Тёмных совершенствующихся в засаде оказалось немало, что говорило о тщательной подготовке: они явно не желали, чтобы элитные ученики этих сект добрались до секты Лазурного сияния.
Цюшуан окинула их взглядом. Большинство тёмных совершенствующихся обладали высоким уровнем развития, от них исходила кипящая зловещая аура — все они были жестокими убийцами, чьи руки по локоть в крови. У Цюшуан с рождения был не самый покладистый характер, и даже достигнув стадии Преображения в Пустоту, она не стала спокойнее, чем в молодости. К привлекательным младшим она и впрямь относилась весьма снисходительно, но это вовсе не значило, что она будет терпеть всякую мразь, творящую зло.
Будучи старшей наставницей с самым высоким уровнем развития во Вратах Облачного сияния, Цюшуан большую часть времени оставалась лишь символом своей школы. Мало кто из младших когда-либо видел её в настоящем бою.
— Не ведаете ни высоты небес, ни глубины земли, — холодно усмехнулась Цюшуан, и нефритовый стол перед ней с треском раскололся. — Жалкая кучка уродцев смеет тявкать на наши известные праведные школы? И что же придало вам столько смелости?
С этими словами круглый веер в её руках вспыхнул ослепительным золотым светом. В глубине облаков засверкали молнии, и казалось, будто само небо готово обрушиться на землю.
Лицо демоницы помрачнело. Она достала Колокольчик призыва душ, и вскоре вокруг них начали собираться бесчисленные мёртвые души. Накручивая на палец прядь волос у виска, она произнесла:
— Я знаю, что вы, выскочки из праведных школ, кое на что способны. Вы ведь свято верите в перерождение? Так почему бы не позволить этим мертвецам немного с вами поиграть?
Эти известные праведные школы больше всего любили защищать ни на что не годных простых смертных. Все эти мёртвые души принадлежали погибшим мирным жителям — так станут ли они их защищать теперь или нет?
Поэтому, будь ты человеком или демоном, величайшее удовольствие — держать в руках чужие жизни и делать всё, что заблагорассудится. Только так можно стать непобедимым.
Увидев плотную толпу призраков, золотое сияние круглого веера в руках старейшины Цюшуан слегка померкло. Прищурившись, она посмотрела на тёмных совершенствующихся, которые прятались за спинами мертвецов и сыпали проклятиями. Внезапно старейшина взмыла ввысь, перелетела прямо через толпу призраков и одним взмахом веера сбросила бесчисленное множество врагов с облаков. Повернувшись к ученикам Врат Облачного сияния, она скомандовала:
— Мечевые практики на стадии Закладки Основы и выше — построиться в строй! Даосские практики — сконцентрировать ци и сдержать призраков!
— Слушаемся! — ученики Врат Облачного сияния без малейших колебаний достали свои жизненно связанные магические артефакты и взмыли в воздух.
Ли Жоу и Гуйлинь тоже порывались броситься в бой, но Кунхоу преградила им путь:
— Вы двое — всего лишь мелюзга на стадии Очищения Ци. Не лезьте на рожон.
— Тётя-наставница… — Гуйлинь и Ли Жоу с тревогой на лицах смотрели, как их соученики в небе отчаянно сражаются с призраками.
Мягким толчком ладони Кунхоу отправила обоих к Цинъюаню и, сложив руки в почтительном жесте, произнесла:
— Дядя-наставник, поручаю этих двоих детей твоим заботам.
Цинъюань кивнул. За его спиной уже стояли трое учеников, не достигших стадии Закладки Основы. Гуйлинь молча встал позади Цинъюаня. Он видел, как в небе один дядя-наставник, всегда так заботившийся о своей внешности, лишился причёски из-за когтей призрака. Однако тот не обратил внимания на растрёпанные волосы и вместо этого применил артефакт, чтобы поймать духа. Точно так же поступали и остальные соученики. Эти призраки были невероятно хрупкими — одного взмаха меча хватило бы, чтобы уничтожить сотни за раз, но праведные практики выбрали самый сложный путь.
Гуйлинь крепко сжал рукоять меча. На сердце у него было тяжело и горько, а в душе бушевала буря эмоций.
— Обнажить мечи, — Шуанцин смотрел на учеников Врат Облачного сияния, которые вместе с Кунхоу сражались с тёмными совершенствующимися и призраками. Он повернулся к ученикам Врат Юаньцзи и добавил: — Всем ученикам на стадии Закладки Основы и выше — обнажить мечи!
Сейчас, когда Врата Облачного сияния сдерживали тёмных совершенствующихся, у Врат Юаньцзи был шанс сбежать. Однако, глядя на учеников соседней секты, которые и не думали отступать, Шуанцин поднял руку.
Да, Врата Облачного сияния были ему не по душе, но… у него всё же оставалась гордость. Он просто не мог дезертировать с поля боя.
Спрятавшаяся в углу Цзиньлин с бледным лицом шагнула вперёд. Её рука, сжимавшая меч, слегка дрожала, но она не отступила ни на шаг.
— Вы ещё помните Мечевой строй созвездий, которому обучались в секте? — спросил Шуанцин. — Я знаю, что ваш уровень развития ниже, чем у учеников Врат Облачного сияния, и не требую от вас сражаться с призраками. Сосредоточьтесь на отбившихся от группы тёмных совершенствующихся. Как только враги окажутся отрезаны от остальных силами Врат Облачного сияния, окружайте их и добивайте. Запомните: не действовать поодиночке. Убьёте одного — уже хорошо, убьёте двоих — ещё лучше.
— Слушаемся! — Чжоу Сяо направил ци в даньтянь и громко крикнул: — Все младшие братья и сёстры-наставницы на стадии Закладки Основы и выше, за мной!
— Построить строй!
«Взз».
Внезапно зазвучала музыка. Услышав её, ученики праведных школ почувствовали ясность в мыслях, а их тела наполнились силой. Однако для тёмных совершенствующихся эта мелодия была подобна похоронному маршу. У многих закружилась голова и началась тошнота. Тех, кто срывался с облаков вниз, тут же окружали и безжалостно убивали поджидавшие в засаде ученики Врат Юаньцзи.
В это мгновение Врата Облачного сияния словно разделывали добычу, а Врата Юаньцзи выступали в роли помощников, рубящих её на куски. Хотя эти две школы ни о чём заранее не договаривались, их действия были на удивление слаженными.
Видя гибель своих подчинённых, демоница не выказала ни малейшего сожаления. Вместо этого она посмотрела на Шуанцина, помогавшего Цюшуан, и произнесла:
— Я ведь дала тебе шанс спастись бегством. Отчего же ты им не воспользовался? Вспомни, как жестоко обошлись с тобой Врата Облачного сияния в прошлом. Неужели ты не жаждешь мести? Неужели не хочешь увидеть тех, кто смотрел на тебя свысока, жалкими и раздавленными у твоих ног?
— Заткнись, — Шуанцин достал платок и прикрыл им лицо. — От тебя так разит лисьей вонью, что меня сейчас стошнит.
Лицо демоницы исказилось от ярости. Сорвавшись с лотосового помоста, она обратила свой указательный палец в острейший клинок и бросилась прямо к духовному алтарю Шуанцина. Тот едва успел уклониться, по пути умудрившись пронзить мечом двух тёмных совершенствующихся:
— Не подходи ко мне слишком близко! Если я и умру, то не от твоей руки, а от твоей невыносимой вони!
— И это всё, на что способны вы, выскочки из праведных школ? Только языком трепать? — демоница от злости рассмеялась. Внезапно развернувшись, она выпустила огромный лисий хвост, который с силой отшвырнул Шуанцина на приличное расстояние.
— Голова как кирпич, а туда же — смеешь дерзить этой достопочтенной, — она соблазнительно повернула голову и посмотрела на Кунхоу, которая играла на летающем мече. Глаза демоницы стали звериными. Облизнув губы, она произнесла: — Звуковой практик… Эта достопочтенная уже много лет не видела звуковых практиков. А от тебя ещё исходят благие заслуги и драконья ци… Твоё сердце должно быть невероятно вкусным.
— Съешь, как только захочешь? Ну-ну, — Кунхоу развернула Фэншоу в руках, и мелодия тут же стала резкой и убийственной. Бесчисленные тёмные совершенствующиеся в агонии схватились за головы, издавая истошные вопли. Даже призраки, находившиеся под контролем демоницы, замедлили свои движения.
— Жалкая букашка, даже не достигшая стадии Зарождающейся Души, смеет тявкать на эту достопочтенную! — больше всего демоница ненавидела не уродливых мужчин, а женщин, которые были красивее и моложе неё. Услышав провокацию Кунхоу, она не раздумывая бросилась к ней.
Однако не успела она приблизиться, как прямо в неё полетел меч. Если бы демоница вовремя не увернулась, клинок пронзил бы её грудь насквозь. Схватившись за раненую руку, она настороженно отскочила назад на целый чжан и увидела невероятно красивого мужчину в одеждах, белее снега, который внезапно появился за спиной Кунхоу.
— Чжунси? — сквозь стиснутые зубы процедила демоница. В её глазах плескалась жгучая ненависть и нежелание смириться с поражением.
— Ц-ц-ц, — покачав головой, Кунхоу повернулась к Хуаньцзуну. — Как думаешь, кого она ненавидит больше: тебя или меня?
Хуаньцзун ответил:
— Кем бы она ни была, я не позволю ей причинить тебе и малейшего вреда.
— Я так и знала, что Хуаньцзун самый лучший, — Кунхоу нарочито сладко и неестественно улыбнулась, искоса поглядывая на демоницу. — Бабушка, я ведь ещё совсем ребёнок, пожалуйста, не обижайте меня!
— Маленькая дрянь! Эта достопочтенная позаботится о том, чтобы ты не дожила до тех лет, когда тебя назовут бабушкой!
Тема возраста и привлекательности была болезненной для любого, будь то мужчина или женщина. Слова Кунхоу так разъярили демоницу, что её истинная сущность вырвалась наружу: на её щеках начала проступать густая шерсть.
— Ой-ой, судя по цвету вашей шерсти, бабушка-демоница, вы не принадлежите к благородным родословным чёрной или снежной лисицы. Вы скорее похожи на… — Кунхоу спряталась за спину Хуаньцзуна, состроив донельзя раздражающее лицо, словно коварная наложница из императорского гарема, плетущая интриги. — …похожи на тибетскую лисицу из пустынных степей: квадратная морда, маленькие глазки и жёлтая шкура. Какое счастье, что я не люблю носить лисьи меха! Иначе, если бы наставник-предок подарил мне вашу шкуру, мне было бы стыдно отказать, но и носить такое уродство я бы не стала!
— Дрянь, я убью тебя! — вокруг демоницы взметнулась чудовищная ци яо. С яростным рёвом она бросилась на Кунхоу.
— Ах, как мне страшно! — Кунхоу отпорхнула в сторону и, наблюдая, как Хуаньцзун не даёт демонице продвинуться ни на шаг, картинно схватилась за грудь с таким видом, будто всё ещё дрожала от ужаса. — Какое счастье, что братец Чжунси здесь и может меня защитить!
— Братец Чжунси, ты должен хорошенько меня защищать, я так боюсь!
Шуанцин, которого демоница сбросила хвостом с облаков, как раз снова поднялся в воздух. Услышав эти слова, он едва не утратил контроль над духовной энергией, рискуя снова рухнуть вниз. Несколькими взмахами меча он зарубил пару тёмных совершенствующихся, пытавшихся атаковать исподтишка учеников Врат Облачного сияния. Выражение его лица стало мучительным и неловким. Кто бы мог подумать, что Совершенный Чжунси и фея Кунхоу ведут себя наедине именно так!
Потерев руки, по которым побежали мурашки, он подумал, что практикующим всё же лучше оставаться одинокими. Здоровее будут.
Чем больше Кунхоу кривлялась, тем сильнее разгоралась ярость демоницы. Но, как назло, Чжунси стоял насмерть, защищая эту невыносимую, кривляющуюся дрянь, и демоница ничего не могла с ней поделать. В мире тёмных совершенствующихся благодаря своей ослепительной красоте и покровительству почтенного владыки она никогда не знала подобных унижений!
Хуаньцзун и Кунхоу сковали движения демоницы, и у неё не осталось времени управлять призраками. Оставшись без контроля хозяйки, мёртвые души стали вялыми и потерянными. Многие из них полностью утратили способность атаковать и безучастно стояли, позволяя ученикам праведных школ забирать себя.
— Старший брат-наставник, слева упали двое!
— Тот не пойдёт, он на стадии Зарождающейся Души, нам с ним не справиться. Выбирай того, что справа, он на стадии Золотого Ядра!
— Вперёд, вперёд, вперёд!
— Кто не справляется — отступайте назад, не геройствуйте! На крайний случай бросайте талисманные печати. Только что один из учеников Врат Облачного сияния отсыпал мне целую горсть!
— Отступаем, отступаем! К нам подоспела подмога!
Тактика учеников Врат Юаньцзи — «враг наступает — мы отступаем, враг отступает — мы за ним не гонимся, выбираем только слабаков» — увенчалась огромным успехом, и битва закипела не на шутку. Спустя две стражи ученики двух сект умудрились полностью разрушить ту подавляющую атмосферу превосходства, которую пыталась создать демоница.
Тем временем Кунхоу, чтобы не дать демонице переключить внимание на призраков, продолжала засыпать её словесными провокациями.
— Так ты и есть та самая «первая красавица» мира тёмных совершенствующихся? — Кунхоу покачала головой с наигранным сочувствием. — Видимо, у вас там и впрямь напряжёнка с привлекательными людьми. Какое счастье, что ты не вступила в одну из наших праведных школ, иначе о титуле первой красавицы тебе оставалось бы только мечтать!
— Неудивительно, что стоит тебе увидеть мужчину из наших известных праведных школ, как ты шагу ступить не можешь. Вся беда в том, что они слишком хороши собой, это и впрямь великий грех, — Кунхоу увернулась от удара лисьего хвоста, а затем, увидев, как Хуаньцзун одним взмахом меча отрубил демонице половину хвоста, радостно захлопала в ладоши. — Молодец, братец Чжунси! Как думаешь, если бесхвостая лисица примет свою истинную форму, она будет похожа издалека на пушистый мячик?
Чжунси даже не подозревал, что Кунхоу умеет так мастерски выводить из себя. Взмахивая мечом, он не только не подпускал демоницу к девушке, но и успел зарубить насмерть двух подоспевших на помощь тёмных совершенствующихся на стадии Зарождающейся Души.
Глаза демоницы от ярости окончательно превратились в звериные, и всё её тело начало трансформироваться. Зачем демонам яо совершенствоваться, чтобы обрести человеческий облик? Именно потому, что человеческая форма позволяет им мыслить хладнокровно, становиться разумными и рассудительными. Звериная же форма заставляет их следовать первобытным инстинктам, действовать безрассудно, опираясь лишь на дикую животную натуру.
Наполовину обратившаяся в зверя демоница уже забыла о какой-либо тактике и общей картине боя. В её голове пульсировала лишь одна мысль: немедленно, ни секунды не медля, убить эту дрянь Кунхоу!
— Р-р-р! — взревела она. — Чжунси, пошёл вон! Не думай, что из-за твоей смазливой мордашки у меня дрогнет рука убить тебя!
— С чего бы это злому демону кого-то жалеть? — Кунхоу перебрала струны Фэншоу. — Братец Чжунси больше всех на свете любит меня! Ради меня он готов на всё, правда ведь, братец Чжунси?
Хуаньцзун… Хуаньцзун с раскрасневшимся лицом кивнул:
— Да.
— Я убью вас обоих, жалкие мрази! — демоница окончательно лишилась рассудка. С оглушительным рёвом она приняла свою истинную форму: перед ними предстала гигантская лисица с жёлтой шкурой и свирепым блеском в глазах. Её огромной пасти хватило бы, чтобы проглотить Кунхоу целиком за один присест.
Увидев, что демоница полностью обратилась в зверя, Кунхоу тут же подлетела к Хуаньцзуну и громко крикнула в небо:
— Быстрее, сыпьте лекарство!
Линхуэй, всё это время прятавшаяся в облаках вместе с ещё одним младшим братом-наставником, который тоже был лекарем, услышала призыв. Они мгновенно открыли свои мешочки-хранилища и высыпали оттуда зелёный порошок.
Порошка было много, и он быстро осел густым слоем на шкуре лисицы-яо.
— Это что… — Шуанцин опустил голову и понюхал порошок, попавший на его рукав. — Трава лисьего смеха?
Хотя это зелье и называлось травой лисьего смеха, на самом деле оно заставляло любую лисицу, вдохнувшую его аромат, непроизвольно разинуть пасть и упасть в обморок. Название оно получило из-за того, что потерявшая сознание лисица выглядела так, словно улыбалась.
Ранее, когда один из тёмных совершенствующихся притворился Линхуэй и попытался подобраться к Учуаню, он был схвачен. После весьма «вежливого и обходительного» допроса во Вратах Облачного сияния этот самозванец выложил немало секретов — в том числе и то, что истинной формой «первой красавицы» мира тёмных совершенствующихся была лисица.
Врата Облачного сияния предвидели возможность внезапного нападения тёмных совершенствующихся, но не могли знать наверняка, кем будут их противники и какие уловки они применят. Поэтому они подготовили арсенал на все случаи жизни — в том числе и тщательно выращенную Цинъюанем целебную траву, специально предназначенную для борьбы с лисицами.
Они никогда не вступали в бой неподготовленными.
Демоница Хунмянь отличалась от обычных лисиц. Хотя лекарство уже подействовало на неё, она всё ещё пыталась сопротивляться с помощью своей демонической энергии. Однако ученики Врат Облачного сияния, изначально планировавшие взять её живьём, не собирались давать ей и шанса на побег. Выпущенный из рук Цюшуан магический артефакт намертво связал демоницу.
Но как только все радостно закричали, один из тёмных совершенствующихся на стадии Зарождающейся Души решил взорвать себя.
И в это самое мгновение раздался оглушительный драконий рёв. Возникший из ниоткуда фантом гигантского золотого дракона плотным кольцом укрыл всех присутствующих.