06:34 23.10.988

25.

— Это всё… — Гигус закончил тихий пересказ своего разговора с Бездной и тяжело опустил голову.

В воздухе повисла звенящая, напряженная тишина.

— Это… У меня даже слов нет, если честно, — Эстаросса глубоко вздохнул, потирая переносицу.

— А не могло ли это быть банальной галлюцинацией? Ну, или ментальной иллюзией, которую на тебя навесил Иван перед отступлением? — нахмурившись, предположил Кус.

— Нет. Думаю, парень говорит чистую правду, — Светлана покачала головой, не отрываясь от экрана смартфона, где светился свежий отчет от Роберта и Воягера. — Они только что закончили быстрый обход окрестностей. Мы действительно попали даже не в свой век. Вокруг — массивные каменные замковые стены, деревни из жалких бревенчатых лачуг и полуземлянок. На людях вместо нормальной одежды — какие-то грязно-серые обноски, больше похожие на половые тряпки. А общаются они на совершенно диком, непонятном наречии. Хранители старались не попадаться на глаза, но пару раз пересекались с местными — те смотрели на них с искренним, диким недоумением и страхом.

— Самое важное из всего этого — правило Бездны: нам нельзя использовать магию, — хмуро напомнил Арсений.

— Ты не совсем прав, — поправил его Внас. — Гигус сказал, что запрещено колдовать "на глазах" у жителей этой эры. Это принципиальная разница. Значит, пока нас никто не видит, мы можем спокойно задействовать заклинания. Вот только мне до чёртиков интересно, что произойдет, если кто-то из местных всё же засёчет всплеск маны. У меня есть две гипотезы: либо чары просто сбросятся и перестанут работать в присутствии свидетеля, либо система Бездны мгновенно применит к нам какое-то карательное наказание. Если верна вторая версия, нужно срочно выяснить детали. Например: если свидетелем станет местный житель, но он умрет через секунду после того, как увидит магию… ударит ли кара по самому магу?

— Убивать ни в чем не повинных людей ради проверки — так себе идея. Хотя для крайнего случая запомнить стоит, — кивнул Марк. — Но всё же, Внас, ставить эксперименты с прямым колдовством перед аборигенами слишком опасно. А если от этого наказания у мага просто голова на куски разлетится? Мы не имеем права так рисковать.

— Слушайте, но ведь главное — чтобы они не знали о магии, верно? — Светлана всплеснула руками, осененная мыслью. — Заклинания Роберта способны стирать из памяти живого существа последние события. Теоретически, если человек увидит наше колдовство, а Роберт мгновенно затрет ему воспоминания… факта разглашения магии в его разуме просто не останется! Разве не так?

— Идея стоит проверки. Без магии в этом суровом Средневековье нам придется невероятно туго, — подытожил Внас. — Предлагаю отправить небольшую группу из четырех человек, чтобы они аккуратно проверили эту теорию на практике. Возьмите с собой Гигуса. Его способность отматывать время назад может стать нашей главной страховкой в этом опыте.

Внас обернулся к толпе испуганных учеников, их родственников и гражданского персонала Ноктграна, которых успели эвакуировать перед взрывом:

— А я пойду попытаюсь успокоить людей и ввести их в курс дела. Марк, Светлана, пока функционируют наши автономные генераторы, свет и базовая техника у нас есть. Но мы понятия не имеем, сколько времени проторчим в этой эпохе и сможем ли вообще вернуться домой. Надеюсь, вы сумеете переоборудовать энергосеть?

— Без проблем, — ухмыльнулся Марк, переглянувшись с коллегой. — Немного модифицируем контуры, чтобы генераторы хавали чистую ману вместо топлива. За пару часов управимся.

— Отлично, рассчитываю на вас, — Внас кивнул и направился к толпе растерянных людей.

Марк и Светлана торопливо шагнули к ратуше, а Роберт, Воягер, Гигус и Вендиго, тихими голосами переговариваясь на ходу, побрели к опушке леса, чтобы найти одинокого путника и проверить жестокие законы нового мира.

В то же время глубоко под землей, в древней, покрытой вековым мхом каменной зале, зашуршала тьма.

— Значит… проснулись только семеро? — раздался сухой, трескучий голос из глубины мраморного зала.

— Да. Именно так, мой господин, — раздался в ответ бархатный, мурлыкающий женский голосок.

— Понятно… Но скажи мне, почему ты совершенно голая?

— Хм-м? — женщина капризно потянулась. — Мне так просто больше нравится. У вас какие-то претензии к моему телу, Денис?

— Мне абсолютно всё равно, — прохрипел мужчина. — Собери остальных. Нам нужно срочно обсудить информацию от Аскина.

— Бегу-бегу, мой строгий лидер!

Женщина, выглядевшая лет на тридцать, действительно с детской прытью побежала вприпрыжку по тёмному коридору к покоям, где приходили в себя остальные сородичи. На непросвещенный взгляд она обладала телом богини неземной красоты: идеальные изгибы, фарфоровая кожа, роскошные формы. Но если бы на нее взглянул человек, обладающий хотя бы каплей маны, его бы тут же вывернуло наизнанку от мерзости.

Вся ее "божественная" красота была лишь гнилой, иллюзорной маской. С каждым ее шагом из сквозных дыр в ее настоящем, разлагающемся теле вываливались жирные слепые черви, а лицо представляло собой месиво из оголённых костей и гноящихся язв, в котором с трудом угадывались черты губ или глаз.

— Значит, обещанное время всё-таки настало… — с тяжелым вздохом пробормотал Денис.

Это был мужчина средних лет с огромным рваным шрамом, перечеркивавшим правое глазное яблоко и уходившим по шее глубоко под одежду, к самой грудине. В его уцелевшем карем глазу вспыхнула и погасла слепая, холодная ярость:

— Пора забрать то, что принадлежит нам по праву рождения.

Спустя полчаса все проснувшиеся первородные вампиры восседали за массивным дубовым столом, как в далекие, давно сгоревшие в огне эпохи.

— Сомневаюсь, что наше одновременное пробуждение — это случайность, — подала голос Каролина, накручивая на длинный ноготь локон темных волос.

— Да уж, пожалуй, ты права, — прочавкал Адриан.

Этот грузный, с заплывшими жиром глазами вампир прямо во время беседы с хрустом грыз обрубок человеческой головы, с наслаждением слизывая густую загустевшую кровь с подбородка.

— Адриан, черт тебя дери, это невероятно невоспитанно — жрать, когда мы собираемся на совет! — рябчиком взвился высокий, иссушенный до состояния скелета Богдан, ударив костлявым кулаком по столешнице. — К тому же мог бы и поделиться! У меня от вида твоей закуски слюни текут!

— Богдан, заткнись, а? Тебе не надоело орать? — промямлил — бледный парень с синяками под глазами, который даже не удостоил собеседников взглядом. — Это всё равно не имеет никакого смысла. Мы все скоро сдохнем. Смысл проявлять манеры?

— Заткнитесь все. И не смейте тратить мое время, — отрезал Денис.

В его единственном глазу вспыхнуло алое, давящее пламя Древней Магии. Атмосфера в зале мгновенно стала настолько плотной, что воздух показался присутствующим свинцовым. Все вампиры тут же притихли.

— С того момента, как наша родная планета была обращена в пепел, прошли тысячелетия, — холодным, чеканящим тоном произнес Денис. — Но мы проснулись только сейчас. И проснулась лишь малая часть из тех, кто был отправлен на этот ковчег. Да, наши предки бежали, как побитые псы, но они оставили нам священный долг: захватить этот примитивный мир и возродить наш угасший род. Аскин, покровительствовавший нашей расе, снова протянул нам руку. Но вам не кажутся его условия слишком… специфическими?

— Условия странные, не спорю, — София с тихим щелчком постукивала длинными, похожими на кинжалы ногтями по запястью. — Но даже так… я хочу разорвать этот мир на части. Все ресурсы, все эти стада скота будут принадлежать нам. Только нам, — она жутко, хищно ухмыльнулась.

— София, ты говоришь так, будто у этих вшивых людей есть хоть единый шанс против нас, — подался вперед Вадим — статный вампир с осанкой аристократа. — Или ты думаешь, моя гордость позволит мне стерпеть поражение от двуногих животных?

— Вадим, прибереги свой пафос для боя, — остановил его Денис. — Я хочу, чтобы мы четко распределили сферы влияния. Мы должны действовать максимально эффективно и быстро.

— Человечество в этом веке только начинает играться в настоящую государственность и политику, — почесал подбородок Адриан, вытирая окровавленные губы рукавом. — Нет пути проще, чем вклиниться в их правящие верхушки. Мы легко смешаем их королей и князей с грязью, заберём их троны и заставим смертных самих приносить нам своих детей на убой. А женщин просто закроем в инкубаторах, где начнем создавать наше потомство.

Вадим достал из внутреннего кармана несколько пергаментных листов и небрежно бросил их на стол:

— Ха! И вот этих жалких оборванцев Бездна забросила сюда, чтобы они составили нам конкуренцию? Смешно. Как же сильно эта тварь нас недооценивает.

— Ты всерьез думаешь, что сущность уровня Бездны способна совершать ошибки? — Каролина склонилась над листами, внимательно рассматривая портреты и характеристики магов Ноктграна. Ее взгляд зацепился за одно из лиц, и она томно вздохнула: — У-у-у, а вот этот брюнет… весьма симпатичный. Чур, я сделаю его своим ручным песиком, — она ласково накрыла ладонью изображение Внаса.

— Для начала реализуем план Адриана, — Денис строго посмотрел на вампира. — Ты лучше всех ориентируешься в их геополитике. У тебя ровно сутки, чтобы составить подробный план: кто из нас под каким видом проникает в конкретные королевства. А до тех пор — делайте что хотите. Но запомните… — Денис окинул присутствующих взглядом, от которого у древних монстров по спинам пробежал ледяной оледеняющий холод. — Если хоть одна сука из-за своей глупости, похоти или гордыни сорвет эту миссию… я лично устрою вам персональный, вечный ад. И вы знаете, что мои слова будут исполнены.

Вампиры едва заметно сжались. Они знали: Денис не бросает слов на ветер.

— На этом всё. Свободны, — махнул рукой лидер и в следующее мгновение просто растворился в клубах черной, зловещей тени.

— Ой, ну и злюка же он, — кокетливо хмыкнула Каролина, — Эй, Софья! Пошли прогуляемся по ближайшей деревеньке? Может, найдем парочку сочных мальчиков?

— Отвали от меня, Каролина, — с нескрываемым отвращением выплюнула София, поднимаясь со стула. — У тебя на уме только одно: трахнуть кого-то, а потом сожрать его кишки. Мне это мерзко.

— Пфе, какие мы гордые… — печально вздохнула Каролина, когда девушка вышла. — И почему вы все со мной такие жестокие?

— А чего ты ждала после того случая, когда ты изнасиловала того бедолагу-пленника, а в разгаре процесса откусила ему достоинство? — расхохотался Вадим.

— Ой, да ладно тебе! Еда после хорошего соития в разы вкуснее и сочнее! — Каролина сладко потянулась, изгибаясь в талии. — Ну и ладно. Пойду развлекусь одна.

Хихикая, вампирша легкой отмеряющей походкой скрылась за тяжелыми дверями.

— Вон там, у опушки. Мужик какой-то один стоит, дрова рубит. Это наш шанс, — шепотом указал пальцем Роберт, сидя в густых кустах.

— Ну, погнали, — Воягер первыми раздвинул ветви и уверенно вышел на поляну. — Добрый день в хату, любезный!

Крестьянин в рваной рубашке резко обернулся, сжал в руках топор и, дико вращая глазами, замахал руками, отступая назад:

— Э-э-э?! Тать?! Лутчштадв тебе надо, ирод?! Отойди!

— Блин, я и забыл, что мы их языка не понимаем, — вздохнул Воягер. — Ладно, плевать. Вы готовы?

Он коротко оглянулся на Гигуса и Роберта. Ученик стоял сам не свой. Парень сжимал кулаки так, что ногти въедались в ладони. Его колотила крупная, мелкая дрожь. В голове снова и снова вспыхивал страшный образ: отрубленная голова Полины, капли крови, застывшие в воздухе, и осознание, что все это произошло из-за его ошибки. "Что, если я снова всё испорчу? Что, если магия сломается и Воягер погибнет прямо сейчас? Из-за меня… опять из-за меня…" — мысленно кричал Гигус, чуя, как к горлу подступает тошнотворный ком паники.

— Ну, была не была! — громко крикнул Воягер и взмахнул рукой.

Он направил легкий магический поток прямо к крестьянину, заставляя лазурные искры закружиться в тихом, безобидном вихре вокруг оборванца.

В тот же микросекундный миг законы Вселенной сработали безжалостно.

Воягер даже не успел вскрикнуть. Его глаза вылезли из орбит, а в следующее мгновение голова хранителя с оглушительным, мокрым хлопком взорвалась, словно перезревшая тыква. Куски плоти, костей и алая кровь веером разлетелись по траве. Обезглавленное тело качнулось и тяжело рухнуло на землю.

Крестьянин застыл в полном шоке, заляпанный чужой кровью.

Роберт махнул рукой, активируя свою магию, человек перед ним замотал головой полностью забыв все, что случилось за последние пять минут, только вот.....

Глухой взрыв, и голова второго хранителя взорвалась также как и его коллеги, и теперь уже двое безголовых мужчин украшали опушку леса.

— Гигус, мгновенно! Действуй! — рявкнул Вендиго.

Сам же парень в два прыжка подскочил к обомлевшему мужику, сбил его с ног, утягивая бессознательное тело глубже в чащу, чтобы убрать свидетеля.

Гигус остался один перед обезглавленными трупами магов.

Мир вокруг него поплыл. Сердце колотилось в ушах, как сумасшедший молот. Парень упал на колени, его руки судорожно заплясали над кровавым обрубком шеи Воягера.

— Я… Я не могу… Я снова… Это опять я… — горло Гигуса перехватило спазмом, на глаза навернулись слезы. Страх сковал его разум цепкими ледяными пальцами. Он не мог сосредоточиться, мана в его жилах бушевала, угрожая сорваться в новый неуправляемый взрыв.

В этот момент на его дрожащее, заледеневшее плечо легла теплая, невероятно надежная ладонь Вендиго.

Парень опустился рядом с ним на колени. В его глазах не было ни капли паники, лишь глубокое, безграничное сочувствие и твердая, несокрушимая вера.

— Гигус… послушай меня, — голос Вендиго звучал мягко, проникая сквозь шум паники прямо в сознание друга. — Посмотри на меня. Ты справишься. Ты слышишь?

— Я… я опять кого-то убью… Я не смогу отмотать… — задыхаясь, пролепетал Гигус.

— Нет! Подумай, почему именно тебя взяли на это задание? — Вендиго чуть сильнее сжал его плечо, отдавая свое тепло. — Потому что они верят в тебя. Внас, Роберт, Воягер… мы все знаем, какая сила скрыта в твоём сердце. Нам всем сейчас страшно, Гигус. Каждому из нас адски больно и тяжело. Но они выбрали доверить свои жизни тебе. Ты ведь не собираешься бросить нас? Ты ведь не сдашься прямо сейчас? Я рядом. Я держу тебя. Сделай это.

Эти слова, произнесенные с такой искренней, чувственной теплотой, сработали как мощнейший разряд. Гигус глубоко, со всхлипом вдохнул. Паника отступила, уступая место звенящей, кристаллической концентрации.

— Да… Ты прав… Я должен хотя бы попробовать!

Гигус выставил дрожащую руку над окровавленным трупом Воягера и Роберта, начал крутить кистью против часовой стрелки. Он медленно, ювелирно по капле вливал ману в мертвые ткани.

От дикого, нечеловеческого напряжения и ювелирной точности из обеих ноздрей Гигуса хлынула густая алая кровь. Капилляры в его глазах лопались, в висках нарастала адская боль, но он не разжимал пальцев. Рука Вендиго на его плече оставалась той самой незыблемой опорой, которая не давала ему сорваться в пропасть отчаяния.

Казалось, прошла целая вечность, хотя в реальности не прошло и двух минут.

Вспышка ядовито-зеленого света — и плоть двух хранителей начала стремительно срастаться, кости черепа собирались из пыли, а кровь впитывалась обратно в жилы.

— Фу-у-ух, блять! — Воягер резко сел на траве, судорожно хватая ртом воздух и ощупывая собственную целую голову. — Я больше в этой жизни умирать не хочу!

Хранитель перевел ошеломленный взгляд на тяжело дышащего, окровавленного паренька и с благодарностью погладил его по взъерошенной макушке:

— Спасибо, дружище… Я перед тобой в вечном долгу. Отлично справился. Именно этого мы от тебя и ждали!

Гигус вытер кровь под носом рукавом и впервые за последние два беспросветных дня искренне, хоть и устало, улыбнулся:

— Да… Спасибо вам… Спасибо, за то, что верите в меня.