Руки и ноги безвольно свисали вниз, покачиваясь из стороны в сторону.

Ощущая размеренную вибрацию, я постепенно начал приходить в сознание.

— Угх...

Голова кружилась.

Я поморщился и медленно попытался вернуть телу силы, когда услышал голос Мину-хёна.

— О, очнулся?

Размытое зрение понемногу прояснялось.

И вдруг я окончательно пришёл в себя.

— Патруль! А патруль?!

— Мы сейчас как раз патрулируем. Уже почти закончили.

— Что? Как...

Только тогда я поднял голову и осмотрелся.

Второй этаж.

Место, через которое прошло плотское чудовище, было полностью разгромлено.

Бесчисленные товары беспорядочно валялись на полу.

Стеллажи, давно сдвинутые со своих прежних мест, налезали друг на друга и громоздились кучами, перекрывая центральный проход.

И Мину-хён.

Он ловко обходил загромождавшие дорогу стеллажи, неся меня на спине и одновременно патрулируя второй этаж с фонарём в одной руке.

«Он жив. Слава богу.»

При мысли о том, что мои действия всё-таки не оказались напрасными, на губах появилась слабая улыбка.

К тому же сущности, которые до этого грызли мой разум, полностью исчезли.

Сознание стало удивительно ясным.

— Я уже могу идти сам.

— ...Точно?

— Конечно.

Я пожал плечами и слез с его спины.

Каким бы тяжёлым ни было моё состояние, не настолько же, чтобы самостоятельно ходить не суметь.

У человека всё-таки должно оставаться хоть какое-то достоинство.

Тем более с ногами у меня сейчас никаких проблем нет.

В отличие от кое-кого.

Пока мы продолжали патрулирование, я слушал рассказ Мину-хёна и понял, что ему тоже пришлось изрядно понервничать.

— Наверху вдруг стало тихо, и я перестал что-либо слышать. Поэтому поднялся проверить и увидел тебя без сознания в луже крови. Сначала решил, что ты умер, и чуть сам не умер от шока—

Дальнейшее почти полностью совпадало с моими предположениями.

Учитывая особенности «Ит-Марта», оставить человека без сознания одного означало практически убить его собственными руками.

Поэтому, немного подумав, Мину-хён решил, что сначала лучше закончить патрулирование.

И всё это время носил меня на спине по второму этажу.

«Можно было просто разбудить меня.»

Пара хороших пощёчин наверняка быстро привела бы меня в сознание.

Или можно было плеснуть водой в лицо.

— Я так рад, что ты быстро очнулся. Думал, с тобой произошло что-то ужасное. Ты выглядел совсем плохо.

— Ну... Наверное, я чуть не умер. Но в итоге ведь всё нормально закончилось.

Мину-хён молча уставился на меня.

Слишком честно?

Ну, подниматься на четвёртый этаж действительно было довольно серьёзным поступком.

Мне стало неловко.

Я почесал щёку и без всякой цели посветил фонарём в сторону.

— ......

После короткого молчания Мину-хён наконец произнёс:

— Прости.

Говоря это, он выглядел совершенно измотанным.

Шаги стали тяжёлыми.

Ноги даже слегка подрагивали.

...Из-за меня?

Ну да.

Лёгким меня точно не назовёшь.

Наверняка ему тоже пришлось несладко.

Мне стало немного его жалко...

«Но то, что нужно сделать, всё равно нужно сделать.»

Лучше сразу разобраться со всеми обидами.

Даже мелочи стоит закрывать как можно быстрее.

Хрусть.

Я лениво размял пальцы и поманил его рукой.

— Для начала подставь лоб.

...

Закончив патрулирование, мы направились в комнату отдыха.

Проходя мимо Комнаты видеонаблюдения, я нахмурился.

— Угх. Из-под двери столько крови натекло.

— Ага. Уже всю обувь испачкали.

Мину-хён ответил, рассматривая пол.

Я заметил, что его лоб покраснел и слегка опух.

Может, стоило щёлкнуть помягче?

Нет.

Тогда смысл бы пропал.

— Может, заодно здесь уберём?

— Хорошая идея. Возьмём швабру из кладовой уборочного инвентаря в туалете.

Удачно получилось.

Заодно смогу умыться и отмыть руки.

А то всё тело неприятно липло.

Добравшись до мужского туалета, я сразу направился к раковине.

На полную открыл воду и начал смывать засохшую на коже кровь.

С ощущением свежести я плеснул холодной водой в лицо, когда сбоку раздался озадаченный голос.

— Кто...

Мину-хён распахнул дверцу кладовой с уборочным инвентарём и резко отшатнулся.

Я тут же схватил оставленный возле раковины фонарь и подошёл.

— А?

Заглянув внутрь, я удивился не меньше него.

В кладовой сидел человек, свернувшись в комок.

«Почему-то это кажется знакомым.»

Я прикрыл глаза, пытаясь вспомнить.

Она?

Или нет?

— Простите... Вы из группы наблюдения?

Я осторожно задал вопрос.

Женщина, до этого уткнувшая лицо в колени, медленно подняла голову.

— ......

Она не ответила.

Но стоило увидеть её лицо, как всё стало понятно.

Перед нами действительно находилась одна из девушек из группы наблюдения.

Та самая несчастная, которую во время обучения практически насильно отправили работать в Комнату видеонаблюдения.

«Как она здесь оказалась?»

Я был уверен, что она погибла внутри.

Значит, кровь, вытекшая из-под двери, принадлежала другой?

Волосы девушки были полностью растрёпаны.

Губы постоянно шевелились, из-за чего её психическое состояние вызывало серьёзные сомнения.

Но—

она была жива.

Человек.

Не чудовище.

В этом я был уверен.

Потому что примерно понимал, какой предмет она прижимает к себе словно величайшее сокровище.

«Картина с Бодхидхармой.»

Так вот кто украл её из комнаты отдыха.

Неудивительно, что сразу после входа в туалет на плечах будто стало легче.

— Пойдёмте с нами в комнату отдыха—

— А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!

Стоило мне протянуть руку, чтобы помочь ей подняться, как женщина забилась в сильнейших судорогах, едва не пуская пену изо рта.

Затем намертво обхватила картину с Бодхидхармой обеими руками, словно собиралась защищать её до последнего.

...Она сама её украла, а ведёт себя так, будто злодей здесь я.

Немного раздражает.

— Подождите, просто дайте мне—

Я потянул сильнее, пытаясь забрать свиток.

Но женщина отчаянно сопротивлялась и совершенно не собиралась отпускать.

Испугавшись, что в такой борьбе картина порвётся, я убрал руки.

— Нет. Нет, это ни за что. Моё. Без этого она придёт за мной... как за Сурин. Нет, нет. Оставьте меня. Я больше, больше никогда не брошу её. Сурин, прости. Я виновата. Пожалуйста, пощади меня хотя бы в этот раз.

Женщина бормотала, нервно кусая ногти.

Похоже, внутри Комнаты видеонаблюдения ей пришлось пережить нечто очень страшное.

— ...Может, просто отобрать?

Всё это время молча наблюдавший Мину-хён наконец заговорил.

Двое взрослых мужчин против одной женщины.

Если захотеть, мы без труда сможем её удержать...

Но силой отбирать картину всё-таки не хотелось.

Да и девушку было жалко.

— Сначала попробую уговорить.

Постараемся решить всё мирно.

Не получится — тогда другого выбора не останется.

Я подошёл ближе.

Женщина сразу испуганно отпрянула и спрятала картину за спиной.

— Я-я всё равно не отдам, поэтому, пожалуйста, просто уходите. Если станет шумно, женщина в красном заметит. Пожалуйста. Я больше не... не брошу её. Сурин, прости. Я виновата. Пожалуйста, пощади меня хотя бы сейчас.

Слушая бесконечный поток слов женщины, хотя никто её даже не трогал, я почувствовал неприятную горечь.

«Она бросила подругу и сбежала одна.»

И примерно представлял, как её убедить.

Неприятно снова давить на больное место.

Но нормальный разговор сейчас явно не сработает.

Другого выхода нет.

— Хорошо. Хотите — мы прямо сейчас уйдём. Но вы точно справитесь одна?

— ...?

Женщина слегка повернула голову.

Я сохранил совершенно бесстрастное выражение лица.

— Я слышал снаружи. Женщина в красном сказала: «Следующим проверю мужской туалет».

— ...Не может быть.

Женщина ответила холодно, словно мои слова её совершенно не волнуют.

Но тело говорило совсем другое.

Она дрожала.

Зубы громко стучали друг о друга.

И всё же решимость не отдавать картину оставалась непоколебимой.

Рука со свитком так и не появилась из-за спины.

Нужно надавить ещё немного.

— А ваша подруга сказала, что тоже придёт вместе с женщиной в красном. Сурин, верно? Она всё это время кого-то искала.

— Ч-что? Эм...

Имя, которое постоянно проскакивало в её бормотании.

Судя по обстоятельствам, Сурин была той самой подругой, которая погибла после встречи с женщиной в красном в Комнате видеонаблюдения.

— Н-нет. Нет, это неправда.

Женщина запнулась и снова начала грызть ногти.

Она уже искусала их почти до крови.

Последний толчок.

— Ну тогда мы пойдём. Удачи вам одной.

Я отряхнул колени и поднялся.

Нарочно сделал несколько громких шагов.

И вскоре услышал именно тот голос, которого ждал.

— П-подождите!

Я уже решил, что всё получилось.

Но женщина, решительно встав на ноги, снова заколебалась.

На лице отразилась мучительная борьба.

— Но... С картиной с Бодхидхармой я должна быть в безопасности. Ведь именно поэтому комната отдыха...

Как же утомительно.

Пока я размышлял, чем ещё её убедить, вспомнилось нелепое предположение Мину-хёна о том, что картина могла находиться прямо в комнате отдыха.

— Да. Комната отдыха безопасна благодаря картине с Бодхидхармой. Но только потому, что картина висит на положенном ей месте.

В глазах женщины появилось замешательство.

— Если просто таскать её с собой, никакого эффекта не будет. Картина с Бодхидхармой бесполезна, пока не висит в комнате отдыха.

На самом деле, судя по всему, сама картина действительно делала безопасным любое место, где находилась.

Но говорить ей об этом совершенно незачем.

Сейчас правда не важна.

Главное — говорить достаточно уверенно.

— Э-это... правда...?

Результат оказался успешным.

Ноги, до этого будто приросшие к полу, наконец двинулись.

Я заговорил спокойно, стараясь её не напугать.

— Пойдёмте вместе. Мы проводим вас до комнаты отдыха.

Даже когда мы поддерживали женщину по дороге, она постоянно оглядывалась и шёпотом спрашивала:

— В-вы это видите? Оно всё время на меня смотрит.

Мину-хён с побледневшим лицом направил фонарь туда, куда она показывала.

Но ответ был один:

— Там ничего нет.

Я тоже на всякий случай посмотрел.

Ничего.

Может, после смерти подруги у неё начались галлюцинации?

А может—

там действительно находилось нечто, чего мы просто не способны увидеть.

Женщина в красном.

Не имея возможности приблизиться из-за картины с Бодхидхармой, она кружит вокруг нас.

Вскоре мы добрались до комнаты отдыха.

Картину с Бодхидхармой вернули на её законное место на стене.

Теперь можно немного расслабиться.

Женщина подтащила небольшой стул, села рядом и, закрыв глаза, крепко вцепилась пальцами в край свитка.

Наверное, ей всё ещё страшно находиться отдельно от картины.

Пусть пока отдохнёт.

Когда ситуация немного успокоилась, я посмотрел на картину на стене.

Тайна её исчезновения оказалась довольно банальной.

Хотя, наверное, хорошо, что всё закончилось настолько просто.

Почему девушка выбрала именно мужской туалет, всё ещё непонятно...

Но наверняка у неё были свои причины.

Будить её только ради этого вопроса было бы неправильно.

— Что-то не так?

— Нет. Просто думаю, почему она спряталась именно в мужском туалете.

— Кажется, я знаю.

Я удивлённо посмотрел на Мину-хёна.

Он знает?

Заметив моё недоверие, Мину-хён склонил голову, словно ответ был совершенно очевиден.

— Она забрала картину, но в открытой комнате отдыха всё равно чувствовала себя незащищённой. Стала искать какое-нибудь тесное закрытое место и подумала о туалете.

— А дальше?

— Ну... Причина глупая, но чудовище, которого боялась группа наблюдения, ведь женщина в красном платье?

Я уже собирался спросить, какое это имеет отношение к мужскому туалету—

и понял.

— Раз чудовище — женщина, она могла решить, что даже если что-нибудь случится, в мужской туалет та не войдёт.

— А...

Теория звучала абсурдно.

Но в ней была логика.

Именно так мог рассуждать человек в панике.

Женщина-призрак, которая не может войти в мужской туалет.

Забавная мысль.

Но если взглянуть с другой стороны...

звучит даже подозрительно правдоподобно.

А.

Точно.

Сейчас не время об этом думать.

Ли Хара и Ли Дури скоро вернутся.

Увидят комнату отдыха в таком состоянии и точно будут в шоке.

— Нужно прибраться.

Хотя бы немного привести всё в порядок.

...И спрятать разбитый телевизор.

Мы начали возвращать на места разбросанные вещи.

Поправили стулья и столы.

А когда в самом конце попытались вернуть диван на прежнее место—

я обнаружил на полу странный лист бумаги.

Похоже, он всё это время лежал под диваном и выскользнул наружу, когда мы его сдвинули.

Я без особых мыслей поднял лист.

И слегка замер.

— Что там?

— ...Журнал дежурства.

Тот самый Журнал дежурства, который, согласно руководству, нужно заполнить после окончания смены?

Не совсем понятно, почему здесь лежит только один отдельный лист.

Но...

формат почему-то казался мне очень знакомым.

Будто я уже где-то его видел.