— Э-это… не укладывается ни в какие рамки.
Сдавленный вскрик сорвался с губ Чон Со Гана.
Его вполне можно было понять. Секта Санджон, воочию узревшая эту картину в моей прошлой жизни, наверняка испытала в точности те же чувства.
Гора Макган, остававшаяся в моей прошлой жизни не более чем безымянным диким урочищем, снискала громкую славу именно после того, как на ней объявилась Золотисточешуйчатая Синеполосая Змея.
В ту пору Секта Санджон, занимавшая Семнадцатый Пик среди Сто Восьми Пиков, первой прознала об этой вести и подняла на ноги всех бойцов школы до единого, однако в конечном счете потерпела сокрушительное фиаско.
Все дело в том, что гора Макган служила логовом не только Золотисточешуйчатой Синеполосой Змее, но и Однорогой Черной Жабе, которую по праву величали заклятым врагом всего змеиного рода.
Однорогая Черная Жаба выползла на свет, почуяв гнилостный смрад Золотисточешуйчатой Синеполосой Змеи. Разумеется, воинам Секты Санджон следовало сломя голову бежать оттуда прочь, однако они не совладали с алчной похотью перед видом двух трехсотлетних Духовных Тварей прямо перед носом и в итоге потеряли убитыми и покалеченными почти четыре сотни человек.
Обескровленная тем побоищем Секта Санджон не выдержала скорого натиска Банды Синей Сабли и Секты Желтого Меча, навсегда сгинув на свалке истории.
И по злой иронии судьбы именно эти самые Банда Синей Сабли и Секта Желтого Меча теперь стояли лицом к лицу с Золотисточешуйчатой Синеполосой Змеей и Однорогой Черной Жабой на этой самой вершине.
— С-сперва рогатую жабу… нет, сначала ту змею…
Однорогая Черная Жаба, явившаяся на запах Золотисточешуйчатой Синеполосой Змеи, под градом хлеставшего со всех сторон убийственного намерения мигом сменила добычу и принялась крушить людей.
Ее длиннющий язык метнулся молнией туда и обратно — и трое воинов растворились без следа.
— Гр-р-а-а—!
— Кьи-и-я-а-а—
— А-а-а-а—!
На месте, где они только что стояли, сиротливо валялись лишь выроненные клинки, пока Однорогая Черная Жаба задирала морду и с урчанием заглатывала добычу в утробу.
— Ах ты треклятая тварь!
Ослепленные яростью от гибели товарищей воины со сверкающими от бешенства глазами стрелами ринулись на жабу.
Бум—бум—бум—бум—!
Они разом обрушили клинки на бугристую спину чудовища, однако мечи не сумели даже оцарапать дубленую плоть черной жабы.
И ровно в это мгновение их обожгло чувство смертоносной опасности.
— Хм-хм… Что это за запах…
— Кх-ха-а—
Мечники, вскочившие на хребет жабы ради удара, внезапно выронили оружие и судорожно вцепились в собственное горло.
Задыхаясь, они кубарем соскочили на землю, однако не сумели сделать и трех шагов.
Их посиневшие лица сперва побагровели, затем налились чернильной чернотой, и бойцы замертво рухнули наземь, окоченев точь-в-точь ледышки.
— Это яд!
— Не подходите к ней!
Поле битвы в мгновение ока превратилось в кромешное побоище Асуры.
Стоило отшатнуться от Однорогой Черной Жабы, как в них молнией вонзался ее разящий язык.
Пытались они уклониться от смертоносного языка — и натыкались на распахнутую пасть Золотисточешуйчатой Синеполосой Змеи, заглатывавшей людей целиком.
— Сперва того ублюдка! Бейте сперва того ублюдка с Жетонами Первого Испытания!
На отчаянный вопль Чон Со Гана замершие в растерянности бойцы дружно уставились на Гам Чхоль Джина.
— Ах вы недоумки! Именно я — будущий Глава Секты Желтого Меча! Живо шевелитесь!
— ……
Лишь когда Гам Чхоль Джин едва заметно кивнул, они снова двинулись ко мне.
Я взвинтил внутренние искусства до предела и выплеснул навстречу леденящее убийственное намерение.
— Кх-х, да что за убийственное намерение…
— Проклятье…
Дабы не уступить в силовом давлении, воины Секты Желтого Меча тоже бешено исторгли наружу собственную жажду крови.
Расстояние между мной и заколебавшимися мечниками растаяло в единый миг, и клинки скрестились.
Лязг—звон—дзынь—цзинь—
Пустив в ход Восемьдесят Тысяч Божественных Шагов Тхэуль, я веером рассыпал выпады Мечевого Канона Парных Небес.
Судя по всему, уровня Пика достигли лишь Гам Чхоль Джин да считаные бойцы, посему одного Мечевого Канона Парных Небес с лихвой хватало, чтобы сдерживать их напор.
— Он пятится! Жмите сильнее!
Бросив мимолетный взор на сияющего от самодовольства Чон Со Гана, я обронил:
— Тяжко же вам приходится, когда вожак — круглый дурак.
— ……
При нормальном раскладе Мастерам Пика вроде Гам Чхоль Джина надлежало сдерживать двух Духовных Тварей, а вовсе не гоняться за мной.
Когда командование берет на себя невежда, не смыслящий в ратном деле ни бельмеса, нести тяжкие потери подчиненным предначертано самой судьбой.
Ква-а-ак— Гр-р-р-р—
В то самое мгновение, когда разнесся утробный клекот Однорогой Черной Жабы...
— Э… э-э-э!
Воины, отчаянно отбивавшие выпады Мечевого Канона Парных Небес, в неописуемом ужасе осознали, что непостижимым образом очутились прямо под носом у Однорогой Черной Жабы.
Я немедля применил Поступь Дыхания Призрака и скользнул меж исполинских лап Однорогой Черной Жабы.
— К-как?!
Бойцы Секты Желтого Меча, остолбенело взиравшие на то, как я проскочил мимо Однорогой Черной Жабы, побелели словно полотно.
Разящий язык Однорогой Черной Жабы уже выбрал их своей новой мишенью.
— Кха-а-а—!
— У-уворачивайтесь!
— Идиоты! Не сметь уклоняться! Это всего лишь одна жаба!
От визгливого вопля Чон Со Гана воины Секты Желтого Меча заметались в полнейшей растерянности, не зная, что предпринять, и лишь оглядывались на Гам Чхоль Джина.
— Встречайте техниками ладоней!
— Есть!
Тотчас мечники Секты Желтого Меча дружно ударили техниками ладоней.
Бам—бам—бам—бам—бам—!
Плотная завеса пыли взметнулась во все стороны, скрыв очертания Однорогой Черной Жабы.
— ……
— П-попали?
Едва незадачливый боец успел раскрыть рот, как на их головы пала исполинская тень.
— Т-твою мать!
Бух—
Ква-а-ак— Гр-р-р-р—
Не получив и царапины, Однорогая Черная Жаба принялась неистово свирепствовать посреди строя мечников.
— Вы целы?
Я тотчас метнулся к братьям Гым, Ын и Дон, оценивая их состояние.
К счастью, тяжелых ран никто из них не получил.
— Первый Старший Брат, что это вообще за тварь такая?
— А чем ей еще быть? Жетоном Второго Испытания.
— Неужели именно так положено проходить Второе Испытание?
Ын Хо воззрился на меня глазами, полными недоверия. Этот паршивец был готов приписывать мне слова, которых я сроду не произносил, однако в подобных ситуациях ничуть не скрывал своего скептицизма.
— Слушайте внимательно. С этой минуты мы бьем по преследователям.
— Что?!
— Прямо сейчас?
— Да. Если не сейчас, нам от них вовек не отвязаться. К тому же, пока остальные не усвоят, что нападение на нас обойдется им в непомерную цену, облава не прекратится. Или вы и дальше хотите жевать вяленое мясо окровавленными руками посреди смердящих трупов?
— …Куда ударим в первую очередь?
Гым Пё помотал головой с таким видом, будто последние дни опротивели ему до тошноты. Если он скис уже сейчас, как он собирается выдерживать то, что ждет нас впереди?
— Но все ли будет в порядке? Сдается мне, едва мы разберемся с ними, как сами станем следующей добычей.
— Как по-твоему, зачем я вбивал в вас Поступь Дыхания Призрака?
— Если идти Поступью Дыхания Призрака, это чудище нас не заметит?
— Пусть тварь и прожила достаточно, чтобы вырастить Внутреннее Ядро, она остается не более чем диким зверем. Разумом она обделена и живет одними лишь голыми инстинктами, отчего одурачить ее будет куда проще.
— Понятно.
Обменявшись этими словами, мы рассыпались в разные стороны.
Я тотчас метнулся обратно к Секте Желтого Меча, бившейся с Однорогой Черной Жабой.
— Бейте! Убейте ее! Почему вы не можете скрутить какую-то паршивую жабу?! Да какие вы после этого воины Секты Желтого Меча?!
Чон Со Ган начисто растерял былую спесь и теперь в исступлении надрывал глотку, окончательно утратив самообладание.
Мечники Секты Желтого Меча под предводительством Гам Чхоль Джина хладнокровно вели облаву, удерживая дистанцию, однако в глазах Чон Со Гана все выглядело так, будто они трусливо уклоняются от прямой схватки с Однорогой Черной Жабой.
— Джин Со Ун! Где Джин Со Ун?!
На мгновение отвлекшись на Однорогую Черную Жабу, он тут же принялся выкрикивать мое имя, лихорадочно шаря взглядом по сторонам.
— Кхек—!
— Кхек—!
— С-Секта Тхэуль! На нас напала Секта Тхэуль!
В отдалении загремели предсмертные крики бойцов.
Из-за клубящейся повсюду плотной пыли мечники Секты Желтого Меча потеряли обзор и вынуждены были отбиваться от Однорогой Черной Жабы, ежесекундно ожидая смертоносного удара в спину.
Оттого битва с Однорогой Черной Жабой делалась для них все более невыносимой.
— Молодой господин. Давайте отступим.
— …Что?
— Прямо сейчас мы совершенно не готовы охотиться ни на Однорогую Черную Жабу, ни на Золотисточешуйчатую Синеполосую Змею.
— Что ты мелешь?! И Жетоны Второго Испытания, и Жетоны Первого Испытания прямо перед нами!
— Если так пойдет и дальше, все воины Секты Желтого Меча сложат здесь головы.
— Гам Чхоль Джин!!!
Исполненный ярости рев Чон Со Гана громом раскатился над поляной.
— Ты ни во что меня не ставишь лишь потому, что я еще не успел официально принять титул Молодого Владыки Меча?!
— ……
Чон Со Ган выглядел настолько невменяемым, будто рассудок окончательно покинул его голову.
— Я — Чон Со Ган из Секты Желтого Меча!
— ……
— Отступи мы сейчас — и мы потеряем не только Жетоны Первого Испытания, но и Духовных Тварей, способных принести нам Жетоны Второго Испытания! Ты готов взять на себя такую ответственность? Потому ты мелешь этот вздор?! Отвечай!
— ……
Чон Со Ган вел себя точь-в-точь как в моей прошлой жизни, когда, заседая в Павильоне Казней, довел собственную секту до полного краха.
«Как и следовало ожидать, люди не меняются».
Рассудив, что тратить на него внимание больше не имеет смысла, я тотчас принялся высматривать Чан Сун Вона, Молодого Главу Банды Синей Сабли.
Чан Сун Вон устроился в самом безопасном местечке и вместе со своими телохранителями зорко озирал округу.
— Твои люди гибнут сотнями. Ты намерен просто стоять и глазеть?
Стоило мне неслышно соткаться рядом благодаря Поступи Дыхания Призрака, как они испуганно вздрогнули.
— Джин Со Ун…
Чан Сун Вон процедил мое имя сквозь зубы.
— Какая трогательная встреча. Подумать только, ты помнишь мое скромное имя.
— …Ты меня знаешь?
Он явно не понимал, о чем я толкую.
И неудивительно. Узы нашего знакомства остались в моей прошлой жизни.
— Забирай своих людей и убирайся прочь — я не стану вас преследовать.
— ……
На его лице отразилось мучительное сомнение.
Какое убожество.
Пока бойцы его собственной банды захлебывались кровью, а воины союзных сект гибли один за другим, он мелочно высчитывал барыши и убытки.
Типичная повадка глупцов, свято верящих, будто их собственная сила ни в чем не уступает вражеской.
«И подобные типы неизменно принимают одинаковые решения».
Бровь Чан Сун Вона надменно взметнулась.
— Как ты смеешь пускать в ход столь жалкие уловки! Это ты обязан сию же секунду выложить передо мной все Жетоны Первого Испытания!
— Я так и знал, что ты изберешь именно этот путь.
Мастера уровня Гам Чхоль Джина встретишь далеко не в каждой свите.
А Банда Синей Сабли отродясь не взращивала тайных бойцов столь выдающегося ранга.
Меч Черного Дракона, с которого еще не успела стечь вражеская кровь, рассек воздух, породив десятки мечей-иллюзий во всех направлениях.
Личные телохранители Банды Синей Сабли ринулись вперед, взмахнув массивными саблями, однако суть великой сабли испокон веков заключалась в сокрушительном весе.
Она не могла превзойти Мечевой Канон Парных Небес, вобравший в себя глубинную суть меча-вариации.
— Кх-ха-а—
— Кхек—
Когда четверо телохранителей рухнули наземь в единый миг, взгляд Чан Сун Вона панически заметался.
— Я-я понял. Мы у-уходим…
— Лишь когда смертельная петля затянулась на твоей собственной шее, ты сподобился принять решение?
— Я же сказал, что мы уходим?! Мы отступим, так что…
— Умри так, как подобает Молодому Главе Банды.
— Кха-а-а! Ах ты ублюдок! Даже если ты убьешь меня, наша Банда Синей Сабли тебя…
Чан Сун Вон так и не успел договорить: его грудь с хрустом рассекло пополам, и он рухнул замертво.
Влив в голос внутренние искусства, я громогласно проревел:
— Молодой Глава Банды Синей Сабли мертв! Те, кто дорожит жизнью, спасайтесь!
……
……?!
……!!
Движения бойцов, неверящими глазами узревших гибель Чан Сун Вона, принялись замедляться.
Сабельники Банды Синей Сабли насмерть сцепились с Золотисточешуйчатой Синеполосой Змеей, посему не смели даже взглянуть в мою сторону.
— Убейте его! Если мы прикончим этого выродка, победа наша! Мы сможем поступить в Академию Мурим!
Чон Со Ган тыкал в меня пальцем и истошно орал, однако охотников безрассудно лезть на рожон больше не находилось.
Я немедля шагнул вперед Бесподобной в Поднебесной Техникой Перемещения и в мгновение ока возник прямо перед взором Чон Со Гана.
— Хып—! Что за техника перемещ— Кх-ха-а—!
И вонзил Меч Черного Дракона прямо ему в грудь.
— Что это…
Глаза Чон Со Гана отказывались верить происходящему, даже созерцая Меч Черного Дракона, вошедший по рукоять в его ребра.
Вжих—
Его тело накренилось, и вонзенный клинок с влажным шелестом выскользнул наружу.
— ……
— ……
— ……
Воины Секты Желтого Меча, все еще сдерживавшие Однорогую Черную Жабу, остолбенело взирали на мертвого господина с выражением полнейшего опустошения на лицах.
— Теперь у Секты Желтого Меча тоже не осталось претендентов на поступление в Академию Мурим. Вы желаете продолжать?
Я произнес это, глядя прямо на Гам Чхоль Джина — истинную опору Секты Желтого Меча.
— ……
— Если вы продолжите упорствовать, всем мечникам Секты Желтого Меча придется сложить здесь кости. Как вы видели мгновение назад, здешние Духовные Твари попросту не трогают учеников Секты Тхэуль.
— ……
Гам Чхоль Джин огляделся по сторонам.
Почти пятьдесят бойцов погибли.
На ногах оставалось от силы три десятка человек. Еще двадцать несчастных обратились Одинокими Призраками, от которых не уцелело даже бренных останков.
В условиях, когда даже общими силами их шансы на победу над тварями были призрачными, под непрестанными ударами Секты Тхэуль им оставалось лишь одно — лечь в эту землю до последнего человека.
— Мы отступаем.
— ……
— ……
— ……
Никто не посмел перечить решению Гам Чхоль Джина. Напротив, на лицах мечников отразилось нескрываемое облегчение от того, что они смогут вернуться домой живыми.
— Разумное решение.
— …Благодарю за то, что сохранил жизни моим воинам.
— Это ты спас их жизни.
— Всем отступить! Мы возвращаемся!
Едва Гам Чхоль Джин договорил, как мечники Секты Желтого Меча принялись отходить, прикрываясь шквалом Силы Ладони.
А стоило Секте Желтого Меча уйти, как Однорогая Черная Жаба вновь развернулась к Золотисточешуйчатой Синеполосой Змее, и под таким двойным напором бойцы Банды Синей Сабли сломались окончательно, бросившись наутек.
— Даю вам одну четверть часа! Всякого, кто останется на этой вершине после, я сочту решившим биться насмерть!
— А как же быть с Золотисточешуйчатой Синеполосой Змеей и Однорогой Черной Жабой?!
— Я удержу их сам.
— ???
Я тотчас взмыл над головами двух Духовных Тварей и обрушил вниз Непобедимый Кулак Десяти Тысяч Трансформаций.
Бам—бам—бам—бам—бам—бам—бам—!
Исполинские твари, прежде не знавшие преград, оцепенели на месте, словно на них обрушилась гигантская каменная лавина.
— Что это за… несусветное колдовство?
— Какие вообще боевые искусства использует этот воин Секты Тхэуль?!
Уцелевшие мечники застыли в оцепенении, напрочь позабыв о бегстве.
Я снова влил ци в голос и громогласно пророкотал:
— Я сказал: одна четверть часа!
И тогда воины, точно пораженные громом, очнулись и, не разбирая сект, принялись хватать валявшиеся вокруг тела павших собратьев и во весь дух нестись вниз по склону.
......
Радоваться ли подобному исходу или горевать?
Глядя на врагов, еще минуту назад сдавливавших их дыхание плотной сетью капкана, а теперь удиравших точь-в-точь мыши от кота, Ын Хо испытывал непередаваемо сложные чувства.
«Постойте, но если они все сбегут, как мы вчетвером собираемся одолеть этих чудовищ?»
Будь то двухсотлетние или трехсотлетние Духовные Твари — мастеру за счастье встретить подобное создание хотя бы раз за всю свою жизнь, однако сокровищем оно становилось лишь для воина соответствующей мощи.
Для юнца вроде Ын Хо, еще даже не прошедшего обряд совершеннолетия, они являлись не более чем свирепыми монстрами-людоедами.
— Старший Брат наверняка знает, как с ними сладить. Не зря же он велел всем убираться.
На тревоги Ын Хо Гым Пё отозвался с безмятежным видом, будто младший брат беспокоился о сущих пустяках.
— …Фу-у.
Дон Рён лишь с облегчением стряхнул кровь с клинка, выглядя вполне бодрым.
В этот миг Джин Со Ун прекратил сдерживать обоих монстров, оттолкнулся от пустоты и опустился на землю подле трех братьев Гым, Ын и Дон.
— А?
— О-о!
— ……!
Глаза братьев Гым, Ын и Дон изумленно распахнулись.
— Что ты делаешь, зачем ты прибежал сюда?!
От переполнявшей его паники Ын Хо выпалил этот вопрос прежде, чем успел подумать.
— ……
Джин Со Ун смерил его прищуренным взглядом. Поняв оплошность, Ын Хо торопливо поправился:
— Старший Брат, ты ведь прогнал тех людей, потому что точно знаешь способ одолеть тварей, верно?
Джин Со Ун смахнул слизь с Меча Черного Дракона и вопросительно вскинул бровь, словно спрашивая, о чем тот вообще мелет.
От этого невозмутимого вида у Ын Хо и Гым Пё тревожно засосало под ложечкой.
— Я не вхожу в число Десяти Великих Мастеров Поднебесной. С чего бы мне в одиночку валить таких чудовищ?
Это было правдой. Чистейшей истиной.
Ын Хо не ведал, где пролегает предел боевого мастерства Первого Старшего Брата, однако охота на Духовных Тварей, проживших сотни лет, была совершенно иной статьей.
…Но разве к месту было заявлять такое прямо сейчас?!
— То есть ты выгнал всех, даже не зная, как с ними совладать?!
По меньшей мере, не имея уверенности в победе, следовало объединить усилия и… впрочем, представить себе союз с недавними врагами было решительно невозможно.
— Так ты предлагаешь просто оставить их в покое и уйти?
— А зачем ловить то, что нам с самого начала не требовалось ловить?
— Что?
Решив, что он чего-то недопонял, Ын Хо воззрился на Гым Пё, однако тот был занят оттиранием пятен крови с одежд, а Дон Рён лишь завороженно таращился на Духовных Тварей с разинутым ртом.
Становилось кристально ясно, что в тупик зашел далеко не он один.
Эти олухи попросту отказались шевелить мозгами.
— Ловить их нет нужды. А теперь снова пустите в ход Поступь Дыхания Призрака.
— ……
Стоило Джин Со Уну применить Поступь Дыхания Призрака, как, несмотря на то что он стоял прямо перед их взорами, от него перестало исходить малейшее присутствие.
С другой стороны, сквозь Поступь Дыхания Призрака Гым Пё и Дон Рёна все еще отчетливо пробивались слабые отголоски дыхания.
— Перед нами схватка змеи, извечного врага жаб, и рогатой жабы, промышляющей охотой на таких змей. Нам вовсе незачем вмешиваться в их спор.
— О чем ты…
— Смотрите внимательно.
Едва присутствие отряда Джин Со Уна рассеялось, оба чудовища, свирепо рыскавшие в поисках двуногих, растерянно заозирались по сторонам.
Затем, осознав, что все люди исчезли, они обратили пылающий Боевой Дух друг против друга.
Кья-а-а-а-а—
Гр-р-р-р-к—
Смертельная схватка двух Духовных Тварей разразилась в единое мгновение.
Золотисточешуйчатая Синеполосая Змея попыталась обвить кольцами тушу Однорогой Черной Жабы, тогда как жаба взмыла всем своим исполинским весом и нанесла таранный удар в змеиное тело торчащим на лбу рогом.
Кья-а-а-а-а—
Плоть Золотисточешуйчатой Синеполосой Змеи, которую обычные клинки не могли даже оцарапать, глубоко промялась внутрь, и чудовищная рептилия истошно забилась во всех направлениях.
Пронзительный визг иглами вонзился в барабанные перепонки братьев.
— Хочешь сказать, нам останется лишь прикончить победителя этой бойни? Но ведь даже это кажется непосильной задачей.
Даже погибни один монстр, какой силой они смогут одолеть выжившего?
— И в этом тоже нет ни малейшей нужды.
Схватка разгоралась все яростнее.
Когда Золотисточешуйчатая Синеполосая Змея щедро окатила округу ядом, Однорогая Черная Жаба задрожала, словно разбитая параличом от токсина.
Улучив эту заминку, Золотисточешуйчатая Синеполосая Змея распахнула колоссальную пасть и за один присест проглотила Однорогую Черную Жабу целиком.
— Ой! Если так пойдет, то Внутреннее Ядро…
— Бой еще не окончен.
Золотисточешуйчатая Синеполосая Змея вобрала Однорогую Черную Жабу в свою утробу.
С раздувшимся до предела горлом змея попыталась растворить добычу в желудочном соке за считаные мгновения.
Хрусь— Чвак—
Внезапно прямо из затылка Золотисточешуйчатой Синеполосой Змеи пробился острый рог.
«Ого! Сожрав Однорогую Черную Жабу, она теперь превращается в Однорогую Золотисточешуйчатую Синеполосую Змею?» — нелепо мелькнула шальная мысль в голове Ын Хо.
В этот миг фонтан черной крови ударил из разорванного черепа, и Золотисточешуйчатая Синеполосая Змея бездыханно уронила исполинскую тушу наземь.
Бух—
Ква-а-ак_ Гр-р-р-р—
Вырвав свой рог из черепа Золотисточешуйчатой Синеполосой Змеи, Однорогая Черная Жаба с трудом выползла наружу — ее шкура пузырилась и местами начисто растворилась от желудочной кислоты.
— Видите? Я же говорил, что драться не придется.
Первый Старший Брат, неведомым образом оказавшийся прямо над головой Однорогой Черной Жабы, вонзил Меч Черного Дракона по самую гарду в глаз чудовища.
Хрк—
Однорогая Черная Жаба издохла, не успев оказать даже подобия сопротивления.
Остолбенев от изумления, Ын Хо спросил:
— Старший Брат, неужели ты взошел на гору Макган, с самого начала зная, что погоня пойдет следом?
— Нам ведь в любом случае требовалось сдать Второе Испытание, разве не так? Денег у нас не водится. Вот мы и приняли посильную «помощь» от добрых людей.
— …Помощь?
Пока Ын Хо стоял в немом оцепенении...
Джин Со Ун обратился к Гым Пё и Дон Рёну:
— Теперь вы хоть немного доверяете своему старшему брату?
— Старший Брат! Твой покорный Гым Пё от самого рождения ни единого раза не усомнился в твоем слове!
— Первый Старший Брат! Я поверю тебе, даже если ты скажешь, будто соевую пасту варят из красной фасоли!
— ……
Пока Гым Пё и Дон Рён, опьяненные триумфом победы, безудержно ликовали...
Ын Хо никак не мог разделить их восторг из-за необъяснимой скребущей тревоги на сердце.
Правильно ли это?
Сколько бы он ни ломал голову, принять подобное было выше его сил.
«Что-то мне не верится, будто устроители экзамена в Академию Мурим закладывали в него именно такой смысл».
По словам Первого Старшего Брата, Академия Мурим все же являлась почтенной обителью учения, посему ее старейшины не могли в открытую начертать: «Мы желаем видеть среди учеников одних лишь богатых выродков». Именно поэтому они и состряпали такое испытание.
Каково же будет потрясение наставников Академии, когда кто-то решит задачу, изначально задуманную как абсолютно нерешаемая?
«Неужели все и впрямь обойдется?»
Гым Пё и Дон Рён уже собирались было подбросить Первого Старшего Брата в воздух на руках, однако от нехватки сил лишь с мольбой покосились на него.
Тяжело вздохнув, Ын Хо выкинул лишние мысли из головы.
......
— По правде говоря, у меня ума не приложится, как поступить.
Ян Гун Бэк ошеломленно взирал на туши Золотисточешуйчатой Синеполосой Змеи и Однорогой Черной Жабы с видом человека, застигнутого крушением мира.
Почтовый ястреб, которому надлежало принести весть, не смог даже приблизиться из-за леденящего убийственного намерения Небесной Сети и Земных Силков, посему сгорающий от тревоги Ян Гун Бэк в итоге прибыл собственной персоной.
У меня как раз нашлось дело, требовавшее его участия, так что я обрадовался его появлению, однако на лице гостя не читалось ни капли спокойствия.
— Что стряслось?
— Если я отправлю наверх отчет в таком виде, меня непременно обвинят в наглой лжи.
— …Ха-ха. Вот как?
Ян Гун Бэк протяжно вздохнул. Затем он торопливо взял себя в руки.
— Какое облегчение. Я места себе не находил от тревоги. А вы мало того что уцелели, так еще и явили столь грандиозный триумф.
— Все благодаря твоим заботам о нас.
— Вы уже получили Жетоны Второго Испытания?
Едва мы сразили Золотисточешуйчатую Синеполосую Змею с Однорогой Черной Жабой и вспороли им брюхо, дабы извлечь Внутренние Ядра, как из лесной чащи невесть откуда соткались экзаменатор Альянса Мурим и отряд воинов надзора.
— Каждое ядро зачли по достоинству Трех Кругов.
— Поистине невероятное свершение.
Ошарашенно поглазев на останки Золотисточешуйчатой Синеполосой Змеи и Однорогой Черной Жабы, Ян Гун Бэк вдруг вскинул взор и произнес:
— Но… как вы намерены распорядиться тушами этих чудовищ? Неужто решили сдать их на откуп Альянсу Мурим?
Поскольку Альянс Мурим обычно сам скупал туши и Внутренние Ядра Духовных Тварей, давешний экзаменатор обратился ко мне в точности с тем же вопросом.
— У меня есть куда более надежный друг. С какой стати мне обращаться к ним?
Едва я произнес это с многозначительной усмешкой, рот Ян Гун Бэка распахнулся так широко, будто челюсть вот-вот вывихнется.
— Я непременно… расшибусь в лепешку, но сбуду их так, что вы не пожалеете ни об одной монете!
— Тогда уж заодно пристрой и это.
Я протянул Ян Гун Бэку Внутренние Ядра Золотисточешуйчатой Синеполосой Змеи и Однорогой Черной Жабы.
Его глаза вылезли из орбит.
— Продай оба ядра и раздобудь взамен три подходящих Духовных Лекарства.
— …Молодой господин Со Ун. Разумеется, это выполнимо, но не лучше ли принять их силу лично, нежели пускать ядра с молотка ради сторонних снадобий?
— Оно-то так, вот только запас внутренних искусств моих ребят едва дотягивает до десятка лет.
— А-а…
Я ответил, бросив взгляд на братьев Гым, Ын и Дон, беззаботно перешучивавшихся между собой.
Внутренние Ядра Золотисточешуйчатой Синеполосой Змеи и Однорогой Черной Жабы были насквозь пропитаны ядовитой ци.
Обладай воин достаточным запасом энергии, даже эта ядовитая ци переплавилась бы во внутренние искусства, однако братья Гым, Ын и Дон отравятся насмерть задолго до того, как успеют растворить ядра в даньтяне.
— Посему распорядись и тушами Золотисточешуйчатой Синеполосой Змеи с Однорогой Черной Жабой, пустив вырученное золото на покупку подходящих Духовных Лекарств.
— Слушаюсь. Я достану Духовные Лекарства еще до того, как завершится продажа останков Духовных Тварей.
От этих слов я озадаченно склонил голову набок.
— Для меня это, конечно, благо, но тебе незачем взваливать на себя столь тяжкое бремя…
Раздобыть снадобья до сбыта добычи означало пустить в ход личное золото либо казну собственной школы.
Разве в таком случае ему не придется самому покрывать все непредвиденные издержки вроде разделки и долгого хранения туш Духовных Тварей?
А коль товар по какой-то причине залежится на рынке, вложенное серебро окажется замороженным на неопределенный срок.
Я решительно не понимал, ради чего Ян Гун Бэк добровольно вешает на себя убытки, которых вполне мог избежать.
— ……
Ян Гун Бэк, явно собиравшийся что-то сказать по этому поводу, несколько раз беззвучно шевельнул губами и лишь затем заговорил:
— Право слово, я не знаю, как поведать об этом, не окатив ледяной водой царящую радость.
— Что-то стряслось?
— Молодой господин Со Ун, у вас совершенно нет времени.
— К чему ты клонишь… Пусть на Первое Испытание мы едва поспели, но со Вторым Испытанием управились едва ли не раньше всех.
— Секта Удан, Секта горы Хуа и Секта Дяньцан пришли в движение.
— ……?
— Они идут прямо на молодого господина Со Уна.