— Ни в коем случае.

— Категорически нет!

Мы с Юми остановили Лауру одновременно.

В кои-то веки наши интересы полностью совпали: нам обоим нужно было её остановить.

Вести драгоценную дочь герцогского дома в подземелье, полное неведомых опасностей?

Это всё равно что собственноручно накинуть петлю себе на шею.

Даже если бы внутри подземелья ничего не случилось, одного лишь её присутствия в столь опасном месте хватило бы с лихвой, чтобы обрушить на нас карающий молот гнева Герцога.

Я скорее предпочёл бы сгинуть в подземелье, чем позволить ярости Герцога обрушиться на мои владения.

Поэтому решимость Лауры нужно было сломить во что бы то ни стало.

Лаура надулась, выглядя крайне раздосадованной, и продолжала украдкой поглядывать на провал.

Я понятия не имел, что такого привлекательного было в тёмном, мрачном подземелье, раз ей так сильно хотелось туда броситься.

Конечно, мне тоже было любопытно, что там внутри, но Лаура, судя по всему, не знала, что излишнее любопытство губит не только кошек.

— Господин, может, на сегодня закончим и спустимся обратно?

Юми похлопала Лауру по плечу и предложила повернуть назад.

Должно быть, она понимала: пока мы остаёмся на горе, Лаура не откажется от своей навязчивой идеи насчёт подземелья.

Жаль, конечно, что мы так и не добрались до вершины, но сейчас главным приоритетом было не дать Лауре совершить какую-нибудь глупость.

Я кивнул, соглашаясь на отступление, и лицо Лейни тут же просияло, словно из-за туч показалось солнце.

— Давайте поскорее вернёмся и поедим!

Видеть, что самая опытная исследовательница подземелий среди нас пребывает в столь весёлом расположении духа, даже немного успокаивало.

Лейни знала, когда нужно быть серьёзной, и раз уж сейчас она вела себя так беззаботно, значит, причин для тревоги не было.

Я мысленно перебирал, кого взять с собой в будущую экспедицию в подземелье, как вдруг...

— Угх, ладно.

Лаура, на лице которой застыло странное выражение, внезапно бросилась прямо в провал.

— Чт...

Юми рефлекторно рванулась вперёд, чтобы схватить Лауру, но та уже закончила читать заклинание и исчезла в бездне.

— Чёрт побери.

В голове у меня мгновенно опустело, и, поддавшись чистому рефлексу, я прыгнул следом за ней.

Честно говоря, в момент прыжка я соображал плохо. Это был чистый инстинкт: отпустить юную леди в подземелье одну означало обречь её на верную гибель.

Юми, похоже, подумала о том же и тоже прыгнула, но я оказался на полсекунды впереди неё, и Юми отбросило назад каким-то невидимым барьером, вытолкнув обратно наружу.

«Погодите, здесь что, есть ограничение на размер группы?»

Из различных документов я почерпнул кое-какие косвенные сведения о подземельях, но ограничение на число входящих стало для меня новостью.

С замиранием сердца от подступающего ужаса я стремительно падал вниз — и вдруг заметил под собой силуэт Лауры.

Её безопасность была превыше всего. Я отчаянно заболтал конечностями в воздухе, поймал её, прижал к себе и направил ману в ноги.

Затем...

*Бум!*

Я приземлился с оглушительным грохотом.

— Угх...

Лодыжки взвыли от боли, когда я едва сумел удержать равновесие.

— Эй, ты в порядке?

Лаура, всё ещё лежавшая у меня на руках, с беспокойством посмотрела на меня снизу вверх.

По крайней мере, она казалась невредимой. Моя жертва была не совсем напрасной...

— И зачем ты меня поймал? Я же читала заклинание. Со мной всё было бы в порядке.

...хотя нет, забудьте.

— Честное слово, быть глупым, должно быть, очень утомительно. Ты правда думал, что я брошусь в яму без всякого плана? Я же не идиотка.

— ...

Я прыгнул туда ради неё, и вот она — благодарность. Я ведь тоже человек, так что не мог не почувствовать жалости к самому себе.

Пока я предавался унынию, Лаура взглянула на меня, осторожно подошла ближе и ткнула пальцем в грудь.

— ...Хотя ты выглядел довольно круто?

«А?»

Этих слов я никак не ожидал услышать из уст Лауры. На мгновение я даже всерьёз усомнился в собственном слухе...

— Что ж. У мужчины должна быть хоть какая-то смелость. Это куда лучше, чем те бесхребетные типы.

...но нет, мне не послышалось.

Невероятно, но Лаура меня хвалила. Так вот как женщины влюбляются в плохих парней?

Она только и делала, что доставляла мне неприятности, но стоило случиться одному такому моменту, как всё накопившееся раздражение просто... растаяло. Я оказался куда более податливым, чем думал.

— Ты всего лишь жалкий барон, но я отдам тебе должное за преданность. Из тебя выйдет неплохой раб номер два.

— А кто номер один?..

— Юми.

— ...

После стольких лет верной службы Юми заслужила лишь звание раба номер один. Я почувствовал к ней лёгкий укол жалости и решил, что по возвращении обязательно буду относиться к ней получше.

— Так... твоя лодыжка в порядке?

— А, да. Подобные раны заживают на мне быстро.

— Говорят, на дураках всё быстро заживает. Похоже, это правда.

— ...

Стоило мне попытаться разглядеть в ней светлую сторону, как она тут же вдребезги разбила все зачатки моего хорошего отношения. Когда вернёмся, я точно посажу её на чисто овощную диету.

Прошло около десяти минут, когда Лаура вдруг указала пальцем на пространство перед собой. Я недоумённо наклонил голову, не понимая, что она имеет в виду, и тогда она нетерпеливо постучала себя по груди.

— Иди вперёд. Ты мой живой щит.

— А... хорошо.

Слышать в лицо, что тебя считают живым щитом, было немного обидно, но она оказалась права: маги должны стоять сзади, а бойцы — впереди. Это основы построения, так что спорить я не мог и молча занял место впереди.

— Выдвигаемся.

— Да.

— Два шага влево.

— Понял.

— Впереди ловушка.

— О...

Поначалу чувствовать себя марионеткой, которой помыкают, было странно, но указания Лауры оказались на удивление простыми и эффективными.

— Нажми на ту кнопку слева.

— Вот эту?

— Да. Удерживай её около трёх секунд, если я не ошибаюсь.

— Хорошо.

Оправдывая свою репутацию мага, она обладала острым умом и с лёгкостью обезвреживала ловушки подземелья одну за другой. Разумеется, сама она ни к одной из них даже пальцем не прикоснулась, всю дорогу управляя мной дистанционно.

Когда мы разобрались с третьей ловушкой, любопытство всё же взяло верх, и я спросил:

— Откуда вы всё это знаете, госпожа?

Лаура выпрямилась и ответила без тени скромности:

— Я была лучшей студенткой на магическом факультете Академии. И всегда получала только высший балл по исследованию подземелий. Ни единого раза не упустила его.

Я мало что знал об Академии, но слышал, что там собираются величайшие умы континента. Быть лучшей в таком месте... В моих глазах она предстала в совершенно ином свете.

— Ого, вы действительно потрясающая, госпожа.

— М-м.

Всего лишь простая похвала, но Лаура не смогла сдержать дрогнувший уголок губ.

Лучшая студентка магического факультета Академии, дочь Герцога — и у неё совершенно нет иммунитета к похвале? В Академии перед ней наверняка постоянно лебезили и студенты, и преподаватели, так как же она умудрилась остаться настолько падкой на доброе слово?

— И всё же, госпожа... что привело вас сюда? Я имею в виду, в мои земли?

При обычных обстоятельствах исследование неизведанного подземелья держало бы меня в постоянном напряжении, но неожиданная компетентность Лауры настолько облегчила нам путь, что от моей тревоги не осталось и следа.

Поскольку мы впервые остались наедине, я решил попытаться узнать о ней побольше. Казалось, она искренне наслаждалась исследованием подземелья — её настроение заметно улучшилось, так что она, скорее всего, ответит.

— Хм-м...

Лаура ткнула пальцем в земляной пол подземелья и попробовала его на вкус — от одной мысли об этом становилось тошно, — а затем сморщила нос, словно само воспоминание вызывало у неё отвращение.

— В Академии была одна безродная девка, совершенно не знавшая манер. Я попыталась преподать ей урок, а в итоге наказали меня.

— Прошу прощения?

Если Лаура называла кого-то безродной девкой, то та, скорее всего, была простолюдинкой. Но даже если в Академии официально проповедовали равенство, они не стали бы наказывать дочь Герцога только за то, что она слегка проучила какую-то простолюдинку.

— Она была странной. Девчонка с розовыми волосами, невзрачная с виду, но обладающая поразительной способностью обводить сильных мира сего вокруг пальца. В конце концов Первый принц попал под её влияние и добился моего исключения.

Простолюдинка с розовыми волосами, Академия, влиятельные люди, которых необъяснимым образом тянет к ней... Хм-м... разве это не описание героини любовного романа?

Я молча наблюдал за Лаурой, которая раздражённо топала по полу подземелья, явно раздосадованная воспоминаниями.

Высокородная благородная леди, вечно надменное выражение лица, врождённое чувство превосходства, издевательства над простолюдинкой-героиней, а затем исключение после того, как она впала в немилость у кого-то влиятельного...

«Погодите. Да она же буквально злодейка.»

Если разложить всё по полочкам, Лаура была классическим примером злодейки из любовного романа — подходила под каждый пункт. Что ж, некоторые злодейки заканчивали на виселице или на костре, так что по сравнению с ними положение Лауры было ещё не самым худшим.

— Почему ты так на меня смотришь?

Обладая проницательностью истинного мага, она сразу заметила мой взгляд.

— Я подумал о том, как несправедливо с вами обошлись, госпожа. Какая-то простолюдинка посмела встать у вас на пути — это в корне неправильно.

Мои настоящие мысли немного отличались, но теперь, когда я примерно понял инструкцию по обращению с Лаурой, я принял её сторону — прямо как те верные прихвостни из благородных девиц, которых злодейки всегда держат при себе.

— По крайней мере, ты знаешь своё место как мой раб. Ты всё понимаешь.

Настроение Лауры улучшилось с поразительной быстростью — для злодейки она оказалась на удивление простой в обращении.

— В этой девке было что-то странное — от неё едва уловимо пахло тёмной магией. Поэтому я попыталась разоблачить её, вылив ей на голову святую воду, и она совершенно взбесилась.

«Что?»

— Угх, какая досада. Мне следовало вбить ей кол в сердце, пока была возможность.

— Д-да, вам следовало так и поступить.

Я читал несколько историй, где в теле героини любовного романа тайно скрывалась душа Короля Демонов или она сама оказывалась главным злодеем.

Слова Лауры не на шутку меня встревожили. Даже если бы я как-то узнал правду, я всё равно ничего не смог бы с этим поделать... и всё же.

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos