Поздняя ночь.

Вдоль стены дворца страны Хан скользили три черные тени.

— В-ваше Высочество!.. В такой поздний час, без ведома слуг, куда вы направляетесь?

Парен, одна из теней, побледнел и в ужасе спросил Аделу.

— А? Я же сказала: к тому, кто приготовил то блюдо.

— Но даже если так… Господин Джинхёк! Вы тоже должны её остановить!..

Не получив от Аделы ничего, кроме безразличного взгляда, Парен обратился за помощью к Джинхёку.

— Не стоит беспокоиться. Я рядом, поэтому безопасность гарантирована.

— Это, конечно, хорошо... но нет! Если раскроется, что принцесса, приглашённая в другую страну, тайком сбежала из дворца под покровом ночи, всё закончится не просто скандалом!

Однако Джинхёка, который уже предвкушал, что именно они сегодня съедят, эти доводы совершенно не трогали.

— Ой, да ну тебя! Так что, тебе совсем не интересно, как готовится то блюдо?

— А... нет... интересно, но...

Адела, раздражённая его нерешительностью, задала прямой вопрос, на который Парен не смог дать внятного ответа.

Верно.

Парен и сам умирал от любопытства.

Рецепт того восхитительного блюда… от одной мысли об этом сердце начинало биться чаще, словно от томительной влюбленности.

— Вот видишь! А теперь просто молча иди за мной!

— Нет… то есть… ха… не знаю. Уже всё равно.

Так три тени покинули дворец, растворившись в темноте.

Кан Джун почувствовал, как начинает болеть голова.

Сначала Джинхёк, который следил за ним.

Второй была принцесса Адела, следившая за Джинхёком.

А теперь они притащили еще и какого-то юношу.

— ...Кажется, я видел его на банкете?

— А… да! Парен Херче, повар на службе королевской семьи Эшулана!

Юноша с короткими каштановыми волосами и веснушками на переносице поклонился Кан Джуну.

Кан Джун припомнил: это был тот самый парень, который в конце банкета жевал его блюдо с неопределенным выражением лица.

И он оказался поваром из королевского дворца Эшулана?

— ...И зачем вы привели этого Парена?

Кан Джун догадывался о причине, но из вежливости спросил Аделу.

— Ну конечно, чтобы он поучился у тебя готовить!

«Как и ожидалось…»

Адела ответила с такой уверенностью, словно соседка, просящая присмотреть за ребёнком: «Пожалуйста, позанимайтесь с моим мальчиком».

— Разумеется, я не прошу об этом бесплатно. Чего ты хочешь?

На слова Аделы, от которых так и веяло материализмом, Кан Джун задумался.

— Хм… тогда запишем это как долг принцессы. Сейчас мне ничего особенного не нужно.

Денег сейчас было не то чтобы в избытке, но на жизнь хватало, да и Вандже щедро отблагодарил его после банкета. Так что если принцесса останется ему должна, это наверняка пригодится в будущем.

К тому же учить новичков в ресторане — дело привычное.

— Ого... Значит, ты решил оставить в должниках саму третью принцессу Эшулана, Эшулан би Аделиан?

— Что ж, если у такой великой принцессы накопится должок, разве он не вернётся сторицей?

— Ха-ха! Как всегда, мне нравится твоя смелость! Хорошо! Договорились.

Адела громко рассмеялась, глядя на Кан Джуна.

«Этот ребенок, который смеет проявлять такую дерзость даже передо мной… как же хочется заполучить его…»

Адела была бы не прочь заполучить Кан Джуна — талантливого, красноречивого и смелого, — но пока приходилось довольствоваться малым.

— Тогда, раз уж будешь учить нашего повара, заодно приготовь нам что-нибудь на перекус~

— А! Прошу прощения, можно и мне одну порцию…

— Да-да, эй, ты. Иди за мной.

— Д-да!

Так Парен, сам не понимая, что происходит, поплелся за Кан Джуном на кухню.

— Итак, давай-ка посмотрим, на что ты способен. Омлет приготовить сможешь?

— Д-да! Смогу!

«Что за... Почему я сейчас слушаю указания этой маленькой девчонки?»

Воспоминания были свежи.

На банкете во дворце была девочка, которая постоянно подавала блюда, кратко их представляла и уходила.

И эта девочка приготовила то блюдо с банкета?

Чушь.

Парен не мог принять тот факт, что столь невероятное блюдо приготовил ребенок, которому на вид было лет четырнадцать.

Но что-то было не так.

Подавляющая уверенность и харизма, исходившие от этого ребенка, заставили тело Парена двигаться само собой.

Будто он стоял перед настоящим шеф-поваром.

— Итак. Ингредиенты готовы, приступай.

— Есть! Буду стараться!

Парен отбросил лишние мысли и начал подготовку к приготовлению омлета.

Омлет.

Простое блюдо из яиц, но результат зависит от мастерства повара.

Благодаря этой особенности омлет был идеальным блюдом для проверки навыков.

Сначала он разбил в миску три-четыре яйца и тщательно взбил их.

Затем добавил соль, перец и немного сливок, перемешав всё до однородности.

После этого нужно было смазать маслом маленькую сковороду и зажечь огонь.

— Э… как этим пользоваться?

Парен уставился на очаг, окруженный странными витиеватыми символами, а не привычную печь с мана-камнем, и спросил Кан Джуна.

— А-а, ты ведь видишь такое впервые, да? Ну конечно. Смотри: видишь внизу вентиль? Положи на него руку и поверни... вот так!

— Уа-а!.. О-огонь!..

Когда Кан Джун продемонстрировал, как зажечь пламя, Парен отпрянул в испуге.

Этот очаг был сконструирован Кан Джуном по его просьбе к Рюволь: он автоматически поглощал ману пользователя, а символы, начертанные на нем, извергали пламя.

С помощью нижнего вентиля можно было тонко регулировать температуру — почти как на современной газовой плите или индукционной панели.

— Н-невероятно!..

Парен не мог сдержать восхищения.

В его кухне использовались дорогие мана-камни, пропитанные магией огня.

Интенсивность пламени зависела от размера камня, а большие камни давали только сильный огонь, поэтому регулировать его было сложно.

К тому же, они быстро расходовались, приходилось менять по несколько штук в день.

Только во дворце, где денег было куры не клюют, могли позволить себе использовать мана-камни постоянно, в остальных местах обычно топили дровами.

А этот прибор мог использовать даже тот, кто не владел магией, к тому же он позволял тонко регулировать пламя и был очень экономичен, так как питался маной самого пользователя.

«Использовать такой магический инструмент… это поразительно… Ой! Сейчас главное — сосредоточиться на омлете!..»

Установив слабый огонь, он вылил яичную смесь на маленькую сковороду и начал помешивать палочками.

При таком способе приготовления тепло распределялось равномерно, и текстура получалась очень нежной.

Когда яйца начали схватываться и нижний слой стал стабильным, он аккуратно приподнял края.

Затем решительным движением сложил омлет пополам, сдвинул его к краю сковороды и с помощью лопатки или палочек придал ему форму.

После этого, осторожно перекатывая, довел его до готовности, следя за тем, чтобы не подгорел.

— Вот! Готово!

Красивый овальный омлет на тарелке предстал перед Кан Джуном.

Омлет был одним из тех блюд, в которых Парен был уверен, ведь он практиковался в его приготовлении с самого начала своей работы на кухне.

— Хм... Форма хорошая, цвет не изменился. М-м. Внутри тоже нежно, всё как надо. Молодец.

— Спасибо!

Омлет был действительно высокого качества даже по меркам Кан Джуна.

«Омлет невозможно приготовить хорошо без практики. Время, вложенное в готовку, всегда отражается в этом блюде».

Кан Джун наблюдал за тем, как Парен готовил омлет.

В глазах Парена, сосредоточенного на процессе, читалась страсть настоящего повара.

Однако.

Одной лишь любви к кулинарии и страсти недостаточно, чтобы стать первоклассным поваром.

— Что ж. Теперь моя очередь.

Кан Джун закатал рукава, готовясь приготовить свой омлет.