То, что она не явилась на завтрак, было своего рода актом неповиновения. Пьер, похоже, всё равно не собирался менять своё мнение, а даже если бы и передумал, то уж точно не ради Ванессы. И самое главное…

«Если и дальше буду заискивать перед ними, словно домашняя зверушка, то вряд ли смогу сохранить себе жизнь».

«Встреться с ними и произнеси хотя бы одно благословение. Эти люди собираются отдать за тебя жизнь. Было бы неправильно не испытывать к ним ни благодарности, ни сожаления».

Луиза де Крайх. Моя проницательная старшая сестра. Выдающаяся принцесса. Уважаемый полководец. Хладнокровная наследница.

Всё из-за этой женщины.

До сих пор Ванесса ни разу не поступала «мудро». Её познания даже не дотягивали до базового уровня, необходимого принцессе. Она уделяла внимание лишь внешности и светской жизни, а когда кто-нибудь спрашивал её о политической ситуации, та лишь невинно склоняла голову набок.

Ванесса всегда наблюдала за происходящим издалека, отступив на несколько шагов, словно испуганная. Такова была её роль. Молча стоять в стороне и лишь следить за тем, что делают остальные. Надеяться, что это не причинит ей вреда. Так убивать время, надеясь, что ей повезёт выжить или кто-нибудь придёт на помощь.

Поэтому Луиза никогда не узнает, насколько сильно её глупая и недалёкая младшая сестра восхищается ею. Как сильно хочет быть на неё похожей. Как сильно завидует ей. Как сильно ненавидит её.

Не узнает до смерти.

— …Таким образом, племя бус позднее вошло в состав империи Ларк, а на севере сохранились его потомки. Они носят фамилию Пан. Ими правит род великого герцога Руссо, единоутробного брата Женевы II.

Маркиз Дюмениль, учитель истории Ванессы, провёл пальцем вдоль границы на карте.

— Вот до этого места простираются владения Руссо.

— Они большие.

— Большие, но земля там бесплодная, а вторжения варваров происходят часто. Именно поэтому Женева II и пожаловала великому герцогу северные земли. Так он мог на законных основаниях содержать войско. Это позволяло не только защищать север от варваров, но и оберегать род великого герцога от королевской семьи. Женева II опасалась, что будущие короли нападут на его род, поэтому и приняла такое решение. Между братом и сестрой были поистине тёплые отношения.

Не все монархи прошлых поколений убивали своих братьев и сестёр. Даже нынешний Паоло, похоже, не собирался убивать Рене. Однако обычно, даже если отношения между родственниками были хорошими, дело ограничивалось тем, что им позволяли жить. А Женева II и её младший брат, должно быть, были настолько привязаны друг к другу, что она даже пожаловала ему титул великого герцога. Его уделом стали Хисгиэль — земли племени бус, недавно присоединённые к империи.

После смерти Женевы Второй последующие короли старались сдерживать влияние великого герцога, в жилах II текла кровь Крайхов. Север находился далеко от столицы, а его пересечённая местность позволяла местным правителям веками оставаться в своих владениях и постепенно наращивать силу. В действительности, поскольку северные земли граничили с территориями варваров, укрепление военной мощи было для них естественной необходимостью. Однако для королевского двора это не имело значения.

Ванесса не разбиралась в тонкостях политической борьбы. Она лишь понимала, что раз одни сдерживают других, значит, так тому и быть.

— Название этих земель — Хисгиэль, на старом языке — Хесегель. Нынешнему великому герцогу Руссо двадцать семь лет.

— Значит… он мой родственник.

— Именно. А отношения с королевским домом Крайхов у него довольно враждебные.

— Никто ведь не сомневается… в законности правления Ларка. И нет ни одной династии с более древними традициями, чем у Ларка. Так почему же до сих пор борются за власть, а не за законность престолонаследия? Это ведь так… жестоко.

Ванесса впервые задала вопрос, усомнившись в чём-то, и маркиз Дюмениль был немало удивлён. Обычно она слушала вполуха и сразу после урока спешила на светские мероприятия. Однако маркиз понимал, что обстоятельства вынуждали принцессу вести себя именно так. Ему было жаль её: с самого детства её растили подобным образом.

— …Есть такое понятие — «габитус». Оно означает социально обусловленные ценности, то есть идеологию, запечатлённую в теле. Можно сказать, что это нечто вроде второй натуры. Некоторые учёные даже считают, что габитус лежит глубже, чем сознание или язык. Даже когда эпоха меняется и политическое устройство претерпевает изменения, габитус не так-то просто изменить.

— …

— Ваше высочество, изменение убеждений не означает, что меняется наш разум, то есть знания и понятия. Оно означает, что меняется телесная память, недоступная нашему рациональному мышлению. Это сродни изменению инстинктов.

— Тогда что нужно сделать, чтобы изменить… габитус?

— Однозначного ответа нет. Всё может разрешиться со временем, благодаря опыту или чувствам. Мне трудно высказать определённое мнение о нынешнем устройстве общества. Однако если ваше высочество желает перемен, то есть один неоспоримый факт: Ларку нужно больше времени.

— Я… не то чтобы хотела перемен. И н-не то чтобы была чем-то недовольна. Ведь у этого есть и свои преимущества: например, укрепление королевской власти. Я просто подумала, что всё это… возможно, слишком радикально. Я ни за, ни против.

Ванесса испуганно покачала головой, отчаянно стараясь сохранить нейтралитет. Маркиз Дюмениль молча посмотрел на неё. Голос Ванессы, звучавший растерянно, постепенно затих. Когда воцарилась тишина, она, слегка смутившись, приложила тыльную сторону ладони к щеке.

— …Я просто так подумала.

— Я понимаю, что вы хотите сказать, ваше высочество. И вы правы: у всего есть свои достоинства и недостатки. Но запомните. Нейтралитет — это такая же позиция, как согласие или несогласие. Находиться посередине вовсе не означает, что вы непременно будете в безопасности.

— …Да.

— Люди часто ошибочно считают нейтралитет чем-то более возвышенным или безопасным. Полагают, что это рациональная позиция, не подверженная влиянию эмоций. Но не бывает правильных или неправильных суждений лишь потому, что одно из них занимает ту или иную сторону. Стрелы будут сыпаться на вас точно так же. Порой нейтралитет приводит к последствиям куда более глупым, чем крайний выбор.

Это были болезненные слова. Ванесса слегка опустила голову, стараясь скрыть выражение лица. Пожилой мужчина произнёс своим размеренным голосом твёрдо и бескомпромиссно:

— Вот что такое нейтралитет.