Где-то далеко, за горами, скрытыми облаками, была деревня. Деревня, охваченная первыми после зимы лучами солнца. Ветер гулял по полям, пока крестьяне пахали участки земли для новых посевов.

Деревня Обуки, девятое марта 813 года.
Из маленького, деревянного домика, похожего на кибитку, выбежал мальчик. Он носил лохмотья, и тем не менее они были целы по сравнению с другими детьми, играющими во дворе.
— Отец, ты скоро? — раздался голос мальчика, смотрящего на огромные поля. Поля, засаженные различной растительностью, уже наполовину были заполнены.

Мужчина, тот самый папа, услышав голос, поднялся и стряхнул пот со лба на выдохе. Его взгляд скользнул по полю, ища источник звука, и зацепился за крикнувшего мальчика. Его взгляд потеплел, а на лице прошлась улыбка.
— Нет, сынок, прости. Снег только недавно ушел, а грядки пусты. Нужно продолжать работать, чтобы зимой у нас были запасы и мы могли не нуждаться в еде. К тому же, работникам поля выдают по сбору немалое пропитание. — Голос мужчины был уставшим, словно он не спал несколько дней, усердно работая, но всё-таки он пытался выдавить что-то похожее на радость.

Мальчик же, услышав ответ отца, грустно выдохнул и взглянул ему в спину. Майка отца была потной, а под ней просвечивались рельефные мышцы. Он заметил, как многие женщины поглядывают на отца с окон и проходя мимо, и это зацепило его, но он не стал ничего говорить. Вернувшись взглядом к отцу, он подался вперед и спросил тихим голосом
— Но пап, тебя нет дома уже несколько дней, ты вечно работаешь... Зимой — охота на монстров и защита деревни. В остальное время — работа на полях, помощь другим и прочее. Мне скучно без тебя, я один дома почти постоянно. Ты же можешь сделать выходной на день-два? Просто чтобы побыть со мной.

Мужчина отвёл глаза, услышав хриплый голос мальчика. Он действительно редко был с сыном из-за ситуации в жизни и работе.
— Прости, конечно, Киро, но я не могу бросить работу и помощь. На этом держится репутация, которая в первую очередь отражается на тебе. Тебя и меня уважают. Но после развода с твоей матерью я ушел в работу, и, скорее всего, редко смогу с тобою видеться. Тем не менее, я не отрекаюсь от тебя, просто больше на работе, понимаешь? Я всё ещё люблю тебя, и клянусь, что найду время. Просто это будет не совсем скоро.

Киро нахмурился, а его руки скрестились на груди.
— Ну умоляю, пожалуйста! Ты так редко со мной, словно хочешь поскорее забыть. Новый ухажёр матери — Ворт, не даёт покоя мне и маме. Он даже однажды избил ее при мне, а я ничего не могу сделать. Я хочу отделаться от матери и быть с тобой.

Карт замер, а мышцы прокатились под майкой. Он узнал то, чего не должен был, и понимал, что какой-то ублюдок заставляет его ребенка видеть то, чего нельзя. Он выдохнул.
— Я приду, конечно, и разберусь с этим, но пойми, Киро, это уже не моя жизнь. Да, я все еще считаю тебя частью своей жизни, но если я просто заберу тебя, меня лишит головы старейшина. Ребенок всегда должен оставаться с матерью независимо от ситуации. Она ведь не бьёт тебя и не держит в голоде. Оснований попросту нет.

Мальчик, услышав ответ отца, ринулся назад, убежав со слезами. Лишь крик его дрожащего голоса раздался в ушах Карта, напоминая о бессилии.
— Ну и ладно! Сразу бы сказал, что я тебе не нужен! — Когда эти слова дошли до Карта, его глаза расширились, в то время как боль в сердце была чуть ли не физической. Но он не побежал за сыном. Наоборот дал ему возможность побыть одному, понимая, что ему нужно всё понять, осознать и переварить.
— Глупый мальчик... Очень глупый. Когда-нибудь ты поймешь, что я пытался тебя забрать.

В его голове прокатился поток мыслей. Он понимал, что в один из дней нужно будет оторваться от работы. Фраза сына не давала ему покоя: "он избил маму при мне".

Вдруг поток его мыслей прервал недовольный голос старейшины.
— Эй, Карт, ты слишком долго бездельничаешь, а ну за работу! — Невольно напрягшись, Карт вновь приступил к работе. Несмотря на любовь к сыну, он должен отработать квоту, чтобы сын жил хорошо.

Напарник Карта, работающий рядом с ним, повернулся к нему. Его голос был хриплым из-за старости, но всё-таки сил в нём было много.
— Я вижу, ты совсем погряз после развода, Карт? — спросил напарник мужчины.

Карт перевел взгляд с грядки на мужчину и задумался на мгновение, после чего последовал ответ. Твердый. Гордый. Решительный.
— Да. Я очень любил ее, и несмотря на это, я не могу терпеть измену. Всё-таки, меня впервые так предали. — В его глазах читалось искреннее разочарование, но и решимость воина, который отпустил то, чего лишила его жизнь — мусора.

— Ох, бедный ведь. — с жалостью ответил напарник. — Тебя вся деревня знает как семьянина, готового на всё ради семьи, а тут такое. Но есть и плюсы, ведь репутация твоей бывшей упала на дно. Разве что некоторые ее подруги от нее не отвернулись. Ну и те, кто просто охотиться за женским телом.

Слова старика подействовали на Карта как психоз, и он резко повернулся к напарнику.
— Мне все равно, не нужно мне этого говорить. — Тон Карта перешел в более жесткую ноту, а мышцы под потной майкой напряглись. Он явно не был намерен выслушивать подобное.

Напарник мгновенно замолчал, осознав свою глупость, и вернулся к своей работе. Многие взгляды обернулись к Карту. Все знали, что он был сильным и гордым мужчиной, вся Обуки. В конце концов, он был одним из защитников от монстров и спасал своих людей.

Успокоившись, Карт продолжил работать еще усерднее, махая мотыгой и не отвлекаясь на окружающие взгляды: от завистливых и гневных от рабочих, и восхищенных от женщин.

Забывшись в работе, Карт не заметил, как начало темнеть. Он почти закончил рыхлить землю и облегченно выдохнул, как вдруг раздалась тревога.
— Внимание, монстры на горизонте! — прозвучал голос Смотрящего с башни.

Мужчины с поля и домов мгновенно среагировали, выбегая в казарму за экипировкой. Они были обучены на экстренные ситуации, и одевались очень быстро: кто-то надел бронзовую броню — воины низшего класса. Высшие были одеты в кольчужную, покрытую тонкими железными пластинами.

Сам Карт входил в число высших классов, готовясь к обороне. Он уже рвался в бой, направляя своих товарищей, как неожиданно позади послышался всхлип.
— Стой, отец! Пожалуйста, разреши помочь тебе! — Это был Киро, сын Карта. Он бежал к отцу, хотя его ноги переплетались и он чуть не падал.

Карт, обернувшись на звук, замер. Его сердце вновь ёкнуло. Обернувшись, он увидел сына со слезами на глазах. Он видел его рвение, желание помочь. Но он не мог согласиться. Это было слишком опасно, и он не хотел терять единственного в жизни человека, которого любил. К тому же, Киро было всего 12 лет. Он не мог даже нормально держать тяжелое оружие вроде меча. Остановив сына рукой, он заговорил. Его голос был надрывистым.
— Прости, Киро, но нет. Тебе нельзя, ты еще мал. Отойди назад.

Мальчик вновь всхлипнул и подошел чуть ближе, взяв отца за руку.
— Пожалуйста, пап. Меня тренировали воины, даже Элрик сказал, что я силён для своего возраста. Пожалуйста, я могу помочь. Я буду полезен, честно. Пожалуйста...

Карт вновь выдохнул и присел на корточки, смотря сыну в глаза.
— Нет, Киро, нельзя. В конце концов мать без тебя совсем пропадёт. Ты можешь помочь мне своей верой в меня. Я клянусь, что не подведу. Иди.

Услышав слова отца о матери, глаза Киро вспыхнули, сменив слёзы слепой яростью:
— Мне не нужна мать! — прокричал он отчаянно. — Мне всё равно на неё! Я хочу помочь тебе. С последнего нападения монстров погибли десятки воинов, включая четверых элитных. Я хочу помочь, чтобы ты не погиб.

— Всё ещё запрещаю, Киро. — отрезал Карт, но неожиданно позади послышался рык. Монстры приближались, и Карт на звук обернулся, прикрыв сына за спиной. Его меч был наготове.

— Почему?! Почему ты мне запрещаешь?! Мне всё равно на мать! Я хочу тебе помогать!

Лицо Карта напряглось. Несмотря на свою сдержанность, он больше не мог скрывать чувства. Монстры были рядом.
— Почему? Почему?! — вырвалось из его рта. — Да потому что я не могу потерять тебя! Ты единственный, что держит меня в этом мире! Я живу ради... Я живу ради того, чтобы ты был в безопасности, понимаешь? Я просто не могу пустить тебя со мной. — На уголках его глаз блеснули слезы. Он не был слабым и никогда не плакал, но боль при этих словах была огромной, отдаваясь прямо в сердце.

Лицо Киро окаменело. Он не ожидал от отца таких слов. Не ожидал слёз. Он с давних пор привык считать, что отцу на него всё равно, а тут он заявляет, что искренне его любит, причём так эмоционально. Киро потянул руку к отцу, словно пытаясь коснуться его лица.
— Но... — Не успел Киро возразить, как Карт перебил его.

— Никаких «но», Киро. Иди к маме и защити её. Твой отчим с этим не справится. Покажи мне, что ты настоящий мужчина, способный защитить женщину!

Мальчик зажмурился от слов Карта. Слёзы вновь проступили, но он не стал спорить. Медленно обернувшись, он побежал в сторону дома, к матери.

Тем временем монстры уже были рядом, приближаясь к воинам. Карт побежал к бойне, чтобы помочь своим товарищам.

Монстры были самые разные: от огромных метровых пауков до ходячих мертвецов, скелетов и прочих. Они нападали на защитников деревни, но те достойно давали отпор.
Немедля, Карт подбежал в бойню и первым же рубящим ударом меча прошил голову нечисти, оторвав ее от тела. Монстр тут же упал замертво, хотя его глаза все еще с голодом смотрели на мужчину.

Оглянувшись, Карт заметил, что его воины достаточно хорошо справляются: где-то скелеты рассыпаются, где-то паукам лапы отрезают, где-то другие монстры умирают. Неожиданно впереди появилась толпа монстров, которую Карт не видел.
— Раа! — раздался резкий рык, и меч был откинут с рук Карта. Он с шоком посмотрел на руки.

— Кх, что за...? — с хрипом ужаснулся он, но не успел Карт обернуться, как его повалили пауки на землю, медленно стягивая и сжирая броню с пластинами.

Он попытался ногой отбиться от монстров, но паук укусил его за бок. Он вскрикнул от боли, но сдержался, оставив силы на крик о помощи у товарищей.
— Помогите! — крикнул Карт, но его взгляд вдруг зацепился за кучи трупов. Он осознал, что все его воины лежали израненные. Глаза Карта озарились паникой и трагедией, но его чувства подсказали ему, что вдалеке что-то опасное. Даже монстры посмотрели в сторону опасной энергии.

Вдали приближалось существо, напоминающее человека, и Карт увидел его. Это был некий мужчина: темно-алые глаза, сияющие во тьме. Чёрные развевающиеся волосы, ниспадающие на спину. Чёрное кимоно с золотыми узорами драконов и алыми линиями, отражающими свет. Пучок его волос стягивал изящный фагуань (1) — венценосная корона из темного металла со свисающими цепочками и резными рогами, украшенная голубым камнем в центре и алыми ленточками, спадающими на волосы и предающие им алый отлив. Золотые серьги позвякивали при каждом шаге, оповещая о его присутствии.

— Кто ты?... — тихо, дрожащим голосом спросил Карт, стараясь не выдавать своего страха. Но его взгляд зацепился за то, что монстры медленно отходят от приближающегося мужчины, словно боясь его. Он понимал, что это явно не простой человек...

Выждав момент, монстры тут же рванули подальше, испугавшись. Неожиданно мужчина достал оружие из-за спины, и ярко-белая волна с невероятной скоростью поразила их спины, разрезав надвое. Это был меч мужчины, идущего прямиком к ним. Скорость взмаха не была видна человеческому глазу; это произошло мгновенно.

В тот же миг послышался звук падения кучи трупов на землю, и Карт увидел, что тела его воинов аналогично разрезаны. Значит, этот мужчина... Убил его товарищей?

Мужчина с фагуань, приблизившись к Карту, посмотрел ему в глаза. Взгляд самого мужчины не выражал никаких эмоций, хотя голос словно гипнотизировал.
— Кто я? — произнес мужчина низким голосом, подойдя к Карту. — Рэй моё имя.

(1) Фагуань — это традиционный китайский головной убор в виде небольшой резной короны или венца, предназначенный для фиксации и украшения мужского (а также высокопоставленного женского) пучка волос.