Сун Юань уставился на потерявшую рассудок ослепительную красотку в своих объятиях, и на переносице у него залег узел от тугой морщины.
Миллион?
Да он сам сейчас раздумывал, стоит ли докидывать лишнее яйцо к порции свиных ножек по-люнгцзянски в самой дорогой забегаловке, а эта баба сходу бросается миллионами – не иначе как сбежала из профильной больницы.
Что хуже всего, температура тела у этой особы зашкаливала: жар ощущался даже через тонкую ткань сорочки. Она вцепилась в его воротник, как утопающий за соломинку, выплевывая бессвязные, полные муки стоны.
Не успел он оттолкнуть ее, как со стороны прохода послышались торопливые шаги.
Трое громил в черных майках с паршивыми наколками на руках влетели в тупик. При тусклом освещении они сразу выхватили взглядом сцепленную пару.
─ Черт! Вот они! Директор Чжао велел сегодня же доставить ее в гостиницу! ─ взревел главарь с крашеными волосами, подбирая с земли обломок кирпича и надвигаясь на них.
Он ткнул кирпичом в сторону Сун Юаня со звериным оскалом:
─ Слышь, парень, вали отсюда по-хорошему! Эта баба не по твоей части, не ищи приключений на свою задницу!
Сун Юань не шелохнулся.
Его настроение сегодня и так было на нуле. Трехлетняя невеста променяла его на возвращенца ради барахла, труды трех лет пошли прахом, да еще и квартиру отжать пытались. Злость просила выхода.
И вот теперь какие-то дворовые отбросы суют нос не в свое дело в темном переулке?
─ Ну и день у меня сегодня выдался, ─ холодно бросил Сун Юань и внезапно двинул ногой.
Бац!
Главарь даже не успел сообразить, как огромный пластиковый бак, доверху набитый помоями, взлетел от удара Сун Юаня и рухнул прямо на троицу. Зловонная кислятина вперемешку с гнилой капустой мгновенно окатила их с головы до ног.
Воспользовавшись тем, что бандиты ошалели от такого приема, Сун Юань одной рукой прижал к себе талию женщины, прикрывая ее спиной, а правой подхватил валявшуюся на земле пустую пивную бутылку.
Никаких лишних слов, никаких показушных движений.
Пускай Сун Юань трудился программистом, но до попадания в крупную корпорацию он слыл тем еще бунтарем из детдома. Если уж дело доходило до драки, подобной шпане тягаться с ним не стоило и пытаться.
Размах – удар!
С глухим хрустом бутылка разлетелась о лоб главаря, а осколки брызнули во все стороны.
Тот взвыл раненым зверем и рухнул на асфальт, зажимая окровавленное лицо. Остальные двое мгновенно протрезвели. Узрев безумные, налитые кровью глаза Сун Юаня, они даже не стали угрожать – подхватили главаря и с криками бросились наутек из переулка.
Проблема с хулиганьем решилась, но главная напасть все еще висела на нем.
Действие отравы явно набрало полные обороты. Женщина потеряла рассудок окончательно, обвив шею Сун Юаня руками словно змея и беспорядочно елозя горячими губами по его подбородку и шее.
─ Жарко… как же плохо… ─ сладко стонала она, одновременно пытаясь содрать с себя изысканную шелковую блузку.
Трррх!
Пара пуговиц на воротнике отлетела, обнажая молочно-белую кожу и манящую ложбинку. Волна прохладного элитного парфюма смешалась с ароматом плоти, ударяя Сун Юаню в голову.
Любой нормальный мужик на его месте уже представлял бы имена будущих детей.
Но Сун Юань был не просто нормальным мужчиной. Он был мужчиной, которого только что оставили без копейки денег, и он находился на пике злости и рассудительности.
─ Женщина, ты можешь угомониться? У меня только что увели квартиру, а если ты скопытишься у меня на руках, мне завтра даже на адвоката не хватит.
Сжав зубы, он взвалил ее на плечо, словно мешок с картошкой, и зашагал из переулка.
Ночная улица пустовала. Прошагав два квартала, Сун Юань наконец заприметил вывеску «Экспресс-отель Руджей» с неоновой подсветкой.
Пересилив себя, он вошел внутрь и швырнул на засаленный ресепшен последние две сотни.
─ Большую двуспальную. Сдачи не надо.
Пухлая администраторша смерила презрительным взглядом растрепанную красотку на плече Сун Юаня и процедила сквозь зубы, стуча по клавиатуре:
─ Нынче молодежь пошла дикая, на свидания ходят только со средствами…
У Сун Юаня не осталось сил на оправдания. Он подхватил карту и поволок ношу на третий этаж.
Провел карту, отпер дверь и толкнул ее ногой.
В номере разило дешевым освежителем воздуха, а обои кое-где отклеивались. Без всяких церемоний Сун Юань сбросил женщину на застеленную желтоватым бельем кровать.
Стоило коснуться постели, как дама заизвивалась еще сильнее, словно ища выход энергии. Она сдернула с себя пиджак, а шелковая блузка съехала на плечи, открывая безупречные ключицы.
─ Возьми меня… умоляю…
Лихорадочно блестящими глазами она карабкалась с кровати прямо на Сун Юаня, пытаясь расстегнуть его ремень.
На месте героя какого-нибудь романа он бы поддался искушению или проявил нечеловеческую стойкость, привязав бедняжку к батарее, пока сам принимает холодный душ.
Но Сун Юань не выбирал ни то ни другое.
Он чертовски устал: целый день сверял списки гостей, напивался с горя, а теперь хотел только одного – спать.
─ Губы раскатала.
Перехватив ее тонкие запястья, он пресек любые попытки.
Увидев ее затуманенный жаждой взгляд, Сун Юань поволок ее за собой, словно непослушную хаски, прямиком в тесную душевую.
Бац!
Он затолкнул ее под душевую лейку и провернул кран до упора в ледяную сторону!
Хлюп-хлюп…
Ледяная, пробирающая до костей вода обрушилась на нее с головы до ног.
─ А-а-а! ─ истошно завопила та от холода, отчаянно забившись в попытке вырваться из ледяного плена.
─ Уже не нравится? То ли еще будет! ─ бросил Сун Юань, удерживая ее за плечи.
Одной лишь холодной водой такую дурь было не выбить. Окинув взглядом раковину, он заметил зубную щетку, отломил ей головку и жестким пластиковым черенком бесцеремонно разжал даме челюсти, надавив на корень языка!
Метод грубой физической прочистки желудка!
─ Бэ-э…
Мощный рвотный позыв мгновенно перекрыл дурман. Женщина согнулась над унитазом, выплевывая всё наружу. Дорогое французское вино и изысканный ужин оставили свой след в этом заведении за полтораста рублей за ночь.
Процедура заняла минут пять.
Стоя рядом, Сун Юань протянул ей потрепанный рулон туалетной бумаги.
Та дрожащими пальцами приняла бумагу, вытирая губы. Холодная вода и шок от рвоты привели ее в чувство. Туман рассеялся, сменившись жутковатым изумлением и таким холодом, от которого можно было задохнуться.
Она – Гу Шиюй, президент финансовой империи «Гу» в Цзянчэне, чей капитал исчисляется миллиардами, разве не купалась всегда в лучах славы?
Мало того, что ее опоили конкуренты, так какой-то хмырь притащил ее в туалет поливать холодной водой и пихал пальцы в горло?!
Она оглядела насквозь промокшую одежду, перевела взгляд на смертельно уставшего парня и затряслась от ярости.
Бросив ей сухое полотенце, Сун Юань направился к выходу: ─ Выблюешь – помойся, от тебя разит сильнее, чем от бака в переулке.
Отыскав маленький диванчик у входа, он рухнул на него в надежде подремать.
И в этот самый момент, когда веки уже смыкались,
в голове прозвучал звонкий механический сигнал.
[Дзинь! Замечено выполнение достижения: «Отказ от банального соблазнения, жесткое антисценарийное спасение»!]
[Дзинь! Вибрация душ совпала, система «Альфонс на максималках: стократный критический возврат» успешно активирована!]
Сун Юань резко распахнул глаза, прогнав остатки сна.
Система? Та самая из сетевых романов?
Механический голос вещал дальше:
[Главная цель системы: разрушить проклятие традиционного работяги, продвигая славный принцип «есть самую мягкую пищу и строить из себя самого крутого»!]
[Правила: если хозяин получает дары от подходящих качественных женщин (включая деньги, ресурсы, эмоциональную отдачу и прочее), он запускает критический возврат вплоть до ста раз! С высокой вероятностью выпадают божественные навыки и скрытые титулы!]
Потоптавшись с полминуты в ошеломлении, Сун Юань расхохотался про себя.
Пахать? К черту эту пахоту!
Он пахал три года ради кодов, лишившись даже задатка за квартиру, лишь ублажив бывшую суку и богатенького мажора. Раз уж небеса сжалились и скинули ему систему альфонса, грех жаловаться!
Раз усилия не окупаются, эту легкую жизнь он заберет силой! Да еще как!
Привалившись к ободранной спинке дивана, Сун Юань ощутил невероятное умиротворение.
Наступило утро.
Солнечный лучик пробился сквозь занавеску прямо в лицо Сун Юаню. Потирая затекшую шею, он открыл глаза и тут же уперся в леденящий взгляд.
Гу Шиюй уже приняла душ. Халатов в отеле не нашлось, так что ей пришлось завернуться в хрустящее белое полотенце.
Пусть полотенце дешевое, пусть волосы еще капали водой, но держалась она с грацией горной царицы. Безупречное лицо без макияжа не имело изъянов, а морозная аура снижала температуру в комнате градусов на десять.
Она вспомнила почти всё, что произошло ночью.
Пусть методы спасения выглядели зверски, но нельзя отрицать – этот парень пальцем ее не тронул.
Молчание длилось три секунды.
Гу Шиюй подошла к прикроватной тумбе, вытащила из промокшей сумки Hermes из крокодиловой кожи черную банковскую карту.
Цлк.
Она швырнула ее на стеклянный столик перед Сун Юанем с абсолютным высокомерием хозяйки положения.
─ О том, что было ночью, ни слова. На карте сто тысяч, бери деньги и вали.