Глава 98: Набор людей 2

Ли Циньу вместе со своими подручными вернулся к вентиляционной шахте, сел в военный грузовик, который он ранее спрятал в лесу, и направился к лагерю мятежников.

Все люди Ли Циньу были в шлемах и с оружием. Он не забыл о лидере мятежников Аруме, с которым у него был конфликт, и который, возможно, каждый день ломал голову над тем, как с ним покончить.

Ему нужно было взять с собой людей для устрашения, а также чтобы вывезти эту ораву парней из Нижнего Улея наружу, чтобы они хоть что-то увидели, а не сидели днями напролет в подземелье, превращаясь в дураков.

Стиль вождения Ли Циньу был, мягко говоря, лихим: он не ехал по дороге, а гнал прямо по полям и бездорожью, не отпуская педаль газа. Людей в кузове так трясло, что их чуть не вывернуло наизнанку.

Ничего не поделаешь: Ли Циньу боялся, что кто-то может прятаться в траве и целиться в них, да и мин на дороге опасался, поэтому приходилось мчаться по пересеченной местности на высокой скорости.

К счастью, его водительские навыки были на высоте, и он добрался до леса у лагеря мятежников без каких-либо происшествий.

Дозорные мятежников, прятавшиеся в лесу, давно заметили военный грузовик, но Ли Циньу перед выездом велел Сяодао, сидевшему на пассажирском сиденье, поднять деревянную палку с привязанной к ней какой-то тряпкой.

Увидев эту тряпку, мятежники поняли, что это свои, поэтому стрелять не стали.

Несколько дозорных нестройными рядами вышли из леса и проводили Ли Циньу в лагерь.

Лагерь к этому времени снова ожил. Хотя в битве с лейтенантом Уинчестером мятежники потеряли много молодых и сильных бойцов, восемь лагерей объединились, и численность населения даже выросла.

Лидеры мятежников, получив известие о прибытии Ли Циньу, собрались вокруг него.

К удивлению Ли Циньу, лидеры мятежников негласно признавали главенство Парсона — похоже, он становился новым вожаком лагеря.

Впрочем, это было логично: Парсон был ближе всех к Ли Циньу, и мятежники, желая получить от него больше возможностей для развития, естественно, старались задобрить его, а продвижение Парсона было лишь вопросом времени.

После короткого обмена любезностями Ли Циньу перешел к делу: ему требовалось еще 10 тонн зерна.

Парсон был готов: он открыл зернохранилище и приказал своим людям грузить мешки с картофелем в грузовик.

Ли Циньу спросил Парсона, чем они хотят расплатиться в этот раз — оружием или медикаментами?

— Господин, не могли бы вы достать нам немного стали? Оружия после атаки СПО у нас осталось достаточно, лекарств тоже пока хватает, а вот стали для изготовления сельскохозяйственных орудий нам не хватает, — озвучил свою просьбу Парсон.

Выполнить эту просьбу было проще простого: в Нижнем Улее полно брошенного металла, его можно найти на каждой свалке, а если нет — всегда можно выкорчевать рельсы.

— Через три дня пришлите людей к вентиляционной шахте, я соберу сталь в Нижнем Улее, — ответил Ли Циньу.

Парсон рассыпался в благодарностях. Ли Циньу открыл системную панель и увидел, что уровень расположения Парсона к нему поднялся до 32.

В этот раз, помимо зерна и новой партии самогона, у него была еще одна цель — набрать у Парсона несколько крепких парней для работы.

— Парсон, мне нужны надежные люди. Есть ли у тебя кто-нибудь, кто хотел бы пойти со мной в Нижний Улей? В основном для работы на винокурне, ну и нужно будет носить оружие, чтобы отбиваться от бандитов, которые могут заявиться.

Парсон немного помедлил и ответил: — Господин, я созову товарищей и спрошу, не хочет ли кто-нибудь пойти с вами.

Вскоре Парсон привел троих. Это были знакомые лица — те самые тяжелораненые, которых Ли Циньу в свое время насильно вылечил.

Увидев Ли Циньу, они посмотрели на него с благодарностью. Один из них шагнул вперед:

— Господин, это вы спасли мне жизнь, иначе я бы давно истек кровью. Теперь, когда вам нужны люди, чтобы носить оружие, с этого момента моя жизнь принадлежит вам!

Все трое присягнули Ли Циньу на верность, и он остался очень доволен.

Он спас им жизнь, и они пошли за ним добровольно — их лояльность была надежной.

Со временем на винокурне Ли Циньу людей будет становиться все больше. У него было три основных канала набора: люди Парсона, семьи раненых солдат СПО и вербовка в самом Нижнем Улее.

Он намеренно хотел поддерживать баланс между этими тремя группами, чтобы никто из них не вздумал поднять бунт.

Ли Циньу спросил их: — Семьи при вас?

Трое кивнули. Ли Циньу подвел их к грузовику, достал три банки мясных консервов и отдал им.

— Вот мясные консервы, отнесите семьям, считайте это подъемными. В будущем, когда я буду приезжать за зерном, вы тоже сможете ездить со мной, будете навещать родных.

Ли Циньу больше всего любил нанимать солдат, у которых были семьи: это были надежные люди, из которых получались отличные бойцы с высокой моралью.

Солдаты, обрадованные, поблагодарили Ли Циньу и побежали домой с консервами, а остальные мятежники смотрели на них с завистью.

Ли Циньу был доволен завистливыми взглядами остальных мятежников: он хотел создать атмосферу, где «работа на меня означает сытую жизнь», чтобы в будущем было проще вербовать здесь людей.

Ли Циньу открыл систему и увидел, что после найма трех человек расположение Парсона снизилось на 30 единиц.

Придется подождать, пока расположение снова вырастет, прежде чем набирать новую партию.

Пока грузили зерно, Ли Циньу сидел с лидерами мятежников, курил и болтал.

Один из них заговорил о деле:

— Этот проклятый Арум не хочет жить с нами и до сих пор сохраняет независимость. Когда пришли СПО, он только и делал, что берег свои силы, почти никто из его людей не погиб, мерзавец!

Другой лидер добавил с не меньшим гневом:

— Этот негодяй! В прошлый раз я предлагал ему объединиться, так он заявил, что не будет с нами, если мы не выберем его лидером. Похоже, он совсем с ума сошел!

Все принялись ругать Арума. Ли Циньу почувствовал запах пороха: неужели среди мятежников назревает конфликт?

У Арума, похоже, были большие амбиции. Восемь лагерей понесли тяжелые потери, почти лишившись молодежи, а он сохранил силы и после зачистки поля боя получил много оружия.

Теперь восемь лагерей были слабы, а он один — силен.

У него был отличный шанс стать лидером всех девяти лагерей (включая его собственный).

Это означало десятикратное расширение влияния — как для лейтенанта Рудосена повышение до командира батальона. Какое искушение!

Все обсуждали это с тревогой. Ли Циньу усмехнулся и сказал:

— Если Арум действительно решит напасть на вас и вы не сможете сдержать его, пришлите за мной людей. Я выбью из него всё дерьмо!