Перед лицом стольких фигур в черных одеяниях…

Девять водных демонов инстинктивно приняли свои истинные, исполинские облики. Их уродливые, свирепые морды отличались друг от друга, но на каждой застыло совершенно одинаковое выражение глубокой тревоги!

Подобный шаг явно шел вразрез с приказом Седьмого Драконьего Внука скрывать свои ауры.

В конце концов, перед ними стоял всего лишь практик на Стадии Возвращения в Пустоту, и устраивать такое представление не было никакой необходимости.

«…»

Ранее, находясь далеко за пределами здешних водных и земных территорий и наблюдая за битвой сквозь формацию мечей, Су Хунсю видела все не так отчетливо.

Теперь же, оказавшись здесь лично, она вдруг обнаружила, что Шэнь И находится всего лишь на Восьмом Уровне Возвращения в Пустоту.

А ведь мгновение назад он, преодолев разницу в целых четыре уровня силы, собственноручно забил насмерть ту самую Красноокую Тёмную Фениксиху.

Она скосила взгляд в сторону.

Посреди бескрайних вод девять демонов настороженно всматривались в пустоту, словно узрели там нечто невероятное.

Сорок Девять Небесных Развертываний?

Будучи Избранницей Дао Секты Небесного Меча, Су Хунсю была наслышана об этом духовном искусстве.

Но чтобы разом поймать в ловушку этой техники девять демонов, чья культивация намного превосходила его собственную… Это требовало не только колоссальных затрат сил, но и высочайшего мастерства в самом искусстве Сорока Девяти Небесных Развертываний.

Судя по этой картине, можно было сделать лишь один вывод.

Познания Шэнь И в этой технике уже перешагнули стадию Большого Успеха и вплотную приблизились к Совершенству.

Вот она, сила того, кто вобрал в себя всю судьбу Благословенной Земли Наньян.

Спустя целых сто тысяч лет он наконец привел человеческих практиков и открыл Великое Защитное Формирование Секты.

Его появление на свет вполне могло быть проявлением остаточной воли самой Благословенной Земли Наньян или даже замыслом, оставленным тем самым гегемоном Стадии Слияния с Дао.

Это было единственное объяснение, которое пришло в голову Су Хунсю.

Р-р-ра…

В то же мгновение яростный рев Копья Сокрушения Звезд Лазурного Дракона вновь эхом раскатился по поднебесью!

В этом магическом поединке, затрагивающем уровень Белонефритового Города, именно схватка практиков Стадии Возвращения в Пустоту оказалась самой грандиозной и яростной.

Один против девяти – он не только не выказал и капли страха, но и первым бросился в атаку.

Над унылыми Лазурными Небесами из-за туч высунулась исполинская драконья голова, равнодушно взирая на мир смертных; усы и когтистые лапы казались осязаемыми, а на лазурной чешуе то то, то здесь вспыхивали искры фиолетового света.

Шэнь И впервые использовал фиолетовую энергию Первозданного Хаоса для усиления техники, не связанной с методом Духовного Тела.

В следующий миг призрачный силуэт лазурного дракона с ревом ринулся вперед.

С невероятной скоростью он накрыл одного из огромных водных демонов!

Резко выдвинувшиеся острия драконьих когтей слились воедино с острием длинного копья.

Путс!

Черное одеяние промелькнуло в небесах, и в миг, когда призрачный дракон рассеялся…

Шэнь И уже стоял за спиной водного демона. Его копье до самой рукояти окрасилось багровой кровью, а на плече исполинского монстра проступила тонкая красная нить. Все его верхнее тело накренилось и сползло в воду, отделившись от нижней половины, все еще топтавшейся в морской пучине.

Бум-бум-бум…

В небо взметнулись стометровые фонтаны брызг.

Оставшиеся восемь водных демонов наконец вырвались из иллюзии Сорока Девяти Небесных Развертываний.

Почуяв резкий, бьющий в нос запах крови, они открыли глаза и увидели стоящую к ним полубоком фигуру в черном, а позади нее – бездыханную тушу своего великого генерала.

Чанг!

Шэнь И слегка повернул ладонь, и Драконье Копье в его руке резко вздрогнуло, стряхивая брызги крови и вновь засияв холодным блеском.

Он медленно перевел взгляд на свирепых великих демонов.

И ни один из них не посмел встретиться глазами с этой фиолетово-золотой парой зрачков. Тяжело и прерывисто дыша, чудовища застыли на месте.

Когда они таились под водой, даже предсмертные вопли Красноокого Тёмного Феникса не давили на них так сильно, как сейчас это одинокое черное одеяние.

В бою хуже всего – не понимать, что происходит.

Они просто не могли осознать, как он это провернул.

А без понимания невозможно дать отпор, и с каждой секундой раздумий страх в их сердцах становился все гуще.

— Ну что, ты? — Шэнь И наугад выбрал одного из них и медленно направил острие копья.

Демон-сом, на которого указало оружие, инстинктивно шарахнулся в сторону, но обнаружил, что наконечник следует за ним. Он яростно и глухо прорычал:

— Я… чуть позже!

Проклятая тварь, он еще и выбирает?!

Это же окружение и засада! А не детские игры!

Кто вообще собирается драться с тобой один на один!

— Тогда ты. — Шэнь И развернул копье и указал на демона-питона.

«…»

Восемь великих демонов переглянулись. Пока повадки врага оставались загадкой, тот, кто двинется первым, с огромной вероятностью получит смертельный удар копьем.

По идее, все они были закаленными в боях великими генералами Армии Черепах, заслужившими свою культивацию и внутренний резерв на полях сражений.

С храбростью и силой духа у них все должно было быть в порядке.

Но именно поэтому… с таким трудом добившись нынешнего положения, каждый из них хотел остаться в живых и получить награду, сделав еще один шаг вверх, а не стать безжизненным телом, о котором будут поминать. Тем более при холодном и эгоистичном нраве Седьмого Драконьего Внука тот вряд ли вообще о них вспомнит.

Пока они колебались…

В ушах демонов вновь раздался полный отчаяния предсмертный крик.

Тот самый шелкопряд-мясокрыл, чья сила была сопоставима с уровнем Белонефритового Города, уже получил тяжелейший удар мечом от Су Хунсю и держался лишь на упрямстве. Теперь же его намертво зажала не знающая страха каменная марионетка, а помощи от сородичей все не было. В итоге, изнуренный борьбой, гигантский червь лишился своих мясистых крыльев – их просто вырвали с корнем.

— Сдохни перед Сем Владыкой! — Взревел У Цзюнь, и золотые узоры на его теле собрались в сплошной поток света.

Он целиком протиснулся в незатягивающуюся рану на брюхе шелкопряда и принялся неистово крушить его внутренности, пока внутри огромного тела не раздалась череда глухих взрывов.

Лишившись крыльев, дядя Драконьего Внука окончательно потерял силы и с тяжелым всплеском рухнул в воду.

[Убит шелкопряд-мясокрыл уровня Белонефритового Города. Общий срок жизни: триста двадцать две тысячи лет. Извлечено оставшихся девяносто семь тысяч лет]

Гибель великого демона уровня Белонефритового Города фактически означала полный провал всей засады.

«…»

Шэнь И неторопливо опустил копье и тихо выдохнул.

Даже у богатого хозяина запасы не бесконечны.

Сначала он убил Красноокого Тёмного Феникса, а затем, чтобы запугать эту свору, был вынужден выложиться на полную ради быстрого убийства одного из водных демонов.

Похоже, никто из них не помнил, что он всего лишь практик на Восьмом Уровне Возвращения в Пустоту. Фиолетовая энергия Первозданного Хаоса сильна, но ее запасы отнюдь не безграничны.

Если бы он действительно мог без труда перебить всю эту ораву, то не стал бы тратить время на пустую болтовню.

— Ты…

Оставшиеся демоны Двенадцатого Уровня Возвращения в Пустоту, кажется, начали о чем-то догадываться, но стоило им поднять глаза, как перед ними возникло покрытое шрамами каменное лицо со сверкающей лысиной, усеянной яркими золотыми узорами.

Знакомый облик – это определенно был их молодой владыка.

Но исходящая от него аура казалась им чужой до глубины души – это была сила того же уровня, что и у У Жунбао.

— Почему вы еще не на коленях? Почему не присягаете на верность моему Владыке? — Негромко произнес У Цзюнь.

Не успело затихнуть эхо его слов, как он нанес сокрушительный удар кулаком. Золотые узоры соткались в подобие шахматной доски, накрыв голову одного из великих демонов.

Хрусь!

В то же мгновение, как череп монстра разлетелся на куски, его безжизненное тело медленно опустилось на колени прямо на водную гладь.

Началась беспощадная расправа практика уровня Белонефритового Города над теми, кто находился на Стадии Возвращения в Пустоту.

Быстрая и грубая!

Слегка поврежденное каменное тело У Цзюня стремительной тенью металось в небесах, забирая одну жизнь за другой.

Многометровые туши валились на колени одна за другой, заслоняя солнце подобно величественным изваяниям. Они погружались в потемневшую от крови воду, плотным кольцом окружая стоящего в самом центре юношу в черном одеянии.

В море сознания Шэнь И…

Кэ Шисань наблюдал за этим с открытым ртом. Он и представить не мог, что среди водного народа водятся столь бесстыжие и льстивые твари!

Даже в такой ситуации этот мерзавец не забывал выслуживаться перед хозяином!

— Фух. — Шэнь И выровнял дыхание.

Он убрал груду тел в свое кольцо на большой палец, после чего сделал шаг вперед и перехватил девять Тайных Тросиков.

Пусть Су Хунсю и выглядела совершенно истощенной, но с Белонефритовым Мечом в руках, даже не имея сил на сложные техники, она с самого начала и до конца теснила У Жунбао. Глядя на них, сложно было поверить, что они находятся на одном уровне культивации.

Врожденная божественная способность золотого черепашьего демона перед ее мечом казалась мягким соевым творогом – клинок крушил ее без малейшего труда.

За короткое время старая черепаха покрылась глубокими ранами и окончательно лишилась возможности защищаться.

В момент, когда в душе Су Хунсю вспыхнула жажда убийства, ее тело вдруг покачнулось, а из-за спины донесся спокойный голос:

— Береги силы. С остальным я разберусь сам, — Шэнь И легким движением вырвал Тайные Тросики у нее из рук и спрятал их в кольцо.

«…»

Подобные слова ей доводилось слышать нечасто.

Су Хунсю бросила взгляд на блекнущий Белонефритовый Меч в своей руке и ненадолго замолчала. Этот юноша находился лишь на Стадии Возвращения в Пустоту, но сразу понял, что она уже исчерпала все свои резервы. Если она продолжит сражаться, это неизбежно нанесет непоправимый вред ее культивации.

Для Избранницы Дао Секты Небесного Меча всегда было привычным делом стоять впереди всех и ни в коем случае не выказывать слабости.

Но Шэнь И был Главой Секты.

А то, что Глава Секты оберегает своего Избранника Дао, вполне естественно и не считается позором.

Она наконец прекратила движение, ее рука бессильно опустилась, а Белонефритовый Меч вновь обратился в фиолетовое свечение и скользнул обратно за ворота Великого Города Лунхань.

— Ученица Хунсю благодарит Главу Секты Наньян за помощь.

Она слегка кивнула и устремилась вниз. Опустившись рядом со своей потерявшей сознание младшей сестрой, она дрожащей рукой легонько ущипнула ту за щеку, оставив на бледной коже след от крови на кончиках пальцев.

На иссохшем лице Су Хунсю проступила редкая для нее теплая и нежная улыбка.

Затем она краем рукава бережно стерла кровь с лица сестры, уселась в позу лотоса и принялась подавлять бушующую внутри силу Плода Меча Круговорота Сансары.

— Хе.

У Цзюнь приземлился рядом со старой черепахой и мертвой хваткой вцепился пальцами в его плечи. Два тяжелораненых практика уровня Белонефритового Города – оба из Клана Золотых Черепах – сошлись в яростной схватке прямо под лазурным куполом.

«…»

Глаза У Жунбао налились кровью, он изо всех сил активировал свои золотые узоры, но соперник безжалостно сминал его защиту.

Родословная этой каменной марионетки уже давно превзошла все мыслимые пределы Клана Золотых Черепах.

Скрип-скрип.

— Неужели я тоже… стану… такой же бездушной марионеткой… — прохрипел У Жунбао, чувствуя, как его прочное демоническое тело трещит по швам. В глубине его глаз отразились отчаяние и первобытный страх. Он горько и самокритично усмехнулся – надо же, он пытается говорить с мертвым предметом.

Однако в следующий миг марионетка действительно ответила ему:

— Раскатал губу, — У Цзюнь презрительно скривил губы и одним мощным рывком разорвал тело У Жунбао надвое. Родословная этой черепахи определенно достанется ему самому, а вот отцу придется послужить их общему господину в каком-нибудь ином качестве.

В следующий миг он подхватил останки старого черепаха, перелетел на Риф Изумрудного Облака и скользнул обратно в море сознания Шэнь И.

[Оставшаяся продолжительность жизни демонов: один миллион девятьсот десять тысяч восемьсот лет]

Всего двенадцать великих демонов принесли ему почти миллион лет жизни.

Но куда более ценными, чем системные годы, были их плоть и сами души демонов.

Шэнь И поднялся на ноги и подошел к краю рифа. Он только вытащил черный меч Сюаньцзянь, собираясь покинуть это место, как позади раздался тихий шепот Су Хунсю:

— Сначала залечи раны, о прочем не беспокойся.

— М? — Шэнь И обернулся и посмотрел на нее.

— Избраннику Дао дозволено поступать своенравно, главное – побеждать, — Су Хунсю открыла глаза. В обычные дни она редко утруждала себя объяснениями.

— А если проиграть? — Шэнь И, кажется, уловил суть ее слов.

— Проиграешь – и у секты появится новый Избранник Дао.

Ответ Су Хунсю прозвучал предельно жестко, но он наглядно показывал, кем на самом деле являлся Избранник Дао в великих сектах.

Если хочешь унаследовать Благословенную Землю Слияния с Дао, ты должен быть готов нести на своих плечах жизни всех существ, обитающих на ней.

Это не воспитание преемника, не детские игры и не забота о младенце.

Обычный земной император может сначала взойти на престол, а уже потом постигать искусство управления государством. Но с Избранником Дао все иначе: в миг, когда он сливается с Дао, жизнь и смерть всей секты оказываются неразрывно связаны с ним одним, и пути назад уже не будет.

Избранник Дао волен принимать любые решения, пока они ведут к победе. И он не имеет права проиграть ни единого раза.

Сначала получи власть, затем докажи делом, что твоих сил и твердости духа достаточно, дабы удержать ее, и лишь после этого занимай престол.

«…»

Шэнь И с некоторым непривычным чувством убрал летающий меч.

С тех пор как он покинул Наньян, ему впервые довелось пережить ощущение, когда после драки не нужно было сломя голову уносить ноги.

Это казалось немного странным.

На разных краях Рифа Изумрудного Облака двое практиков сидели спиной друг к другу в позе лотоса.

Кровь из кольца Шэнь И непрерывным потоком устремилась в его море сознания, где один за другим начали формироваться подавляющие камни. Системные годы стремительно таяли, а демонический исток бурным потоком вливался в души демонов.

Спустя какое-то время.

Огромный шелкопряд-мясокрыл открыл глаза посреди бескрайней ночной тьмы.

Помня о присутствии сестер Су, он не стал реветь и выпускать свою ауру, но в его медленно вращающихся зрачках читалась неописуемая, первобытная свирепость.

Даже без Мерного Мерила было очевидно, что эта тварь по своей мощи превосходит любой столп Дао первого ранга.

Почти три десятка единиц демонического истока подарили Шэнь И еще одного послушного бойца уровня Белонефритового Города.

Среди остальных девяти поверженных демонов лишь двое принадлежали к Клану Золотых Черепах.

Все прочие были великими генералами, которых Клан Черепах подчинил себе за долгие годы истребления и притеснения других водных рас.

Еще сто сорок с лишним единиц демонического истока бесследно исчезли.

И все эти чудовища один за другим открыли глаза в ночной пустоте. Их уродливые, жуткие изваяния постепенно наполнялись новой, призрачной жизнью.

— Ох. — Шэнь И не стал торопиться с прорывом на Девятый Уровень Возвращения в Пустоту. Он поднялся на ноги и посмотрел на старуху, чьи седые волосы постепенно наливались здоровой чернотой.

Су Хунсю тоже открыла глаза, бережно подняла сестру и уложила ее в центр передаточного формирования мечей.

Сделав несколько быстрых магических жестов, она спокойно проводила взглядом исчезающую фигуру Су Юйшан.

Пусть ее собственная аура сейчас не казалась мощной, но в ней больше не было той пугающей слабости, из-за которой она еще недавно выглядела готовой испустить дух в любую секунду.

— У меня еще остались дела в этих краях. У Главы Секты Наньян нет желания присоединиться? — Отправив сестру в безопасное место, Су Хунсю уважительно сложила ладони перед Шэнь И. Пусть они были едва знакомы, но недавние действия юноши наглядно показали, что его крайне интересуют тела поверженных демонов.

Услышав ее, Шэнь И устремил взор на расстилающуюся впереди водную гладь.

Если память ему не изменяла, ранее она обещала вырезать весь их выводок под корень. А раз сам Драконий Внук до сих пор не явился, дело нельзя было назвать завершенным.

Его лишь немного терзали сомнения – неужели они действительно могут средь бела дня ворваться в подводные владения и убить Драконьего Внука?

Шэнь И вернул взгляд к собеседнице и коротко кивнул:

— Есть интерес.

На губах Су Хунсю промелькнула едва заметная улыбка. Этот молодой Глава Секты определенно пришелся ей по душе.

…

Далеко от Рифа Изумрудного Облака, в глубинах водного царства.

Роскошный каменный зал, украшенный бесчисленными редкими сокровищами, сиял великолепием и богатством.

Это были владения клана матери Драконьего Внука.

Пусть род шелкопрядов-мясокрылов и не считался великим среди водных обитателей, но стоило им поднять стяги Дворца Дракона, как в Водах Южного Хуна они мгновенно превращались в неприкосновенных исполинов, которых никто не смел задевать.

Кэ Седьмой полулежал на своем драгоценном престоле, напоминающем ложе, и изо всех сил сжимал в ладони Передачную Раковину.

С каждой минутой его лицо становилось все более мрачным и серым.

С той стороны по-прежнему не было никаких вестей.

Наконец он не выдержал, резко сел и в упор уставился на зажатую в руке ракушку.

Стоявшая позади него красивая женщина средних лет мягко положила руку ему на плечо:

— Ты – Драконий Внук, не теряй самообладания. Твой дядя там, с ним ничего не случится… Но даже если что-то пойдет не так, ты обязан сохранить разум холодным. Только так у тебя останется шанс вернуть все назад.

Кэ Седьмой глубоко вздохнул:

— Не нужно меня утешать, я все прекрасно понимаю.

Приняв то роковое решение, он из осторожности сразу же укрылся в покоях своей матери.

Но даже так тревога в его груди становилась все сильнее, готовая вот-вот разорвать сердце. — Быстро вели всем стражникам в зале удвоить бдительность и сама береги себя, — Кэ Седьмой поднялся на ноги, на ходу бросая слова матери. — У меня есть срочное дело, отправлюсь к отцу и разузнаю, что к чему. Даже рискуя тем, что его затея раскроется, сейчас он желал лишь одного – как можно скорее оказаться под защитой отца. Только там он мог почувствовать себя в безопасности. «…» Женщина на мгновение замолчала и со вздохом покачала頭: ее сын был хорош во всем, кроме одного – ему отчаянно не хватало терпения и той величавой выдержки, которой славился его отец. — Что ж, ступай, — она слегка взмахнула рукавом роскошного платья. Кэ Седьмой быстрым шагом направился к выходу из зала, но не успел сделать и пары шагов, как почувствовал неладное. Он инстинктивно поднес к губам Передаточную Раковину и дрожащим голосом попытался связаться с великим Драконьим Сыном: — Отец… я у матери… скорее пришлите за мной кого-нибудь… мне нужно срочно увидеть вас. Однако раковина словно омертвела. Пытался ли он связаться с У Жунбао или с собственным отцом – из глубины перламутрового витка не доносилось ни звука. В это же самое время на другом конце Южного Хуна, в величественном и пышном Дворце Дракона. Внутри залитого золотым светом Главного Зала. По обе стороны замерли восемь фигур в мантиях мечников – по четыре с каждого бока, – которые с ледяным равнодушием взирали на происходящее. А на самом высоком, драгоценном престоле лениво полулежал призрачный силуэт великого владыки. Он равнодушно смотрел вниз. Там, прижатый к полу неведомой исполинской силой, распластался великий демон с драконьей головой в золотом венце и роскошных одеяниях. Как бы неистово он ни извивался, как бы ни дрожало от ярости его тело под шелком одежд, он не мог даже приподняться. Прямо перед ним парило водяное зеркало. Картинка в нем была настолько четкой, словно они сами находились на том рифе. Красивая женщина в зеркале мелко дрожала, тупо глядя прямо перед собой, а перепуганный Кэ Седьмой без сил валялся на полу, в ужасе пытаясь отползти назад. На их глазах. Увядающая женская фигура и юноша в черном одеянии с разных сторон неторопливо вошли под своды подводного зала. Лицо бледного юноши было забрызгано кровью, а его Драконье Копье отливало жутким багрянцем. Когда он перешагнул через распластавшегося Кэ Седьмого, следовавший за ним лысый великан, усыпанный золотыми узорами, безжалостным ударом ноги втоптал грудную клетку Драконьего Внука в каменные плиты. — Р-р-ра-а-а! В Главном Зале Дворца Дракона поверженный владыка в роскошных одеждах резко вскинул драконью голову и зашелся в яростном реве. Один из старейшин в мантии мечника неторопливо поднялся со своего места, взял со стола нефритовый кубок и с силой разбил его об лоб ревущего дракона. — Чего развопился? — Холодно процедил старик. — Проиграл – умей принять это. Хватило духу ввязаться в драку, так имей мужество ответить за последствия. — Будешь и дальше орать – сегодня мы и тебя прирежем! Услышав это, драконий владыка оскалил острые, как бритвы, клыки и в упор уставился на парящий на троне призрачный силуэт. Призрак лишь забавлялся этой сценой: — Посмотри на меня так еще раз, ну же? Дракону пришлось изо всех сил стиснуть зубы и в бессильной злобе закрыть глаза. Из водяного зеркала вновь донесся отчетливый влажный звук «путс». Острое Драконье Копье единым точным ударом насквозь пробило горло женщины. Прошло немало времени. «…» Когда великий дракон снова открыл глаза, величественные фигуры мечников уже бесследно исчезли, словно их здесь никогда и не было. Огромный Главный Зал погрузился в мертвую тишину. Семь Мудрецов Южного Хуна обычно отличались миролюбивым нравом. Но это вовсе не означало, что они спустят с рук покушение на своего Избранника Дао. Это было последнее предупреждение, означавшее, что на этом дело закрыто. Избранница Дао приняла вызов и сыграла с Драконьим Внуком в игру, где ставкой были их жизни. Су Хунсю победила, а его близкие стали ее законной наградой.