Цоканье и звон посуды резали слух; Изуна с перекошенным лицом яростно драил тарелки, мысленно мечтая разбить их все о чью-то наглую голову.

А вот Шидзунэ трудилась с пугающим усердием – от её профессиональных движений у Изуна задергался глаз.

─ Говорю тебе, тащиться за этой ненормальной – верный способ сдохнуть от истощения.

─ Старая карга, ни манер, ни стыда, да ещё и психопатка махровая.

─ Глянь на неё: деньги водятся, а тебя заставляет отрабатывать её пьяные счета!

─ Бросила бы ты её к чертям. С твоими навыками джонина можно жить припеваючи в любую эпоху. А там, глядишь, и замуж выйдешь за нормального человека, нарожаешь крепких пацанов – вот это жизнь!

Изуна бубнил без остановки. Девушка ему нравилась: на фоне Цунаде Шидзунэ казалась идеальным выбором для семейной жизни.

Но постепенно бормотание затихло. Изуна вспомнил собственный жестокий век, когда люди гибли ежесекундно; едва завязывалась война, как взрослые валились вповалку, а их места занимали сопливые дети.

Вроде Сенджу Итамы – пацаны лет семи-восьми уже шли на убой. Открыл глаза – вокруг резня, закрыл – в кошмарах мерещатся мертвые враги и товарищи.

Тяжело вздохнув, Изуна замолчал и продолжил ожесточенно тереть жирную тарелку.

Мир… Какая же благодать, жаль только, многим не суждено до неё дожить.

Вспахивать клочок земли, завести жену, растить малыша, жить спокойно, не опасаясь получить нож в спину.

О чём еще мог мечтать простой смертный в его проклятые времена?

Шидзунэ замедлила движения и наконец замерла. Она скосила взгляд на Изуна – мужчину, который по древу рода приходился ей дедом, но выглядел моложе её самой на четыре года, – и заметила, как от него веет глубокой, звенящей тоской.

Он будто провалился в воспоминания, откуда не было возврата, и в его черно-белых глазах застыло горькое сожаление.

─ Эй! Шевелись давай, нечего сачковать, к рассвету всё должно блестеть! ─ раздался из окна второго этажа раздраженный голос хозяина кабака.

Вырванный из пучины прошлого, Изуна поднял голову и злобно зыркнул на хозяина, но спорить не стал – в конце концов, они были виноваты сами, отрабатывать долг честно.

─ Проклятые Сенджу! Проклятая старая карга!

Мгновенно растеряв всю свою меланхолию, Изуна взъерошил волосы, покраснел от злости и с удвоенной яростью принялся шоркать посуду.

Шидзунэ не выдержала и прыснула в кулак. Более того, она участливо помогла ему закатить рукава. Под покровом ночи уличка за кабаком жила своей бурной жизнью.

……

─ Ах! Наконец-то закончили!

Едва забрезжил рассвет, как Изуна рухнул на землю «звёздочкой», а Шидзунэ размяла затекшие плечи и сладко потянулась.

Сама она была миниатюрной, черты лица – простыми, но удивительно гармоничными и приятными для глаза.

Черные волосы прикрывали лишь треть затылка, а стройная фигурка, затянутая в кимоно, при каждом движении грациозно подчеркивала её изгибы.

Изуна, разумеется, не был мальчиком – не будь война столь безумной, у него самого уже бегали бы внуки.

Заметив его взгляд, Шидзунэ покраснела, сердито зыркнула на него, а затем огляделась: ─ Госпожа Цунаде уже должна вернуться… Хотя сто тысяч она способна спустить в никуда за пару минут.

Изуна поднялся на ноги и поравнялся с Шидзунэ: ─ Если бы она собиралась вернуться, уже бы пришла. Спорим, она просто прячется где-то впопыхах, лишь бы не помогать нам мыть тарелки.

Шидзунэ покачала головой с абсолютной уверенностью: ─ Нет, пока госпожа Цунаде не залезет в долги по уши, из игорного дома её калачом не выманишь.

Изуна заинтересовался: ─ Денег нет, а всё равно сидит?

Шидзунэ закусила губу и виновато потупилась: ─ Она… берет в долг под проценты.

У Изуна челюсть отпала. Ну ни хрена себе! Эта психопатка из клана Сенджу мало того что алкоголичка, так ещё и конченая лудоманка.

Неудивительно, что она в таком возрасте до сих пор не замужем – любой дурак, связавшись с ней, рискует заставить предков перевернуться в гробу от ужаса.

В этот момент с другого конца улицы донесся оглушительный грохот, переросший в знакомый зычный вопль Цунаде: ─ Я же сказала, верну! У меня сейчас просто налички нет, запишите на счёт!

Из выбитой в стене игорного дома бреши вывалила толпа амбалов с дубинками, но лезть на рожон никто не спешил – всем было известно, что эта блондинистая бестия взрывается от малейшей искры.

Уперев руки в боки, Цунаде рявкнула пару ласковых, обернулась и увидела окаменевших на углу Шидзунэ и Изуна. Она ткнула в них пальцем: ─ Все вопросы к ним…

─ Бежим!

У Изуна волосы встали дыбом. Схватив Шидзунэ за руку, он рванул с места в карьер с почерневшим от злости лицом: ─ Эта старая карга совсем совесть потеряла! Мало того что мы всю ночь горбатились, так она хочет, чтобы я по второму кругу за неё отдувался?!

Шидзунэ послушно бежала за ним, чувствуя тепло чужой ладони и бешено колотящееся сердце. Услышав слова Изуна, она неловко поправила его: ─ Не на один круг… Госпожа Цунаде обычно занимает минимум от миллиона.

─ Миллион?!

─ Да за неё на рынке столько не дадут! Впрочем, с такой старостью её и бесплатно никто не возьмет.

Изуна не скупился на выражения, но тут же осёкся: Цунаде бежала прямо за ними, и взгляд её предвещал скорую расправу.

Вылетев за пределы городка в лесную чащу и убедившись, что погони нет, троица наконец остановилась перевести дух.

Изуна, переполнившись праведным гневом, подскочил к Цунаде, вцепился ей в воротник и принялся брызгать слюной: ─ Ты вообще берега видишь?! Заставила нас отрабатывать твою алко-попойку, а сама спустила сто тысяч в казино до нитки!

Цунаде небрежно отмахнулась от его рук и презрительно фыркнула: ─ Не бухти. Это всё ваши мертвяки-Учихи аукнулись – у меня в тот день карта шла хуже некуда, так что этот должок я целиком вешаю на ваш клан.

Изуна едва не задохнулся от возмущения. Замахнувшись кулаком, он завопил: ─ Сдохни, старая карга! Сегодня мы выясним, кто кого!

Бац-бац-бац…

Последовала короткая, но чрезвычайно жестокая расправа, превратившая лицо Изуна в сплошной синяк. Цунаде мастерски заблокировала циркуляцию его чакры и загнала жизненные силы в глухой угол, полностью лишив бедолагу возможности сопротивляться.

Шидзунэ прижимала к груди мини-свинокушку и со страхом наблюдала за экзекуцией. Когда всё закончилось, она подбежала к Изуна и шепнула ему на ухо: ─ Главное – никогда не упоминайте при ней её возраст. Иначе она вас прибьет.

Тфу!…

Изуна сплюнул кровавый сгусток и, невнятно, но упрямо прорычал: ─ Достала она меня. Прикончит – и поделом, хоть глаза мои её не будут видеть!

Шидзунэ только вздохнула, глядя на его оскорбленный вид. Проведя рядом с Цунаде столько лет, она выучила все заскоки своей учительницы наизусть. Её собственная покладистость была выстрадана годами каторги под началом этого тирана.

Чтобы уберечь Изуна от лишних тумаков, она решила поделиться с ним личным опытом выживания.

Троица двинулась дальше в путь без определенной цели – вернее, путь задавала Цунаде, шагавшая наугад в одному ей известном направлении.

Проводив их взглядом, Обито бесшумно вынырнул из земли. Лицо под маской исказилось в глубокой складке недоверия.

Он ломал голову над вопросом: неужели легендарный предок Учиха… настолько ничтожен?

Сам родной брат Мадары, и позволил какой-то бабе избить себя до полусмерти?! Позорище на весь клан.

─ Зетсу, ты надо мной издеваешься?

Обито в упор посмотрел на вынырнувшего рядом черного паразита, и в глазах его плеснулась убийственная злоба.

Тот кашлянул и постарался оправдаться максимально серьезным тоном: ─ Я всё-таки воля самого Мадары-сама. И поверь, я прекрасно знаю, на что способен Учиха Изуна. Пожалуй, кроме самого Мадары, это самый опасный представитель нашего клана.

─ В своё время он годами гонял Сенджу Тобираму, да так, что тот был вынужден создать ту самую технику, прославившую Четвертого Хокаге. Так что не суди по внешней оболочке – Изуна далеко не так прост, как кажется.