— Ну и зачем я иду? — Наруто бурчит, подпинывая камень.

— Потому что он не заговорит сам. — Я иду рядом, руки в карманы, глаза в небо. — Ты — болтливая обезьяна. Используй это с толком.

— Эй, это обидно.

— Это правда.

Саске шёл по улице, не оборачиваясь. Наруто догонял его, я — чуть позади. Лицо скучающее. Внутри — не очень.

— Эй, Саске! — крикнул Наруто. — Постой!

— Чего вы за мной увязались? — бросил Саске, не сбавляя шаг.

— Просто… поговорить, — сказал Наруто с сомнением.

Саске остановился. Повернулся.

— Слушай, — начал Наруто, — я знаю, у тебя всё сложно. Но ты ведь не один. Мы же друзья.

Саске усмехнулся:

— Мы? Друзья? Ты так решил. Мне никто не нужен.

— Ложь! — резко сказал Наруто. — Тебе же одиноко!

— Нет. Я просто хочу мести. За семью. За то, что сделал Итачи.

Наруто сжал кулаки:

— Даже если так… нельзя отвергать друзей!

— Не нужны! — почти выкрикнул Саске. — Друзья — обуза!

С чего он вообще это взял? Кто его так перекосил?

— Ты не понимаешь, — продолжил Саске. — Откуда тебе знать, что я чувствую? У тебя вообще не было родителей.

— Да, — глухо ответил Наруто. — Не было. Но я знаю, каково это — быть одному. Когда на тебя смотрят с отвращением. Мы знаем.

— Отстань, придурок!

Их лица сблизились — дыхание в дыхание. Я уже приготовилась ловить их за шкирки.

— Что ты будешь делать? — вдруг спросила я.

— Отомщу, — не моргнув, сказал Саске.

— Это ничего не решит, — вмешался Наруто.

— Не тебе решать.

— И не тебе. Может, Итачи не хотел этого. Данзо за всем стоял — ты сам знаешь!

— И что? Его тоже убью. — Саске процедил сквозь зубы. — Итачи сам мне рассказал. Он… убил маму и папу. Мог бы не делать этого. Он был эгоистом. Сделал это ради силы!

Он правда так думает? Что Итачи — эгоист? Что он убил их ради силы? После всего, что я… После писем…

Что-то внутри меня лопнуло.

Я шагнула вперёд и с размаху влепила Саске пощёчину. Гулкую, резкую. Он аж отшатнулся.

— Идиот, — прошипела я. — Ты говоришь это так легко, не зная всей правды. Кто сказал, что это точно сделал Итачи? Ты хоть пытался проверить, думать? Или просто жрёшь чужие слова вслепую?

Саске молчал. Щека горела, взгляд колебался.

— Придурок без мозгов. Он твой брат, чёрт тебя дери. Как Наруто — мой. Я бы ради него кого угодно убила. А ты не допускаешь даже мысли, что Итачи мог поступить так ради тебя? Что если ему угрожали? Что если Данзо заставил его выбирать — ты или семья? Что если ты был для него дороже?!

Голос сорвался. Я замолчала. Лишнее. Я сказала лишнее. Но слова уже не вернуть.

— Может, твои родители знали, на что идут. Может, они согласились. А ты теперь что? Орущий на весь мир ребёнок, который предпочитает злиться, чем понять. Мы хотим помочь, а ты вываливаешь обрывки злобы и слухов, как…

Я резко повернулась.

— Бесишь. Такой дурак.

Саске стоял. Сначала просто молчал. Затем слегка пошатнулся — будто мои слова выдернули опору из-под ног. Он отступил на шаг, наткнулся спиной на дерево и замер. Секунда. Другая. Он не уходил. Просто стоял и смотрел в землю.

Наруто подошёл ближе — медленно, с осторожностью, как будто боялся вспугнуть. Я всё ещё стояла спиной к Саске, плечи подрагивали — не от слёз, от злости, которая едва улеглась.

Саске вдруг выдохнул. Хрипло. Как будто его сжало изнутри и только теперь отпустило.

— А что мне остаётся… — голос дрожал, совсем не похожий на его обычный холодный тон. — Я… я же не знаю. Понимаешь? Я ничего не знаю. Только боль. Только пустоту. Я не знаю, зачем он это сделал… и мне страшно. Мне правда страшно.

Он прикрыл лицо рукой.

— Я остался один… и каждый день не понимаю — кто был прав, кто виноват… а вдруг я просто не был ему важен?… Вдруг я был пешкой? Или обузой?

Я развернулась. Злость ушла. Осталась только усталость. И жалость — не к «бедному Саске», а к ребёнку, который запутался.

Я подошла и обняла его — резко, неуклюже, как будто пыталась удержать разваливающийся сосуд.

— Придурок, — выдохнула я. — Ты не один.

Наруто подошёл с другой стороны, приобнял за плечи.

— Мы рядом. И мы докопаемся до правды. Вместе.

Трое стояли, сцепленные объятиями, среди тихого двора. Впервые за долгое время — без слов, но не в одиночестве.

Они сидели у подножия дерева. Саске всё ещё тихо всхлипывал, ссутулившись. Наруто сидел рядом, хмурый и молчащий. Я — по другую сторону, слегка отвернувшись.

— Мне все твердят, что это Итачи виноват, — начал Саске, не глядя ни на кого. — Что он убил всех. А остальные из клана теперь на меня смотрят… как будто я тоже виновен. Говорят, я должен расплатиться за то, что сделал брат.

— Не слушай их, — отозвалась я, всё ещё не глядя.

— Ага, — поддакнул Наруто. — Они просто идиоты. Наказали только тех, кто был… ну… виноват. Наверное.

— Ты ведь сам сказал. — Саске вскинул на нас глаза. — Отец поддерживал восстание. Я это знаю.

Я глубоко выдохнула.

— Злиться — это нормально. Но обвинять всех подряд бессмысленно. Друзья всё равно важнее.

— Верно, — кивнул Наруто с серьёзным видом.

— Нас тоже не любят, кстати. Просто так. Мы привыкли. Наруто вытворяет чёрт знает что, я молчу. Их мнение неважно. Ты тоже можешь не обращать внимания. Не ищи виноватых. Это не поможет.

— Спасибо… — прошептал Саске.

— Не за что. Но ты должен извиниться. Перед всеми, кого игнорировал.

Саске кивнул.

— Угу.

— Вот и отлично! — оживился Наруто. — А теперь — идём в «Ичираку»!

— Опять?… — простонала я.

Саске усмехнулся. Слабо, но усмехнулся.

— Ха. И как ты с ним живёшь?

Я хмыкнула.

— Привыкаешь. Он ест только рамен, полезной еды не признаёт.

— Представляю.

— Зато дома чисто. — Я скрестила руки. — Если хочешь, можешь пожить с нами. Квартал Учиха тебе всё равно в радость не приносит. А Хирузен, думаю, разрешит — он разрешил оставить квартиру за нами, когда мы были мелкими.

— Отличная идея! — хлопнул в ладоши Наруто. — Квартира у нас крошечная, но норм. Мы с тобой на полу, Нацука на кровати.

— Эм… Это неожиданно.

— Вот и договорились! Теперь мы соседи!

— Я вроде не соглашался…

— Поздно. — Я пожала плечами. — Он уже решил за тебя.

— Чёрт.

— Пошли за вещами! — Наруто схватил его за руку.

— Можно отказаться?…

— Нет!

С этими словами он потащил Саске в сторону улицы Учиха. Я встала и пошла за ними, лениво зевнув.

Кажется, у нас теперь третий сосед. Надеюсь, он не храпит.