Я не слишком внимательно читал новеллу «Девочка-волшебница Хан Гёуль», но всё же знал её общую завязку.
Современная Корея, где вовсю бушевали необъяснимые чудеса и сверхъестественные способности. История Хан Гёуль, многообещающей ученицы Магической Академии, в которой обучали девочек-волшебниц.
Ассоциация Злодеев, поставившая мир под угрозу. Главная героиня, сражавшаяся с бесконечно плодящимися монстрами, и школьный дяденька из столовой, который ей угрожал...
«Иными словами, Гамигин».
Этим дяденькой из столовой был я. Моё настоящее имя — Гамигин, а как обычный наёмный работник, управляющий столовой, я звался Ким Мин Сон.
Я был самым обычным офисным клерком, но в один прекрасный день внезапно переселился в этот мир.
Да ещё и в тело Гамигина — злодея, который в этой вселенной являлся практически финальным боссом.
— Ха-а.
Поистине прискорбный поворот событий. Из-за этого мне не только пришлось отыгрывать злодея — роль, для которой я совершенно не подходил, — но я ещё и умудрился стать объектом одержимости главной героини этого мира.
И это при том, что, в отличие от прежнего владельца этого тела, у меня не было ни малейшего намерения уничтожать мир или заниматься чем-то подобным.
Конечно, в какой-то степени я мог понять положение Хан Гёуль. Будучи регрессором, она наверняка сочла крайне подозрительным то, что я вдруг начал вести себя совсем не так, как раньше.
То, что она преследовала меня с такой чрезмерной одержимостью... это я тоже ещё мог как-то понять.
Сколько бы сотен или тысяч раз я это ни отрицал, Хан Гёуль ни за что бы мне так просто не поверила.
Окажись я на её месте, поступил бы точно так же. Так что до этого момента всё было в порядке.
Но.
— Ты чем это занят? Разглядываешь девичьи ножки?
— ...
— Я заявлю на тебя в полицию.
И всё же приходить ко мне при любой удобной возможности и нагло возводить напраслину — не слишком ли это?
Я потёр виски, спасаясь от подступающей головной боли, и пристально посмотрел на Хан Гёуль, стоявшую перед кассой.
— Не могла бы ты отойти? Ты мешаешь мне работать, Хан Гёуль. На тебя даже смотреть тошно.
— Что именно тошно? Мои голые ноги?
— ...
Хан Гёуль слегка покачала подолом школьной юбки, ненавязчиво демонстрируя очертания своих ног. Я невольно зажмурился от обилия обнажённой кожи.
Возможно, дело было в том, что она являлась регрессором, но для обычной школьницы она не гнушалась вообще ничем.
В итоге, когда дело доходило до словесных перепалок, я не мог так просто прогнать её. И это было крайне досадно.
Стоило мне беспомощно вздохнуть и отвести взгляд, как Хан Гёуль и вовсе уселась прямо на прилавок, почему-то наклонившись ко мне всем телом.
— Эй, почему ты меня игнорируешь? Это же была моя шедевральная шутка, между прочим.
Тоже мне шедевр.
Когда я уставился на неё с полнейшим недоверием, Хан Гёуль, должно быть, слегка смутилась: её щёки покраснели, и она отвернулась.
— ...Кхм, в любом случае, смотрю, ты тут бездельничаешь. Сейчас обеденный перерыв, а в столовой на удивление тихо.
— Это потому, что ты загородила кассу, и другие дети не могут подойти.
— Да ладно тебе. Они наверняка просто заняты выбором товаров, разве нет?
Услышав её слова, я оглядел столовую. Хоть я так и сказал, я прекрасно понимал, что те немногие ученицы, находившиеся в этом просторном помещении, пока и не думали подходить к кассе.
Они не торопясь прохаживались туда-сюда, разглядывая ассортимент — привычка, свойственная исключительно школьницам. Обеденный перерыв в этой школе в основном так и проходил.
Несмотря на то, что это был всего лишь школьный буфет, он отличался внушительными размерами и широким выбором товаров.
Если сравнивать с моим прежним миром, он напоминал один из тех огромных круглосуточных супермаркетов, на которые порой натыкаешься на улице.
Не имея другого выбора, я цокнул языком и решил просто игнорировать Хан Гёуль. В сложившейся ситуации у меня не осталось ни одного разумного повода, чтобы выставить её вон.
Возможно, потому, что я делал ей замечание при каждом её визите, на этот раз у неё во рту хотя бы лежал леденец на палочке.
Будучи кем-то вроде подрядчика Академии, я не имел права отказывать ученикам этой школы в обслуживании.
Всё могло быть иначе, веди я себя как Гамигин — безрассудный заместитель главы Ассоциации Злодеев.
Но я никогда так не поступал и не планировал делать этого в будущем, так что подобные предположения не имели никакого смысла.
Учитывая, что я переселился в это тело, даже не зная причины, я не мог позволить себе лишиться этой ценной работы.
Знала она об этом или нет, но проблема заключалась в том, что именно Хан Гёуль с завидной регулярностью действовала мне на нервы.
— Гамигин, у тебя есть какие-нибудь другие планы? Например, похитить проходящих мимо школьниц прямо перед концом обеда и утащить их в Ассоциацию Злодеев? Гамигин, Гамигин! Знаешь что? Я знаю твою истинную личность и знаю всё, что ты пытаешься провернуть, так что не делай глупостей. Кстати говоря, я слышала, недавно появилось приложение для точного отслеживания местоположения. Не хочешь установить его на свой смартфон ради меня, Гамигин? Гамигин, Гамигин, Гамигин... Гамигин~?
...От этого можно было заработать невроз. Ничто так не резало слух, как этот звонкий голосок, то и дело зовущий: «Гамигин», «Гамигин».
Если бы она просто молчала, то была бы вполне милой девушкой, да и голос её звучал довольно приятно.
Но надо же было такому случиться, что именно из-за моего статуса заместителя главы Ассоциации Злодеев мне пришлось терпеть эту одержимость. Меня уже тошнило от всего этого до такой степени, что голова шла кругом.
Не то чтобы я ни разу не задумывался о том, чтобы хоть раз проявить твёрдость и высказать ей всё в резкой форме.
Или о том, чтобы пожаловаться руководству Академии и избавиться от этой назойливой девчонки.
Но...
«В первом случае я опасался, что ненужное обострение наших относительно мирных отношений может привести к кровопролитию, а во втором — за мной самим водились грешки, так что сделать это было непросто».
Оба варианта отпадали. По крайней мере, на данный момент. Чувствуя себя совершенно беспомощным, я покосился на Хан Гёуль, которая преспокойно болтала сама с собой.
Без всяких сомнений, эта девчонка была не в своём уме. И это не было простой попыткой принизить её из-за того, что она меня раздражала.
Можно было с уверенностью сказать, что она действительно страдала от какого-то психического расстройства. Обсессивно-компульсивное расстройство или, может, тревожное?
Неужели она дала клятву повернуть время вспять и убить меня во что бы то ни стало? Порой даже во время самого обычного разговора с ней меня бросало в дрожь от её непостижимой жажды убийства.
Если бы я сейчас высказал ей всё в грубой форме, это было бы равносильно тому, чтобы разворошить осиное гнездо.
Она наверняка набросилась бы на меня с ледяным взглядом, заявив, что мои попытки отделаться от неё выглядят подозрительно.
Пока я не мог устранить первопричину её настороженности, лучше всего было избегать лишних действий и не подпитывать её подозрения.
А уж жаловаться руководству Академии, чтобы Хан Гёуль вынесли предупреждение, и вовсе было ужасной идеей.
Во-первых, сам этот поступок мог спровоцировать Хан Гёуль.
Честно говоря, сейчас даже я сам находился не в самых лучших отношениях с Академией.
«Что же ты натворил, ублюдок Гамигин, раз тебя подозревают со всех сторон?»
Находясь в таком положении, я не мог не проклинать своего предшественника(?). Лишь несколько дней назад я случайно узнал, что Академия тоже относится ко мне не слишком благосклонно.
Директор Магической Академии, Чхве Хён А.
Стану ли я поднимать неприятную тему ради того, чтобы избавиться от одной-единственной ученицы, когда за мной пристально следит эта тётушка, бывшая девочка-волшебница S-ранга?
Напротив, не было бы ничего удивительного, если бы она сочла это зацепкой и попыталась лично связаться с Хан Гёуль.
В конце концов, единственное, что мне оставалось — это стиснув зубы терпеть её одержимость.
*Динь-дон-дан...*
— ...А, обеденный перерыв закончился.
Хан Гёуль, которая приходила каждое утро, каждый обед, а иногда и во время всех шести перемен за день, чтобы просто поглазеть на меня, было действительно трудно выносить.
По крайней мере, когда звенел звонок, ей приходилось идти на уроки, так что обычно она сдавалась и уходила.
— Живее иди. Мне нужно разложить товары на витринах.
— ...Почему ты так отчаянно пытаешься меня спровадить? Ты определённо подозрителен, Гамигин. У тебя есть какой-то скрытый мотив?
— Ха-а...
Даже её уход давался с трудом, так что представьте, насколько удушающим был каждый божий день.
Я прижал ладонь ко лбу и глубоко вздохнул, пытаясь унять закипающее раздражение.
Несмотря на это, Хан Гёуль лишь окинула меня взглядом с игривой улыбкой.
— Знаешь, я каждый раз об этом думаю, но твоя реакция действительно забавная. Дразнить тебя — одно удовольствие.
— Ты действительно проблемный клиент, Хан Гёуль.
Я демонстративно цокнул языком и резко ответил на её пустую реплику, но Хан Гёуль даже бровью не повела.
Поскольку я и ожидал от неё подобной невозмутимости, я уже собирался покачать головой и заняться своими делами, но...
— ...Я просто хочу, чтобы эта твоя реакция длилась вечно.
— ...Что?
В отличие от обычного, она добавила это на удивление серьёзным тоном.
Когда я поднял голову, Хан Гёуль уже спрыгнула с прилавка.
Собравшись уходить, она развернулась, избегая моего взгляда.
Затем, слегка заведя руки за спину, она пробормотала невероятно тихим, почти неразличимым голосом:
— Пожалуйста, если можно, не меняйся, Гамигин. Оставайся таким же и впредь.
— ...
— Что ж, я пошла!
С этими словами она покинула столовую, бросив на прощание короткое приветствие напускным бодрым тоном.
Разумеется, я так и остался стоять у кассы, не сдвинувшись ни на сантиметр.
Однако...
— ...Ху-у.
Мой смятенный, колеблющийся взгляд... провожал удаляющуюся фигуру Хан Гёуль.
От смутного осознания того, чего именно она от меня хочет, на душе становилось неспокойно.
Тяжело вздохнув от досады, я вышел из-за кассы, чтобы разложить товары на витринах.
И в тот же день, после обеда.
— Привет.
— ...
— Пойдём домой вместе?
Хан Гёуль снова пришла в столовую. Накинув сумку на плечо, она мягко улыбнулась.
Я зажмурился и ответил:
— Пожалуйста, просто исчезни...
Переводил: Afmos
Редактировал: Afmos