Глава 173: Ответ (4)
Единственная выжившая из Двенадцати Небес.
Варуна направилась прямиком в штаб-квартиру «Ока Истины», где должна была находиться Ла•Па.
Хотя её раны были тяжёлыми, она рассчитывала, что Ла•Па к этому времени уже вернулась.
И действительно, Ла•Па была там.
Однако…
— Если честно, я думала, что Мать сразу же сбежит.
— Ты слишком хорошо меня знаешь. Но не в этот раз. Я ведь внесла свою лепту, понимаешь?
Ла•Па, которая, как ожидалось, должна была давно сбежать, выглядела куда более потрёпанной, чем предполагалось.
Казалось, она терпела до самого предела, прежде чем спастись бегством. Было странно, что она довела себя до такого состояния за столь короткое время.
— Даже спасаясь бегством, нужно думать о том, что будет дальше.
Именно поэтому Ла•Па выдержала атаку Бельфегор.
Она могла бы уклониться, но намеренно приняла удар на себя, чтобы оценить его силу.
Она знала о божественной власти, но не ведала о собственной силе Бельфегор. Пока она не понимала, насколько та может быть опасна, ей необходимо было это выяснить.
— Сражаться предстоит не мне, а аскету Капиллы. Учитывая, что ему придётся столкнуться с этой девчонкой, мне нужно было немного поднапрячься.
И она выдержала.
Она заблокировала подавляющую мощь Бельфегор так непринуждённо, словно это был пустяк.
Внутри у неё всё перевернулось, и ей хотелось немедленно выплюнуть кровь, но она сохранила натянутую улыбку и насмешливо фыркнула.
Всё ради того, чтобы заставить Бельфегор поверить, будто её собственные способности ничтожны, и вынудить её положиться на божественную силу.
В результате Бельфегор начала вовсю использовать божественную силу.
Отложив в сторону свою способность разрушать пространство, она применила божественную власть, искажающую само пространство.
Ла•Па, вытерпев всё до предела, сбежала, едва заметив нестабильное состояние Бельфегор, тем самым заставив её поверить, что её угрозы подействовали.
«Ну, они подействовали не совсем впустую».
Она могла бы продержаться и дольше, но выбрала этот метод ради большей безопасности.
А именно — чтобы увеличить нагрузку на Люга.
«И всё же я приняла минимальные меры предосторожности, так что он должен справиться».
Она — злой бог.
А злые боги обманывают людей и становятся сильнее благодаря их отчаянию.
Поэтому направить сознание Бельфегор в нужное русло оказалось несложно.
Заставить её использовать божественную силу.
Нет…
«Заставить её использовать только божественную силу».
Она усугубила эту зависимость, сведя направленную на Люга угрозу лишь к одному типу силы.
В процессе ей пришлось намеренно подставиться под удары и притвориться, будто ей совсем не больно…
— Что ж, дальше они сами разберутся. Свою роль я сыграла.
Теперь оставался лишь выбор Люга.
«И какой же выбор ты сделаешь?»
Ла•Па ухмыльнулась в одиночестве, размышляя о смутно предвиденном ею выборе Люга.
Как только всё это закончится, никто не сможет её остановить.
Изначально он создавал сосуды с помощью пяти желаний и семи чувств, пожирая то, что другие не могли переварить, чтобы стать сильнее.
Он копил силы подобным образом, предвидя день, когда ему придётся столкнуться с Бельфегор. Он считал это необходимым минимумом.
Но он понял, что ему незачем тратить время на столь изнурительный путь, когда возникла непредвиденная ситуация.
Лилит когда-то пришла вместе с группой героя, чтобы помочь Люгу сбежать.
Когда всё пошло наперекосяк и появилась Бельфегор, собиравшаяся одним ударом похоронить группу героя, Люг поглотил эту силу и сделал её своей.
То, что он мог собрать, было не просто пятью желаниям и семьём чувствами для создания сосудов или переполнявшей его кармой, которую невозможно было удержать. Он также мог вернуть свою собственную силу.
«Ла•Па определённо отлично справилась со своим делом, как и планировалось».
Он не знал наверняка, какова была изначальная сила Бельфегор, но в данный момент она использовала лишь силу, узурпированную у божества.
Она полагалась на эту власть.
«Состояние Короля Демонов критическое. Поэтому сила, которую она забрала у меня, утекает, словно карма, с которой она не может совладать».
Прямо сейчас Бельфегор походила на магнит, облепленный железными опилками.
Она явно узурпировала его силу, но он мог притянуть её обратно, приложив лишь малую толику усилий.
Разумеется, за это приходилось платить свою цену.
— Кх…
Сам процесс притягивания железных опилок.
В отличие от того, что хранилось внутри сосуда, нахождение под внешним воздействием неизбежно влекло за собой трудности при передаче.
Проще говоря, это было похоже на то, как если бы железные опилки вонзались прямо в руки.
Но в отличие от сравнения, Люгу приходилось притягивать не опилки, а пламя.
Люг непрерывно подвергался воздействию синего пламени.
Его кожа обугливалась от жара, а куски плоти вырывало силой, искажающей пространство.
— Ты…
Потому что не было другого пути? Нет, это казалось странным.
Пусть Люг и воспользовался возможностью вернуть силу Бельфегор, даже после того, как его замысел раскрылся, он всё ещё не применял эту силу.
— Ха…!
И тут Бельфегор всё поняла. Всё это было спланировано заранее.
Даже постепенное похищение её силы. Даже то, что последовало за этим.
Люг на самом деле ни разу не атаковал Бельфегор.
Он лишь забирал у неё силу, не предпринимая больше ничего.
Даже если поначалу это делалось ради того, чтобы кражу силы не заметили, продолжение того же поведения после разоблачения означало лишь одно…
— Ты всё ещё жалел меня.
Это означало, что он с самого начала не собирался враждовать с Бельфегор.
Бельфегор несколько раз сжала и разжала кулак, проверяя состояние своего тела. Оно казалось лёгким. Раньше она всегда ощущала, будто на неё давит тяжкий груз, но теперь впервые почувствовала облегчение.
Однако это вряд ли можно было назвать хорошим знаком.
Дискомфорт, который она испытывала ранее, был отдачей от подавления колоссальной мощи.
Его исчезновение означало, что сама эта сила была отнята.
То, чего она боялась всё это время.
Погибнуть из-за того, что она не сможет совладать с собственной силой. Божество перед ней решало эту проблему.
— До каких пор ты намерен смотреть на меня свысока? Ты всё ещё мнишь себя всемогущим богом?
Как ты смеешь.
— Я так не думаю.
— Хватит нести чушь.
*Бах!*
Бельфегор взмахнула кулаком, и хлынувшая чёрная энергия поглотила место, где стоял Люг.
Это была не узурпированная божественная сила, а её собственная способность разрушать пространство.
Внушение, которое насадила Ла•Па, рассеялось, и её разум прояснился.
И хотя отчасти это произошло благодаря выходу из опасного положения, главной причиной стало откровенное отношение Люга.
— Спасти меня? И что потом? Собирался подчинить меня и читать нотации?
— …
Атака Бельфегор была не более чем выплеском гнева. Но даже от этого Люг рухнул, оказавшись в критическом состоянии.
Последствия использования собственной силы Бельфегор, а не божественной.
Всё было настолько просто.
Она потратила столько времени, не замечая этого очевидного факта.
Имея дело с глупым божеством, которое смело заявлять, что спасёт её.
— Тц.
Она считала его своим заклятым врагом.
Видя, как он держится, несмотря на колоссальную мощь, которую она обрушивала на него долгое время, она думала: «Божество всё-таки остаётся божеством».
Но что это было на самом деле?
Высокомерный глупец, не осознающий реальности.
— … Я не собираюсь читать тебе нотации.
— …
Но Люг поднялся.
Несмотря на то, что он принял прямой удар её собственной силы, а не божественной, которую она использовала до сих пор. Несмотря на то, что он явно получил сокрушительный урон, харкал кровью и находился на грани смерти.
— Что ты…
Это отличалось от высокомерия.
Способность подниматься до самого конца в таком состоянии не имела ничего общего с гордыней.
От этого осознания её бросило в дрожь.
Она совершенно не могла постичь намерений божества.
— Зачем ты встаёшь? Я больше не собираюсь подыгрывать твоим уловкам, и у тебя нет ни единого шанса на победу. Ах, да. Есть один способ. Божественная сила, которую ты вернул. С её помощью ты ведь мог бы исцелить свои раны, не так ли?
Способность преодолевать пространственные ограничения.
Так это выражалось на словах, но на деле эта сила обладала куда большей универсальностью.
Просто используя эту силу, Бельфегор могла накладывать пространства друг на друга и разрывать противников в клочья.
От такой силы невозможно даже защититься, если только сам не обладаешь силой того же бога. Одно это уже было невообразимым могуществом, но…
Как истинный владелец этой власти, божество могло черпать даже те силы мира, о которых Бельфегор толком и не знала.
Ведь он прошёл через все шесть миров.
Он мог преобразовывать эту колоссальную мощь, чтобы призывать силу ада или, наоборот, силу небес.
Преодоление пространственных ограничений.
Преобразование силы. Использование самого мира в качестве оружия.
В этом смысле исцеление ран было бы сущим пустяком.
Высшая обитель небес. Боги, обитающие там, от природы обладают невероятной жизненной силой. Если бы он задействовал мощь того мира, восстановить себя не составило бы труда.
На самом деле, божественная сила — это и есть преобразование небесной мощи посредством божественной власти.
Способность божества заключалась в том, чтобы превращать сам мир в силу.
Да, он мог это сделать.
Точно так же, как спас Лилит в прошлом.
Он мог легко исцелить любые смертельные раны или болезни.
— Но что именно ты пытаешься сделать?
Почему он терпит всё это своим израненным телом?
Было бы понятно, если бы он притворялся, чтобы вернуть свою силу, но зачем продолжать теперь, когда всё раскрылось?
Даже если божество не собиралось мешать ей, а желало лишь исцелить её, это всё равно казалось странным.
При таком раскладе он умрёт раньше, чем спасёт её.
— Ну. Если честно, я и сам не уверен.
— Что?
— Даже зайдя так далеко, я всё ещё не пришёл к окончательному решению.
Он думал, что разговор поможет прийти к какому-то выводу.
Но даже стоя лицом к лицу, он так и не принял решения. И он знал причину.
— Похоже, я ещё не готов.
Он боялся того, что ждёт впереди.
Именно поэтому он не мог действовать опрометчиво и топтался на месте.
Разве он сам не знал? Тот день, когда он пал. Сколько людей пострадало из-за этого.
— Тогда лежи смирно и не рыпайся.
— Я думал так и поступить, но…
Люг рассмеялся, словно в отчаянии.
Он понимал, что его нынешние действия глупы.
Но…
— Когда я вижу человека, который поднимается вопреки любой несправедливости, я чувствую, что не должен бездействовать лишь потому, что не готов.
Герой Эсмеральда никогда не сдавалась, в какое бы отчаяние ни погружалась.
Даже оказавшись в ловушке тьмы, где не было видно ответа, она продолжала делать шаги вперёд.
И Люг восхищался ею за это.
— В конце концов, я ведь бог хотя бы по имени.
Он решил больше не стоять на месте.
Священный меч сломался.
Всё, что осталось выше рукояти — обломок лезвия, уступавший размером даже кинжалу.
Даже если бы она ударила этим Первого, клинок не достал бы до его сердца.
Да и от такой царапины он в любом случае легко бы оправился.
*Стук.*
Эсмеральда упала на колени.
Она лишилась оружия, а её противник остался невредим.
— С самого начала всё было именно так, верно?
Это была битва без единого шанса на победу.
Она отправилась в Царство Демонов, чтобы одолеть Короля Демонов, но на деле не смогла победить даже Первого. Нет, даже Второго.
— Я знала, что так и будет. Разница в силе была слишком велика, я думала, что её никогда не преодолеть.
Да, она знала. Она проделала весь этот путь, прекрасно понимая, что никогда не победит.
Подобно священному мечу перед её глазами, она сама уже давно была сломлена.
Да, она уже была сломлена, и всё же дошла до этого места.
И всё потому…
— Но разница в силе решает далеко не всё!
Стоявшая на коленях Эсмеральда вновь поднялась на ноги.
Её тело, наполовину погруженное в лужу крови, снова поднялось.
С обломком сломанного священного меча в руке, противоположной той, что держала рукоять.
Она нанесла удар, не обращая внимания на то, что из ладони, сжимающей лезвие, струится кровь.
— Видишь.
Эсмеральда улыбнулась, хотя её рука, сжимающая лезвие, дрожала.
— В этот раз я ведь ранила тебя, правда?
Первый, решив, что всё кончено, опоздал с превращением в туман.
Он пропустил удар Эсмеральды, которую до этого презирал, и пролил кровь.
Но это всё ещё была лишь царапина.
Однако…
— И если у меня получилось один раз, получится и второй.
Боевой дух Эсмеральды вспыхнул ярче, чем когда-либо прежде.
Переводил: Afmos
Редактировал: Afmos