Четвертое декабря 2023 года безжалостно и неумолимо отсчитывало свои короткие зимние часы. За высокими, стрельчатыми окнами Академии, украшенными сложными витражами с изображением великих магов прошлого, завывал ледяной ветер, швыряя пригоршни колючего снега в толстое стекло. Однако внутри монументального здания, в самом его сердце, бушевали бури совершенно иного толка.

До масштабного, определяющего судьбы и стипендии многих кадетов экзамена по макроэкономике оставалось ровно два дня. Общая атмосфера в просторных, освещенных магическими сферами коридорах Академии накалилась до звенящего, почти осязаемого предела. Если недавняя сдача философии была изысканной, тонкой проверкой на прочность души, умение мыслить абстрактно и жонглировать парадоксами, то предстоящая экономика обещала стать жестоким, бескомпромиссным тестом на выживаемость. Это было погружение в суровый, лишенный всякой романтики мир рыночного дефицита, налоговых ставок, жесткого распределения ограниченных ресурсов и безжалостной конкуренции.

Студенты, напрочь отбросив свою привычную элитарную браваду и гордость, буквально оккупировали каждый свободный стул, каждый широкий подоконник и даже мягкие пуфики огромного читального зала центральной библиотеки. Воздух под высокими, расписанными старинными фресками сводами был насквозь пропитан густым, горьким запахом невероятно крепкого черного кофе из дребезжащих автоматов, пыльным, сухим ароматом старой пергаментной бумаги и отчетливым привкусом массовой студенческой паники. Тишину то и дело нарушали судорожные, полные отчаяния вздохи, нервный шелест переворачиваемых страниц, скрип перьев и приглушенный шепот тех, кто пытался вбить в свою голову неподъемные объемы информации в последнюю минуту.

Эрис сидел в самом дальнем, изолированном секторе читального зала, скрывшись за массивными стеллажами с архивами. Он отгородился от остального, паникующего мира высокими стопками толстых справочников и методичек. Парень методично, с холодным расчетом и полной концентрацией листал страницы тяжелого, пахнущего свежей типографской краской тома.

Его взгляд цеплялся за сложные формулы и переплетенные графики. Прямо сейчас он углубился в тяжеловесную главу: *«Экономические последствия установления граничных цен на конкурентном рынке: мировой опыт и локальная практика»*. Эрис впитывал эту сухую, лишенную всякой магии информацию с жадностью изголодавшегося хищника. В его голове цифры выстраивались в четкие модели, напоминая задачи по линейному программированию, где нужно было найти оптимальное решение при жестких ограничениях. После вчерашнего судьбоносного договора с Артуром Виллонгом насчет квартиры и работы, парень предельно четко осознавал: теперь он обязан не просто формально сдать этот предмет на жалкий проходной балл, чтобы его не отчислили. Он должен доказать на деле, что его аналитический интеллект стоит вложенных инвестиций, и что он по праву достоин своего нового, комфортного места в элитном «Золотом Квартале».

*«Знаешь, хозяин, я вот читаю эти строчки твоими глазами и не перестаю поражаться глупости этого вашего нового мира»,* — внезапно раздался в его сознании бархатистый, пропитанный вековым цинизмом голос Никс. Сущность явно заскучала, наблюдая за его штудированием учебника. *«Установление граничных цен? Искусственное ограничение? В 1280 году, когда мы шли через Пепельные пустоши, граничной ценой за кусок гнилого мяса была твоя голова или голова того, кто попытался бы это мясо отнять. Вот это — настоящий конкурентный рынок. А тут они рисуют какие-то смешные кривые пересечения спроса и предложения. Если тебе что-то нужно — ты просто берешь это силой. Зачем усложнять?»*

Эрис мысленно усмехнулся, не отрывая взгляда от сложного графика рыночного равновесия.

*«Затем, Никс, что если я начну брать нужные мне вещи силой здесь, в 2023 году, за мной придут не оборванные наемники, а Корпус Службы Безопасности с подавителями маны. И тогда наша новая уютная квартира очень быстро сменится на сырую камеру в изоляторе. Так что позволь мне добить эту главу про оптимизацию целевой функции прибыли. Нам нужно сдать этот тест».*

*«Скука смертная»,* — фыркнула Никс, но все же затихла, позволив ему вернуться к расчетам.

Артур, сидевший прямо напротив Эриса за массивным дубовым столом, был полной, абсолютной противоположностью паникующим первокурсникам. Он вальяжно, с аристократической грацией откинулся на спинку антикварного стула и что-то быстро, ритмично помечал дорогим стилусом в своем тонком рабочем планшете. Он не готовился к экзамену — он параллельно просматривал финансовые сводки семейного бизнеса, легко переключаясь между графиками. Внезапно Артур оторвался от светящегося экрана, потер переносицу и нарушил уютную, сосредоточенную тишину, царившую за их столом.

— А, кстати, чуть не забыл тебе сказать, пока мы тут окончательно не зарылись в эти бесконечные цифры и переменные, — небрежно произнес Виллонг, ловко крутя серебристый стилус между длинными пальцами. — Я тут сегодня рано утром краем глаза просматривал утвержденные списки распределения смен в «Аквилоне».

Эрис чуть приподнял бровь, но не отвел взгляд от страницы.

— И что там? Надеюсь, меня не поставили мыть полы в подсобке по ночам?

— Оскорбляешь, друг мой, — усмехнулся Артур. — Я просто проверял, как наш главный администратор раскидал часы перед грядущими праздниками. Понимаешь, наше кафе — это не просто забегаловка, где наливают кофе. Это сложная корпоративная структура. Мы применяем строгую теорию систем для оптимизации работы зала и кухни, выстраиваем четкие принципы лидерства на каждой смене. И вот, изучая штатное расписание, я узнал одну крайне занятную деталь. Ты будешь работать в паре, на одной точке.

— В паре? — Эрис наконец поднял голову, закрыв учебник, и внимательно посмотрел на напарника.

— Именно. И не просто с кем-то с улицы. Ты будешь стоять на смене с одной девушкой. Из нашей Академии, между прочим.

Услышав это, Эрис лишь безразлично пожал плечами. Его указательный палец плавно скользнул по обложке учебника.

— О, было бы действительно здорово увидеть знакомые лица в незнакомой обстановке, — абсолютно спокойно, без капли романтического или праздного интереса ответил он. — Вдвоем за стойкой работать всяко эффективнее, чем в одиночку разрываться между обслуживанием зала, кассой и выдачей заказов. Разделение труда — основа любой нормальной организационной структуры. Главное, чтобы эта девушка адекватно выполняла свои обязанности, не тупила в терминале и не мешала мне делать мои дела. Остальное — чистая лирика, которая меня не волнует.

*«Знакомых, значит?»* — тут же, словно только этого момента и ждала весь день, ядовито оживилась в глубине его сознания Никс.

Её голос прозвучал с явной, нескрываемой ироничной подковыркой и такими тяжелыми нотками собственничества, от которых у Эриса ощутимо дернулась щека, а по спине пробежал холодок.

*«Я очень, очень надеюсь, Эрис, что эта твоя мифическая "знакомая из Академии" не будет строить тебе глазки, накручивать локоны на палец и хлопать ресницами вместо того, чтобы нормально протирать столы и носить тяжелые подносы! Учти, хозяин, если она окажется очередной бесполезной, визгливой столичной пустышкой, которая только путается под ногами и ищет себе богатенького спонсора, я точно не буду молчать. Я устрою ей такой ментальный террор прямо во время смены, что она забудет, как дышать, не то что варить ваш проклятый кофе! Ты меня понял? Наше рабочее место — это наша территория!»*

Эрис незаметно для сидящего напротив Артура тяжело, глубоко вздохнул, с силой массируя пальцами переносицу, пытаясь унять начинающуюся головную боль.

*«Никс, во имя всех демонов бездны, успокойся немедленно. Это просто обычная, рядовая работа в студенческом кафе, а не турнир на выживание в Колизее и не зачистка подземелья А-ранга. Постарайся хотя бы там не ворчать на каждое живое существо, которое к нам приблизится, и не сканировать персонал на предмет скрытой угрозы. Нам безумно нужны эти деньги и эта квартира, чтобы больше не жрать акционный фарш!»*

*«Я не ворчу, я анализирую потенциальные риски для нашей продуктивности и душевного спокойствия!»* — гордо и надменно парировала бестелесная сущность, но всё же немного сбавила тон, недовольно бурча и уходя в фоновое, но очень пристальное наблюдение за мыслями Эриса.

На другом конце огромного, гудящего как улей читального зала, у огромного панорамного окна с видом на заснеженный, погружающийся в сумерки внутренний двор, ситуация была куда более напряженной, громкой и комичной.

Алиса Виллонг, как и всегда, являла собой истинное, незыблемое воплощение стальной воли, грации и безжалостной академической дисциплины. Её разноцветные конспекты, распечатки и графики, разложенные на широком столе в идеальном, пугающе выверенном геометрическом порядке, выглядели как настоящее произведение искусства перфекциониста. Взгляд девушки был холодным, сфокусированным и острым как хирургический скальпель. Она изящно, не отрывая взгляда от текста, отпивала обжигающий зеленый чай из матовой термокружки, даже не моргая.

А вот рядом с ней, нелепо свернувшись и кое-как втиснувшись в слишком узкое для его широких плеч старинное кресло, откровенно и громко страдал Кай.

— Алиса-а-а... ну скажи мне на милость, за что мне всё это наказание? — жалобно, почти со слезами в голосе простонал он, в полном отчаянии роняя взъерошенную, торчащую во все стороны голову прямо на пухлую стопку свежих распечаток. Бумаги жалобно хрустнули под его весом. — Зачем, во имя всех древних богов и стихий, боевому магу молний вообще знать теорию предельной полезности, кривые безразличия и эластичность спроса?! Какая от этого практическая выгода в реальном бою на передовой?! Моя единственная, чистая и понятная полезность — это зрелищно, быстро и максимально разрушительно поджаривать многометровых монстров до хрустящей корочки! Я не собираюсь открывать бакалейную лавку по продаже жареных гоблинов! Зачем мне знать, как формируется рыночная цена?!

Алиса даже не дрогнула. Её рука с идеальным маникюром продолжала быстро и четко выводить сложные параболы на планшете.

— Затем, Кай, — ледяным, размеренным тоном отрезала она, наконец соизволив повернуть к нему голову, одарив парня взглядом, от которого можно было замерзнуть. — Что твои обожаемые многометровые монстры, к огромному сожалению, не платят налоги в городскую казну. Они не покупают твою расширенную медицинскую страховку и не скидываются на ремонт инфраструктуры. Зато всё это, прямо или косвенно, делаешь ты и Гильдия.

Кай приоткрыл один глаз, пытаясь понять, к чему она ведет.

— И что? Я же спасаю жизни!

— А то, — Алиса отложила стилус и скрестила руки на груди, включив режим лектора. — За каждый разрушенный в ходе твоих «очень зрелищных» боев городской квартал, гильдии выставляют многомиллионные счета. Твои молнии регулярно выводят из строя трансформаторные будки. Из-за этого нарушаются логистические цепочки целых компаний! Ты хоть раз в жизни задумывался над тем, как работает организационная структура логистической фирмы? Когда ты сжигаешь мост, фуры с продовольствием стоят. Растет дефицит. Повышаются те самые граничные цены, о которых ты отказываешься читать. За амортизацию твоего магического снаряжения нужно платить колоссальные суммы. За лицензию на применение стихий высшего порядка в черте города — тоже. Экономика правит этим миром, Кай, а не твои искры из пальцев.

Она придвинула к его носу толстый справочник.

— Так что учи формулы расчета издержек. Вникай в суть. Или завтра утром, на пробном отборочном тесте, ты будешь единственным идиотом на всем боевом курсе, кто перепутает дебет с кредитом. И если это случится, Кай, я лично сделаю вид, что мы с тобой вообще не знакомы, и пересяду на другой ряд. Я не потерплю академического позора в нашей команде.

Кай лишь протяжно, невероятно скорбно и тяжело вздохнул, окончательно осознав всю тщетность своих жалких попыток разжалобить эту бескомпромиссную железную леди. С обреченным видом висельника он потянулся за очередной, уже четвертой по счету жестянкой ягодного энергетика, с громким щелчком вскрыл ее и уставился в текст, шевеля губами и пытаясь понять разницу между микро- и макроуровнем.

Тем временем в другом конце зала Эрис наконец с глухим стуком закрыл свой тяжелый учебник. За окнами окончательно стемнело. Четвертое декабря медленно, но верно подходило к своему логическому концу.

Густая, сложная, многоуровневая экономическая информация, переполненная теоремами, графиками и историческими примерами, укладывалась в его голове стройными, логичными рядами. Его мозг, привыкший к тактическому анализу поля боя, на удивление легко адаптировался к анализу рынков. Он сформировал для себя четкую картину того, как работает этот странный, завязанный на кредитах, активах и договорах мир. А недовольный, ворчливый голос Никс в сознании постепенно затихал, сменяясь спокойным, почти уютным энергетическим гулом, согревающим разум.

— И всё же... — нарушил затянувшуюся тишину Эрис. Он медленно поднялся из-за стола, потянулся, разминая затекшие плечи, и начал неспешно собирать свои немногочисленные вещи в потертый рюкзак. — Возвращаясь к нашему разговору. Ты знаешь, кто она? Эта девушка-напарница.

Артур, который к тому моменту уже закончил проверять финансовые отчеты, оторвался от экрана, заблокировал планшет и хитро, по-кошачьи прищурился. В уголках его губ заиграла легкая улыбка. Он явно наслаждался моментом интриги и собственной абсолютной осведомленностью.

— Узнаешь шестого декабря. Сразу после того, как выйдешь с экзамена по экономике и пойдешь в кафе подписывать трудовой договор и акт приема-передачи ключей от квартиры, — загадочно и плавно произнес Виллонг, убирая планшет в дорогой кожаный чехол. — Считай эту маленькую тайну своим дополнительным, персональным стимулом сдать этот проклятый предмет на твердое, безоговорочное "отлично". Тебе же не хочется ударить в грязь лицом перед будущей коллегой и показать себя туповатым громилой, который умеет только махать мечом?

Эрис лишь коротко, безразлично кивнул, закидывая лямку рюкзака на плечо.

— Мне без разницы, что она обо мне подумает, Артур. Главное, чтобы она не путала заказы. До завтра.

Попрощавшись с Виллонгом, Эрис направился к выходу из библиотеки, лавируя между столами, заваленными спящими или зубрящими студентами. Мелкие студенческие интриги, секреты Артура и загадочные напарницы его сейчас волновали меньше всего на свете. Его мысли уже давно витали далеко от этих давящих библиотечных стен.

Он думал о той новой, обещанной квартире в элитном секторе. Он представлял, как повернет ключ в замке, как войдет в прихожую, где не будет постоянных, пробирающих до костей холодных сквозняков, дующих из щелей в окнах. Он мечтал о том, как из крана в ванной всегда, в любое время суток будет течь обжигающе горячая вода, смывая грязь и усталость тренировок. И, самое главное, он предвкушал момент, когда из его жизни навсегда исчезнет этот тоскливый, въевшийся в самую ткань одежды и волосы запах старых, безнадежных городских трущоб.

Выйдя на морозное крыльцо Академии, Эрис полной грудью вдохнул ледяной воздух. Впереди было еще два дня адской зубрежки, но теперь у него была цель, ради которой стоило не спать ночами.

**[ТЕКУЩАЯ ДАТА: 4 декабря 2023 года]**

**[СТАТУС НОСИТЕЛЯ: Подготовка к экзамену по макроэкономике — 85%]**

**[ПСИХОЛОГИЧЕСКОЕ СОСТОЯНИЕ НИКС: Настроена крайне скептично, подозрительно и агрессивно по отношению к будущей напарнице; готова к ментальной обороне территории]**