За дорожкой из частиц передо мной оказалась чёрная дверь. Точнее, не окрашенная в чёрный. Просто того, что за ней, не было видно.

…Туда точно можно входить?

После удара ножом от А Сонрана, принудительного теста и обмана с классом сущности я подозревал уже всё подряд.

Но сказать сейчас «давайте завтра» тоже не выйдет. Опустив голову, я шагнул вперёд. И меня втянуло за дверь.

[Добро пожаловать!]

Знакомоватая фраза встретила меня первой. Напомнила систему, которую тогда заклинило.

Опять, как назло, невесомость…

Я немного побарахтался в воздухе без пола и смирился. В Зеркальном мире уже набрал невесомости на всю жизнь, так что особенно не боялся.

– Это Центрабейс «Центракора».
– Запускается протокол регистрации личности нового бойца.

Появился синий экран, зазвучал ясный голос. Похож на Настройщика, но настроение совсем другое. Ни единой эмоции – чистая система. Полная противоположность привычному оживлённому тону.

– Подтверждены радужная оболочка, рисунок сетчатки, отпечатки пальцев, лицо и ритм сердцебиения нового бойца.

Никаких особых ощущений. Как при сканировании на досмотре перед самолётом.

– А быстро.

– Дополнительно подтверждён голосовой образец.

И правда быстро. Центрабейс ещё суетливо собирала какие-то сведения передо мной, когда буквы вдруг задрожали. Поверх прежнего экрана легли новые строки.

– Для регистрации личности требуются дополнительные сведения. Отвечайте на вопросы без лжи.

Второй этап. Сквозь приветливые буквы проступила лёгкая властность. Интонация тоже странно изменилась.

Я кивнул, разрешая спрашивать. После короткой паузы возник вопрос.

– Кто вы?

Не слишком ли отвлечённо? Хоть имя спросили бы, регистрационный номер, в крайнем случае – образование.

Я недоумённо наклонил голову: вопрос свалился без единого конкретного условия. Словно поняв реакцию, экран дрогнул и выдал новую строку.

– Как вас зовут?

– Ким Рюан.

– Назовите дату рождения с указанием эры.

– Тридцатое марта 20xx года нашей эры.

Дальше всё шло гладко. Увлечения, любимая еда, семейное положение… Центрабейс всё глубже вторгалась в личное. Только после десятка вопросов появился довольный улыбающийся смайлик.

– Данные введены.

Голос снова посветлел.

Пи-ри-ри. Пи-ри-ри-ри.

Числа и слова стремительно возникали и исчезали, формируя мои данные. Полоса снизу быстро побежала от одного процента к ста. И наконец…

– Регистрация личности бойца Ким Рюана в Центрабейс завершена.

Надпись появилась с фейерверком. Всплыли световые сгустки: осыпались с букв, как порошок, и соединились передо мной. Свет растягивался и сжимался, словно мучное тесто.

Постепенно он уменьшился и обрёл чёткую форму. Сначала был с кулак, затем сжался до ногтя. Застыл кольцом, подлетел и устроился на левом ухе. Я вздрогнул, но жар быстро спал до приятного тепла.

– …О.

Я поднял руку и нащупал на ушной раковине довольно твёрдый предмет. Палец за что-то зацепился – наверное, украшение.

– Выдача кор-ринга с личными данными бойца Ким Рюана завершена. Желаем успеха!

Вспых!

Всё посветлело. Невесомое тело медленно потянуло вниз – вернулась тяжесть. Когда я встал обеими ногами на пол, стало видно помещение. Самая обычная комната, в отличие от пространства Центрабейс: сплошь белая, около пяти пхён, то есть шестнадцати с половиной квадратных метров.

– Закончили?

Ни звука шагов, а дверь уже открылась. Я кивнул, даже не посмотрев на вошедшего.

– Красивый кор-ринг. Хотите взглянуть в зеркало? Он принимает форму, связанную с владельцем.

Мне и самому было любопытно, и я кивнул. По жесту Настройщика возникла голограмма, словно ручное зеркало, отразившая ухо.

Лепестки?

Два колечка с украшением в виде форзиции. Никакой связи с собой я не придумал и перестал гадать. Маленькая голограмма погасла. Настройщик улыбнулся – спокойно, но подозрительно.

– Тогда перейдём к следующему пункту?

…Что? Есть ещё пункт?

– Наши исследователи, похоже, совсем голову сломали.

Лучше бы сначала объяснил, какое дело исследователям до меня. Вопросов становилось всё больше, а он, как обычно, с загадочной улыбкой протянул руку. Белоснежная перчатка без единой пылинки навязчиво раскрыла пальцы.

– И разве вам не нужно кое-что проверить в четвёртом секторе?

Я широко открыл глаза. Настройщик улыбнулся, словно ждал этого.

– Я заранее внес эту функцию в кор-ринг. Мне вы, наверное, не поверите. Лучше проверить своими глазами, верно?

Наша сделка. Самая глубокая часть четвёртого сектора. Свободный допуск, который разрешён только руководителям исследовательских групп.

– Спасибо. Пригодится.

Отбросив подозрения, я взял его за руку. Мы направлялись туда, что отделено от первого, второго и третьего секторов «Центракора».

В четвёртый сектор, где располагался биологический отдел.

– Старшая.

– О, Кан Сан.

Выйдя из-за стены, Ю Онха радостно махнула. Кан Сан посмотрел за ненадолго открывшуюся преграду, затем опустился на одно колено. Отряхивая песок с низа её брюк, сказал:

– Нечисть пристанет.

– Э-эй. Настройщик услышит.

Онха шикнула и стукнула его по голове. Он, привычный, даже не моргнул и поднялся.

– А где командир А Сольхан? Почему вместо него вы пошли?

Из полиэтиленового пакета Кан Сан достал апельсиновый сок и протянул ей. Она привычно приняла и сунула трубочку в рот.

– Ты что, ещё не слышал? Сейчас полный аврал.

– Аврал? Неужели с командиром что-то случилось?!

– Ох, уши оторвёшь.

Она пожевала попавшую между зубами трубочку. Кан Сан явно растерялся: начал запинаться, проскочил диалект. И правда ничего не знает.

– Командир сейчас в четвёртом секторе. Заместитель тоже, наверное, там.

Почему в Колыбель Настройщика пришлось идти Онхе вместо А Сольхана и А Сонрана? Либо двоих не было в «Центракоре», либо случилось нечто настолько важное, что другими делами заняться они не могли. Сейчас было второе.

– Почему…

– Перед обезвреживанием предвестников Кор был заполнен на 48,7%, верно?

Кан Сан недоумённо посмотрел на неё: спрашивает очевидное. Бойцы «Центракора» почти никогда не путали заполнение Кора, даже доли процента. Некоторые извращенцы донимали исследователей и помнили все шесть знаков после запятой.

Тык. Онха наконец проткнула пакет измочаленной трубочкой и между делом сказала:

– Сейчас сорок девять.

– …Что?

– Всего три предвестника, а прибавилось 0,3%.

У Кан Сана отвисла челюсть. И без того подвижное лицо исказилось ещё выразительнее.

– Не знаю, хорошая это весть или плохая.

– Если смотреть вдаль – хорошая. Если на ближайшее – плохая.

Онха спокойно разложила всё по местам.

– Прикончим ещё несколько Фол, вдруг «дзинь, энергия Кора достигла пятидесяти процентов, появился Хаулер!» – и «Центракор» со всеми нашими домами разнесёт к чертям. Раз плюнуть.

– Зато вернуться домой получится быстрее.

– Вот именно. Потому и говорю: в перспективе хорошо.

Проще говоря, большой риск – большая отдача. Если уверен, что справишься с Хаулером, это хорошая новость. Но если возникнет бедствие выше его класса – погибнут все.

– Значит, все задания пока отменят?

Поразмыслив, Кан Сан сделал вывод.

– Помешанные на цифрах наверняка уже разнесли слух. Исследователи всю ночь вкалывали без передышки. Хотя ночи у нас, конечно, нет.

– Вот почему суета была.

– Суета – мягко сказано, дурень.

Онха поцокала языком. О том, что человек может быть настолько глух к слухам и сплетням, она узнала, глядя на Кан Сана.

– Много чего говорят. И о новичке тоже.

– А? Наш младшенький тут при чём?

– Сам не видишь? Как раз в тот момент, когда он появился…

Оба умолкли, словно сговорились. Одновременно почувствовали впившийся взгляд. Человеческое присутствие – но недоброжелательное. Повернулись туда, откуда смотрели, и ненадолго сжали кулаки.

– Давно не виделись, Кан Сан.

Непринуждённая речь, аккуратная походка. Мужчина с красивым высоким носом и чуть смуглой кожей улыбнулся гладкой улыбкой, прищурив бирюзовые глаза.

– А Онху недавно видел. Что же вы оба делаете у Колыбели Настройщика?

В голосе, более напряжённом, чем обычно, слышались подавленные чувства: видимо, он старался сдерживаться.

– Пришли ради регистрации данных нового бойца первого подразделения, командир Логан.

Логан Рид. Командир второго подразделения тактических сил. Как и А Сольхан, он оставался командиром с самого нуля процентов Кора.

– А, тот новичок? Ха-ха, любопытно. С чьего позволения его приняли в «Центракор»? Что-то не помню…

Он улыбнулся. Кан Сан дёрнулся, но Ю Онха встала между ним и Логаном.

– Так решили командир А Сольхан и Настройщик.

– А, А Сольхан. Да. Значит, воля недоделанного главнокомандующего – марионетки Настройщика.

Логан не толкался, как невоспитанный, не сыпал бранью. Не повышал голос и не делал резких движений. Только стёр улыбку с губ и недовольно нахмурился.

– Как раз размышлял, что у вас с умом, раз считаете совпадением появление отклонений сразу после этого типа… Но ладно, приказ есть приказ.

Ю Онха сжала губы в прямую линию, пряча усталость. Выразить недовольство ни один из них не мог. Не только потому, что Логан был старшим, но и потому, что они знали причину укоренившегося в нём недоверия.

– Тогда поговорю лично. Где сейчас наш главнокомандующий?

От этого вопроса, больше похожего на приказ, Онха и Кан Сан внутренне вскрикнули:

Вот теперь точно конец.