Несколько темных фигур вскинули головы одновременно: на коньке крыши, неизвестно когда появившись, сидел человек.
На нем было старое, запыленное серое платье – вылитый опустившийся уличный ученый. В руке он держал винную тыкву и как раз отпивал из нее глоток.
Лунный свет падал на половину его лица, простого, ничем не примечательного и даже слегка унылого.
Он сидел с таким расслабленным видом, но от него исходила такая плотная, осязаемая волна убийственной ауры, что казалось, будто на плечи навалилась тяжесть целой горной цепи.
Пришельцы дружно переменились в лице.
Они столько времени просидели в засаде, но так и не поняли, как этот человек вообще здесь очутился.
Главарь банды на мгновение замер, затем оскалил зубы и процедил с угрозой: ─ Кто ты такой? Не суй нос не в свои дела! А если мы все равно войдем? ─
Мужчина средних лет опустил тыкву и небрежно вытер рот рукавом, издав странный, полный издевки смешок.
Отвечать на вопрос он не стал, лишь бросил коротко три слова, пропитав их леденящим, нескрываемым холодом смерти:
─ Выживших… не останется. ─
Слова ударили по мозгам нападавших раскатом грома. Все четверо схватились за головы, а их лица исказились от дикой боли.
─ Тьфу ты… да ты же тот самый Бог Войны… ─
Человек в черном резко изменился в лице, словно опомнившись от кошмара. Не смея больше оставаться здесь ни секунды, он отвесил глубокий, почтительный поклон и пустился наутек, словно спасая собственную шкуру.
Утром у главных ворот Академии Шэньу царило оживление: поток повозок и людей не иссякал, а нарядно одетые ученики бодро спешили по своим делам.
Ли Юань, по-прежнему одетый в поношенное синее платье, в одиночку ступил на вымощенную серым камнем дорожку, направляясь к скромной боковой калитке.
При нем был лишь скудный дорожный скарб – пара сменных одежд да старый сверток, оставленный А-Цзи.
Опустив голову, он неслышно вошел на территорию, предъявив привратнику свою пропускную грамоту. Старик тщательно проверил документ, бросил на новичка долгий оценивающий взгляд и молча отступил в сторону.
─ Проходи. Прямо до третьего двора, там Павильон Тяньшу. Твоя цель там. ─
─ Благодарю. ─
Кивнув, Ли Юань переступил порог. Воздух за ним неуловимо изменился – казалось, даже сам кислород здесь стал чище и легче.
Следуя указаниям, он вскоре добрался до Павильона Тяньшу. Это было отдельное трехэтажное здание с изящными изогнутыми карнизами и богатой отделкой, резко выделявшееся на фоне обычных учебных корпусов, мимо которых ему довелось пройти.
На притолоке не было таблички с названием – ее заменял искусно инкрустированный узор Большой Медведицы, причем звезда Тяньшу мерцала слабым, ровным светом.
Внутри уже ждали несколько человек. Едва Ли Юань переступил порог, до него донесся радостный возглас: ─ Брат Ли! Сюда! ─
Обернувшись на голос, он увидел У Юя.
Тот щеголял в роскошных сапфировых одеждах, придававших его лицу здоровый румянец, и вовсю махал рукой, привлекая к ним внимание остальных присутствующих.
Ли Юань подошел и молча кивнул в знак приветствия.
─ Брат Ли, как здорово, что нас определили в один класс! ─ не скрывая восторга, зашептал У Юй. – Слышал? Здесь собрались те, у кого самые высокие оценки таланта. ─
Окинув взглядом помещение, Ли Юань насчитал восемь человек, включая себя. Парни и девушки держались особняком, угрюмо молча каждый в своем углу и соблюдая между собой настороженную дистанцию.
─ Эй, так это ты обладатель девятого уровня? ─
Звонкий, бойкий голос прозвучал неожиданно близко. Круглолицая девушка с большими круглыми глазами подбежала к нему и принялась с любопытством разглядывать с головы до ног.
─ Меня зовут Юй Линъэр. Мой дар – мутировавшая медиумическая связь, могу общаться с некоторой живностью и духами растений. Седьмой уровень, между прочим. ─
Она ткнула пальцем в себя, а затем перевела его на У Юя: ─ А ты же У Юй, верно? Та самая «семиуровневая черепашка», я тебя помню. ─
Лицо У Юя мгновенно залилось краской, он замялся, не зная, что ответить, но Ли Юань лишь слегка кивнул: ─ Я Ли Юань. Рад знакомству. ─
─ Знаю-знаю, кто ж в Чанъани о тебе не слышал! ─ Юй Линъэр хихикнула и беззастенчиво придвинулась ближе. – Знаешь что? В нашем классе всего тринадцать человек, но все как на подбор – те еще штучки. ─
Она украдкой кивнула в дальний угол: ─ Видишь того ледяного парня с мечом? ─
Там стоял ладно скроенный юноша в черном походном костюме. Его суровое лицо было неподвижно, губы плотно сжаты, а во всем облике угадывалась не по годам зрелая сосредоточенность.
Он прижимал к груди длинный меч в ножнах древнего образца. Заметив чужие взгляды, он холодно метнул взгляд в их сторону; его глаза остановились на Ли Юане – острые, колючие, с едва заметным оттенком враждебности.
─ Его зовут Шэнь Лянь, он прибыл с западных рубежей, из Врат Юймэньгуань, ─интригующим шепотом пояснила Юй Линъэр. – Говорят, он единственный сын генерала Шэнь Ао, что защищает западные границы. У него боевой дух Волка Серебряной Луны, специализация – нападение, восьмой уровень. ─
Выражение лица Ли Юаня не изменилось. Отношения между пограничными военачальниками и столичным двором всегда были натянутыми, но то, что этот парень явился учиться в самую Чанъань, могло означать нечто большее.
Пока они переговаривались, подошли остальные ученики.
В этот момент в просторный зал повеяло богатым, изысканным ароматом духов. Через боковую дверь вошла ослепительная женщина, мгновенно приковав к себе все взгляды.
На вид ей было лет двадцать семь-восемь. Высокая, с точеным станом, она облачилась в облегающее длинное платье алого цвета, подчеркивавшее ее захватывающие дух изгибы.
Ее роскошные волосы водопадом спадали на плечи, скрепленные лишь простой деревянной шпилькой, а несколько выбившихся прядей небрежно падали на шею, придавая ей ленивую, соблазнительную грацию.
─ Ну что, малыши, ─
женщина подошла к центру зала. Ее голос звучал мелодично, с легким оттенком природной чувственности.
Обведя собравшихся неспешным взглядом и задержавшись на каждом из учеников, она чуть приподняла уголки губ.
─ Я Лю Хунъянь, ваш главный наставник в первый год обучения в классе Тяньшу. ─
Без лишних предисловий и уговоров она перешла к делу: ─ Класс Тяньшу, как и следует из названия, – это элита, в которую академия вкладывает основные ресурсы для ускоренного выращивания кадров. ─
─ Здесь во главу угла ставится всё: очки успеваемости и реальные успехи в практике. ─
С этими словами Лю Хунъянь легко взмахнула запястьем, и на ее ладони возникли тринадцать темно-фиолетовых жетонов размером с ладонь.
─ Это ваши личные знаки принадлежности и одновременно кредитные карточки очков. Омочите их своей кровью, чтобы привязать к духовной сущности – никто другой воспользоваться ими не сможет. ─
─ На счет каждого зачислено по сто начальных очков. ─
─ Очки – это главная валюта, которая вам здесь понадобится. ─
─ Чтение трактатов о техниках в Хранилище свитков, получение пилюль в павильоне алхимии, заказ или починка оружия в кузне, и даже частные наставления преподавателей – всё требует оплаты очками. ─
─ Источников пополнения очков два: успешная учеба и выполнение поручений, которые публикует академия. Чем сложнее задание, тем выше награда. ─
Она сделала паузу, ее глаза сузились, а в голосе прорезались предупреждающие нотки: ─ Запомните: академия не держит дармоедов. Те, кто истратит очки и окажется неспособен заработать новые, будут в зависимости от обстоятельств либо понижены в классе, либо отчислены. ─
─ Всем всё понятно? ─
─ Понятно, ─
хором ответили ученики, посерьезневшими лицами. Сто начальных очков поначалу казались солидной суммой, но судя по словам наставницы, их не хватило бы и на малую толику нужд.
─ Отлично. ─
Лю Хунъянь раздала жетоны по одному. ─ Сегодня занятий нет. Ваши общежития находятся в Павильоне Слушания Бамбука позади главного здания, по два человека в комнате, имена выбиты на дверях.
─ Отправляйтесь обустраиваться, заберите базовое снаряжение у завхоза. Завтра ровно в утренний час кролика жду вас здесь же, опоздавших не жду. ─
Сказав это, она не стала продолжать, качнула точеной талией и грациозно удалилась.
У Юй, не сводя глаз с жетона, на котором было выбито его имя, с восторгом повернулся к Ли Юаню: ─ Брат Ли, давай сходим за снаряжением вместе, а потом поищем наши комнаты? ─
─ Глядишь, еще и соседями окажемся. ─