Тусклый свет едва проникал в комнату сквозь небольшое отверстие в стене. Он почти не рассеивал темноту, лишь тонкой полосой ложился на холодный пол и частично освещал лежавшее на нём тело девочки.

Рэна медленно открыла глаза.

Первое, что она почувствовала, — тяжесть в груди.

Каждый вдох давался с трудом, словно что-то изнутри сдавливало её грудную клетку и не позволяло лёгким наполниться воздухом. Брюнетка попыталась сделать более глубокий вдох, но почти сразу поморщилась и закашлялась.

Горло пересохло, а в голове всё ещё стоял тяжёлый туман, из-за которого она не могла сразу вспомнить, где находится.

Несколько секунд Рэна просто лежала неподвижно.

Сознание постепенно возвращалось. Вместе с ним начали появляться обрывки воспоминаний: тёмный коридор, ворота, Артемис, Вагин… Итсуки.

Глаза резко открылись.

Она попыталась подняться, но тело отозвалось слабостью. Пришлось опереться ладонями о холодный пол и несколько секунд просто сидеть, пытаясь восстановить дыхание. Сердце билось слишком быстро, а каждый новый вдох напоминал о неприятном давлении в груди.

"Где я?.."

Девочка медленно подняла голову и огляделась.

Вокруг царила почти полная темнота. Поначалу она не могла различить даже собственных рук, но спустя несколько секунд глаза начали привыкать к отсутствию света. Перед ней постепенно проступили очертания комнаты.

Голые стены.

Холодный пол.

Никаких окон.

Рэна медленно повернула голову в сторону.

В центре комнаты стоял стул. Самый обычный на вид, если не считать нескольких ремней и толстых петель, закреплённых на его спинке и подлокотниках.

Она не знала, зачем здесь был этот стул. Но ей совсем не хотелось проверять, для чего предназначались ремни.

Рэна отвела взгляд и заметила у дальней стены небольшую полку. На ней стояли книги, аккуратно расставленные в несколько рядов. В темноте невозможно было разобрать их названия, но одного взгляда на них хватило, чтобы понять: это место не было обычной комнатой приюта.

Слишком пусто. Слишком холодно. Слишком тихо.

Девочка сглотнула и снова попыталась глубоко вдохнуть. Грудь тут же сдавило сильнее, и она невольно прижала к ней руку.

— Больно...

Голос прозвучал едва слышно.

Рэна сама удивилась тому, насколько тихо это получилось.

В памяти снова всплыл последний момент. Она вспомнила, как Итсуки подошёл к ней. Вспомнила его спокойный голос. Вспомнила слова, которые до сих пор не хотели укладываться в голове.

"Всё это было спланировано с самого начала..."

Девочка сжала пальцы.

Нет.

Она не хотела об этом думать.

Может быть, она что-то неправильно поняла. Может быть, Итсуки действительно пытался помочь. Может быть, всё происходившее в приюте можно было объяснить.

Но тогда почему она оказалась здесь?

Рэна снова посмотрела на стул.

На ремни.

Её дыхание стало ещё более неровным.

— Где Итсуки?..

Ответа не последовало.

Тишина казалась ещё тяжелее, чем прежде.

Рэна медленно подтянула колени к груди и обхватила их руками. Она старалась не смотреть на стул, но взгляд всё равно возвращался к нему.

Впервые за всё время в приюте ей стало по-настоящему страшно.

Не из-за церкви.

Не из-за людей, которые приходили за детьми.

Не из-за того, что кто-то мог исчезнуть.

Она боялась того, что теперь никто не придёт за ней.

Прошло несколько минут.

Рэна всё это время почти не двигалась. Она сидела на холодном полу, прислонившись спиной к стене, и пыталась восстановить в памяти события той ночи. Но чем сильнее она старалась вспомнить произошедшее, тем сильнее воспоминания рассыпались на отдельные обрывки.

Лицо Итсуки.

Голос Вагина.

Артемис у ворот.

И затем — слова, которые она никак не могла забыть.

"Хорошая робота, Итсуки."

Рэна медленно опустила взгляд на свои руки.

"Почему Итсуки сказал, что хочет стать магом?"

Она ненадолго закрыла глаза, пытаясь найти ответ.

"Для чего ему это?"

В груди снова появилась тяжесть. Девочка сделала несколько неглубоких вдохов и сильнее прижалась спиной к стене.

"Разве он не хотел жить вместе с нами?"

Когда-то ей казалось, что Итсуки был одним из тех людей, которые никогда не покинут приют. Он был тихим, иногда странным, но всё равно оставался частью их маленькой семьи. Они вместе играли, разговаривали, спорили и каждый день видели друг друга.

Рэна опустила голову ещё ниже.

Сил становилось всё меньше. Даже держать спину прямо было тяжело, поэтому она медленно сползла по стене и снова оказалась на полу.

"Тогда почему всё изменилось?"

Она пыталась вспомнить ещё хоть что-нибудь.

Но память словно намеренно скрывала от неё самые важные моменты.

Рэна сжала пальцы.

"Почему он вдруг стал совсем другим?"

Перед глазами снова появились знакомые лица.

Буми.

Девочка, которая прощалась со своей подругой.

Остальные дети, исчезавшие один за другим.

"Неужели… Он действительно не соврал мне тогда?"

Её дыхание стало тяжелее.

И вдруг среди всех этих мыслей вспыхнула одна.

Не о приюте. Не об Итсуки. Не о церкви.

О том моменте, про которое он говорил раньше.

"Почему они?"

Рэна резко подняла голову. Её сердце забилось быстрее.

"Почему они решили убить его?"

И тогда в памяти вспыхнул другой голос.

Голос мальчика, которого она когда-то почти не знала.

"Они не люди... Не люди, слышите меня!"

Рэна замерла. Следующий обрывок пришёл сразу за ним.

"Потому... Моя мечта — найти и убить каждого, кто там был."

Девочка медленно подняла голову.

Несколько секунд она просто смотрела перед собой, пытаясь осознать услышанное.

А затем Рэна поставила ладони на пол и начала подниматься.

Сначала на колени.

Потом медленно выпрямилась.

Холодный пол неприятно ощущался под её ступнями, но она уже почти не обращала на это внимания.

Рэна стояла посреди тёмной комнаты, тяжело дыша.

И впервые за всё время ей захотелось не просто выбраться отсюда.

Ей захотелось всё вспомнить.

Рэна медленно прошлась по комнате, стараясь не издавать лишнего шума. Каждый шаг давался ей тяжело, но оставаться на одном месте она больше не могла. Тишина вокруг становилась невыносимой, а отсутствие каких-либо объяснений только сильнее давило на неё.

Проходя мимо стула, девочка снова остановилась.

Она посмотрела на ремни, закреплённые на его спинке и подлокотниках. Теперь, когда она находилась рядом, всё выглядело ещё страшнее. Рэна несколько секунд не сводила с них взгляда, после чего поспешно отвернулась и подошла к полке.

На ней стояли книги.

Много книг.

Рэна осторожно провела пальцами по первой обложке и потянула её на себя. На корешке было написано:

"Маги"

Девочка нахмурилась и поставила книгу обратно.

Следующая.

"Предатели"

Ещё одна.

"Перенос магического ядра"

Рэна задержала на ней взгляд.

—Перенос магического ядра?

Она осторожно вытащила книгу с полки. Обложка была покрыта толстым слоем пыли. Девочка провела по ней ладонью, стирая серый налёт, после чего несколько секунд смотрела на название.

Что-то внутри неё подсказывало, что именно эту книгу она должна прочитать.

Рэна открыла её.

Первые страницы были заполнены различными записями и выдержками из старых исследований. Некоторые места были настолько сложными, что девочка почти сразу переставала понимать смысл написанного. Она перелистывала страницы одну за другой, пока не наткнулась на текст, оформленный как интервью.

В нём рассказывалось об учёном по имени Маркус, который много лет назад согласился дать интервью одному из писателей.

Рэна начала читать.

— Откуда у вас столько знаний о магических ядрах?

Ниже был записан ответ Маркуса.

— Я сожалею о каждом прожитом мной дне. И хочу хотя бы каким-то образом рассказать о том, что знаю сам.

Рэна медленно перелистнула страницу.

Следующие строки заставили её нахмуриться.

— По своей природе магическое ядро невозможно перенести в тело человека. Это запрещено самой природой.

Девочка замерла.

"Невозможно?"

Она перечитала предложение ещё раз.

Но, прежде чем Маркус успел продолжить, в тексте следовал новый вопрос писателя.

— Так если это невозможно, почему тогда вы хотите рассказать об этом?

После этих слов в книге было небольшое описание.

Маркус тяжело вздохнул.

Затем мужчина взял на руки белую кошку, которая всё это время находилась рядом с ним.

Рэна задержала взгляд на этой строчке.

Почему-то именно эта деталь показалась ей странной.

Она снова посмотрела на страницу и теперь полностью погрузилась в написанное.

Маркус продолжил:

— Да. Магическое ядро невозможно внедрить в тело человека, ведь по своей природе оно раньше находилось в теле монстра из другого мира. Но...

Её пальцы крепче сжали край книги.

Она почувствовала, как внутри снова поднимается тревога.

Спустя некоторое время Рэна тяжело вздохнула и продолжила читать.

— Но человек может нарушить фундаментальные законы природы, если создаст Правило.

Писатель слегка напрягся. Услышанное явно заставило его нервничать ещё сильнее, однако он всё же решил переспросить.

— Правило… Что это значит?

Маркус не ответил на вопрос сразу.

Он лишь посмотрел в окно и на несколько секунд задумался, словно тщательно подбирал следующие слова. За стеклом виднелся привычный мир, но после всего сказанного он уже казался совершенно другим.

— Несколько лет назад мир изменился навсегда.

Писатель сидел неподвижно.

Мужчина боялся даже пошевелиться, пока слушал этого странного человека.

Маркус продолжил:

— После открытия порталов человечество оказалось втянуто в войну с демонами, которая едва не привела его к исчезновению. Именно в тот момент, когда открылись порталы, привычные законы нашего мира были нарушены.

Мужчина медленно поднял руки к груди.

Он скрестил пальцы так, чтобы между ними образовалась небольшая фигура, напоминающая портал или пространство, заключённое между ладонями.

Всего на несколько секунд.

Затем Маркус убрал руки.

— Теперь же любое живое существо может переписать законы природы так, как пожелает.

Писатель нахмурился.

Маркус посмотрел прямо на него.

— Я показал, как выглядит печать для создания Правила. Если использовать её и сказать: "Внемли мне, Мир. Я создаю Правило: а затем произнести название Правила", — это Правило вступит в связь с этим миром.

Он сделал небольшую паузу.

— И тогда ты сможешь переписать для себя законы природы.

После последних слов Маркуса, писатель несколько секунд сидел неподвижно.

Он даже предположить не мог, что подобная безумная вещь вообще имеет право на существование в этом новом мире.

— То есть… вы не шутите?

Маркус ничего не ответил—

Писатель, наоборот, словно окончательно забыл о страхе. Его взгляд изменился, а на лице постепенно появилась улыбка. Сама мысль о том, что любой человек может в одно мгновение создать Правило и получить возможность переписать законы природы, не выходила у него из головы.

Он смотрел на Маркуса, а затем снова перевёл взгляд на свои руки.

— Это же…

Писатель тихо усмехнулся.

Он уже решил попробовать.

Мужчина медленно поднёс обе руки к груди, пытаясь повторить движение, которое только что показал Маркус.

Но в тот же момент выражение лица учёного резко изменилось.

Маркус напрягся.

Магическое ядро мгновенно активировалось.

Доли секунды оказалось достаточно.

Правая рука писателя была отсечена практически у самого предплечья и с глухим ударом отлетела в другой конец комнаты.

— А-агх-ха…А-а-а!!!

Раздался тошнотворный вопль.

Писатель рухнул со стула и схватился за культю, пытаясь остановить хлынувшую кровь. Его тело задрожало, а лицо исказилось от боли и ужаса.

Маркус молча смотрел на него.

Его взгляд оставался холодным. Словно он уже видел подобное не один раз.

Вскоре он резко поднялся со своего места.

Его движение было настолько быстрым, что писатель даже не успел отреагировать. В следующий момент мужчина уже стоял перед ним, а пальцы крепко сжимали ворот его рубашки. Ткань натянулась у самого горла, заставляя писателя приподняться над полом. Кровь всё ещё стекала по его руке, но теперь он почти не чувствовал боли. Страх оказался сильнее.

Маркус смотрел прямо ему в глаза.

— Зачем ты это сделал?

Писатель открыл рот, но несколько секунд не мог произнести ни слова. Перед ним находился тот же человек, который ещё недавно спокойно рассказывал об устройстве магических ядер и Правил. Но теперь в его взгляде не осталось ничего от прежней спокойной манеры.

Там была только злость.

— Я... Нет... Пожалуйста, пощадите меня... Я сделаю абсолютно всё.

Его голос дрожал. Мужчина пытался говорить как можно быстрее, словно от нескольких произнесённых слов зависела его жизнь. Он даже не пытался вырваться из хватки Маркуса.

Несколько секунд учёный продолжал удерживать его за рубашку.

А затем возле его ног появилась белая кошка.

Животное спокойно потёрлось о его ногу, словно происходящее вокруг совершенно её не волновало. Маркус опустил взгляд и заметил её.

Его выражение лица немного изменилось.

— Всё в порядке, ***.

Только после этого мужчина разжал пальцы.

Писатель рухнул обратно на пол и тут же отполз на несколько сантиметров назад. Он тяжело дышал, прижимая оставшуюся руку к ране. Его взгляд не отрывался от Маркуса.

Учёный же даже не посмотрел ему вслед.

Он медленно выпрямился, а затем снова повернулся к нему.

— Да ты хоть знаешь, что сейчас пытался сделать?!

Голос Маркуса разнёсся по комнате.

Писатель вздрогнул всем телом.

Он хотел что-то ответить, но слова застряли в горле. Ещё несколько минут назад ему казалось, что перед ним сидит обычный шарлатан. Человек, который рассказывает невероятные истории о Правилах, порталах и магических ядрах, чтобы привлечь внимание к своим исследованиям.

Теперь эта мысль казалась ему безумной.

Перед ним стоял человек, способный одним движением отсечь ему руку.

И если Маркус действительно обладал такой силой, то жизнь писателя сейчас зависела исключительно от его решения.

— Пр... Простите меня... — мужчина опустил голову. — Прошу... Только не убивайте...

Маркус некоторое время смотрел на него сверху вниз.

В его лице постепенно исчезла прежняя ярость.

Он ничего не ответил.

Вместо этого мужчина медленно развернулся и вернулся на своё место. Сел на стул и тяжело выдохнул, словно вместе с этим выдохом пытался избавиться от накопившегося раздражения.

Белая кошка снова подошла к нему.

Маркус осторожно провёл ладонью по её голове.

— Правила...

Он произнёс это слово тихо.

Совсем не так, как говорил несколько секунд назад.

Мужчина посмотрел на собственную ладонь.

Она была совсем не похожа на обычную человеческую руку. В ней было что-то чужое, неестественное. Пальцы медленно согнулись, а взгляд Маркуса на несколько секунд застыл на них.

— Они сильны...

Он замолчал.

В комнате снова стало тихо.

— Сильны настолько, что могут сделать тебя кем угодно.

Писатель медленно поднял голову.

Теперь он слушал каждое слово.

Маркус поднял белую кошку и осторожно положил её себе на колени. Животное спокойно устроилось у него на руках, будто именно здесь находилось её привычное место.

Учёный некоторое время смотрел на неё, после чего продолжил:

— Но плата за эту силу слишком огромная.

В его голосе больше не было злости.

Только усталость.

— Цена, заплаченная мной и всеми ими, уже сделана...

Писатель молчал.

Он смотрел на человека, который сидел напротив него, и постепенно понимал, насколько сильно ошибался.

Несколько минут назад Маркус казался ему обычным шарлатаном. Затем — опасным магом, которого стоило бояться. Но теперь это восприятие снова поменялось.

Перед ним сидел человек, который говорил о цене силы так, будто действительно заплатил её сам.

И дело было не только в его нечеловеческой ладони.

В его голосе.

В усталом взгляде.

В том, как он иногда замолкал посреди фразы, словно некоторые воспоминания было слишком тяжело произносить вслух.

Писатель вдруг почувствовал, что смотрит не на великого мага и не на известного учёного.

Он смотрел на человека, который пережил гораздо больше, чем казалось со стороны.

Маркус поднял глаза.

Их взгляды встретились.

— Я заплатил свою цену.

Несколько секунд он ничего не говорил.

Белая кошка спокойно лежала у него на коленях, а в комнате снова установилась тишина.

Затем Маркус задал последний вопрос:

— Готов ли ты пожертвовать своим существованием ради этой силы?

Писатель ещё долго не мог заставить себя ответить.

Он стоял, опираясь здоровой рукой на край стола, и тяжело дышал. Кровь продолжала стекать по его одежде, капля за каплей падая на пол, но теперь он почти не замечал ни боли, ни собственного состояния. Всё его внимание было сосредоточено на Маркусе и словах, которые тот только что произнёс.

Правила.

Магические ядра.

Порталы.

Законы природы.

Цена, которую пришлось заплатить.

Все эти вещи казались настолько невероятными, что разум писателя попросту отказывался принимать их как часть реального мира. Ещё несколько часов назад он считал себя человеком, который достаточно хорошо разбирается в происходящем вокруг. Теперь же ему казалось, будто за одну ночь перед ним открылась совершенно другая сторона мира, о существовании которой он даже не подозревал.

Он медленно перевёл взгляд на белую кошку.

Животное всё так же спокойно лежало на коленях Маркуса. Оно выглядело совершенно беззаботно, иногда слегка шевелило ушами и тихо дышало, будто происходящий разговор совершенно её не касался.

Писатель несколько секунд смотрел на неё.

Затем снова поднял глаза на Маркуса.

— Цена...

Он тяжело сглотнул.

— Я не понимаю вас так, как вы этого хотите.

Писатель замолчал. Ему всё ещё было страшно. Возможно, он никогда не сможет до конца понять, через что прошёл этот человек. Но теперь ему было ясно хотя бы одно.

Маркус не пытался запугать его.

Он действительно говорил о чём-то, во что верил всем своим существом.

Писатель выпрямился, насколько позволяла боль.

— Но...

Он сделал глубокий вдох и на несколько секунд закрыл глаза.

— Я постараюсь сделать всё, чтобы ваша правда жила.

С этими словами мужчина медленно поднялся на ноги. Его тело тут же пошатнулось, и он был вынужден схватиться здоровой рукой за грудь, чтобы не потерять равновесие.

Боль снова напомнила о себе.

Но теперь он не отступил.

— Я напишу её...

Его голос стал увереннее.

— Напишу книгу, чтобы донести ваши слова до каждого человека.

Маркус некоторое время молча смотрел на него.

А затем на его лице появилась спокойная улыбка.

В этой настойчивости было что-то забавное. Ещё несколько минут назад этот человек был готов практически умолять о собственной жизни, а теперь, несмотря на боль и страх, уже говорил о том, чтобы сохранить чужую историю.

Маркус слегка погладил белую кошку по спине.

— Вот и хорошо.

Кошка немного пошевелилась на его коленях, а мужчина продолжил смотреть на неё.

— Если мои слова когда-нибудь прочитает обычный человек...

Он сделал небольшую паузу.

Его улыбка стала едва заметной.

— Может, тогда, мир и вправду изменится.

После этих слов никто больше не произнёс ни слова.

Комната снова погрузилась в тишину.

Лишь слабые проблески света от стоявшей рядом лампы время от времени освещали пространство вокруг них. Свет скользил по голым стенам, по старым страницам лежавших на столе книг и по полу, на котором всё ещё оставались густые следы пролитой крови. В некоторых местах она уже начала темнеть, смешиваясь с пылью и оставляя после себя неровные пятна.

Маркус опустил взгляд.

Несколько секунд он молча наблюдал за кровью, словно она напоминала ему о чём-то давно прошедшем.

— Цена всегда большая...

Его голос прозвучал значительно тише.

Мужчина провёл рукой по шерсти белой кошки и ненадолго задумался.

— Но я верю в них...

Он поднял взгляд к окну.

За стеклом находился тот же мир, который ещё недавно казался писателю обычным. Мир, в котором люди жили, строили планы, мечтали о будущем и даже не представляли, насколько сильно изменились его законы.

Маркус смотрел туда несколько секунд.

— Верю, что, когда ни будь, они смогут принять решение на пути к своей мечте.

Последняя строка медленно расплылась перед глазами Рэны.

Она ещё несколько секунд продолжала смотреть на страницу, не двигаясь с места. Пальцы девочки всё ещё удерживали книгу за края, однако хватка постепенно становилась слабее. Она перечитала последнюю строчку ещё раз, будто надеялась найти в ней что-то, чего не заметила раньше.

Слова Маркуса почему-то не хотели исчезать из её головы.

"Принять решение на пути к своей мечте..."

Рэна нахмурилась.

Она не сразу поняла, почему эта фраза вызвала у неё такое странное чувство. В ней не было ничего необычного. Маркус просто говорил о людях, которые однажды смогут сами выбрать свой путь.

Но Рэна уже слышала что-то подобное.

Когда-то давно.

Не от Маркуса.

От кого-то другого.

Девочка медленно опустила взгляд на книгу. Её дыхание стало немного тяжелее, а пальцы сами собой сильнее сжали обложку.

Она попыталась вспомнить.

Кому принадлежал этот голос?

Где она его слышала?

Почему сейчас, после стольких лет, всего несколько слов заставили её сердце забиться быстрее?

Рэна нахмурилась ещё сильнее.

И тогда что-то внутри неё болезненно дрогнуло.

Перед глазами внезапно появилась мутная пелена. Строки на странице начали расплываться, а буквы словно потеряли свои очертания и смешались между собой. Девочка моргнула несколько раз, пытаясь вернуть зрению ясность, но стало только хуже.

— Что...

Она не успела договорить. Резкая боль пронзила голову.

Рэна резко схватилась за виски обеими руками, выпустив книгу из пальцев. Та упала на пол с глухим хлопком, но девочка даже не обратила на неё внимания.

— А-а-а-ма... Моя голова…

Она зажмурилась и сильнее прижала ладони к голове.

Боль становилась всё невыносимее. В ушах появился глухой шум, дыхание сбилось, а перед закрытыми глазами начали вспыхивать какие-то обрывки.

Она не могла понять, что именно видит.

Зелёная трава. Яркий солнечный свет…

Чей-то голос. Детский смех…

Чьи-то шаги. Обрывки фраз…

Всё появлялось всего на несколько мгновений и тут же исчезало, сменяясь новым воспоминанием. Рэна пыталась ухватиться хотя бы за одно из них, но они проносились слишком быстро, не позволяя рассмотреть ни лица, ни места, ни события.

— Нет... Почему я… За что!

Крикнула девочка, а затем она тяжело вдохнула.

Ещё один всполох. Солнце. Трава.

Чей-то знакомый голос…

И вдруг боль так же резко исчезла.

Рэна замерла.

Несколько секунд она продолжала сидеть, не двигаясь, словно боялась даже открыть глаза.

Затем медленно убрала руки от лица.

Её дыхание постепенно успокоилось.

Девочка открыла глаза…

Тёмной комнаты больше не было.

Яркое солнце стояло высоко в чистом голубом небе, почти не оставляя места для облаков. Его тёплый свет заливал собой всё вокруг, ложился на зелёную траву и заставлял её отдельные травинки отбрасывать едва заметные блики.

Лёгкий ветер время от времени проходил по полю, заставляя траву медленно склоняться в одну сторону, а затем возвращаться обратно. Где-то неподалёку шелестели листья деревьев. В воздухе чувствовался запах земли и нагретой солнцем травы.

Рэна лежала прямо на мягкой земле, положив руки за голову. Она смотрела в небо, почти не двигаясь, и время от времени щурилась от слишком яркого света.

Рядом с ней лежал Итсуки.

Он тоже смотрел наверх, но, в отличие от Рэны, казалось, совершенно не пытался найти в облаках какие-то фигуры или придумать очередную игру. Он просто молчал, наблюдая за бескрайним небом над своей головой.

Несколько минут дети ничего не говорили.

Вокруг них было так спокойно, что Рэне даже казалось странным, как вообще можно было беспокоиться о чём-то в такой день.

Итсуки вдруг нарушил тишину.

— Рэна...

Девочка повернула голову в его сторону.

— М?

Итсуки ещё несколько секунд продолжал смотреть в небо. Его лицо было совершенно серьёзным, будто он собирался сказать что-то очень важное.

— Я когда-нибудь хочу стать магом.

Рэна несколько мгновений смотрела на него, пытаясь понять, насколько серьёзно он это говорит.

Затем на её лице появилась небольшая улыбка.

— Правда? Разве это возможно?

— Ага… Даже если это и невозможно, я всё равно постараюсь сделать всё, что в моих силах.

Только после этого Итсуки повернул голову к ней.

— А ты хочешь стать магом?

Рэна снова посмотрела наверх.

Перед глазами появилось бесконечное голубое небо, а белый солнечный свет заставил её немного прищуриться.

Она задумалась.

Ещё несколько секунд девочка ничего не отвечала, словно действительно пыталась представить себя в будущем. Какой она станет? Где будет жить? Что сможет делать?

В конце концов Рэна улыбнулась.

— Да.

Она произнесла это тихо, но в её голосе не было ни капли сомнения.

— Я тоже хочу стать магом.

Итсуки улыбнулся.

Его лицо сразу изменилось. В нём появилось то самое детское воодушевление, которое Рэна уже не раз видела раньше.

— Тогда я сделаю это…

— Сделаешь что?

Мальчик ничего не ответил—

Он лишь резко поднялся с травы. Несколько травинок остались на его одежде, но он даже не обратил на них внимания.

Мальчик протянул Рэне руку, а затем с улыбкой добавил:

— Я обязательно сделаю нас магами!

Рэна посмотрела сначала на его руку, а затем ему в глаза.

На несколько секунд она замерла, после чего тихо рассмеялась и вложила свою ладонь в его.

— Обещаешь?

— Обещаю!

Их руки крепко сжались.

— Рэна! Итсуки!

Издалека послышался знакомый голос.

Оба ребёнка одновременно повернули головы.

На другом конце поля показался Буми. Он изо всех сил бежал к ним, размахивая рукой. Его дыхание было тяжёлым, а лицо раскраснелось от бега, но даже несмотря на это, он продолжал улыбаться.

Подбежав ближе, мальчик остановился и несколько раз тяжело вдохнул.

— Вас сестра Роза зовёт! Она уже ждёт нас!

— Правда?!

Рэна удивлённо посмотрела на него.

Буми энергично кивнул.

— Ага! Сказала, чтобы вы оба немедленно возвращались!

Рэна быстро поднялась на ноги и отряхнула траву с одежды.

Итсуки тоже вскочил следом.

— Тогда пойдём!

Буми тут же развернулся и побежал обратно.

— Эй, подождите меня!

Рэна рассмеялась и бросилась следом.

Итсуки побежал рядом с ней, а через несколько секунд они уже втроём мчались по зелёному полю в сторону приюта.

Они смеялись, переглядывались и спорили о том, кто первым добежит до здания.

Для них этот день был самым обычным.

Ещё одним днём, который должен был закончиться так же, как и многие предыдущие.

Они ещё не знали, что однажды всё изменится.

Не знали, что их мечты приведут их совсем не туда, куда они сейчас представляли.

И уж точно не знали, сколько людей им ещё предстоит потерять.

Рэна резко открыла глаза.

Тёплое солнце исчезло.

Вместо него снова был тусклый свет, едва проникавший в тёмную комнату через небольшое отверстие в стене. Холодный пол давил на колени, а воздух казался непривычно тяжёлым после того яркого и спокойного воспоминания.

Несколько секунд девочка просто сидела неподвижно.

Она всё ещё слышала в голове детский смех. Всё ещё ощущала тепло солнечных лучей на коже, хотя на самом деле вокруг неё царила холодная темнота.

Рэна медленно опустила взгляд.

Перед ней лежала книга, которую она выронила несколько минут назад. Страницы немного разошлись от удара о пол, а на одной из них всё ещё виднелась последняя строчка интервью Маркуса.

Девочка снова посмотрела на неё.

И тогда воспоминание окончательно встало на своё место.

Итсуки.

Его голос.

Его улыбка.

Его рука, протянутая ей навстречу.

"Я обязательно сделаю нас магами!"

Рэна медленно сжала пальцы.

"Неужели...

Неужели уже тогда Итсуки говорил о своём плане?

Неужели слова о том, что он хочет стать магом, были не просто детской мечтой?"

В голове начали всплывать события последних дней.

Его странное поведение.

Его спокойствие.

То, как он будто всегда знал, что делать.

То, как он направлял её туда, куда было нужно именно ему.

Рэна почувствовала, как внутри снова поднимается тяжёлое чувство, которое она пыталась подавить всё это время.

Она не хотела верить.

Не хотела даже допускать такую возможность.

Ведь тот Итсуки, которого она помнила, лежал рядом с ней на траве, смотрел на небо и улыбался.

Он обещал.

Обещал, что они оба станут магами.

Обещал, что сделает всё, чтобы их мечта стала реальностью.

Но теперь эти слова звучали совсем иначе.

Рэна опустила голову. Её дыхание стало тяжелее.

— Чёрт!

Кулак резко опустился на пол. Глухой удар разнёсся по пустой комнате.

Рэна поморщилась, но не отдёрнула руку.

Кожа на костяшках лопнула. На них выступила кровь, а несколько красных капель медленно скатились по пальцам и упали на холодный пол.

Девочка смотрела на них несколько секунд, будто даже не замечала боли. Всё её внимание было сосредоточено на одном человеке.

Итсуки.

Она не могла поверить, что он действительно мог так поступить.

Не могла поверить, что всё это время человек, которому она доверяла больше остальных, мог лишь играть перед ней свою роль.

Но чем дольше Рэна думала о произошедшем, тем меньше оставалось сомнений.

Слишком многое сходилось.

Слишком много его поступков теперь приобретало совершенно другой смысл.

Его слова. Его советы. Его спокойствие.

Даже та помощь, которую он оказывал ей.

Раньше Рэна видела в этом заботу.

Теперь она начинала понимать, что всё это могло быть частью одного большого плана.

Она медленно убрала окровавленную руку с пола и прижала её к груди.

— Неужели ты всё это время...

Голос девочки дрогнул. Она не закончила фразу…

Ей просто не хватало сил произнести её вслух.

Рэна закрыла глаза и тяжело выдохнула.

Последняя надежда оправдать Итсуки постепенно исчезала.

Теперь она уже осознавала. Он не изменился внезапно.

Он просто наконец перестал притворяться…

И эта мысль оказалась страшнее всего.

Рэна медленно подняла голову.

В этот момент из коридора донёсся звук шагов.

Она замерла.

Сначала послышался едва различимый стук подошвы по каменному полу.

Затем ещё один.

Шаги приближались.

Девочка медленно выпрямилась, стараясь даже не дышать слишком громко. Её взгляд остановился на двери.

Кто-то шёл сюда.

Рэна почувствовала, как сердце снова начало ускоряться.

Она прислушалась.

Шаг.

Пауза.

Ещё один.

Звук становился всё отчётливее.

Рэна невольно сжала окровавленные пальцы.

В голове появилась единственная мысль.

"Итсуки?"

Шаги продолжали приближаться.

Девочка не отводила взгляда от двери.

"Это он?"

Вскоре шаги стали гораздо отчётливее.

Теперь Рэна уже ясно слышала каждый удар подошвы о каменный пол. Звук приближался всё ближе, пока наконец не остановился прямо возле двери.

Девочка напряглась.

Замочная скважина едва слышно щёлкнула, после чего внутри замка что-то провернулось.

Рэна мгновенно поднялась на ноги. Она отступила на полшага назад и заняла боевую стойку, выставив одну руку вперёд. Вторую она прижала ближе к телу, готовясь в любой момент напасть.

Сердце бешено колотилось в груди.

"Итсуки..."

Она не знала, что именно собирается делать, если перед ней действительно окажется он.

Но отступать Рэна не собиралась.

Дверь медленно открылась. Из-за неё сначала показалась фигура человека, а затем в тусклом свете комнаты Рэна заметила светлые волосы.

Длинные, шелковистые пряди мягко скользнули по плечам женщины, когда та вошла внутрь.

Рэна замерла.

Несколько секунд она просто смотрела на незнакомку перед собой.

Блондинка была одета в облегающую боевую форму, которая плотно прилегала к телу и совершенно не напоминала ту одежду, в которой Рэна привыкла видеть её раньше. На её лице не было привычной мягкой улыбки, а во взгляде не осталось той спокойной теплоты.

Женщина остановилась возле двери и внимательно посмотрела на девочку.

А затем на её лице появилось выражение облегчения.

— Наконец-то я нашла тебя, Рэна.

Девочка не ответила. Она всё ещё стояла в боевой стойке и продолжала смотреть на женщину перед собой.

Что-то в её голосе казалось знакомым.

Очень знакомым.

Рэна медленно опустила руку. Она снова посмотрела на светлые волосы, на одежду, на лицо женщины.

И только спустя несколько секунд до неё наконец дошло.

— Сестра... Роза?

Женщина слегка улыбнулась.

— Да. Я так рада тебя видеть.

Рэна растерянно замерла. Она действительно едва узнала её.

Раньше сестра Роза всегда появлялась перед детьми в привычном костюме монахини. Этот образ настолько прочно закрепился в памяти Рэны, что она практически не могла представить её иначе.

Но сейчас перед ней стояла совершенно другая женщина.

Не сестра Роза из приюта.

Не та спокойная женщина, которая улыбалась детям и каждый день следила за ними.

Перед ней была блондинка в боевой форме.

И даже её взгляд изменился. В нём больше не было прежней уверенности человека, который просто выполняет свой долг.

Теперь там читалось что-то совсем другое.

Тревога. Усталость.

И едва заметное чувство вины.

Рэна медленно выпрямилась. Она всё ещё не знала, можно ли ей доверять.

Но впервые с момента пробуждения в этой комнате перед ней появился человек, которого она действительно знала.

Пусть сейчас он и выглядел совершенно иначе чем прежде.

— Фух... Я уже обыскалась тебя.

Роза тяжело выдохнула и провела рукой по волосам, словно только сейчас позволила себе немного расслабиться.

— Пришлось проверить весь задний двор.

Она сделала несколько шагов навстречу Рэне.

Девочка не двигалась.

В этот момент дверь за спиной Розы снова открылась, и в комнату один за другим вошли оставшиеся двое детей. Они остановились возле выхода и с тревогой посмотрели на Рэну, а затем на Розу.

— Рэна, я хочу кое-что тебе сказать.

Роза говорила уже гораздо тише. Она ещё раз посмотрела на девочку, после чего добавила:

— Но для начала нам нужно уйти отсюда.

Рэна перевела взгляд на детей.

На несколько секунд её напряжение немного ослабло. Она увидела знакомые лица, услышала их тихое дыхание и поняла, что они действительно пришли вместе с Розой.

Но стоило женщине сделать ещё один шаг и попытаться приблизиться к ней, как Рэна резко отреагировала.

Рука Розы потянулась к ней, словно она хотела обнять девочку.

Рэна тут же отбила её.

— Хватит!

Её голос эхом разнёсся по комнате.

Она снова заняла боевую стойку, сжав кулаки и не сводила глаз с Розы.

В её взгляде больше не осталось прежнего доверия.

Только злость.

Роза слегка удивлённо посмотрела на отбитую руку.

Она не ожидала такой реакции.

— Я больше никому здесь не верю.

Рэна тяжело дышала.

— Вы все лжецы, которые используют нас!

Роза медленно покачала головой.

— Нет. Пойми, Рэна, я...

— Что?!

Рэна резко перебила её.

Она сделала шаг вперёд, заставляя Розу невольно остановиться.

— Разве не ты подсказывала представителям церкви, кого выбрать?

Роза ничего не ответила.

— Разве не ты из раза в раз продолжала нам врать?

Голос Рэны становился всё громче.

— Разве не ты затеяла весь этот ужас?!

Роза слегка опустила голову. Каждое слово Рэны словно ударяло сильнее предыдущего.

Она могла бы попытаться оправдаться. Могла бы снова сказать, что всё было не так просто, но теперь ей было сложно снова приблизится к ней.

— Всё совсем не так...

Голос Розы прозвучал тихо.

Рэна стиснула зубы.

— А как?!

Она почти выкрикнула эти слова.

— Ну же! Давай! Соври мне ещё раз, как ты это делала раньше!

Роза вздрогнула.

В комнате повисла тяжёлая тишина.

И тут один из оставшихся детей сделал шаг вперёд.

Это была та самая девочка.

Та, которая ещё недавно пыталась предупредить Рэну об Итсуки.

Рэна узнала её.

Девочка посмотрела сначала на неё, а затем на Розу.

После чего громко крикнула:

— Да послушай ты её!

После этих слов девочка сделала ещё один шаг вперёд.

Она больше не выглядела испуганной. В её голосе появилась твёрдость, которой Рэна раньше от неё не слышала.

— Роза здесь ни в чём не виновата. Её заставляли выполнять свой долг.

Рэна несколько секунд молча смотрела на неё.

А затем тихо рассмеялась.

В этом смехе не было ни радости, ни веселья. Скорее, он напоминал короткую реакцию человека, который услышал что-то настолько абсурдное, что уже не знал, как на это ответить.

Девочка медленно подняла руку и прикрыла ей часть лица.

— Долг, говоришь...

Она опустила руку.

— Да. Звучит хорошо для человека, который безжалостно отправлял нас на смерть.

Девочка вздрогнула.

— Нет, послушай, Рэна...

Роза сделала шаг вперёд.

На этот раз она двигалась осторожно, словно боялась ещё сильнее напугать девочку.

— Ты не понимаешь...

Роза протянула руку и схватила девочку за запястье.

Та тут же попыталась вырваться.

— Отпусти!

Роза удержала её, но не стала прикладывать лишнюю силу.

В следующий момент вокруг её тела едва заметно вспыхнула ректа.

Роза активировала магическое ядро.

Тонкий поток ректы быстро переместился по её телу и направился к руке, после чего обхватил запястье девочки, не причиняя ей боли, но полностью ограничивая её движения.

— Всё дело в том письме.

Рэна резко подняла взгляд. Её лицо тут же изменилось.

— Письмо?!

В голосе снова появилась агрессия, но теперь в ней смешалось что-то ещё.

Роза посмотрела прямо на неё.

— Да. Письмо, которое Итсуки отправил одиннадцать дней назад.

Рэна замерла.

Имя Итсуки прозвучало совершенно неожиданно.

Она всё ещё злилась на Розу. Всё ещё не доверяла ей и была готова в любой момент оттолкнуть её снова.

Но теперь девочка хотя бы перестала пытаться причинить ей боль.

Роза продолжила:

— Я прочитала его.

Рэна медленно опустила руки.

— Итсуки... дал тебе письмо?

Роза кивнула.

— Да.

В комнате снова повисла тишина.

На этот раз Рэна уже не смотрела на Розу с прежней яростью.

Рэна замерла.

Письмо.

Это слово внезапно вытащило из глубины памяти ещё один обрывок той ночи.

Она снова увидела тёмный коридор.

Полосы лунного света, пробивавшиеся через окна.

Себя, притаившуюся неподалёку от окна.

И голоса Вагина и Артемиса, доносившиеся на улице.

"Письмо..."

Тогда Рэна не придала этим словам особого значения.

Но теперь всё изменилось.

Он действительно говорил о письме.

И если Роза получила его от Итсуки...

Девочка медленно разжала пальцы.

Напряжение, до этого удерживавшее всё её тело, постепенно начало исчезать. Она посмотрела на Розу, а затем перевела взгляд на девочку.

— Не может быть...

Роза заметила, что Рэна больше не пытается сопротивляться, и медленно ослабила хватку. Ректа вокруг руки постепенно исчезла.

Женщина тяжело выдохнула.

Ей было непросто продолжать этот разговор. Это было видно по тому, как она на несколько секунд отвела взгляд, словно собиралась с мыслями.

— Всё началось именно в тот день...

Рэна ничего не ответила.

Роза продолжила:

— Я раскладывала вещи, когда ко мне подошёл Итсуки.

Она сделала небольшую паузу.

— Он просто молча протянул мне письмо.

Перед глазами Розы, казалось, снова возник тот момент.

Обычный день. Обычная комната.

Ребёнок, которого она привыкла видеть каждый день.

И конверт, который тогда не казался чем-то важным.

— Я подумала, что это письмо для кого-то из его семьи. Поэтому даже не стала его читать.

Роза опустила взгляд.

— Но потом в наш приют приехали представители церкви.

Её голос стал заметно тише.

Она старалась сохранять спокойствие, но эмоции всё хуже поддавались контролю. Роза несколько раз глубоко вдохнула, словно пыталась удержать их внутри.

Не получилось.

По её щеке медленно скатилась одна скупая слеза.

Рэна смотрела на неё молча.

— Прости меня, Рэна...

Роза сделала шаг вперёд. На этот раз девочка не отступила.

Женщина осторожно обняла её.

Рэна замерла.

Она не ожидала этого.

Её руки так и остались опущенными вдоль тела, а взгляд застыл где-то поверх плеча Розы. Девочка чувствовала тепло её тела, слышала тихое дыхание и впервые за долгое время не знала, как ей реагировать.

Сердце забилось сильнее.

Не от страха.

От того, насколько всё происходящее не совпадало с тем образом Розы, который Рэна успела создать в своей голове.

А если она действительно говорила правду?

Если Итсуки действительно всё это время вёл собственную игру?

Рэна медленно закрыла глаза. Слишком многое сходилось.

Она уже не могла просто отмахнуться от этих совпадений.

Роза немного отстранилась, но не отпустила девочку полностью.

— Наверное, я кажусь тебе жалкой...

Она попыталась улыбнуться, однако улыбка вышла слабой и почти сразу исчезла.

— Но я...

Роза замолчала.

Ей потребовалось несколько секунд, чтобы заставить себя произнести следующие слова.

— Я боюсь быть сильной, Рэна.

Рэна перестала дышать на мгновение.

Эти слова будто ударили её сильнее любого крика.

"Боюсь быть сильной..."

Она посмотрела на Розу.

Впервые за всё время Рэна увидела перед собой не сестру Розу из приюта.

Не женщину, которая должна была знать ответы на все вопросы.

Не человека, который обязан был защищать детей.

А просто человека, который тоже боялся…

И от этого осознания мир Рэны словно перевернулся.

Страх быть сильной.

Сколько смысла могло скрываться в этих словах?

Рэна медленно опустила взгляд.

Ведь разве она сама не была такой же?

Она тоже боялась. Боялась принять решение, которое могло изменить её жизнь.

Боялась искать правду, потому что не знала, что обнаружит.

Боялась сделать шаг вперёд, потому что после него уже нельзя будет вернуться назад.

И больше всего она боялась ответственности.

Ответственности за собственный выбор.

За последствия своих решений.

За людей, которых могла потерять, если ошибётся.

Рэна сжала пальцы.

До этого ей казалось, что сильный человек — это тот, кто никогда не боится.

Но теперь она впервые задумалась о другом.

Возможно, страх и сила никогда не были противоположностями.

Возможно, по-настоящему страшно было не бояться.

А бояться — и всё равно сделать выбор.

По щекам Рэны медленно скатились слёзы.

Она даже не сразу заметила их.

Девочка просто стояла рядом с Розой и смотрела куда-то вниз, пытаясь разобраться в собственных чувствах. Ещё несколько минут назад ей хотелось обвинить эту женщину во всём, что произошло с детьми.

Теперь же она впервые почувствовала, что действительно может понять её боль.

Возможно, Роза тоже всё это время была пленницей собственного страха.

Роза осторожно отстранилась от неё и посмотрела прямо в глаза.

На этот раз в её взгляде не было ни попытки оправдаться, ни желания спрятаться за словами о долге.

— Возможно, я ужасный человек...

Женщина ненадолго опустила взгляд.

— И мои поступки невозможно оправдать.

Она глубоко вдохнула, после чего снова посмотрела на Рэну.

— Но я хочу рассказать тебе...

Роза сделала небольшую паузу.

— Рассказать тебе свою историю.