С того самого дня, как мы прогулялись с Ланой, меня втайне одолевала тревога.

Хоть я и сделал это ненамеренно, но всё же совершил святотатство.

Конечно, сама Лана не стала раздувать из этого проблему и спустила всё на тормозах, однако я всё равно не мог полностью успокоиться.

Ведь оставалась вероятность, что она передумает.

Тогда она просто растерялась и потому промолчала, но когда смущение пройдёт и к ней вернётся хладнокровие, её мысли могут перемениться.

Лана, которую я знал, была не из тех, кто ворошит прошлое из-за перемены настроения, и всё же поручиться за это я не мог.

Минуло восемь лет, а главное — я понятия не имел, как она относится к людям, с которыми едва знакома.

По этой причине я и переживал.

«А что, если прямо сейчас святые рыцари Культа или войска Империи выломают эту дверь и ворвутся внутрь?» — то и дело думал я.

Впрочем, забегая вперёд, ничего подобного не произошло.

Прошёл день, затем второй, а за ним и третий.

С течением времени моя тревога постепенно улеглась, и вот, когда я уже собирался окончательно выбросить её из головы...

— Эм... Здравствуйте?

Лана снова пришла ко мне.

На этот раз я не растерялся, ведь между нами была своего рода договорённость о том, что она подлечит моё тело.

Сам я ничего не сделал для неё взамен, но раз уж разговор пошёл в таком русле, я ожидал её возвращения.

Вот только... Атмосфера казалась какой-то странной.

— ...

— ...

Между нами повисло молчание.

Я и сам по себе не отличался общительностью. Будь я всё ещё Гунтером, то попытался бы завязать разговор... но сейчас я банально не понимал, как мне вести себя с Ланой.

Впрочем, с моим молчанием всё ясно.

Проблема заключалась в Лане.

Почему-то она почти не проронила ни слова. Списать это на обычную усталость не получалось — от неё исходило какое-то странное напряжение.

Трудно выразить словами, но казалось, будто Лана чувствует себя со мной неловко.

Так или иначе, из-за этого тягостное молчание никак не рассеивалось.

«...Может, сказать хоть что-нибудь?»

Мысль промелькнула, но ничего подходящего в голову не шло. Я и раньше с трудом подбирал слова, а теперь и подавно.

«Зачем я вообще это сделал?..»

Тот самый случай, когда я невзначай погладил Лану по голове.

Из-за той оплошности заговорить было ещё сложнее. Пускай всё обошлось, совершённый проступок никуда не делся.

К тому же, пусть это и было лишь ничем не подкреплённой догадкой, мне казалось, что Лана тоже всё ещё переживает из-за случившегося.

...Нет, скорее всего, так оно и было. Иначе нельзя было объяснить, почему сегодня она ведёт себя столь непривычно.

«...Всё-таки стоит извиниться как следует».

Посреди тишины я принял твёрдое решение: принести искренние извинения. Собравшись с духом, я нарушил молчание:

— Эм...

— Д-да-а?!

Однако реакция Ланы оказалась чересчур бурной, отчего я поневоле растерялся.

Неужели тот случай настолько глубоко засел у неё в памяти? Может, прямо сейчас я собственными руками рою себе могилу?

Несмотря на эти мысли, я не стал отступать. Раз уж решился, нужно довести дело до конца.

— Эм... Простите меня.

Я склонил голову перед Ланой и искренне повинился.

Но...

— Что?.. С чего это вдруг?..

Лана удивлённо уставилась на меня, хлопая глазами в полном недоумении.

«Что? Разве она переживала не из-за этого?»

Для меня её реакция оказалась полной неожиданностью. Я ведь был уверен, что Лана тяготится прошлым разом. Но сейчас она выглядела так, будто совершенно не понимала, к чему я клоню.

...На мгновение мне показалось, что я сам разворошил осиное гнездо на ровном месте, но...

— Я о том случае, когда позволил себе дерзость по отношению к вам, Святая.

Тем не менее я договорил до конца.

— А, а-а!..

Глаза Ланы широко распахнулись.

И затем...

— Т-тот... случай. Да, понимаю.

Её ответ прозвучал крайне натянуто и неестественно.

«...Так и есть».

Я мысленно кивнул. Похоже, моя догадка попала прямо в цель. Любому со стороны было ясно: Лана всё ещё не отпустила то происшествие.

— В-всё в порядке. Такое случается. Можете не переживать... всё правда хорошо.

Лана произнесла это с улыбкой, но я заметил: эта улыбка выглядела совсем не так, как обычно, и казалась откровенно вымученной.

Впрочем...

— ...Благодарю вас.

Заострять на этом внимание я не стал. Если уж она сама так говорит, я не стану лезть на рожон.

Отбросив мораль и вежливость, это было бы равносильно самоубийству. Стоит Лане опомниться и сказать: «И правда! Если подумать, такое спускать с рук нельзя!», как в тот же день мне настанет конец. Меня схватят Культ или Империя и сожгут на костре на глазах у глазеющей толпы.

Подобной участи мне хотелось избежать любой ценой, поэтому, заглушив укоры совести, я просто смиренно склонил голову.

На этом внезапная заминка сошла на нет.

— Всё готово.

Спустя некоторое время сеанс исцеления подошёл к концу.

— Спасибо.

Поскольку на сегодня всё закончилось, причин задерживаться больше не было, и Лана сразу же поднялась со своего места. Мне было немного жаль, но в то же время я ощутил облегчение: эта неловкая атмосфера никак не желала рассеиваться.

Пообещав вернуться завтра, Лана ушла, а я направился прямиком в общежитие.

Время шло, и наступил следующий день.

Как и обещала, Лана снова пришла ко мне и всё в той же неловкой обстановке продолжила исцеление.

Так прошёл ещё один день.

На следующий день и в последующие Лана исправно навещала меня.

И где-то в этот промежуток я почувствовал неладное.

«...Разве она не говорила, что потребуется всего пара сеансов?»

Я отчётливо помнил, как во время первой встречи она назвала именно такой срок. Может, память меня подводит?

...Нет, исключено. Я не мог похвастаться феноменальной памятью, но и на забывчивость никогда не жаловался. Такую деталь я обязан был запомнить верно.

Желая аккуратно всё прояснить, я посмотрел на Лану, направляющую на меня потоки божественной силы, и осторожно начал:

— К слову, помнится, поначалу вы упоминали, что для полного выздоровления потребуется всего два-три сеанса...

И тут...

*Вздрог.*

Лана заметно вздрогнула всем телом.

А затем торопливо заговорила:

— Т-так и было... Однако... след оказался слишком глубоким и сходит куда труднее, чем я думала. Похоже, придётся провести больше сеансов, чем предполагалось.

— А, вот оно что.

Я понимающе кивнул. Объяснение звучало убедительно: Лана ведь тоже человек, так что вполне могла ошибиться в расчётах.

— Н-но вы не волнуйтесь! Если уделить этому достаточно времени, всё пройдёт без следа.

— Это радует. Спасибо вам.

То, что лечение затянется, меня нисколько не огорчало. Сам факт того, что я получал подобную помощь, уже был для меня благословением и невероятной удачей. К тому же, какова бы ни была причина, возможность проводить время рядом с Ланой меня только радовала.

Так или иначе, дни снова потекли своим чередом. Как и прежде, Лана приходила изо дня в день, и благодаря этому разделявшая нас неловкость постепенно сошла на нет. Её визиты незаметно стали привычной частью моей жизни.

Вот только наши встречи не могли оставаться тайной вечно.

— Хмм...

Когда в один из дней я, как обычно, пришёл на условленное место, там стояла жрица Эн, скрестив руки на груди.

Рядом с ней виновато жалась Лана.

— Простите... нас раскрыли, — смущённо улыбнулась Лана, едва заметив меня.

— Всё в порядке. Вам не за что извиняться, Святая, — невозмутимо ответил я.

На самом деле я даже не удивился, ведь прекрасно понимал, что рано или поздно тайное станет явным.

Украдкой взглянув на жрицу, я увидел то же самое: Эн стояла со скрещенными руками и пристально разглядывала меня. Полностью прочесть её мысли мне не удавалось, но в одном я не сомневался.

«Вряд ли она в восторге от увиденного».

Я был убеждён, что в её глазах выгляжу отвратительно. И это естественно. Пускай это и не было... тайным свиданием, сам факт того, что Святая тайком видится с мужчиной, не сулил ничего хорошего.

А если этот мужчина — отпетый мерзавец, которому ещё поискать равных?

О доброжелательности не могло идти и речи. Будь я на её месте, непременно попытался бы вышвырнуть такого наглеца силой.

Поэтому я приготовился к худшему. Зная нравы жрицы и текущую ситуацию, я ожидал града отборных оскорблений. Возражать я не собирался: она пеклась о благе Ланы, поэтому я намеревался просто молча всё стерпеть.

И пока я внутренне собирался с духом...

— ...Попрошу вас впредь не допускать дерзостей в адрес Святой.

Из её уст сорвались неожиданно сдержанные слова.

«...Что?»

Сильно изумившись, я тем не менее машинально отозвался:

— Я буду осторожен.

На этом разговор подошёл к концу.

— В таком случае я пойду. И не задерживайтесь допоздна, хорошо?

— Да, я поняла.

Бросив эти слова, жрица Эн действительно развернулась и ушла.

Пока я стоял с ошарашенным видом, поражённый столь лёгким исходом, Лана, словно угадав моё замешательство, пояснила:

— Эн очень понимающая. Наверное, и в этот раз она решила пойти мне навстречу.

Пойти навстречу, значит.

Я не до конца осознал глубинный смысл её слов, но в любом случае обошлось без беды. Напротив, на душе даже полегчало. Возникло ощущение, будто меня признал человек, который приходится Лане едва ли не опекуном.

Разумеется, она одобрила не меня лично, а исключительно наши встречи ради лечения. Как бы то ни было, я вздохнул с облегчением: тяжкий груз наконец-то свалился с моих плеч. Теперь я мог видеться с Ланой с куда более лёгким сердцем.

Я искренне радовался этой передышке... но, к сожалению, судьба не собиралась оставлять меня в покое.

По академии внезапно поползли слухи.

Слухи о том, что Лана тайно встречается со мной наедине.