Назад Том 2 · Глава 22

Следующие два дня прошли в напряжённом ожидании.

Разломов не было.

Ориан почти не выходил из штаба. Повязка закрывала левый глаз, а стол был завален распечатками, картами и старыми отчётами. Он просматривал записи десятилетней давности, сравнивал координаты, искал закономерности.

Глаз болел.

Очень сильно.

Но жаловаться он не собирался.

Иногда Кей замечал, как Ориан машинально касается повязки кончиками пальцев, словно надеется, что зрение уже вернулось.

Не вернулось.

И дело было не только в боли.

Без глаза Ориан терял часть силы Гнея.

Терял уверенность.

Терял ощущение контроля.

А это пугало его гораздо сильнее любой раны.

Зеро тем временем отправился на разведку вместе с Касуми.

Спутники зафиксировали странные всплески эмманы возле пояса астероидов, и они решили проверить всё лично. Ветряной дракон нёс их через космос, оставляя за собой серебристый след.

Вернуться они должны были только вечером.

Кей остался в штабе.

Он сидел на диване, листал старые отчёты и пил уже давно остывший чай.

Кагари расположилась рядом.

Она проверяла свои зеркальные осколки, иногда поглядывала на Кея и снова отворачивалась.

Молчала.

Кей тоже не видел причин начинать разговор.

Так было проще.


В другом конце города, глубоко под землёй, царила тишина.

Заброшенный подвал давно превратился в убежище того, кого не должно было существовать.

Кодекс стоял посреди пустой комнаты.

Стены покрывали трещины.

Пол был завален мусором.

Но его это не интересовало.

Фиолетовые глаза светились в темноте.

Перед ним висел небольшой конструктор из эмманы.

Полупрозрачный.

Нестабильный.

Он постоянно менял форму.

— Эммана… — тихо произнёс Кодекс. — Что ты такое?

Он закрыл глаза.

Его разум начал анализировать.

Бесконечные вычисления проходили быстрее, чем человек успел бы сделать вдох.

Энергия.

Душа.

Информация.

Память.

Жизнь.

Всё было связано.

Но источник оставался неизвестным.

Кодекс открыл глаза.

Конструктор дрогнул.

Он попытался придать ему форму оружия.

Потом форму куба.

Потом сферы.

Ничего не получилось.

Конструктор внезапно превратился в маленького фиолетового кролика.

Тот сел на ладонь Кодекса и моргнул.

Несколько секунд они смотрели друг на друга.

— Это не то, что я хотел.

Кролик чихнул.

И рассыпался на пиксели.

Кодекс молчал.

Потом неожиданно усмехнулся.

— Даже ошибки могут ошибаться.

Он развернулся и исчез в тени.


Школьный день начался как обычно.

Коридоры были заполнены учениками.

Гул голосов.

Смех.

Шаги.

Обычная жизнь.

Такая далёкая от разломов и тварей.

Кей шёл по второму этажу, не обращая внимания на окружающих.

Именно поэтому столкновение произошло неожиданно.

У окна стояла Стелла.

В руках она держала блокнот.

Когда Кей оказался рядом, девушка резко подняла голову.

Их взгляды встретились.

Сердце Стеллы дрогнуло.

Снова.

Так же, как и вчера.

Она не понимала почему.

Но каждый раз рядом с ним ей становилось тяжело дышать.

Блокнот выскользнул из рук и упал на пол.

Кей машинально посмотрел вниз.

На обложке были нарисованы странные символы.

Не буквы.

Не руны.

Не формулы.

Что-то совершенно чужое.

Стелла быстро подняла блокнот и прижала его к груди.

— Извините…

Кей хотел пройти дальше.

Но внезапно остановился.

Эммана.

Слабая.

Чужая.

Неправильная.

Она исходила от Стеллы.

От её рук.

От её души.

На мгновение ему показалось, что он чувствует зверя.

Не человека.

Что-то древнее.

Стелла заметила его взгляд.

И побледнела.

— Я…

Она запнулась.

— Я ничего не сделала.

Кей ничего не ответил.

Через секунду ощущение исчезло.

Словно его никогда не было.

Он просто ушёл.

А Стелла ещё долго стояла у окна, сжимая блокнот.

Он почувствовал.

Почувствовал её эмману.

И это одновременно пугало и радовало её.


Вечером Стелла сидела в своей комнате.

На коленях лежал открытый блокнот.

Страница за страницей была заполнена странными схемами.

Она никогда специально их не рисовала.

Рука двигалась сама.

Будто кто-то направлял её.

Сегодня на бумаге появился новый рисунок.

Фиолетовый крест.

Точно такой же, какой она видела возле Кея.

Стелла смотрела на него несколько минут.

Не понимая, откуда знает эту форму.

— Что ты такое?… — прошептала она.

Ответа не было.

Только тишина.


В штабе Ориан сидел перед огромным экраном.

На нём отображалась карта звёздного неба.

Его взгляд был прикован к одной точке.

Альфа Центавра.

Ближайшая звёздная система.

Спутники зарегистрировали там слабый всплеск эмманы.

Почти незаметный.

Но он был.

Ориан увеличил изображение.

Снова.

И снова.

Между Солнцем и Альфой Центаврой лежала почти абсолютная пустота.

Никаких станций.

Никаких колоний.

Никакой жизни.

Только космос.

— Если разломы появляются там… — тихо произнёс он. — Значит, мы вообще ничего не понимаем.

Он коснулся клавиатуры.

Повязка намокла.

Из-под неё выступила сукровица.

Ориан даже не заметил.

Мысли были заняты другим.

Кто создаёт разломы?

Почему они появляются всё дальше?

И главное…

Что ждёт их впереди?


Поздно ночью Кей вышел на крышу штаба.

Небо было чистым.

Звёзды сияли особенно ярко.

Он смотрел на них молча.

Смотрел туда, где совсем недавно они сражались возле Нептуна.

Где Ориан едва не лишился зрения.

— Кей.

Он обернулся.

В дверях стояла Кагари.

В руках она держала зеркальный осколок.

— Почему не спишь?

— Не хочется.

— Понятно.

Она подошла ближе и села рядом.

Несколько минут они просто молчали.

Слушали ветер.

— Я переживаю за Ориана, — сказала Кагари.

— Знаю.

— Он делает вид, что всё нормально.

— Знаю.

— Иногда мне кажется, что он вообще не умеет просить помощи.

Кей слегка усмехнулся.

— Мы все такие.

Кагари посмотрела на него.

— Особенно ты.

— Возможно.

Она покачала головой.

Потом вдруг спросила:

— Ты заметил новенькую?

— Стеллу?

— Значит заметил.

— Да.

— Она постоянно смотрит на тебя.

— Заметил.

— И что думаешь?

Кей пожал плечами.

— Ничего.

— Невозможно ничего не думать.

— У меня получается.

Кагари тихо рассмеялась.

Потом отвела взгляд.

— Повезло тебе.

— Почему?

— Потому что ты ничего не замечаешь.

Кей вопросительно посмотрел на неё.

Но Кагари уже поднялась.

— Забудь.

Она улыбнулась.

Слишком быстро.

Слишком натянуто.

И отвернулась.

До самого рассвета они сидели на крыше, наблюдая за звёздами.


Утром Ориан снял повязку.

Глаз был красным.

Воспалённым.

Но он видел.

Не идеально.

Не так, как раньше.

Но видел.

Для него этого было достаточно.

Он спрятал повязку в карман.

— Всё, — сказал он. — Работаем дальше.

Кей молча кивнул.

Впереди их ждали новые разломы.

Новые твари.

И вопросы, на которые пока никто не знал ответа.