Ветерок пронёсся по горному лесу. Проявилась высокая фигура в чёрном халате, что, слившись с ночью, спокойно стояла на ветке. Лицо Шэнь И было спокойно, но в душе зародилось смутное беспокойство. Не оттого, что, простившись с Сяо Цянвэй, он впервые покинул пределы Цинчжоу, дабы в одиночку убить демона, — ему, по правде, нравилось действовать одному. Взгляд его скользнул по этому бескрайнему горному лесу, словно он объезжал собственные владения. Но сейчас он всё время ощущал, будто на эту его территорию вторглось что-то чужое. Это идущее из инстинктов недовольство незаметно влияло на его настроение.

— «В одной горе двум тиграм не ужиться»?

Шэнь И обуздал чувства и подыскал объяснение этому странному ощущению. Он до предела применил Искусство Черепашьего дыхания и изо всех сил задействовал Искусство Вольного Странствия на Ветру, отчего его фигура вновь обратилась в лёгкий ветерок и растворилась в лесу. Вдобавок к врождённому таланту Горного Властителя, в горах Ситай Шэнь И передвигался словно по безлюдной земле, и ни одно живое существо не могло заметить его прохождения. Даже намеренно скрывая облик, он с ужасающей скоростью приближался к указанной Сяо Цянвэй глубинной части гор.

В этот миг серебряный колокольчик у пояса вдруг мелко задрожал. Из него раздался крайне серьёзный женский голос: «Сперва остановись. Я заметила неладное. Дай мне немного времени».

Шэнь И слегка нахмурился, но тут же прекратил продвижение, и его тень бесследно исчезла на месте. К предупреждениям соратника, особенно того, кто глубоко осознавал его силу, он относился крайне серьёзно. Без долгих задержек из серебряного колокольчика вновь пришло сообщение: «Я обнаружила след второго князя демонов Завершения Сгущения Ядра!»

Шэнь И слегка приподнял бровь, припомнив давешнее странное изменение в чувствах.

— «Третий…» — на этот раз донёсшееся сообщение состояло лишь из обрывка фразы, и его сопровождал свист ветра. И только когда лицо Шэнь И уже стало мрачнеть, к счастью, прозвучало следующее: «Сначала отступи из гор Ситай. Меня заметил князь демонов. Подробности позже». Даже пытаясь изо всех сил изображать спокойствие, её голос всё равно выдавал расстроенное дыхание.

Чистое лицо Шэнь И становилось всё более бесстрастным. Он коротко и ясно бросил: «Где ты?» Если речь шла всего лишь о трёх князьях демонов Завершения Сгущения Ядра, то, не говоря уж о том, чтобы всех их перебить, по крайней мере, вывести Сяо Цянвэй он точно был способен. Он выхватил прямой парадный клинок. Без тени колебаний сразу привёл в движение Внешнее Ядро Небесного Демона и с его помощью задействовал Искусство Вольного Странствия на Ветру. Скорость его снова возросла в несколько раз, и, обратившись в алый, с примесью багрянца, вихрь, он ринулся обратно тем же путём.

Серебряный колокольчик у пояса молчал очень долго и наконец зазвенел снова. Голос был уже слаб до крайности, но слова слегка озадачили Шэнь И: «Это ловушка… возвращайся скорее… я сейчас в безопасности… полуразрушенный храм на вершине…» Хотя женщина, казалось, едва дышала, и даже сообщения передавала с перебоями, эта фраза была полна непоколебимой уверенности — уверенности, которая не могла не вызвать вопросов.

Шэнь И уже вернулся к тому месту, где они простились ранее. Он вложил длинный клинок в ножны и легонько приподнял бровь. Он ещё даже не добрался, а она уже «в безопасности». Проворчав про себя, он поднял голову и посмотрел на вершину горы. Если бы на другом конце серебряного колокольчика была не Сяо Цянвэй, он бы и впрямь заподозрил, что её схватили демоны и теперь заманивают его туда. В этих огромных демонических горах даже он не смел ручаться за какую-то «безопасность». Но этой женщине всё же стоило доверять.

Шэнь И быстро проверил всю свою ауру и убедился, что ни капли её не просачивается. Он привёл Внешнее Ядро Небесного Демона в состояние, при котором его можно было задействовать в любой миг, чтобы даже при встрече с опасностью в первый же момент выплеснуть всю мощь. Лишь после этого он стал приближаться к вершине.

…

На вершине горы стоял полуразрушенный старый храм. Это был след, оставшийся с тех времён, когда гора Ситай ещё находилась под властью Цинчжоу. Теперь же всё вокруг обветшало, продувалось насквозь, и веяло отсюда запустением. От каменной статуи божества осталась лишь половина, и она криво стояла на сломанном алтаре. Всё давно покрылось толстым слоем пыли. Не было ни курильниц, ни подношений — лишь ворох сухих веток и опавших листьев.

У стены, тихо прислонившись, сидела фигура в чёрном халате. Мягкие волосы были просто собраны за спиной. Вид у неё был холодный и ясный. Глаза под густыми ресницами были спокойны, словно гладь древнего колодца. На её изящном, без следов пудры лице все черты были совершенны и гармоничны, а кожа — словно застывшее сало. В свете костра она казалась несколько неестественно бледной. Правая ладонь легко лежала на колене. Длинные, белоснежные кончики пальцев сжимали винный кувшин. Другой рукой она нежно гладила лоб Сяо Цянвэй, поправляя её растрёпанные волосы. Под этой чистой, словно белый нефрит, ладонью беспорядочное дыхание Сяо Цянвэй постепенно выровнялось, и на лице проступило умиротворение. Она погрузилась в младенческий сон прямо здесь, в этих самых горах Ситай, где бесчинствовали демоны. Казалось, быть рядом с этим человеком — даже безопаснее, чем в самом Управлении по усмирению демонов Цинчжоу.

Лишь когда Сяо Цянвэй окончательно успокоилась, женщина в чёрном халате слегка подняла взгляд и посмотрела наружу, за пределы разрушенного храма. Голос её был спокоен, но не вызывал чувства, будто тебя оскорбили: «Прошу, входи».

Слова затихли, но снаружи по-прежнему лишь завывал ветер. Спустя долгое время из ночи проявился молодой человек и неторопливо шагнул внутрь. Он уселся в углу у стены напротив костра… подсознательно выбрав самое дальнее от женщины место. Шэнь И и впрямь не любил приближаться к тем, кто мог заставить его чувствовать себя не в своей тарелке. Однако та с первого взгляда нашла его укрытие, и вряд ли это было случайностью. Продолжать упорствовать дальше не имело смысла.

В разрушенном храме было до крайности тихо, лишь потрескивал костёр. Похоже, ни один из них не привык начинать разговор первым. Молодой человек прикрыл глаза и выравнивал дыхание, а девушка спокойно пила вино. Резкий, пряный аромат из винного кувшина был столь силён, что ощущался даже снаружи. Чистейшая винная влага вливалась в её губы, но выражение её лица от этого ничуть не менялось. Лишь та неестественная бледность кожи слегка отступала. Когда кувшин опустел, она отставила его и только тогда перевела взгляд на стоящего в отдалении молодого человека. Её взгляд на мгновение задержался на чёрной сабле у его пояса. Но она не стала разглядывать слишком долго. В её глазах промелькнуло лёгкое воспоминание, а затем она медленно убрала ладонь, успокаивавшую Сяо Цянвэй, и поднялась. Вежливо спросила:

— Я пойду убивать демонов. Ты пойдёшь?

— Каких демонов? — наконец-то разговор коснулся того, что его интересовало, и Шэнь И открыл глаза.

— Белого Оленя. И ещё тех князей демонов, которых он пригласил, чтобы устроить на меня засаду. Я не совсем знаю, сколько их, но, думаю, немало, — девушка стояла, безвольно опустив руки.

— Так мало сведений? — Шэнь И тоже поднялся. Прежнее странное чувство наконец обрело объяснение. Изначально он собирался охотиться на Горного Властителя, но теперь, похоже, вторгся в ход совсем иного дела. Хотя, какое бы оно ни было, если оно связано с демонами, то на деле разницы нет никакой. Единственное, что нужно было знать, — хватит ли у него сил в это вмешаться.

— Никаких сведений, — девушка покачала головой и коротко пояснила: — Потому что по-хорошему они должны были бежать, но не побежали.

Раз должны были бежать, но не побежали, — значит, это засада. Очень простая логика.

— Ты знала это и всё равно идёшь? — Шэнь И смотрел на неё с оттенком изумления.

— Я знаю, где сейчас Князь демонов Сяоюэ, — девушка вытянула ладонь, и на ней появилась тонкая, длинная серебряная игла. Она выпустила её в воздух. Серебряная игла медленно повисла в воздухе, защищая Сяо Цянвэй. В тот миг, когда она появилась, температура на всей вершине горы резко упала. Каменная статуя в один миг покрылась тонким слоем инея. И лишь на стоящую рядом Сяо Цянвэй это не действовало. Закончив с этим, она направилась прочь из разрушенного храма, оставив недосказанной половину фразы:

— Пока его нет, в остальном всё едино.

Казалось, раньше она и впрямь лишь из вежливости поинтересовалась. А что до того, пойдёт ли этот молодой человек на самом деле, ей, в сущности, было всё равно.