Прошёл уже месяц с тех пор, как я стал мечником школы Либери. Двух с половиной месяцев каникул тоже оставалось совсем немного.

— Сион, вы решили, что будете делать в следующем семестре?

— Угу… Постараюсь… ходить на те же занятия, что и Юджин…

Значит, решила довольствоваться тем, что будет брать как можно больше общих со мной предметов. Ну да. Сорок часов занятий в неделю для Сион превратились бы в пытку. Хотя, если подумать, для большинства людей тоже.

Стоило ей хоть немного потерять концентрацию, как в голову врывались десятки и сотни чужих мыслей. Терпеть такое целыми днями было бы слишком жестоко. Сион разрешили проходить большую часть занятий дистанционно, и уже само решение добровольно приходить в аудитории заслуживало уважения.

«Хотя непонятно, зачем ей вообще это делать…»

Но выбор был её, и ни причин, ни права отговаривать её у меня не было.

— Тогда мне пора на тренировку.

— Опять?..

— Да, У меня появилась цель.

— Цель?..

— Я собираюсь занять первое место на годовом турнире.

— Что?..

Оставив совершенно сбитую с толку Сион возвращаться в общежитие, я направился в тренировочную зону. Эрис, как всегда, ждала меня в оружейном испытательном блоке.

— Учитель, я пришёл.

— Юджин, заходите. Но вы правда не хотите ещё раз всё обдумать?

— Простите, Эрис. Если я уже поставил цель, отказываться от неё мне трудно.

— Но первое место на годовом турнире… Это слишком рано. Я не хочу, чтобы Юджин надрывался.

— Эрис, я справлюсь. Я верю и в себя, и в меч Либери. А вы разве нет?

Даже мне самому цель казалась слегка безумной, но это тоже было частью операции «Школа Либери? Проще простого». Чтобы вернуть Эрис растоптанную самооценку, нужно было снова поднять имя Либери. А турнир был самым простым способом.

К тому же я пришёл к выводу, что и дальше полностью забивать на физическую подготовку опасно. Раз гипотеза «в академии автосохранение не работает» уже развалилась, стоило заранее набрать хотя бы какую-то боевую силу.

— Я… я не это хотела сказать…

— Значит, вы всё-таки верите в меня? Для ученика нет большей радости.

— Юджин…

Учитель уже начинала дуться. Пожалуй, хватит её поддевать.

— Тогда подготовьте меня так, чтобы я соответствовал своей цели. Ваш ученик вернётся с победой и прославит Либери.

— Я была бы рада, если бы ученик так усердно занимался… Но, Юджин, вы уверены? Вы ведь и учёбе отдаёте очень много сил.

— О, точно. Эрис, в следующем семестре я лично прослежу, чтобы вы ходили на занятия. Готовьтесь. Я ведь обещал помочь вам закончить академию. Даже не думайте прогуливать.

— …

Лицо учителя помрачнело: только сейчас она поняла, что собственноручно вырыла себе могилу. Как и предупреждала Эрис, следующий семестр обещал быть довольно сумасшедшим. Нужно снова присматривать за Рине, чтобы эта бывшая любительница внезапно умирать не погибла где-нибудь вне моего поля зрения. Время от времени заботиться о девушке, которая слышит чужие мысли.

Следить за заядлой прогульщицей, тренироваться самому и ещё умудриться выиграть годовой турнир.

Одного тела на всё это как будто маловато…

«Зато тело одно, а жизней несколько».

Ну ничего. Если совсем не получится, повторю пару раз.

Если сразу перейти к результату, второй семестр оказался на удивление лёгким. Конечно, если бы однокурсники услышали, как отличник, который берёт сорок учебных кредитов, тренируется после занятий и всё равно считает жизнь лёгкой, мне нечего было бы возразить даже после пары пощёчин. Но мне и правда было не так уж тяжело. Что тут поделать.

Главной причиной резкого улучшения качества моей жизни стала платиновая любительница умирать. То есть бывшая любительница умирать — Рине Сельберг.

— Рине, правда ничего странного не случалось? Не падала на банановой кожуре посреди дороги или ещё чего-нибудь такого?

— Угу, Удивительно, да? В первом семестре Юджин столько раз меня спасал. Хе-хе.

— В сто раз лучше, если опасности вообще не возникает, чем если мне потом приходится тебя спасать.

— Может, всё невезение за всю жизнь свалилось на меня ещё в первом семестре?

«Нет… Во втором семестре тебя съел ксеноморф…»

Вот что я подумал. Но вслух сказал другое:

— Рине, на этом занятии будь особенно осторожна. Хорошо?

— Практика с ксеноморфами? Хорошо. Буду осторожна. Очень осторожна, так что перестань на меня так смотреть…

…

— На сегодня всё. Есть известная поговорка: знай врага и знай себя — и в ста сражениях не потерпишь поражения. Чем лучше вы знаете биологию ксеноморфов, тем больше солдат и мирных жителей сможете спасти на поле боя. Не забывайте об этом.

— Юджин! Я впервые увидела живого ксеноморфа! Какой же он мерзкий!

— Ха-ха. И не говори…

— Ты в порядке? У тебя лицо какое-то мрачное.

— Просто задумался кое о чём…

Всё закончилось хорошо. Ни хищник, ни рукопашник не вырвались наружу, никто не пострадал. В том числе наша платиновая бедолага. Но меня всё не отпускало ощущение, будто я что-то упускаю.

Даже на том самом кошмарном занятии по биологии ксеноморфов ничего не произошло. И тогда у меня появилась новая гипотеза. А что, если я выполнил скрытое задание «Спаси Рине» и в награду получил какой-то способ, который не даёт ей погибнуть?

Проклятое окно характеристик не открывалось, так что доказать это было невозможно. Но гипотеза казалась вполне правдоподобной. После спасения Рине изменилась и точка автосохранения. Может, система просто сохраняется после выполнения задания?

Если подумать, с Сион случилось нечто похожее.

— Сион, вы ведь всё занятие смотрите только на меня? Наверное, это тоже тяжело.

Сион вздрогнула.

— А если перестать концентрироваться, голоса теперь тоже не слышно?..

— Может… и правда?..

Судя по лицу Сион, раньше ей даже не приходило в голову это проверить. Она выглядела не менее потрясённой, чем я, поэтому мы тут же устроили эксперимент.

— А сейчас?

— Сейчас… слышу…

Стоило мне немного отойти, и шум чужих мыслей вернулся. Похоже, рядом со мной он исчезал независимо от того, концентрировалась Сион или нет.

— Связь… не устанавливается…

— Не устанавливается? У Сион?..

И, что ещё страннее, рядом со мной у неё вообще не срабатывала способность создавать псионическую связь.

— Угу… Смотри.

На кончике пальца Сион затрещали голубые разряды, но стоило ей приблизиться ко мне, как они ослабли и с тихим шипением исчезли.

— Вы сами её не отключили?

Сион покачала головой.

— Тогда попробуйте ещё раз, прямо рядом со мной.

Сион прижалась к моей руке и сосредоточилась, но на пальцах не возникло даже обычной искры, не то что псионической молнии.

— Юджин… я не могу установить связь…

— Ничего страшного. Это происходит только рядом со мной, верно? Зато рядом со мной вам больше не нужно постоянно концентрироваться. Так ведь даже удобнее. Давайте искать плюсы.

— Угу… Но… ощущение странное…

Я изо всех сил успокаивал Сион, впервые в жизни столкнувшуюся с ощущением полной беспомощности. Мне, курсанту с нулевой псионикой, это чувство было трудно понять. Но для Сион псионика была таким же врождённым чувством, как зрение. Наверное, это всё равно что внезапно ослепнуть.

Значит, наградой за «задание Сион» могла быть особенность, превращавшая меня в подавитель псионики? Если главная проблема Рине заключалась в том, что она постоянно умудрялась внезапно погибнуть, то главной проблемой Сион была неспособность контролировать собственную псионику. Если научиться этим пользоваться, способность могла оказаться очень полезной… А если гипотеза верна, Эрис тоже дала мне какую-нибудь награду?

— Юджин, вы сегодня совсем не сосредоточены. Что-то случилось?

— Есть о чём подумать. Сейчас соберусь.

— Вот как? Интересно, о чём же вы думали?

В голосе и выражении лица моего учителя мелькнула лёгкая насмешка. Трудно поверить, что это та самая деи Либери, которая когда-то вышибла мой пистолет ударом меча.

— Думал о том, насколько большой наградой для меня стала встреча с моим учителем.

— …

Я обратил её способность распознавать ложь против неё самой и нанёс ответный удар. Лицо Эрис стало почти такого же цвета, как её глаза. Я был рад, что учитель понемногу оттаивает, но до того, чтобы первой поддевать меня, ей ещё далеко. Эрис деи Либери.

Так прошёл ещё один семестр. И наконец наступил день годового турнира.

Я несколько раз взмахнул уже привычным длинным мечом. Стойка «Железные врата»: меч опущен вниз, оборона приглашает противника атаковать. Затем переход в стойку «Дама», позволяющую ударить в любом направлении, и контратака в открывшееся место.

Этому пути меча было больше тысячи лет. Семьдесят три поколения деи Либери и безымянные мечники школы понемногу оттачивали его — и теперь вся эта история оживала в моём клинке.

— Юджин, только не нервничайте слишком сильно. Главное — участие.

А вот семьдесят третья деи Либери, которая сама научила меня этому мечу, выглядела заметно обеспокоенной. Но я мог победить. Если не получится с первого раза — буду повторять, пока не получится.

— Что? Я вообще-то собираюсь выиграть. А потом заявлю всем, что Либери — сильнейшие.

— Юджин…

Так. Хватит.

— Не волнуйтесь так. Осталось только показать результат. Мы ведь всё это время усердно тренировались вместе.

— Ваш талант действительно выдающийся, даже на мой взгляд…

— Но?

— Будьте осторожны…

Учитель прошептала это почти неслышно. Само собой, я собирался быть осторожным. На турнире даже умереть будет сложно. Если серьёзно ранят и я впаду в кому, загрузиться не получится — вот тогда начнутся настоящие проблемы.

Да и теперь были люди, которые расстроятся, если со мной что-нибудь случится.

<Участникам первого курса рыцарского направления: явиться на пятый этаж тренировочной зоны для годового турнира.>

— Тогда я пошёл, учитель.

— Хорошо, Юджин. Только… правда будьте осторожны.

Кстати, Эрис участвовать не могла. С её появлением сама оценка потеряла бы всякий смысл. Я, конечно, громко обещал догнать её и идти рядом… но после этой мысли уверенность внезапно заметно усохла.

На первом курсе рыцарского направления было триста двадцать плюс один курсант. Кто этот «плюс один», думаю, объяснять не нужно. В отборочном этапе нас делили на группы по двадцать человек и устраивали бой каждый против каждого. Из каждой группы дальше проходил один участник, так что в основную сетку попадали шестнадцать человек.

Затем шёл турнир на выбывание с одной восьмой финала до определения победителя, а результаты влияли на оценки. То есть все девятнадцать человек, стоявшие сейчас передо мной, были моими врагами. Цифра на табло дошла до нуля и исчезла. Курсанты, уже наполовину вышедшие за пределы обычного человека, рванули искать противников.

Большинство быстро разбилось на пары и выбрало себе соперника примерно по силам. А ко мне сразу бросились трое. Эта троица неслась ко мне с воплями о том, что пора восстановить справедливость и нравственные устои академии.

Если бы они хотя бы боролись за первое место, ладно. Но объединяться втроём уже в отборочном бою было невыгодно даже для собственной оценки. Слушать лекции о справедливости от людей, готовых ради этого пожертвовать своими баллами и навалиться втроём, совершенно не хотелось. Печальнее всего было то, что полностью отрицать их претензии я тоже не мог.

…Вот она, карма?

Ничего не поделаешь. Раз уж сами полезли в драку, придётся принять вызов. Всё равно рано или поздно пришлось бы их выбить.

— Ну давайте, любители толпой на одного.

Школа Либери по Хан Юджину, первая глава: стойка провокации.

Перевод выполнен командой «Дом Некроманта»

Телеграм (новости, анонсы, эксклюзивы): https://t.me/domnekromanta

Читать раньше всех на бусти: https://boosty.to/domnekromanta