Маска — вещь, которую любят носить мрачные типы, желающие скрыть свою личность.

Особенно те, кому есть что прятать.

Самый очевидный пример — убийцы.

Для людей, чьим ремеслом было тайное убийство, скрывать личность означало напрямую повышать собственные шансы на выживание.

И среди всех масок существовала одна, которую убийцы предпочитали особенно часто.

Не что иное, как чёрная маска.

Причина, по которой из бесчисленного множества вариантов выбирали именно её, была проста.

Она тёмная.

Ночью её плохо видно.

А если к чёрной маске добавить ещё и чёрную одежду?

Всё тело становится мрачным и тёмным, а ночью человек почти сливается с окружающей темнотой, становясь ещё незаметнее.

Представьте, что глубокой ночью вдали в воздухе плывут только белые глаза и зубы.

Есть в этом что-то тревожное, будто стоит полезть на рожон — и тебе конец, не так ли?

Именно таков человек в чёрном.

Тип, обмотанный чёрной одеждой и чёрной маской.

Чхон Ун прошептал идущему впереди Чин Чхону:

— Вот это ты и есть. Черномеч.

— Не Черномеч, а Меч Чёрной Пагубы, сколько раз повторять…

— Понял? Черномеч в маске.

— Вот же мерзавец.

Чин Чхону скрипнул зубами и продолжил идти впереди.

Чхон Ун же смотрел на него с искренним восхищением.

— У людей с острым взглядом чёрная маска всегда особенно внушительно смотрится.

— И зачем вы это мне говорите?

— Да ты на свои глаза посмотри. Злобные, мерзкие — благодаря им кажешься в несколько раз сильнее, чем на самом деле со своим жалким уровнем боевых искусств. Будто родился ради чёрных одежд. Черномеч в чёрном. Прозвище тебе подобрали прямо идеально.

— ……

Проклятый глава.

Вот уж из принципа прорвусь на Высшую ступень, даже если сдохну.

Чин Чхону раздражённо засопел и двинулся дальше.

Но даже кипя от злости, он максимально скрывал своё присутствие.

Сделать это было несложно.

Сначала нужно дышать едва заметно, затем ставить стопу на землю с внешнего края, сводя звук к минимуму.

Двигаться, используя слепые зоны стен и колонн, и по возможности выполнять каждое движение медленно.

То же касалось дыхания.

Нужно было подавить и дыхание, и биение пульса, устранив любые колебания внутренней энергии.

Суть Искусства Сокрытия заключалась в том, чтобы словно опустошить само своё существование.

Не поднимая ни единой ряби в сердце, очистить разум и доверить сознание ветру и теням.

Подавить внутреннюю энергию, не оставить звука шагов и даже намеренно смешать дыхание с шумом ветра, чтобы его нельзя было различить.

— Сюда.

— Хорошо.

Чхон Ун и Чин Чхону быстрым шагом подошли к стене и поднялись по ней на крышу.

Лёгкими прыжками они перебирались с одной крыши на другую.

Двигаясь только по местам, куда не падал свет, они в чёрной одежде почти растворялись во тьме, не оставляя даже тени.

И тут впереди, в галерее, показался один патрульный.

— Глава, подождите.

— Что такое?

— Впереди патруль.

— Вот как?

Чин Чхону кивнул.

В такой ситуации совершенно необязательно было поднимать шум.

Достаточно скрыть присутствие и пройти по слепой зоне, куда не падал взгляд противника.

Он уже собирался обернуться и объяснить это главе.

— Враг.

Фьюить!

В воздухе мгновенно блеснула синяя вспышка.

Это была Летящая Игла Тёмной Тени, брошенная Чхон Уном.

Патрульный слишком поздно почувствовал неладное и уже не успел уклониться.

Кто мог ожидать, что глубокой ночью в него внезапно полетит тонкая игла?

В результате игла Чхон Уна пробила мужчине точно середину лба.

С дырой во лбу тот издал короткий предсмертный хрип, пустил пену и рухнул.

Чин Чхону вздрогнул и яростно прошептал:

— Да чтоб вас, зачем вы его убили?!

— Мёртвые не разговаривают.

— Нет, дело не в том, что он теперь не заговорит…

Чин Чхону не успел закончить.

Проходивший мимо мужчина заметил лежащего товарища, наклонился и потряс его за плечо.

Разумеется, мёртвого тряси не тряси — он уже не встанет.

Вскоре мужчина нащупал пульс, понял, что тот мёртв, и испуганно огляделся.

Чин Чхону уже собирался спросить Чхон Уна, что теперь делать.

— Ещё один.

И вместе с этими словами Чхон Ун снова метнул иглу.

Неведомым образом и в этот раз она идеально пробила мужчине лоб.

Правда, тот был крупнее, и потому, падая, произвёл немного больше шума.

Наверное, поэтому вскоре послышался топот множества ног.

Звук был едва различимым, но проверить его всё же бежали восемь мастеров.

Чин Чхону сглотнул и попытался убедить Чхон Уна:

— Глава, может, хотя бы сейчас отойдём…

Но Чхон Ун, разумеется, не собирался слушать его мольбы.

Он лишь зажал по четыре иглы между пальцами обеих рук и поднял руки на уровень плеч, готовясь к броску.

— На этот раз их многовато.

С этими словами Чхон Ун резко махнул обеими руками сверху вниз.

Восемь игл, каждая наполненная Ци Меча, рассекли воздух и устремились вперёд.

Сами по себе иглы были очень тонкими, почти бесшумными и плохо различимыми, так что времени на уклонение не оставалось.

Восемь наполненных Ци Меча игл одна за другой пронзили лбы бегущих мужчин.

Пусть это всего лишь тонкая, почти как иголка, игла, но что произойдёт, если, войдя в лоб, вложенная в неё острая Ци Меча начнёт рвать мозг изнутри?

Правильный ответ.

Сосуды мозга разорвёт в клочья.

И результат, разумеется—

— Кхе…

Смерть.

У людей с пробитыми лбами погас взгляд, и они один за другим рухнули, словно куклы с перерезанными нитями.

После этого время от времени прибегали и другие, желавшие проверить обстановку, но всех без исключения встречали иглы Чхон Уна, пробивавшие им лбы.

Поначалу после смерти одного появлялся следующий, словно тараканы лезли из щелей, но Чхон Ун продолжал их убивать, и вскоре вокруг наконец стало тихо.

— ……

Чин Чхону лишился дара речи.

Процесс был ужасен, зато результат — безупречен.

Да, всё превратилось в полный бардак, но ведь все свидетели в итоге сдохли?

Получалось, что об их проникновении теперь не знал никто.

Убедившись в этом, Чхон Ун кивнул.

— Вот что называется убийством из тени.

— ……

Тёмный Посланник Летящей Тени Чан Муён.

Будучи ответственным за отделение Отряда Летящего Демона в Чэнду, он сейчас был погружён в раздумья.

Священный культ Небесного Демона.

Хотя он и назывался культом… на деле там обучали боевым искусствам, распределяли власть, управляли организацией и тянули щупальца во все стороны, расширяя влияние, так что по сути он мало отличался от огромной школы.

Масштаб был настолько велик, что внутри Священного культа существовали группы, действовавшие почти самостоятельно, а многочисленные фракции соперничали друг с другом за собственные интересы.

Среди них имелись силы, напрямую подчинённые главе культа.

Причина, по которой абсолютный Небесный Демон держал такие силы при себе, была проста.

Не потому, что ему так уж хотелось следить за порядком в культе.

Он просто держал поближе тех, в ком замечал хотя бы малейшие признаки неблагонадёжности, чтобы наблюдать за ними.

Отряд Летящего Демона не был исключением.

Среди множества безумцев Священного культа именно там собрались люди, особенно одержимые убийствами и кровью.

И в последнее время они желали обрести независимость от Священного культа.

Первым шагом к независимости стал Великий Ритуал Пожирания Душ — искусство, позволяющее запечатать душу живого демонического мастера внутри предмета.

Именно поэтому Чан Муён, отвечавший за это место, собирал жертв для подношений.

Именно поэтому в его кабинете были аккуратно сложены детские одежды и обувь, а по углам виднелись следы тщательно оттёртой крови.

Тук-тук.

Раздался стук в дверь.

Чан Муён произнёс:

— Кто там?

— Командир Отряда Летящего Демона.

— …Что?

И тут.

Шурх.

Сквозь железную дверь прошло лезвие меча и высунулось с другой стороны.

С едва слышным металлическим скрежетом оно обвело вокруг ручки квадрат.

Через мгновение раздался резкий треск, и вырезанная часть вместе с ручкой упала на пол.

А затем.

Бах!

Чхон Ун пнул дверь ногой, и тяжёлая железная створка отлетела, ударившись о стену.

— ……

— ……

Чхон Ун и Чан Муён встретились взглядами.

Чан Муён сглотнул.

Перед ним стоял мастер, который разрезал железную дверь мечом, словно овощ, но исходящая от него аура была совершенно обыкновенной.

Без сомнений — сфера Возвращения к Истинности.

Чан Муён спросил:

— Кто ты?

Чхон Ун не стал отвечать.

Перед ним возникла неожиданная проблема.

— Ты не демонический мастер?

— Врываешься сюда и несёшь какую-то чепуху…

Чхон Ун пристально смотрел на Чан Муёна.

Он явно излучает в мою сторону убийственное намерение, но окно особенности не появляется.

Значит, он не демонический мастер.

Такого я не ожидал.

Впрочем, и в оригинале среди людей Кровавого культа большинство были выходцами из Демонического культа, но встречалось немало и других.

Наверное, этот из их числа.

Шинг!

Но какая разница.

Чхон Ун всё равно вытащил меч.

Не Меч Алой Ночи.

Тот самый новенький, только что добытый, раскалённый трофей — оружие для самого конца игры.

Стоило вынуть клинок, как в воздухе одно за другим появились синие окна, сообщавшие об активации особенности.

Вот так-то.

Чхон Ун довольно кивнул.

— Этот меч!

Глаза Чан Муёна округлились от ужаса.

Лицо у него стало таким, словно он застал собственную возлюбленную под руку с чужим мужчиной.

— Откуда он у тебя?!

— Отобрал.

— Замолчи! Рядом был сам Пожиратель Душ! Как ты мог…

— А, тот старый ублюдок?

Чхон Ун ухмыльнулся.

— Я всех убил.

— Ублюдок!

Фигура Чан Муёна исчезла, оставив лишь чёрный след.

Чхон Ун внезапно поднял меч по диагонали влево.

Будто это послужило сигналом, исчезнувший Чан Муён вынырнул из тени Чхон Уна и обрушил на него меч.

Скр-р-р!

Клинки столкнулись.

Чхон Ун поднял внутреннюю энергию.

Чем больше силы он вливал, тем яростнее вокруг его меча завивалась зловещая красная энергия.

Этот цвет.

И эта особая свирепая аура.

Без сомнений, демоническая ци.

Но почему-то, несмотря на свою природу, она не несла обычной мерзкой злобы.

Она была чёрной.

Чёрной — и при этом чистой.

«…Что это?»

Чан Муён, продолжая давить мечом, потрясённо смотрел на Чхон Уна.

Чёрные глаза, форма высвобождаемой энергии — всё в нём выглядело как у человека, которого полностью поглотила демоническая природа.

И это было естественно.

Если без страха размахивать зловещим мечом, в котором насильно заключены души тысяч демонических мастеров, неудивительно, что безумие клинка пожрёт владельца.

…Но почему он выглядит совершенно нормальным?

Даже сознание, похоже, сохранилось?

И это ещё не всё.

Чан Муён уже некоторое время изо всех сил вливал внутреннюю энергию и выпускал Ци Меча.

Но по какой-то причине она не увеличивалась.

Точнее — наоборот, становилась всё меньше.

Его синяя Ци Меча будто медленно всасывалась в меч Чхон Уна, окрашивалась в багровый цвет, а Ци Меча Чхон Уна тем временем всё разрасталась.

— !!!

Глаза Чан Муёна распахнулись.

Поглощать чужую внутреннюю энергию и превращать её в демоническую ци?

Насколько знал Чан Муён, подобное было возможно лишь на одной ступени.

Высшей ступени, о которой мечтал каждый демонический мастер, вершине, доступной практикующему демонические искусства.

«Сфера Преодоления Демона!»

И в этот момент.

Шурх!

Багровая Ци Меча Чхон Уна, взметнувшаяся до самого потолка, легко прорезала сильно уменьшившуюся Ци Меча Чан Муёна, а затем рассекла и сам его меч.

Чхон Ун усмехнулся.

— У вас тут мечи отличные.

— Своло…

Фшух!

Клинок прошёл по диагонали от плеча до пояса.