Холодный белый поток света стремительно рассекал небо Логова Тысячи Демонов. Позади него безотрывно гнался Фэн Хуашэн. Даже если ему суждено умереть, он ни в коем случае не позволит этой коварной твари уйти безнаказанной.
Однако запах яичной жижи, которым был пропитан Фэн Хуашэн, явно привлекал внимание Владыки-Демона куда сильнее, чем одно змеиное яйцо, спрятанное в хранилище. Если Владыка-Демон Алое Сердце настигнет его, эта женщина действительно уйдёт невредимой!
— Проклятье! Проклятье!
Фэн Хуашэн тяжело и прерывисто дышал. В момент, когда его дух пошатнулся, впереди снова ударил холодный мечевой свет. Он на мгновение потерял бдительность и принял удар на себя, снова провалившись вниз на несколько чжанов.
— Бесстыжая тварь! — наконец не выдержал Фэн Хуашэн, сорвавшись на хриплый, яростный рёв. Его голос разнёсся по округе оглушительным эхом.
И в тот момент, когда в его сердце уже зародилось отчаяние, раздался насмешливый голос:
— Юный друг Фэн, с чего это ты в таком жалком виде?
Фэн Хуашэн замер, а затем его лицо исказилось от внезапной радости.
Холодный белый поток впереди медленно остановился. Перед ним в воздухе, стоя на летающих мечах, парили две фигуры в просторных чёрно-белых одеждах. Они с интересом наблюдали за происходящим, а их взгляды остановились на спокойном лице Цзян Цюлань.
— Старшие Чжан и Лю! — Фэн Хуашэн выглядел так, словно увидел спасение, и едва не поклонился прямо в воздухе. — Прошу вас, заступитесь за меня! Эта женщина вместе с нами вошла в пещеру Владыки-Демона, сперва забрала всю выгоду, а затем убила мою даосскую спутницу! Прошу, спасите мне жизнь, и в будущем я отплачу вам всем, что имею!
— Ц-ц-ц, — Чжан Минсюань медленно покачал головой. — Не ожидал, что юный друг окажется настолько злобным и коварным.
Лю Цзинъюань небрежно взмахнул ладонью, и вокруг девушки в чёрном одеянии сомкнулась световая клетка. Судя по всему, оба прибыли сюда с богатой добычей и пребывали в хорошем настроении.
…
Цзян Цюлань молча смотрела на окружающий её свет. В её глазах усталость стала ещё глубже. Очевидно, культивация этих двоих далеко превосходила её понимание.
Когда она покидала Великую Гань, то уже понимала, насколько труден путь бродячего практикующего, и была готова к смерти. Поэтому она всегда действовала предельно осторожно и не позволяла себе ни малейшей ошибки.
Но когда этот момент действительно настал, на душе всё равно стало тяжело и горько.
Она не стала тратить силы на споры.
Да, именно она первой увидела злые намерения Фэн Хуашэна и Чжо Я и поэтому нанесла первый удар. Но если бы она не ударила первой, при её силе у неё, возможно, уже не осталось бы никакого шанса.
Такова судьба бродячего практикующего.
К тому же эти двое из Пещеры Сокровенного Света явно были знакомы с Фэн Хуашэном.
В это время в облачном пространстве высоко в небе Юй Чаоань, вспомнив свои прежние слова, тихо вздохнул:
— Вот она, удача и связи.
Даже будучи обречённым, Фэн Хуашэн в итоге странным образом оказался в положении победителя.
Он повернулся к соученику:
— Как думаешь, она заслуживает этого?
— Я не собираюсь обсуждать истину с дураками, — равнодушно ответил Тун Синьчуань, наблюдая за происходящим внизу. — Этот Юй с детства жил в тепличных условиях, из знатной семьи, и, попав на гору Утун, никогда не сталкивался с настоящей тьмой и жестокостью мира.
— Надоело, — Тун Синьчуань отвёл взгляд. — Я возвращаюсь.
— Ты просто не можешь смотреть, как зло получает наказание, — фыркнул Юй Чаоань.
— Мне просто не нравятся идиоты из Пещеры Сокровенного Света. Как и тебе, — холодно ответил Тун Синьчуань. — Если бы не приказ старшей соученицы, я бы сегодня её, возможно, спас.
…
Тем временем внизу, в ушах Цзян Цюлань прозвучал холодный голос:
— Если признаешь свою ошибку, я, учитывая лицо старшего соученика Не, сохраню тебе жизнь. Взамен отдашь змеиное яйцо и откажешься от мысли стать ученицей Истинного Линси.
Признать ошибку.
Цзян Цюлань даже не подняла взгляда к небу и не проявила ни капли удивления.
На горе Утун кто-то есть — это и так было очевидно.
Она не считала себя неправой.
Она медленно закрыла глаза, а холодный свет вокруг неё стал ещё плотнее. Тихо выдохнула:
— Ха…
Внутри световой клетки она выглядела слабой, словно птица в неволе. Но эта птица не склоняла головы — наоборот, будто расправила перья.
— Похоже, эта девчонка стадии Изначального Единства собирается идти до конца, — с лёгким удивлением сказал Чжан Минсюань.
— Старшие, Владыка-Демон Алое Сердце уже скоро вернётся, прошу вас быстрее убить её! — торопливо выкрикнул Фэн Хуашэн.
Двое из Пещеры Сокровенного Света слегка изменились в лице, но страха не проявили. Оба были культиваторами средней стадии Превращения в Духа и, даже если не могли победить Владыку-Демона Змея, не должны были пострадать слишком сильно. Но дальше тянуть действительно было нельзя.
— Что, она не хочет тебя слушать? — усмехнулся Тун Синьчуань, глядя на Юй Чаоаня.
— … — Юй Чаоань сжал кулак.
Он не ожидал, что эта женщина окажется настолько упрямой.
Глядя, как она собирает силу и готовится атаковать световую клетку, он всё же отвёл взгляд.
Упрямцы, застрявшие в заблуждении, не заслуживают спасения.
— Без фона — значит, заслуживает смерти?
Тун Синьчуань уже поднял длинные пальцы, но вдруг его брови резко нахмурились.
В следующий миг раздался треск.
Световая клетка была мгновенно разрушена.
Холодный свет упал в гигантскую золотую ладонь, и в ней вновь появилась фигура девушки в чёрном одеянии. Она слегка растерянно подняла взгляд.
Перед ней возвышалось Золотое тело-дхарма высотой в шесть чжанов семь вершков — словно башня. Тёмно-золотая накидка слегка колыхалась.
Оно молча смотрело на неё.
Цзян Цюлань встретилась с ним взглядом, и в её ясных глазах промелькнуло замешательство.
Она не помнила, чтобы знала столь сильного практикующего стадии Инь-Духа.
И на горе Утун никто не культивировал Золотое тело-дхарму.
И тут она словно что-то вспомнила и резко обернулась.
Вдалеке перед двумя мастерами Пещеры Сокровенного Света стояла фигура в чёрном одеянии — высокая, прямая и невероятно знакомая.
Под слегка растрёпанными волосами — чёрные, глубокие глаза.
Больше не было ни алой тьмы, ни кровавой ауры.
Но от него исходило давление, от которого замирало сердце.
Даже Фэн Хуашэн, оказавшись под этим давлением, вновь почувствовал удушье.
— Похоже, не у него одного есть покровители, — пробормотал Тун Синьчуань, и выражение его лица стало странным.
— Этот парень… — Юй Чаоань резко изменился в лице. — Чёрт… я его видел! И это Золотое тело… в прошлый раз оно точно не было таким огромным!
Это же тот самый, кто забрал копьё Ювэй.
Назад
Том 1 · Глава 332