Дзынь-дзынь-дзынь-дзынь-дзынь!

Громкий звон колокола разнёсся вокруг, оповещая о вторжении.

Ошеломлённый Нам Хёк лишь стоял и беззвучно открывал рот.

Он был настолько потрясён, что лицо потемнело, а слова просто не шли.

На самом деле Нам Хёк уже не знал, смеяться ему или плакать.

Он давно отказался от мести, а этот безумец сам явился сюда и теперь предлагает отомстить?

От абсурдности происходящего тело свело, и язык отнялся.

«Этот псих…!»

Надо было насторожиться ещё тогда, когда в его прозвище появился иероглиф «безумный».

Нам Хёк возмущённо воскликнул:

— Великий герой! Какая ещё месть? Как вы вообще можете такое говорить?!

— Я выбил тебе зубы.

— Да я уже сколько раз сказал, что всё в порядке…!

Пан Чондэ перебил его.

— А я превратил ваше лицо в кровавое месиво.

— ……

«Да чтоб тебя, безумный монах!»

Разговаривать с ними было невозможно.

Что бы Нам Хёк ни говорил, всё сводилось либо к «я выбил тебе зубы», либо к «отомсти мне».

И была ещё одна проблема.

Для воина потерять зубы после того, как сам полез задираться к другому мастеру, — унизительный позор.

Но противник был слишком страшным, и всерьёз мстить Нам Хёк не собирался, поэтому до сих пор скрывал случившееся от товарищей.

Даже личности этих двоих он выяснял тайком через других людей.

Именно это и стало проблемой.

В глазах остальных сопровождающих эти двое просто среди бела дня ворвались в филиал Охранного бюро Десяти Тысяч Драконов в Чэнду и без всякой причины задирали самого главного сопровождающего Нам Хёка.

— Кто вы такие?!

Как и следовало ожидать.

Один из стоявших впереди сопровождающих, совершенно не понимая ситуации, громогласно выкрикнул вопрос.

Чхон Ун ответил:

— Тот, кто выбил этому человеку зубы.

— Ах ты мерзавец! Ты смеешь задирать нашего главного сопровождающего?!

— Хм? Он не простой сопровождающий, а главный?

На вопрос Чхон Уна ответил Пан Чондэ.

— Молодой герой Чхон, посмотрите на его одежду. Видите золотую метку на груди? Он носит на себе Золотую Метку Десяти Тысяч Драконов, символ бюро, так что слова о звании главного сопровождающего, похоже, не ложь.

Объяснение было точным до мелочей.

Выслушав ясное и подробное пояснение Пан Чондэ, Чхон Ун кивнул.

И на поединках, и сейчас этот монах знал удивительно много совершенно ненужных вещей.

Поэтому Чхон Ун и Пан Чондэ исправили своё представление.

— Тогда я тот, кто выбил зубы главному сопровождающему.

— А этот скромный монах — тот, кто превратил главного сопровождающего в кровавое месиво.

Услышав это, сопровождающий, задавший вопрос, побагровел от ярости.

— Ах вы твари, хуже насекомых, совсем своего места не знаете…

Он махнул рукой, подавая знак к атаке.

— Ребята, бейте их!

Топот-топот-топот!

Уже разгорячённые сопровождающие ринулись вперёд, словно рой ос.

Все с оружием в руках и громкими криками.

Кто с мечом, кто с копьём, кто с топором.

Впереди плотной стеной надвигалась толпа сопровождающих.

С крыш слева и справа градом полетели стрелы и скрытое оружие.

Чхон Ун стремительно изгибал тело, едва касаясь пролетающих снарядов и уходя от них.

Одновременно он достал что-то из кармана.

Остатки свиных костей.

Он зажал их между пальцами, словно скрытое оружие, принял стойку и метнул, наполнив Ци Меча.

Фью-ю-юить!

Кости полетели, выписывая в воздухе зигзаги.

Дзинь.

С лёгким звоном они отбили летевшие навстречу стрелы.

А затем, набирая скорость, продолжили свободно нестись вперёд.

Люди на крышах, бросавшие скрытое оружие, попытались уклониться, но не успели.

Кто вообще ожидает, что какой-то сумасшедший станет метать объеденные кости как скрытое оружие?

Предугадать такое невозможно, а из-за ускорения кости летели слишком быстро.

Результат оказался ужасным.

Шесть костей дружно впились прямо между бровей шести людей, прятавшихся на крышах.

— Ублюдок! — раздался яростный крик.

Одновременно один человек выскочил слева, другой справа, и оба, падая сверху, обрушили мечи.

Чхон Ун снял с плеча удочку.

Лёгким взмахом отправил леску в полёт.

Она обвилась вокруг лезвия меча человека справа, несколько раз закрутилась и намертво его стянула.

И тут с хрустом клинок разлетелся на осколки, словно стекло.

— !!!

Мужчина справа, всё ещё падая, покрылся холодным потом, увидев, что от его меча осталась одна рукоять.

В следующее мгновение Чхон Ун взмыл в воздух.

И развернулся всем телом.

Набравший инерцию каблук Чхон Уна ударил мужчину по шее, словно в круговом ударе.

Бум!

Тот врезался в землю, подняв облако пыли.

— Сдохни!

В этот момент второй мужчина слева обрушил меч сверху.

Пан Чондэ, стоявший спина к спине с Чхон Уном, добродушно улыбнулся и вытянул указательный палец влево.

Это была начальная стойка одного из высших пальцевых искусств Шаолиня — Божественного Искусства Щелчка Пальца.

Падавший мужчина на мгновение замер в растерянности.

На кончике указательного пальца Пан Чондэ лежала бусина.

И в этот миг Пан Чондэ щёлкнул пальцем.

Бусина, напитанная золотистой ци, с резким свистом полетела вперёд. Ошеломлённый мужчина наклонил меч, пытаясь отбить её.

Но Божественное Искусство Щелчка Пальца — высшее искусство Шаолиня, сжимающее силу, выпущенную с кончика пальца, в одну точку и пробивающее всё на пути.

Бусина, несущая силу Пан Чондэ, пробила аккуратное отверстие прямо в середине обуха меча.

Пройдя сквозь клинок, она врезалась мужчине точно под нос.

— Кхек!

Шлёп.

Пустив пену, мужчина рухнул на землю.

После всего, что произошло за несколько мгновений, вокруг повисла ледяная тишина.

Раньше Пан Чондэ был совсем другим человеком.

Он следовал учению о великом сострадании и милосердии, оставаясь мягким и добрым монахом.

С сердцем, полным желания спасти живых существ, он покинул монастырь и вышел в Цзянху.

Но реальный Цзянху оказался совсем не таким, каким он его представлял.

Действительность встретила его словно буря.

Злодеи процветали, добрые люди страдали, беспощадные убийства были повсюду… от Чистой Земли, о которой он читал в сутрах, не осталось и следа.

И именно тогда он встретил Чхон Уна и получил его наставления.

Понемногу он уже начал сомневаться в буддийском учении о перевоспитании злодеев.

И сейчас Пан Чондэ наконец почувствовал это по-настоящему.

Он давно ненавидел людей Охранного бюро Десяти Тысяч Драконов, которые сговаривались с торговцами и отбирали у простых людей имущество через мошенничество с земельными документами.

И когда он собственными руками наказал таких людей, на душе стало легко, словно многолетний ком наконец исчез.

Надо же, до чего приятно!

Всё-таки злодея нужно наставлять тем способом, который подходит именно злодею.

И тут Чхон Ун сказал:

— Теперь пойдём встречаться.

С этими словами Чхон Ун, держа лишь старую удочку, ринулся навстречу новой волне сопровождающих.

Каждый раз, когда леска свистела в воздухе, вокруг неё с треском вспыхивала Лазурная Громовая Ци.

Чхон Ун проходил сквозь противников словно на прогулке, двигаясь только вперёд.

Пан Чондэ стоял за его спиной и одну за другой посылал бусины в область под носом тех, кто пытался зайти Чхон Уну в слепую зону.

Чхон Ун пробивал дорогу, Пан Чондэ прикрывал тыл.

Идеальная связка для прорыва.

— Б-безумие.

Нам Хёк, полностью потерявший контроль над ситуацией, выглядел так, будто вот-вот умрёт.

Он и раньше понимал, что эти двое сильны, но увиденное превосходило все ожидания.

— Убейте их!

Поздно прибывшие сопровождающие бросились на Чхон Уна.

Они уже потеряли голову, и тех, кто не мог сдержать ярость и продолжал бросаться в атаку, было больше, чем тех, кто испугался мастерства Чхон Уна и остановился.

Только тогда Нам Хёк окончательно пришёл в себя.

Если так пойдёт дальше, конец очевиден.

Филиал одного из десяти крупнейших охранных бюро разгромят всего два человека?

Если об этом узнают, большего позора и представить невозможно.

И неизвестно, какую ответственность возложит на него главное отделение Охранного бюро Десяти Тысяч Драконов.

Нам Хёк вложил внутреннюю энергию в голос и крикнул:

— Остановитесь!

Чхон Ун тоже усилил голос внутренней энергией.

— Не хочу!

Да что с этим психом!

— Возможность отомстить прямо перед тобой!

— Да чтоб тебя! Не собираюсь я мстить!

— Я выбил тебе зубы!

— Да выслушай ты человека!

Чхон Ун уже прорвался сквозь толпу сопровождающих и появился перед ним.

Леска со свистом метнулась вперёд.

Нам Хёк резко уклонился вправо, но леска изогнулась крюком и обвила его тело.

Нам Хёка намертво связало и потащило по земле.

Он отчаянно закричал:

— В-великий герой, да что вы творите?!

Он не понимал.

Да, первым задираться начал он, но тогда же принёс искренние извинения и с тех пор не предпринимал никаких попыток отомстить!

Чем же он так недоволен, что явился сюда и устроил весь этот беспредел?

Чхон Ун ответил:

— Причин много.

— Что?

— Для начала вы оскорбили меня и моего спутника.

— Но я же тогда ясно попросил прощения!

— Я тебя простил. Но ты не должен прощать меня.

— Что за…

Чхон Ун медленно согнул последний оставшийся палец и сказал:

— А знаешь, какой тип людей я ненавижу больше всего?

— …Какой?

— Тех, кто играет с чужой землёй.

— А какое это вообще имеет к вам отноше… Кх!

Он не успел договорить.

Чхон Ун мгновенно вытянул пальцы и запечатал жизненно важную точку Нам Хёка.

Тот полностью онемел и рухнул на землю.

Вокруг повисла ледяная тишина.

Оставшиеся сопровождающие, затаив дыхание, переводили взгляды с Чхон Уна на лежавшего Нам Хёка.

И тут Чхон Ун сказал:

— С этого дня главный сопровождающий Охранного бюро Десяти Тысяч Драконов — я.

— ……