Малкор ловко покрутил в пальцах два некрупных жетона, поднятых с мертвых наемников, разглядывая поистершиеся края металла:

«Глянь-ка, Фейд. Нам повезло. Эти пропуски — прямиком из местной гильдии наемников. С такими кусками метала стража на воротах лишних вопросов задавать не станет, да и для мелких чиновников мы будем выглядеть обычными работягами».

Фейд бегло оглядел куски железа с незамысловатой гравировкой Северо-Восточной крепости:

«Думаешь, сработает? Мы не слишком похожи на парней, которые спокойно торгуют или выполняют мелкие поручения. У нас на лицах буквально написано, что мы из высшего сословия».

Малкор лишь хмыкнул и кивнул в сторону крытой повозки, припрятанной неподалеку в кустах и запряженной парой уставших лошадей:

«А для этого у нас есть реквизит. Пошли, проверим, чем разжились эти оборванцы, пока искаженные не пришли на запах крови».

Внутри повозки среди мешков с зерном, соломой и старых сундуков действительно обнаружилась пара комплектов простой гражданской одежды. Поношенные рубахи, свободные штаны и плотные, тяжелые плащи отлично подходили для того, чтобы затеряться в толпе.

Фейд с трудом натянул на себя просторный плащ, пытаясь скрыть за спиной тяжелый черный клеймор, и досадно скривился:

«Эта ткань пахнет сыростью, дешевым элем и какой-то вонью. В ней неудобно двигаться».

Малкор, утягивая кожаный пояс на слишком широких для него штанах и подворачивая длинные рукава, откровенно заржал:

«Зато ты теперь выглядишь как настоящий деревенский мечник, у которого не хватило денег даже на нормальный чехол для своего оружия! Поверь, брат, в таком виде нас скорее примут за нищих бродяг, чем за тех, кто только что вырезал целую банду. Перестань кривиться, к запаху привыкнешь через пять минут».

Фейд качнул головой, но спорить не стал. Переодевшись и аккуратно спрятав клеймор под плащом так, чтобы снаружи торчала лишь обмотанная кожаными ремнями рукоять, они забрались на козлы повозки.

Малкор взял в руки вожжи, слегка встряхнул их, и повозка с тихим скрипом колес покатила по наезженной грунтовой дороге прямиком к монументальным воротам Северо-Восточной крепости Миролюбия.

Чем ближе они подбирались к крепостным стенам, тем сильнее менялся пейзаж вокруг. Буйство цветущих полей и легкий аромат бутонов плавно уступали место суровым каменным укреплениям, выстроенным из темных монолитных блоков. Высокие зубчатые стены казались неприступными, но атмосфера вокруг совсем не напоминала тишину или покой, несмотря на гордое название цитадели.

На подступах к городу царило лихорадочное движение. Крестьяне из пригородных деревень спешно сгоняли скот, купцы торопливо увязывали тюки с товарами, а над массивными надвратными башнями то и дело раздавался сухой, ритмичный гул патрулей. В воздухе буквально витало тревожное ожидание надвигающейся войны. Торговцы неохотно зазывали покупателей, а стражники на въезде выглядели дергаными, злыми и проверяли каждую повозку с особой въедливостью.

Очередь у ворот двигалась медленно. То и дело слышались брань, ругань и звон доспехов — кого-то из приезжих задерживали для допроса, кого-то заставляли вываливать содержимое мешков прямо на пыльную дорогу.

Когда их телега наконец поравнялась с главным пропускным пунктом, путь им перегородили сразу трое стражников в тяжелых кирасах. Старший из них, высокий мужчина с кривым шрамом на щеке, выставил вперед копьё:

«Стой! Документы, цель прибытия в крепость. Живо!»

Малкор мгновенно сменил осанку, напустив на себя глуповатый, уставший и абсолютно безобидный вид. Он неспешно выудил из кармана добытые жетоны и протянул их наемнику:

«Здравия желаем, уважаемый! Везем запасы из дальнего лесного массива, выполняем заказ гильдии на доставку сухих трав и сена для конюшен. Путь был неблизкий, сами понимаете...»

Стражник долго переводил подозрительный взгляд с помятых металлических блях на Малкора, а затем резко шагнул в сторону козлов и уставился на Фейда, который изо всех сил старался выглядеть невозмутимо, хоть и держал руку наготове под полами плаща.

«А этот серебристый что такой смурной?» — стражник ткнул острием копья в сторону Фейда, а затем прищурился, замечая неестественный изгиб ткани на его спине. — «И зачем таскать такую бандуру под плащом? Покажи-ка оружие, парень. Нынче у нас приказ — подозрительных тиков с клинками без разрешения не пропускать».

Второй стражник уже сделал шаг к задней части повозки, намереваясь проткнуть мешки копьем и проверить груз.

Фейд сурово нахмурился. В его глазах на долю секунды вспыхнули хрустальные зеркальные искры. Он уже напряг мышцы, готовый сорваться с места и выхватить клеймор, но Малкор быстренько перехватил инициативу. Легкое, едва заметное розовое свечение на мгновение мелькнуло в его зрачках, тихо подправляя вектор мыслей и внимания стражников:

«Да он у нас немой с самого детства, начальники! К тому же немного диковатый, людей боится. А меч — дедовский, от тварей да разбойников защищаться. Сами ведь знаете, какое сейчас время неспокойное на дорогах, без железа в лес лучше вообще не сунуться...»

Старший стражник вдруг замер на полуслове, слегка моргнул и потряс головой, словно на мгновение потерял ход своих мыслей. Встряхнув головой еще раз, он с недовольством швырнул жетоны обратно в повозку:

«Ладно, проезжайте. Но чтобы без глупостей в городе. Нынче у Лорда Нокса Стормбранда приказы строгие — за любой шум или драку на улице сразу отправляют в подземные катакомбы без суда и следствия».

Второй стражник тоже потерял интерес к мешкам и просто отошел в сторону, уступая дорогу.

Повозка наконец въехала под тяжелый, прохладный каменный свод ворот. Скрип деревянных колес и цоканье копыт гулким эхом отдавались от высоких сводов.

Фейд тихо выдохнул, чуть расслабляя пальцы, сжимавшие рукоять под плащом, и поправил капюшон:

«Чуть не провалились. Ты вовремя среагировал, я уже думал, придется пробиваться с боем».

Малкор тихо хмыкнул, управляя лошадьми и уверенно направляя повозку сквозь узкие улочки крепости:

«Я же говорил, Вектор — крайне полезная штука. Главное — использовать его тонко, чтобы у людей не возникало подозрений, почему они вдруг изменили свое решение».

Они медленно двигались по внутренним кварталам. Улицы Северо-Восточной крепости выглядели мрачно и угрюмо. Высокие каменные дома с узкими решетками вместо окон заслоняли свет двоих солнца, отчего на дорогах царил полумрак. Горожане передвигались перебежками, прижимаясь к стенам и старательно избегая взглядов патрулей. Всюду вполголоса обсуждали тревожные слухи о скоплении войск у границ, о бунтах в соседних землях и возможных масштабных столкновениях. Слухи об объединении Юга и Востока в единый союз уже просачивались сюда, заставляя местных жителей и торговцев паниковать, запасаясь провизией на случай длительной осады.

«И куда мы теперь двигаемся?» — вполоборота спросил Фейд, внимательно разглядывая угрюмые фасады зданий и замечая на некоторых дверях странные символы, выведенные мелом.

«У нас есть подготовленная мини-база, — понизив голос до едва слышного шепота, ответил Малкор. — Я отправил сюда своего шпиона еще несколько недель назад, чтобы он пустил корни и следил за каждым шагом Нокса Стормбранда. Он должен был собрать всю первичную информацию о перемещениях войск и о том, что происходит в цитадели».

Они миновали торговую площадь, где большинство лавок уже закрывалось, и свернули в лабиринт глухих, полузаброшенных переулков на самом краю города. Здесь дома выглядели совсем обветшалыми, крыши просели, а окна многих строений были наглухо заколоты досками. В воздухе пахло гнилью, дымом и застоявшейся водой.

Остановив повозку возле небольшого, сильно накренившегося деревянного строения, глубоко ушедшего фундаментом в землю, они бесшумно спрыгнули на каменную мостовую.

Малкор подошел к старой двери и постучал по темному дереву особым, заранее заготовленным ритмом: три быстрых, четких удара, выдержанная пауза, а затем два тяжелых, глухих стука.

Внутри что-то щелкнуло, заскрипели задвижки, и дверь с тихим, тоскливым скрипом отворилась внутрь. Зайдя в помещение, путники оказались в полутемной, прохладной комнате, пахнущей пылью, воском и старой, истлевшей бумагой.

В самом центре комнаты, за низким дубовым столом, уставленным затухающими свечами и заваленным исчерченными картами крепости, неподвижно восседал человек, полностью облаченный в плотные черные одежды. Его лицо полностью скрывалось в тени глубокого капюшона, и лишь сухой, растрескавшийся голос, похожий на шелест сухой листвы, нарушил установившуюся тишину:

«Наконец-то вы добрались... У нас катастрофически мало времени».

Малкор сделал шаг вперед, скидывая плащ прямо на пыльный стул:

«Карти, давненько не виделись. Сразу к делу: Восток полностью перешел под контроль Северуса Олдгрея. Мы укрепили свои позиции, а союзники с Юга уже заканчивают подготовку. Скоро начнется масштабное наступление на Западные рубежи, так что до развязки остались считанные дни».

Шпион под капюшоном тяжело вздохнул и подвинул к краю стола испещренную пометками карту:

«Здесь тоже всё трещит по швам. Нокс установил жесткую диктатуру: объявил тотальную мобилизацию, взвинтил налоги, экономика на грани краха, а народ уже готов к бунту. Из-за паранойи Стормбранда всех, кого хоть немного подозревают в шпионаже или заговоре, без разбора бросают в глубокие катакомбы под крепостью. Оттуда еще никто не возвращался».

Фейд, до этого молча стоявший у двери, резко поднял взгляд, и в его глазницах блеснули хрустальные осколки:

«Катакомбы? Каковы их размеры и как устроена охрана подземелий?»

Карти склонил голову в сторону юноши:

«Это целая сеть древних туннелей прямо под цитаделью. Охраняют их не обычные солдаты, а личные марионетки Нокса. Проникнуть туда — безумие».

'Катакомбы... Именно там могут скрываться главные тайны этой крепости и ответов на мои вопросы', — пронеслось в голове у Фейда, пока он внимательно запоминал указанные на карте входы в подземелье.