Назад Том 1 · Глава 149

Отдельная палата на верхнем этаже больницы «Даин».

Белая комната, где всё было аккуратно расставлено, сияла безупречной чистотой.

Моя прошлая версия спала на больничной койке. От руки тянулись трубки капельниц.

Тишину нарушали лишь прозрачные капли, размеренно стекавшие по трубке.

Я молча осмотрел спокойную палату.

«Это случилось уже несколько лет назад.»

По мере того как туман в голове рассеивался, погребённые воспоминания одно за другим всплывали на поверхность.

Брови сами собой нахмурились.

Мён облетела вокруг меня, выражая любопытство.

Я сделал вид, что не понял её, и отвернулся.

Действительно ли нужно вспоминать это?

Всё давно осталось в прошлом.

Прошлое, касавшееся лишь меня.

Его можно было похоронить и жить дальше, никого больше не втягивая.

Я посмотрел на часы, висевшие на стене.

«Они скоро придут.»

Я жестом предложил Мён уйти.

Мне не особенно хотелось встречаться с человеком, который несколько раз переехал меня машиной.

Ву-у-ун.

— Не беспокойся. В любом случае…

Весь тот день я провёл в полубессознательном состоянии под действием успокоительных.

По крайней мере, физической боли не чувствовал.

Ах.

Я серьёзно пострадал, когда выпрыгнул из окна второго этажа, пытаясь сбежать.

Но, наверное, это не так важно, ведь благодаря этому удалось освободиться от той тошнотворной одержимости.

Следуя за Мён по больничному коридору, я мысленно восстанавливал последовательность событий.

Автомобильная авария.

Больница.

А перед этим…

— Можем сразу перейти дальше?

Мён коротко завибрировала, соглашаясь.

Всё тело окутал тёплый свет.

Он быстро замерцал, освещая уже другое место.

На короткое мгновение перед глазами возник переполненный универмаг.

Кто-то в милом костюме ростовой куклы.

В руке острое шило.

— Мам, так когда ты всё-таки выйдешь?… Мам? Алло?

Неподалёку шёл я.

Один.

Цок.

Цок.

Среди толпы особенно выделялась женщина лет двадцати с небольшим, обладавшая необычной аурой.

«Значит, с ней был телохранитель…»

Я невольно горько улыбнулся, заметив мужчину в чёрном костюме, следовавшего в нескольких шагах позади.

Впрочем, это логично.

Получается, мне вообще не требовалось вмешиваться.

Не вмешайся я тогда, никто бы на меня не обратил внимания.

Внутри осталось горькое чувство.

Безусловно, приятно, когда ты кому-то нравишься.

Но одновременно это тревожит.

Потому что человек полностью изменится, как только поймёт, что ты не способен ответить взаимностью.

Особенно если его чувства уже стали настолько сильными, что он сам не может с ними справиться.

На самом деле я довольно часто сталкивался с подобным.

Даже если хочется отдать столько же, сколько получил, чувства невозможно настраивать по собственному желанию—

«Хватит.»

Какой смысл теперь об этом думать?

Я всё равно никогда больше её не увижу.

После автомобильной аварии она ни разу не пыталась меня разыскать.

Сейчас мне, скорее, стоит беспокоиться о Харе, рядом с которой я нахожусь.

В конце концов, сейчас я живу у неё.

… Хмм.

Возможно, переживать не о чем.

Вопреки предупреждению Сухо, та Хара, которую я видел, совсем не казалась человеком с извращённой натурой.

«Она даже заботливо ухаживала за мной, когда из-за паники я начал задыхаться… Хмм.»

Паники?…

Из-за чего у меня снова случился приступ?

Я не мог вспомнить.

Осталось лишь смутное ощущение мучительного страха.

Возможно, это связано с тем, почему я внезапно оказался внутри этого пространства сознания.

Озадаченно наклонив голову, я продолжил идти.

■■

Следующая сцена развернулась в маленькой подвальной комнате, резко контрастировавшей с роскошным универмагом.

Это не мой дом…

— Черри…

Ласковый голос достиг ушей, заставив меня невольно вздохнуть.

Действительно давно это было.

Добрая и заботливая старшая сестра.

Единственный её серьёзный недостаток заключался в психическом расстройстве, из-за которого она считала меня перерождением своей умершей собаки.

Кажется, у неё была шизофрения.

Точно я не знал.

Даже после того как всё разрешилось, родители ничего мне толком не объяснили.

Немного странно вспоминать, что собака сестры по имени Черри погибла в автомобильной аварии.

Из-за этого возникала мысль, будто мне самому было предначертано попасть под машину.

Как бы то ни было, сестра отвела меня в подвальную комнату и надела ошейник с поводком.

Сказала, что больше никогда меня не потеряет.

Как ни удивительно, обращалась она со мной довольно хорошо.

Наверное, потому что в «прошлой жизни» я был её любимым питомцем.

… Если не считать пасмурных дней, когда вместо обычной еды она заставляла меня есть собачий корм.

— Черри. Нужно поесть.

— Угх… Глоть…

Я не мог разжевать отвратительные гранулы с давно истёкшим сроком годности.

Поэтому проглатывал их по одной, запивая водой, словно горькие таблетки.

Да.

По сравнению с тем кормом хлопья с водой кажутся настоящим пиршеством.

«И всё же она не была плохим человеком.»

Она просто лишилась рассудка от потрясения после смерти единственного близкого существа.

Более того, в конце концов именно сестра вызвала полицию и позволила меня освободить.

— Какая коробка тебе нравится больше? Правая или левая?

Незадолго до прибытия полиции её бред усилился, и всё едва не закончилось серьёзными последствиями…

Щёлк.

Грохот.

Но в итоге всё разрешилось без особых проблем.

Я простил сестру.

Иначе не мог.

Жалости я испытывал гораздо больше, чем злости или страха.

Когда родители услышали мой рассказ…

Что ж.

Не думаю, что они особенно обрадовались.

— Эй, просыпайся.

Пройдя ещё через несколько воспоминаний, мы оказались на горе ранним утром.

— Зева-а-аю…

Моя младшая версия, протирая глаза, выбралась из палатки.

На мне была коричневая пижама в виде зверька.

Измотанные родители спали так крепко, что даже не пошевелились.

Это неудивительно.

Сначала внезапно начался ливень.

Затем по дороге к месту отдыха сломалась машина.

Вдобавок путь к выезду оказался перекрыт.

Им пришлось найти относительно безопасную поляну на соседней горе и под дождём установить палатку.

Они даже не подозревали, что все эти неприятности происходили из-за ребёнка на заднем сиденье.

«… Наверное, позже они всё поняли.»

Вокруг меня постоянно случались несчастья.

И всё же родители продолжали относиться ко мне как к любимому сыну, а не смотрели словно на чудовище.

Наверное, мне действительно повезло с семьёй.

Я последовал за ребёнком, поднимавшимся по крутому горному склону.

Если честно, я уже не помнил, о чём думал, когда тогда отправился один.

Слишком много времени прошло.

Но я точно знал, что случилось дальше.

Бах!

Выпущенная издалека пуля прошила ребёнку бок между животом и рёбрами.

Я мгновенно отвернулся.

Шрам на животе запульсировал.

Наверняка фантомное ощущение.

Старая рана не могла открыться спустя столько лет.

«… Хотя выстрел был точным.»

Если говорить просто, охотник принял меня за настоящее животное из-за пижамы и выстрелил.

Вот такая нелепая история.

Оказалось, что место, где наша семья установила палатку, находилось в зоне регулирования численности диких кабанов.

Добросовестный охотник с утра вышел на охоту.

А я случайно оказался идеально скрыт кустами.

— Све-ети… све-ети, звёздочка… Ик… Глоть… Как хочу… я знать… Угх…

Я слышал, как ребёнок прерывисто и слабо напевал детскую песенку.

Чтобы охотник понял, что перед ним человек.

Или чтобы позвать родителей.

Разобравшись в ситуации, Мён осторожно меня утешила.

— Эм… Ну…

Я неловко потёр затылок.

Когда я был маленьким…

То, что для других могло стать единственным подобным происшествием за всю жизнь, для меня было повседневностью.

Каждое мгновение я шёл по натянутому канату между жизнью и смертью.

Несчастья обрушивались с такой силой, что выжить удавалось лишь благодаря отчаянной борьбе до самого конца.

А стоило избежать одного, как впереди уже ждало ещё худшее.

Всё же, разобравшись в правилах, я смог значительно сократить частоту несчастий, избавляясь от скуки с помощью Аномалий.

Не могу сказать, что после этого жизнь стала терпимой.

Но всё было в порядке, пока мои несчастья не затрагивали невинных людей.

В отличие от игры в прятки или смерти Джимана…

Это были проблемы, которые должен был терпеть только я.

— Восто… чная звезда… Ха… Хрип…

Оставив позади дрожащую песню, мы с Мён отправились дальше.

.

.

.

Пройдя через множество подобных кошмаров…

«Снова здесь.»

Я вернулся к игре в прятки с братом.

Я сразу вышел из горного домика.

Хотел кое-что проверить.

И наконец здесь…

— … Привет.

Я встретил ребёнка с фиолетовыми глазами.

Прятавшаяся за деревом девочка медленно моргнула.

А затем тихо пошевелила маленькими губами.

— Значит, ты наконец добрался до этого места.

Я молча кивнул.

Мне казалось, что она сможет ответить.

Предчувствие оказалось верным.

Ребёнок внимательно посмотрел на меня и пробормотал:

— Но здесь конец. Альфа и Омега. Начало и конец.

— …

— Дальше ничего нет. Поэтому—

И в этот момент…

Вспышка.

Мён засияла ярче, чем когда-либо прежде, и открыла дорогу из света.

Путь, ведущий обратно к истоку.

Девочка посмотрела на него.

Слегка нахмурилась и замолчала.

— Мне… уже пора.

На моё прощание ребёнок ничего не ответил и молча исчез в лесу.

Шаг.

Шаг.

В конце сияющей дороги, по которой я шёл вместе с Мён, находилось огромное зеркало.

«Это…»

Экран, разделявший мой мир пополам.

И отражавший всё существующее.

Когда я приблизился, по другую сторону зеркала появилась моя фигура.

Нет.

Это определённо был я, но…

Немного другой.

Я осторожно приложил ладонь к колышущейся поверхности.

Отражение с другой стороны повторило движение.

Наши пальцы соприкоснулись.

Моя рука погрузилась внутрь, словно я касался поверхности густой липкой капли.

От странного и непривычного ощущения мышцы дёрнулись.

«… Можно ли проходить?»

Поколебавшись, я оглянулся на Мён.

Она согласно качнулась вверх и вниз, побуждая продолжить.

Я слегка стиснул зубы и медленно протиснул тело на другую сторону.

Когда я вновь открыл глаза…

Передо мной предстало место, совершенно не похожее на всё увиденное прежде.

— Хён, просыпайся.

Пора вставать.


Обычная повседневная жизнь.

Тот день ничем не отличался от остальных.

В детстве я один сидел на качелях на детской площадке.

Солнце уже садилось.

Скрип.

Скрип.

Каждый раз, когда я отталкивался ногами от земли, ржавые качели издавали неустойчивый звук, словно вот-вот развалятся.

Я продолжал раскачиваться, не обращая на это внимания.

Пытался бороться с подступавшей скукой.

Оглядывался в надежде, что случится что-нибудь интересное.

Но на площадке больше никого не было.

«Скучно.»

Тихим ранним вечером я вернулся домой, лёг в кровать и рано уснул.

Вскоре наша семья переехала.

Вот и всё.

.

.

.

— Почему ты до сих пор не вышел? Мы опоздаем в школу! Сегодня последний день выпускных экзаменов, ты серьёзно решил так поступить?

Хаён недовольно вытащила меня из дома, хотя я ещё не успел полностью собраться.

— Прости. Всю ночь учился и не услышал будильник.

— Сейчас не время извиняться передо мной… Не хочешь опоздать — беги!

К счастью, мы бежали без остановки и прибыли точно вовремя.

— Съешь и взбодрись. Заряд сахара!

Хаён протянула мне шоколадную конфету.

Я положил круглый шоколад в рот и раскрыл тетрадь.

Едва коснувшись языка, шоколад сладко растаял.

В классе царила атмосфера, в которой все боялись даже громко дышать.

Ученики спокойно готовились к экзамену.

Первый урок.

Затем второй.

Пи-и-ип!

Пи-и-ип!

По классу разнёсся сигнал окончания.

Выпускные экзамены закончились так быстро, что вся подготовка казалась бессмысленной.

— Все хорошо потрудились. Развлекайтесь, но обязательно соблюдайте осторожность. И не забудьте разобрать задания, в которых допустили ошибки.

— Да!

После короткого заключительного собрания ученики с облегчёнными лицами быстро покинули класс.

Я остался сидеть за партой и смотрел в окно.

Школьный двор.

Деревья.

Люди.

Люди.

Люди.

Небо.

Всегда одно и то же.

Хаён наклонилась ко мне и заглянула в лицо.

— О чём думаешь?

— Просто интересно, не произойдёт ли чего-нибудь занятного.

— Какой же ты скучный. В любом случае сегодня пойдёшь с нами, правда? Что-нибудь хочешь поесть?

Решив, что пора уходить, я отвёл взгляд от окна.

В этот момент дверь класса открылась.

— Е Хён… Эм, у тебя есть время?

Джиман нерешительно переминался у входа.

Я подумал, что случилось нечто важное.

— Джиман? Что, снова хочешь утащить Е Хёна в игровой клуб?

— Эм… Если у него есть время.

— Прости, но у него уже есть планы.

Сэха твёрдо ему отказала.

Джиман поник и собрался уйти.

Наверное, Хаён стало его жаль.

Она что-то прошептала остальным, затем подбежала и похлопала Джимана по плечу.

— Почему бы тебе не пообедать с нами? Чётное количество людей всё равно лучше нечётного.

— П-правда? Можно?

— Разумеется!

— Е Хён, ты не против?

— … Делайте что хотите.

Угрюмо ответив, я начал складывать вещи в сумку.

Если честно, мне было всё равно.

Пока с нами шла Сэха, остальные не имели значения.

.

.

.

Однажды ночью, когда падающие звёзды лились с неба дождём, я встретился с друзьями.

Всё было спокойно.

На травинках висели капли росы.

Лёгкий ветер перебирал волосы.

Мы сидели на склоне холма и смотрели в тёмное небо.

Хаён.

Джиман.

И…

— Е Хён, разве это не удивительно?

Сэха радостно заговорила.

Её глаза сияли.

— Столько звёзд рождается и угасает. Иногда они сталкиваются. А мы можем одним взглядом увидеть свет, который они сплетали на протяжении огромного времени.

— … Наверное.

— Ты так не думаешь?… Это невероятно красиво.

Сэха неуверенно продолжила.

Но, если честно, я совершенно не понимал, что здесь удивительного.

Для меня красивее метеоритного дождя была…

— Ты.

— А? Что?…

— Сэха, я сказал, что ты намного красивее.

Отражавшийся в её глазах звёздный свет заколыхался.

Я наклонился к растерянно смотревшей на меня Сэхе.

Вжух.

Словно дождавшись подходящего мгновения, с неба начали падать звёзды.

Яркие линии одна за другой прорезали тьму.

Оставляемое каждым метеором послесвечение расплывалось на краю зрения.

Рисовало.

Исчезало.

И появлялось вновь.

В тот момент, когда постоянно меняющаяся тихая мелодия тревожила небо…

— Ребята, посмотрите ещё и туда… Ох.

Сидевшая немного поодаль Хаён случайно встретилась со мной взглядом.

Я слегка улыбнулся ей глазами.

А затем тихо поднял указательный палец, прося не мешать.

— Ах. Эм… Хмм…

Потрясённо смотревшая на нас Хаён вскоре отвернулась.

.

.

.

— … Хаа.

Счастливая и обеспеченная семья.

Любовь.

Учёба.

Я жил жизнью, в которой ничего не недоставало.

И всё же ничто не приносило радости.

Я понимал, что для кого-то подобные мысли покажутся жалобами избалованного человека.

Но…

«Как же скучно.»

Мой мир был слишком мирным.

До тошноты мирным.

Поэтому, когда я случайно обнаружил обезьянью лапу, от которой исходило чуждое присутствие…

Когда обезьянья лапа выбрала меня…

Когда мир преподнёс новый дар мне, рождённому с удачей…

Я загадал желание без малейших колебаний.

Пожелал, чтобы в моей повседневности появилась трещина.

Чтобы всё исказилось настолько сильно, что я больше не смог бы до этого дотянуться.

Я и сейчас не жалею, что воспользовался обезьяньей лапой.

Это было лучшее решение в моей жизни.

— Хочу, чтобы произошло что-нибудь интересное.

В следующее мгновение луна стала кроваво-красной.

Так всё и началось.