старшие сокурсники Байрона — Элина и Корен.

Байрон с улыбкой поприветствовал их обоих и направился к ним.

Элина и Корен, увидев, что Байрон вернулся целым и невредимым, тоже улыбнулись.

Корен тихо спросил: «Как обстановка? Те организации внутри лагеря волшебников не обнаружили наших следов?»

Байрон с улыбкой покачал головой: «Они, должно быть, сосредоточили все силы исключительно на мне и не заметили ваших перемещений».

«К тому же по дороге сюда мы не встретили никаких следов учеников волшебников».

Пока Дилан с товарищами разделялись на несколько групп, чтобы отвлечь внимание тех организаций, Совет Падшего Солнца тайным образом покинул лагерь вместе с заготовленными за эти дни припасами.

Услышав слова Байрона, Корен вздохнул с облегчением: «Хорошо, что не обнаружили. Если бы нас раскрыли, все эти приготовления пошли бы прахом».

Корен ведь рассчитывал воспользоваться этой операцией Совета, чтобы проявить себя, накопить заслуги и подготовиться к будущему переходу на ранг предельного ученика волшебника.

Если бы эту вылазку сорвали, ее пришлось бы отменить, и он, столько времени потративший впустую, остался бы ни с чем — разве смог бы он с этим смириться?

Элина же беспечно бросила: «Ну и что с того, что обнаружили бы? Не проще ли просто перебить все хвосты, которые тянутся за нами».

Столкнувшись с такими словами Элины, Байрон и Корен не нашлись что ответить.

Непонятно почему, но обоим казалось, что в словах Элины есть некий железобетонный смысл, но в то же время что-то в них было явно не так.

С другой стороны, остальные члены расспрашивали Дилана и Лорис о ситуации.

В конце концов, от успеха этой операции зависели их собственные интересы, и оставаться равнодушным никто не мог.

Дилан лишь небрежно бросил пару фраз, успокоил собравшихся и больше ничего не добавлял, в отличие от Лорис.

На любые вопросы толпы она отвечала предельно подробно, ничего не утаивая, причем по ходу дела неустанно превозносила собственную роль.

Видя такое развитие событий, Дилан был только рад и с улыбкой наблюдал за происходящим со стороны.

Вот только беспокойство, то и дело проступавшее во взгляде, который он бросал на ночную тьму, выдавало, что на душе у него далеко не так спокойно, как казалось на первый взгляд.

Пусть учеников третьего ранга на месте было много, но для расправы с маточным гнездом главным образом приходилось полагаться на трех предельных учеников волшебника, и отсутствие хотя бы одного из них могло крайне сильно повлиять на исход дела.

Впрочем, практика показала, что опасения Дилана были излишни.

Ведь в этот самый момент по темному небу внезапно прочертил полосу яркий луч.

В следующее мгновение этот луч резко пошел на снижение и опустился прямо в центре лагеря.

Кем же мог быть этот человек, если не Иваном?

Заметив, что Иван выглядит лишь немного уставшим и никаких иных отклонений у него нет, Дилан наконец успокоился, сам шагнул навстречу и участливо осведомился:

«Ну как, все в порядке?»

Иван сохранял свое привычное мертвенное выражение лица, на нем не дрогнул ни один мускул, а голос звучал совершенно ровно.

«Не переживай, раз уж я решился выйти последним, значит, был в себе уверен».

«Хотя по пути возникла небольшая заминка и мы потеряли немного времени, в конце концов факты доказали, что мои расчеты оказались верны».

Дилан кивнул: «Хорошо, раз ты цел и невредим, я полностью спокоен. Ступай отдыхать, путь нам предстоит еще долгий».

Иван ничего не ответил, лишь молча кивнул.

Затем, по указанию Дилана, остальные тоже разошлись по местам: кто-то отправился отдыхать, кто-то заступил на дежурство.

Ночь прошла спокойно.

Рано утром следующего дня участники экспедиции разбились на несколько отрядов и принялись слаженно готовиться к выступлению.

Один из отрядов вооружился алхимической пудрой, щедро посыпая ею всех членов лагеря и грузовые тележки.

Эта алхимическая пыль имела вид белого порошка и обладала свойством самостоятельно прилипать к телу, поглощая любые производимые человеком вибрации, из-за чего пещерные черви не могли их обнаружить.

Элиза и ее спутники пользовались точно таким же алхимическим продуктом во время своих вылазок.

Другой отряд занялся сворачиванием палаток и тщательной зачисткой следов, чтобы посторонние не смогли выйти на их тропу.

Наконец, третий отряд демонтировал скрывающий энергетические колебания и гасящий вибрации магический массив, который до этого накрывал весь лагерь.

Когда все дела были завершены, а лагерь прошел повторную проверку на предмет упущений, Дилан и остальные под предводительством Байрона двинулись вглубь пустоши, направляясь, разумеется, к Запретной пустыне.

В то самое время, когда члены Совета Падшего Солнца уже находились в пути, другие люди обнаружили бойню на той самой площадке в десятке с лишним километров от лагеря.

Когда визуальная запись этой бойни перекочевала обратно в лагерь волшебников, онемели не только ученики из тех враждебных организаций, но и прочие независимые ученики, еще не примкнувшие ни к каким группировкам.

А следом за этим гробовым молчанием по всему лагерю прокатилась буря обсуждений, и великое имя Совета Падшего Солнца прогремело на всю округу.

Впрочем, пока прочие организации погружались в мрачное молчание, в расположении Руки Теней раздался громкий раскатистый смех.

«Ха-ха-ха, ну что, все еще смеете ставить под сомнение мое решение? Если бы мы действовали по вашему плану, сколько из вас сейчас вообще стояло бы здесь и разговаривало со мной?!»

Мрачный юноша с громким смехом обвел всех взглядом, и присутствующие на совещании члены организации тут же понуро опустили головы, не смея возразить.

Увидев такую реакцию, мрачный юноша не стал излишне давить на соратников и, отдав приказ продолжать поиски двух других маточных гнезд, отпустил всех.

Оставшись в одиночестве в подвале, мрачный юноша с улыбкой в уголках рта пробормотал себе под нос: «Дилан, вот это на тебя похоже».

«Ты и вправду не изменился, остался прежним. Что ж, теперь я могу быть спокоен, хотя на сей раз я действительно остался твоим должником».

В то же самое время в одном из жилых строений лагеря волшебников Кнут, едва очнувшийся от последствий пережитого потрясения, услышал донесшиеся до него вести.

Сначала его лицо непрерывно менялось в оттенках, затем он издал истошный вопль и, закатив глаза, снова рухнул на пол, лишившись чувств.