— Господин. Руку поднимите.

Холодный голос Эстель скользнул по ушам.

Я поднял руку, как велели.

Руки в белых перчатках ловко принялись застёгивать пуговицы на рубашке.

*Щёлк, щёлк.*

Плавные, отточенные движения.

Сколько я ни трепыхался, а раз дело дошло до этого — причина была.

«Хлоя».

Стоило вспомнить имя сестры, как из меня сам собой вырвался вздох.

В этом мире есть несколько по-настоящему страшных существ.

Первое имя, что приходит на ум, — наследный принц.

Следом — злодейка, дочь одного из герцогских домов, и гильдия убийц.

А после них — сестра, Хлоя.

Наследный принц — в нём семя тирана, и он сильнейший безумец империи, так что тут страх понятен. А если спросите, почему в этом списке сестра, —

«Хлоя метит на место главы рода».

Способная, расчётливая, холодная.

Читатели даже считали, что статиста Иана Аша до срыва довела не кто иная, как Хлоя, так что для меня она — угроза вполне конкретная.

«Разумеется».

Я собираюсь её использовать.

Ещё бы — с её-то способностями.

Уступи ей место главы — и она поднимет род на вершину!

Так что ради собственного спокойного будущего с Хлоей лучше держать хорошие отношения.

«Почему она разозлилась на этот раз — в общих чертах понимаю».

В прошлый раз, когда я срочно гасил проценты, мы кое о чём условились.

Не спрашивать о происхождении этих денег.

Не лезть ко мне.

Материалы я возьму в долг, так что не ворчать.

«…Долгов я всё-таки наделал».

Пока рисовал додзинси про горничных, спустил в долг примерно вчетверо больше обещанной суммы.

Конечно, выход есть.

Деньги скоро придут.

«Схожу на приём — и всё».

А насчёт поступления в Академию — можно ещё раз поторговаться с Хлоей.

Вернусь домой, загляну в торговую лавку, заберу деньги, тихо отнесу Хлое — и вопрос закрыт.

Проще простого.

— Голову чуть вперёд наклоните.

Спокойный голос Эстель прервал мои мысли.

Я машинально подался головой вперёд.

Её пальцы ловко поправили узел галстука.

Делает она всё и правда отлично.

Ни разу не видел, чтобы Эстель хоть с чем-то не справилась.

Уборка, готовка, счета, даже умение пустить в ход серебряный поднос вместо оружия.

Вот что значит горничная на все руки.

Я рассеянно опустил взгляд на неё перед собой.

И наши взгляды встретились.

— ……

Неловкое молчание длилось недолго.

Эстель тут же, поспешно, отвела взгляд.

И, словно ничего не было, невозмутимо оправила полы сюртука.

«Хм?»

На Эстель не похоже.

Обычно её взгляд — либо презрение, либо холодность, но только что в нём мелькнуло что-то странное, ни на то, ни на другое не похожее.

Может, показалось.

— Эстель.

— Да.

— Что-то случилось?

— …Не может быть, чтобы ничего… Нет. Ничего.

Она опустила взгляд и смахнула перчаткой пушинку с моего плеча.

— Поедемте скорее. Если опоздаем, госпожа Хлоя не оставит это так.

Я промолчал и зашагал к выходу.

Приём в честь начала семестра.

До чего жестоки эти два слова — я понял в тот миг, когда вышел из кареты.

Золотистый свет люстр заливал фасад главного корпуса Академии. Разодетые в парадное дворянские отпрыски входили по двое, по трое.

Всякий раз, когда подолы платьев скребли по полу, раздавался шорох.

Воздух был пропитан запахом дворянских духов.

На этом приёме в оригинале «Золотых цепей» впервые на людях вместе появляются наследный принц и святая.

Говоря иначе, именно после этого приёма начинает разворачиваться основная история.

И мне, Экстре, здесь не место.

— Ни с кем не связываться.

Вот цель на сегодня.

Оставив Эстель в холле, я неторопливо вошёл в зал.

…И стоило войти, как в меня украдкой начали впиваться недобрые взгляды.

— Вон тот, это же Иан из виконтского рода Аш?

— А, точно. Тот, что натворил дел и взял академический отпуск.

— Вернулся? Говорят, род совсем разорился.

— Тш-ш, тише. Услышит.

Да. Я прекрасно слышу.

Особенно ты, последний, — точно самый мерзкий.

Делать вид, что заботишься, на расстоянии, где и дураку слышно, — разве это не издевательство?

«Хм, теперь понятно, какого мнения об Иане Аше этот народ».

Полный изгой и отверженный.

— Даже лучше.

Я тихо усмехнулся про себя.

Сиди тихо, как мышь, — и никто тобой не заинтересуется.

Идеально же.

Но есть вопрос поважнее.

— …Этот запах, неужели мясо?

Я пошёл на запах и увидел гору наваленного мяса.

Ах.

Сколько же я уже сижу на навязанной виконтами Аш оздоровительной диете…!

При виде мяса я решил, что не зря пришёл.

Ум-ням, ум-ням.

— Ой, видно, дома голодает.

— Денег-то нет, вот и неудивительно.

— У-у. Как неблагородно.

Ага. Болтайте сколько влезет.

Разве вам, буржуям, понять боль простого люда!

Простой люд хочет быть сытой свиньёй, а не голодным философом!

«Свинья — лучше всех!»

И вот, когда я учинял бойню свинине и говядине на приёме, из глубины зала донёсся гул.

Запихивая в рот мясо, я покосился туда.

«А».

Толпа медленно стекалась ко входу.

Видимо, появляются главные герои.

Увидев это, я тут же поднялся с места.

Окажешься с главными героями в одном помещении — и так или иначе вляпаешься.

А торчать в углу и глазеть тоже не тянет.

— Может, пересяду.

В углу зала меня поджидала терраса.

— Выйти бы подышать воздухом — в самый раз.

Поэтому я тут же свернул в другую сторону.

Почему не иду на террасу?

Там же прохладно, и успокоиться можно?

Не смешите.

Это стопроцентная ловушка.

Судя по моей базе знаний о ромфанте (невеликой), стоит туда выйти — и явятся главная героиня с главным героем и устроят любовную разборку.

Я начну утешать одного из них — и вот уже заброшен любовный крючок.

— Кха-а, вовремя увернулся, вовремя.

Восхищаясь собственным манёвром уклонения от основной истории, я шёл вдоль одной из стен зала и в конце коридора, чуть свернувшего вглубь, приметил дверь.

Приоткрыл — там оказалась маленькая комната отдыха.

Пара диванов, низкий столик, у окна чинно расставленные цветочные горшки.

Людей внутри не было.

— Отлично.

Я закрыл дверь, подошёл к дивану у окна и, обогнув его,

*Плюх.*

Просто рухнул ничком.

Матрас был мягкий, лежать удобно.

— Здесь и дотяну до конца приёма.

Будь тут Эстель — перепугалась бы, ну и пусть.

Эстель ведь не дворянка, в зал её не пустят, и ворчать она не сможет, верно?

Пока я так по-дурацки хихикал, из зала донёслась едва слышная музыка.

«Хорошо».

Я слегка прикрыл глаза.

Надо будет придумать композицию для следующей эротической манги.

Может, взять тему друзей детства…

*Щёлк!*

Тут дверь открылась.

Я машинально распластался за диваном.

Прикрылся подушкой, затаил дыхание.

Вошли, похоже, двое.

— Серьёзно? Тот автор, «Экстра», что ли?

Незнакомый мужской голос.

— А, чёрт, обязательно надо посмотреть. Горничная — просто пиздец, до чего хороша. Как глянул — сразу захотелось свою служанку раздеть.

— Вот же ёбнутый.

Уши встали торчком.

Это они сейчас про мою мангу?

Только вышла — а уже читают?

Я чуть-чуть приподнял голову из-за дивана, прячась, и осторожно глянул.

Двое.

Оба на вид — дворянские отпрыски, мои ровесники.

Один сразу бросился в глаза.

Светлые золотистые волосы. Живой взгляд. Плечи широкие, сложения могучего — весь будто светился.

«Этот».

Память кольнуло.

Сын южного адмирала.

Персонаж, чьё имя в оригинале «Золотых цепей» упоминается пару раз.

Золотое солнце — второй главный герой, что нагнетает напряжение между святой Ариной и наследным принцем.

Своим видом он заявлял, что соблазнит любую женщину на свете, — обаятельный злодей, от которого читатели изнывали в приятном томлении.

И этот бабник читал мою мангу?

Ощущение, будто тебя признал эксперт. Неплохо.

< Эротическая манга, одобренная золотым солнцем >

Можно и в рекламу пустить.

…Но погоди.

Что-то тут не так.

С такой внешностью, что затмила бы всех в империи и приковала взгляды дворянских девиц,

— Эй, а с женщинами правда так приятно?

— А? А… ага. Зачем такое спрашиваешь, конечно приятно.

— А ты тоже можешь довести женщину, как на тех картинках?

— А? Ха… эй ты, сволочь. Ещё бы. Они и шевельнуться не смогут.

Сбежали с приёма, забились в тихую комнату отдыха и с упоением треплются об эротической манге.

«Девственники, что ли?»

Они обливались потом, всячески изображая опытность, — и это убеждало ещё сильнее.

Золотое солнце, южный адмирал, девственник.

Шок.

«А, точно — этот мир был насквозь добродетельный ромфант».

Может, я слишком мыслил в духе эротических манг?

Пока я так приходил в себя от потрясения,

*Щёлк.*

— Кто это без стука дверь…

Голоса обоих оборвались.

«Что такое?»

Я очень медленно поднял взгляд над диваном.

Дверь комнаты отдыха была открыта.

А тот, кто стоял в проёме, — красавец, будто сошедший с картины: волосы, словно вышитые по нити золотом, глубоко сияющие красные глаза……

— Ой-ой. Ваше высочество наследный принц Леонхард Бель, что вас привело в столь убогое место?

Глядя, как золотое солнце ехидничает, я мог только повторять про себя:

«Пиздец».

Я мгновенно скрылся полностью за спинкой дивана.

Что ты здесь делаешь?

— Я всего лишь хотел подышать свежим воздухом.

Голос наследного принца был медленным и низким.

И в нём явственно читался безмолвный нажим: убирайтесь отсюда.

«Какого чёрта ненормальный припёрся дышать воздухом в комнату отдыха».

— Ваше высочество изволит дышать воздухом в комнате отдыха? Или желаете подышать юбками?

Молодец, золотое солнце!

Сегодня я на твоей стороне.

Я в тебя верил, девственник-золотое солнце!

Я отчаянно болел за него из-за дивана.

— Есть недовольство?

— Что вы, отнюдь. Тогда отдыхайте спокойно.

И с этими словами присутствовавшие потянулись на выход.

Что такое.

Этот тип так себя ведёт и всё равно зовётся золотым солнцем?

«Потому и девственник».

Бесхребетный ублюдок!

Да.

Раз уж так вышло — продержусь, пока наследный принц не уйдёт.

Но не успел я так решиться, скри-ип — дверь отворилась снова.

К этому моменту я уже махнул рукой. Судя по мягкому шелесту, с каким волочился подол платья, — вне всяких сомнений, знатная дворянская девица.

— Ваше высочество.

Женский голос, как и ожидалось.

Уходить поздно.

«Буду просто сидеть. Тихо — и всё. Меня здесь нет. Я воздух, я воздух».

— В чём дело, герцогская дочь?

Герцогская дочь?

Дочь герцогского рода.

В этом мире три герцогских рода, значит, одна из тех трёх.

И одна из них — сущая злодейка.

Так называемый типаж злодейки.

«Только бы не она».

Пока я так молился, их разговор незаметно зашёл дальше.

— Ваше высочество. Я тоже знаю. Что ваш брак со святой — брак по расчёту.

И разговор вдруг свернул на главную сюжетную линию ромфанта.

— Она вас не любит. Она рядом лишь потому, что ей нужна ваша сила. Но я — не такая. Я хочу вас самого.

— И что?

Наследный принц отреагировал безучастно.

— Бросьте святую и женитесь на мне.

Начался тот самый разговор, подслушав который, можно и жизни лишиться.

А, да почему!