Назад Том 1 · Глава 107

— Хуаньцзун, как ты здесь оказался? — Кунхоу была немного удивлена, увидев его.

— Пару дней назад я создал буяо. Увидев, что ты здесь, я зашёл по пути и принёс его, — Хуаньцзун протянул Кунхоу шкатулку. Она взяла её и, посмотрев на красивое и изящное украшение внутри, едва смогла скрыть улыбку на лице.

Создание таких вещей, как заколки и буяо, никак не вязалось с образом прославленного Совершенного Чжунси. Только она знала о его столь доброй и нежной стороне. Это заставляло Кунхоу чувствовать себя особенной для него.

— Нравится? — спросил Хуаньцзун, видя, что она смотрит на шкатулку как завороженная. Его пальцы, спрятанные за спиной, крепко сжались. — Раньше я никогда не создавал женские заколки. Если тебе не по душе, я… в следующий раз сделаю для тебя другую.

— Очень красиво, мне очень нравится. — Кунхоу закрыла крышку, её глаза превратились в улыбающиеся полумесяцы. — В первый раз и так красиво. Хуаньцзун, ты действительно невероятен.

— Рад, что тебе понравилось. — Пальцы за спиной слегка расслабились. Хуаньцзун повернул голову и, опустив взгляд, посмотрел на Гуйлиня, стоявшего под деревом: — Меч покоится в сердце. Если сердце искренне, то постигнешь Дао. Ночь уже глубока, этому младшему брату-наставнику следует пораньше вернуться и отдохнуть.

— Да, — рука Гуйлиня, сжимающая меч, слегка дрожала. Он даже не осмеливался посмотреть в глаза Хуаньцзуну. Неужели такова сила ученика из великой секты? Один лишь взгляд способен заставить человека отступить.

— Я провожу тебя, — Хуаньцзун отвел взгляд и обратился к Кунхоу. — В эти дни в секте много людей, я не могу оставить тебя одну.

— Это территория Врат Облачного сияния, о чём тут беспокоиться? — Кунхоу радостно убрала шкатулку с украшением в кольцо-хранилище. — Лучше я провожу тебя. В нашей секте много горных пиков и гостевых дворов, боюсь, в темноте ты можешь заблудиться.

Лицо Хуаньцзуна застыло. Помедлив немного, он кивнул:

— Тогда побеспокою тебя, Кунхоу.

Гуйлинь стоял на месте, глядя вслед уходящим Кунхоу и Хуаньцзуну. В его душе царило смятение. Возможно, он слишком много надумывает? Старшая сестра-наставница Кунхоу и Совершенный Хуаньцзун не похожи на пару, питающую друг к другу романтические чувства.

Если бы между ними действительно что-то было, то, когда Совершенный Хуаньцзун предложил проводить её, старшая сестра-наставница наверняка бы согласилась. Разве она стала бы сразу отказываться, да ещё и вызываться проводить его самого?

Возможно… есть причина, по которой никто из третьего поколения учеников Врат Облачного сияния не нашёл себе спутника Дао. Например, непонимание романтики определенно входит в тройку главных причин.

На следующее утро, когда Гуйлинь и другие ученики шли на утренние занятия, они увидели, как гости из десяти великих сект один за другим покидают территорию. Он уже собирался избежать встречи с ними, как вдруг перед ним упала нефритовая подвеска. Подняв голову, он увидел на нефритовых ступенях главу секты Шуанцина и его учеников.

Гуйлинь наклонился, поднял нефритовую подвеску и обеими руками протянул её Шуанцину.

Шуанцин взял украшение и равнодушно произнес:

— Благодарю.

— Не стоит, — Гуйлинь развернулся, чтобы отойти, но Чжоу Сяо, стоявший за спиной Шуанцина, схватил его за рукав:

— Ты… младший брат-наставник Гуйлинь?

Обернувшись на стоявших неподалеку соучеников из Врат Облачного сияния, Гуйлинь вырвал рукав из рук Чжоу Сяо и, сложив руки в приветствии, сказал:

— Почтенный бессмертный Чжоу, мне не суждено быть учеником Врат Юаньцзи, я не достоин того, чтобы вы называли меня младшим братом-наставником.

На лице Чжоу Сяо появилось смущение. Он вспомнил, как Гуйлинь вскоре после вступления в секту повздорил с личным учеником, а затем, по неизвестной причине, был изгнан. Теперь, встретившись вновь и услышав эти слова, он почувствовал смутную вину. После того случая он специально проводил расследование: младший брат-наставник Гуйлинь был невиновен. Однако к тому моменту его уже изгнали из Врат Юаньцзи. Некоторое время назад Чжоу Сяо вместе с младшими соучениками отправился в странствия и повсюду искал Гуйлиня, но не смог найти и следа. Кто бы мог подумать, что он станет учеником Врат Облачного сияния.

Во Вратах Облачного сияния к ученикам всегда относились как к родным детям, и отношения между ними были тёплыми. Даже фея Кунхоу, личная ученица с пятистихийным духовным корнем, отличалась мягкостью и покладистостью. То, что Гуйлинь остался здесь, было к лучшему. По крайней мере, личные ученики Врат Облачного сияния не станут пользоваться своим положением, и Гуйлиню не придётся терпеть несправедливость.

Осознав это, Чжоу Сяо почувствовал облегчение:

— Так даже лучше.

Гуйлинь опустил голову и промолчал.

Тон Шуанцина был равнодушным — не то насмешка, не то ирония:

— Естественно лучше. Врата Облачного сияния входят в десятку великих сект, а у него талант одностихийного духовного корня. Здесь его ждёт блестящее будущее.

— Наставник… — Чжоу Сяо почувствовал, что в этих словах что-то не так. Он только хотел что-то сказать, как увидел приближающихся людей из секты Лазурного сияния, и тихо произнес: — Наставник, владыка пика Сунхэ идёт сюда.

При упоминании имени Сунхэ Шуанцину стало не по себе: ранее этот владыка пика на каждом шагу расхваливал Врата Облачного сияния, не оставляя ему ни малейшего шанса вставить слово.

— Глава секты Шуанцин. — Отношения между сектой Лазурного сияния и Вратами Юаньцзи были поверхностными, но, как представитель первой великой секты в мире самосовершенствования, Сунхэ продемонстрировал подобающее дружелюбие: — Разве глава секты не задержится в городе Юн на несколько дней?

— Город Юн — прекрасное место, полное выдающихся людей. К сожалению, в моей секте накопилось много дел, и я не могу разорваться, поэтому вынужден откланяться, — с сожалением на лице произнес Шуанцин. — Вот когда мои ученики преуспеют, я смогу уйти в тень и наслаждаться жизнью.

— Будучи наставником, нельзя не беспокоиться, — обменявшись с Шуанцином любезностями, Сунхэ вместе с ним направился к выходу. Шуанцин отстал от него на полшага и обернулся, чтобы посмотреть на Гуйлиня.

Гуйлинь почувствовал на себе взгляд Шуанцина, но упорно не поднимал голову.

Хуаньцзун молча шёл позади Сунхэ. Заметив его, Шуанцин приветственно кивнул. Хуаньцзун медленно кивнул в ответ и проводил Сунхэ до главных ворот Врат Облачного сияния:

— Дядя-наставник, старший брат-наставник Цанхай, прошу.

— Во Вратах Облачного сияния во всём следуй их правилам, уважай старших и не смей проявлять ни малейшей небрежности. — Сунхэ, опасаясь, что его племянник-наставник не умеет угождать старшим, не удержался от нескольких наставлений: — Будь в хороших отношениях с друзьями. О делах в секте Лазурного сияния можешь не беспокоиться, у тебя есть мы.

Секте Лазурного сияния хватало людей, куда важнее было, чтобы племянник-наставник нашел себе спутницу Дао, с которой они понимали бы друг друга с полуслова.

— Благодарю дядю-наставника, младший всё запомнил, — почтительно поклонившись Сунхэ, Хуаньцзун отступил на шаг.

Только тогда Шуанцин понял, что Совершенный Хуаньцзун вовсе не собирался возвращаться в секту Лазурного сияния, а решил остаться погостить во Вратах Облачного сияния. И что такого хорошего в этих Вратах Облачного сияния, раз уж столь почтенный личный ученик секты Лазурного сияния набрался наглости и решил задержаться?

Расставшись с людьми из секты Лазурного сияния, Шуанцин спросил своего ученика Чжоу Сяо:

— Что думаешь о фее Кунхоу?

— Дева Кунхоу прекрасна душой и телом, добра сердцем, она редкая девушка в этом мире. — Щеки Чжоу Сяо слегка покраснели. — Наставник, к чему вы это спрашиваете?

— Ни к чему. — Шуанцин бросил несколько взглядов на своего честного и простодушного ученика. — А-Сяо, Кунхоу — ученица Врат Облачного сияния с пятистихийным духовным корнем, на неё возлагают надежды многие старшие. Тебе следует сосредоточиться на практике и не думать ни о чём другом. — Хотя он очень хотел, чтобы Врата Юаньцзи заняли место Врат Облачного сияния, некоторые вещи нельзя было говорить против совести. Даже если в будущем Врата Облачного сияния больше не будут входить в десятку великих сект, его ученик всё равно не достоин девы Кунхоу. Лучше пусть он поймёт это пораньше, чтобы не поддаться влиянию сердечного демона.

— Наставник, ваш ученик не смеет предаваться подобным иллюзиям, — покраснев до ушей, ответил Чжоу Сяо. — Всё моё сердце принадлежит секте и практике, я никогда не допущу иных мыслей.

«Не смеет, но это не значит, что мыслей нет». Шуанцин мысленно вздохнул:

— Если ты это понимаешь, то так тому и быть.

Они вернулись во Врата Юаньцзи посреди ночи. Искупавшись, Шуанцин погрузился в медитацию, чтобы успокоить разум, как вдруг в темноте у его уха раздался голос:

— Врата Облачного сияния — всего лишь секта, погрязшая в удовольствиях, жаждущая еды и питья, не стремящаяся к развитию. Неужели вы стерпите, что подобная секта возвышается над вашей?

Шуанцин открыл глаза и посмотрел на размытый силуэт во тьме, не проронив ни слова.

— В мире все ценят титул десяти великих сект. Даже посланный вами ученик, пробыв во Вратах Облачного сияния меньше года, уже относится к вам с пренебрежением. Он предпочёл бы быть учеником Внешнего двора во Вратах Облачного сияния, чем вернуться во Врата Юаньцзи и стать главным личным учеником главы секты. Неужели вы готовы проглотить эту обиду?

Веки Шуанцина слегка дрогнули. Он встал, поправил одежду и сделал несколько шагов навстречу темному силуэту:

— Кто ты такой и что хочешь сказать?

— Я пришёл помочь тебе. — Тёмный силуэт издал низкий смех, казалось, будто весь мир самосовершенствования находится в его власти. — И тогда не только Врата Облачного сияния, но даже люди из секты Лазурного сияния будут вести себя почтительно перед тобой и не посмеют проявить ни малейшей небрежности.

— С чего бы мне тебе верить? — Шуанцин сделал ещё шаг к силуэту, не в силах скрыть алчность и волнение в глазах.

— А почему ты мне не веришь? — вопросом на вопрос ответил тёмный силуэт. — Ты всем сердцем жаждешь, чтобы Врата Юаньцзи вошли в десятку великих сект, а твои ученики не понимают твоих стремлений. Одному тебе не справиться, почему бы не найти помощника?

— Ты действительно сможешь помочь мне? — Шуанцин остановился и посмотрел на мужчину во тьме, его дыхание участилось. — И люди из секты Лазурного сияния не посмеют вести себя вызывающе передо мной?

— Конечно…

Тёмный силуэт не успел договорить, как Шуанцин внезапно атаковал. Магический артефакт в его руке сверкнул и пронзил сердце силуэта насквозь. Тот издал глухой стон, упал на землю и превратился в деревянную марионетку.

— Глава секты, что произошло? — Слуга, толкнув дверь, вошел в комнату и, увидев на полу деревянную марионетку, изменился в лице. — Это…

— Марионетка, подосланная тёмным совершенствующимся. На ней талисман помрачения разума, способный затуманить рассудок. — Шуанцин пнул марионетку ногой. — Убери её и передай в секту Лазурного сияния.

— Тоже мне, всякий сброд смеет предлагать мне сотрудничество, — холодно хмыкнул Шуанцин. Он был честным человеком и праведным совершенствующимся. Да, он хотел отвоевать место среди десяти великих сект, но если явятся тёмные совершенствующиеся, он без колебаний изрубит их на куски.

— Какое дело тёмным совершенствующимся до дел наших праведных школ? Нечего совать нос не в своё дело. — Шуанцин убрал магический артефакт, в его голосе звучало презрение к тёмным совершенствующимся. — Пустые мечты и непомерная наглость.

— Глава секты, если мы передадим это в секту Лазурного сияния, не вызовет ли это у них подозрения в отношении вас…

— Что ты понимаешь? Если действовать открыто, они, наоборот, не станут подозревать, — сухо кашлянул Шуанцин. — К тому же я уже оскорбил тёмных совершенствующихся. Если я не сообщу об этом секте Лазурного сияния, а они втайне отомстят, разве мы не останемся в дураках? — Сражения с тёмными совершенствующимися лучше доверить первой великой секте.

— Как и всегда, вы всё предусмотрели, глава секты, — произнес слуга. — Таким образом, секта Лазурного сияния сможет подготовиться заранее.

— Хм. — Шуанцин вскинул подбородок и холодно хмыкнул: — Иди, прямо сейчас отнеси это в секту Лазурного сияния. И не задерживайся в пути.

Ни в коем случае нельзя дать тёмным совершенствующимся возможность отомстить Вратам Юаньцзи.

Он, Шуанцин, наделён отвагой и умом. Он обязательно добьется своего, свергнет Врата Облачного сияния и возвысит Врата Юаньцзи собственными силами!