Прошло несколько дней с тех пор, как Вайс вернулся из столицы. Наверное, из-за забот лорда он носился как белка в колесе, и поговорить с ним толком не удавалось. Думая о нём, Астесия готовила зелья от усталости, но в голове у неё застряло одно мутное беспокойство.

— Вайс и Розалия… что-то у них случилось? Мне кажется, они стали ближе…

— Кью-ю?

На её слова Уайт мило пискнул.

Астесии нравился Вайс. Конечно, как человек, но и как мужчина — очень. Он спас её, которая не могла доверять никому. Он поверил ей, хотя она так ужасно с ним обошлась, когда он пришёл её спасать. Он сказал, что хочет быть рядом. Причин было не счесть.

Но главным было то, что он принял её такой, какая она есть.

Она и сама знала, что характер у неё с причудами. А он не морщился, находясь с ней рядом, а выглядел довольным… и когда она улыбалась, у него было по-настоящему счастливое лицо. Для Астесии это был первый такой опыт… И было бы странно не влюбиться в такого.

Даже если бы её спас кто-то другой, она всё равно полюбила бы Вайса. В этом она была уверена.

— Поэтому отступать я не собираюсь.

— Кью-ю?

— Ну-ну, Уайт-тян же недоумевает. Плохо приставать к божественному зверю с любовными советами…

Это сказала Анджела, появившаяся с изумлённым лицом. Астесия позвала её посоветоваться, но, видимо, так погрузилась в мысли, что не заметила её прихода.

— Счастливая Анджела-сан, куда уж тебе понять мои терзания?

— Не строй такое обиженное лицо. Ты ведь позвала меня, чтобы выслушать эти самые терзания?

Анджела горько усмехнулась, глядя, как Астесия надула щёки. Так по-детски она вела себя только с Анджелой, которую считала старшей сестрой. Перед Вайсом она старалась держаться чуть круче, так что ему такого не показывала.

— Да, вот… как думаешь, что нужно сделать, чтобы Вайс в меня влюбился?

— Ну-у… По его поведению видно, что ты ему не безразлична, но кажется, будто он где-то держит дистанцию.

— Да, но мне казалось, что так он со всеми… а после столицы с Розалией что-то странное.

Как и говорила Астесия, Вайс в любви был нерешителен. Причина была в том, что он перерожденец, что он не сам Вайс и что его любимая пара — Вайс и Розалия, поэтому он мучился, можно ли ему самому быть с кем-то. Но Астесия этого знать не могла.

А поскольку он рассказал Розалии, что он перерожденец, они стали ближе. Астесия же интуицией чуяла, что что-то произошло. Чутьё влюблённой девушки — страшная сила.

— Тогда, может, спросишь у Розалии напрямую? Вы ведь вроде неплохо ладите?

— Да, верно…

Как и говорила Анджела, они с Розалией часто действовали вместе и ладили. После тренировок Розалии Астесия её лечила, а бывало, они вдвоём пили чай с печеньем, которое готовила Розалия.

— Но… если Розалия и Вайс стали парой, я не знаю, что делать…

— Вот я и говорю: пойди и проверь! Дальше я сама закончу, а ты беги к Розалии!!

— Э… но… Анджела-сан, не толкайся…

— Кью-ю!!

Астесию, у которой на миг погас блеск в глазах, силой вытолкали наружу, и Уайт, беспокоясь о ней, проводил её взглядом.

Глядя на смущённо выходящую из комнаты Астесию, Анджела невольно улыбнулась.

— Надо же, она влюбилась… Люди меняются.

Осознав, что её названая сестра, державшая дистанцию с другими, терзается, как все, Анджела порадовалась и поблагодарила Вайса.

— Зевс-сама… она вынесла больше, чем кто-либо. Прошу, благослови её любовь.

Анджела вознесла молитву за милую названую сестру.

— Можно? Не знаешь, где сейчас Розалия?

— Что такое, Астесия-сан… Неужели любовный треугольник!?

«Кажется, я обратилась не к тому человеку…» — тут же пожалела Астесия, глядя на Мэг, которая с сияющими глазами уставилась на неё.

И то, что в этом была доля правды, немного злило.

— Да ничего подобного. Мне нужно посоветоваться насчёт еды для Вайса.

— А-а, вот оно что. А я думала, вас беспокоит, что те двое сблизились после столицы. Неужели они уже… ик!?

— …Значит, ты тоже так думаешь.

От взгляда Астесии с погасшим блеском Мэг попыталась развернуться и уйти, но её крепко схватили за плечо. От Астесии, мигом применившей благословение Аида и усилившей физические способности, не убежать. Она была как герой, которому не скрыться от короля демонов.

— То, что я сказала, — неправда. Меня беспокоят отношения Вайса и Розалии. Пойдём со мной, я хочу проверить.

— Нет, но у меня ещё работа…

— Ты ведь всегда лодырничаешь. А если будут ругать, скажи, что это я виновата.

Не слушая возражений, Астесия взяла Мэг в союзницы и пошла искать Розалию по особняку.

— О, Астесия-доно. Кого-то ищешь… ик.

Кайзер, окликнувший её без задней мысли, увидел Астесию, которая была непривычно бесстрастной, и Мэг, которую та тащила со слезами на глазах, — и вскрикнул, пожалев, что заговорил.

Но было поздно делать вид, что ничего не было.

— Слушай, Кайзер. Ты не видел Розалию?

— А-а, что-то не видел. Куда она делась…

Кайзер попытался уйти с улыбкой, но Астесия мигом обошла его. Уверенный в своих физических способностях, он широко раскрыл глаза от того, что не успел среагировать, а Астесия как ни в чём не бывало заговорила:

— Как раз вовремя, у меня к тебе вопрос.

— Что же случилось?

Кайзер ответил, напрягшись, будто перед ним был один из Двенадцати апостолов Аида, и Астесия впервые изменилась в лице.

— Скажи, по-твоему, я привлекательна?

— Э… что?

От залившейся краской Астесии Кайзер растерялся. Но, имея некоторый опыт общения с противоположным полом, он сказал первое, что пришло в голову.

— Астесия-доно ко всем добра и лечит, и знаний о лекарствах у вас много. Думаю, вы очень привлекательны.

— …Понятно. А внешность?

— А… черты лица красивые, и фигура хорошая. Если вас беспокоит, что вы бесстрастны, то есть люди, кому это нравится. Так и оставайтесь.

— Вот как… спасибо. Пригодится.

Кайзер невольно расплылся в улыбке, глядя на Астесию, которая едва заметно улыбнулась. Выслушав его, она, потеряв к нему интерес, снова пошла по особняку.

— Ого, может, Астесия-сан и к Кайзеру-сану неравнодушна?

— Да ничего подобного. Я просто хотела услышать объективное мнение о своей привлекательности.

В голове Астесии промелькнуло воспоминание: на пиру после боя с радужным ящером она, пьяная, затащила Вайса в постель, а он ничего с ней не сделал.

Не имевшая дела с другими людьми, Астесия не задумывалась о своей внешности и забеспокоилась: а вдруг она непривлекательна?

Но… судя по реакции Кайзера, она немного успокоилась.

— Слушай, я красивая?

— Да, очень красивая!! Если бы я был мужчиной, ни за что не оставил бы вас в покое — вот такие ощущения!

Это была реплика, на которую Вайс, наверное, фыркнул бы: «Ты что, женщина с разорванным ртом?» — но перепуганная Мэг только кивала.

— Значит… осталось только действовать.

Астесия довольно улыбнулась и направилась в комнату отдыха прислуги. Разумеется, Мэг с ней (принудительно).

Кстати, о том, что Кайзер ухаживал за Астесией, разнёсся слух от подслушавшей прислуги, и Анджела потом его страшно отчитала, — это уже другая история.

— А-а, как раз было время отдыха…

Мэг надеялась, что Розалии нет, чтобы не влипнуть в неприятности, но её молитвы не дошли. Впрочем, пытаться победить жрицу молитвой было безнадёжно.

— Розалия, можно?

— Какое необычное сочетание. У меня есть чай, купленный в столице. Не хотите?

— Хм, купленный…

Розалия с улыбкой достала чашки и привычными движениями разлила чай. Астесия и Мэг приняли угощение, и, увидев это, она удовлетворённо кивнула, сделала глоток и счастливо выдохнула.

В этот момент Астесия и заговорила.

— Слушай, Розалия… что у тебя было с Вайсом в столице?

— Кхе-кхе… Что вы говорите?

— Фу-у!!

От такой прямоты Розалия поперхнулась чаем, а Мэг прыснула. Но Астесия, казалось, ничуть не смутилась и спокойно продолжала:

— Мне кажется, ваши с Вайсом отношения изменились после поездки в столицу. И это не только моё мнение. Вот и Мэг так говорила.

— Не втягивайте меня, пожалуйста… ик.

От взгляда Розалии, давившего «что вы наговорили?», Мэг невольно вскрикнула. Она поклялась больше никогда не лезть в чужие любовные истории, а дразнить — только Фирис.

— У нас с Вайс-сама не такие отношения. Не волнуйтесь.

— Но ведь что-то было, верно?

— Да… он доверил мне свою важную тайну…

Розалия залилась краской, вспоминая, и Мэг всё поняла. Ага, эта точно влюбилась…

То, что Розалия питает чувства к Вайсу, было общим мнением служанок. Особенно с тех пор, как Вайс начал проявлять таланты, они шептались, когда же эти двое сойдутся.

Раньше казалось, что Розалия не осознаёт своих чувств, но сейчас её лицо было лицом влюблённой девушки. Мэг искренне радовалась за коллегу. Но раз заметила Мэг, то заметила и Астесия…

— Понятно… Раз ты сама услышала, я не стану выпытывать у тебя тайну Вайса. Но ответь на этот вопрос. Ты ведь любишь Вайса?

— Да. Я люблю Вайс-сама как господина… и как мужчину.

В ответе Розалии без колебаний была сила, какой раньше не было. Астесия пристально смотрела на неё и вдруг усмехнулась.

— Вот как… наконец-то осознала. Ты, наверное, заметила, но я тоже люблю Вайса. И не собираюсь отступать, что бы ни случилось. Даже если Зевс-сама будет против.

Она говорила с шуткой, но то, что жрица ставит любовь выше бога, говорило о серьёзности.

Мэг сжалась, ожидая любовного треугольника, но Розалия неожиданно мягко улыбнулась.

— Значит, мы соперницы? Странное чувство… С другими я бы стала сопротивляться, но с Астесией-сан почему-то могу это принять.

— Да, я тоже. Если бы он сошёлся с Пюллой, я бы, наверное, сошла с ума. Но с тобой или Айгис — я могу простить.

Обмениваясь странным давлением, они почему-то пожали друг другу руки. Будто боевые товарищи, признавшие силу друг друга на войне.

— Но главное — чувства Вайс-сама. Кого бы он ни выбрал, без обид.

— Нет, если он выберет тебя, я, наверное, буду обижена. А потом щедро поздравлю…

На слова Розалии Астесия с озорством отпустила шутку.

— Но есть одна проблема. Вайс в отношениях с женщинами нерешителен…

— Это… понимаю. Если так и не сойдётся ни с кем, это тоже тяжело…

Астесия и Розалия, у каждой, видимо, были свои причины, сложно вздохнули.

— Тогда сначала нужно пробудить в Вайсе интерес к любви. Я, ты и Айгис заставим его осознать.

— Я… согласна, но как? С лекарствами ведь нельзя.

— Положись на меня, у меня есть идея.

Глядя на самодовольное лицо Астесии, Мэг почему-то уверилась: добром это не кончится.

Это была церковь, где обычно бывала Анджела. Как раз Анджела уехала на несколько дней, и Астесия собрала Розалию и Айгис на так называемую «девичью вечеринку»…

— Простите, что собрала всех… но почему здесь ещё и этот?

— Это я хотел бы спросить… Я просто пришёл поиграть с Вайсом…

Почему-то связанный верёвками и недовольный был Ньярл. Честно говоря, его вторжения Астесия не ожидала.

А виновница, приведшая его…

— Он выглядел скучающим, вот я и привела!! Мама говорила: о мальчиках лучше спрашивать у мальчиков!!

Айгис сияла, выпятив грудь, будто ожидая похвалы. Честно говоря, Ньярл был подозрительным, и Астесия не очень его любила, но в этом была логика.

— Розалия, ты не против, что Ньярл-сан здесь?

— Да, мне всё равно. Я заварила чай, угощайтесь.

Розалия с улыбкой закончила разливать чай и развязала Ньярла. Тот сразу попытался сбежать, но Айгис на него зыркнула, и он, поникнув, сам себя связал и сел.

Как-никак, а иерархия установилась.

— Ньярл-сан. Прости, но то, что здесь услышишь, не разглашай, хорошо?

— О-о, как же быть… Я ведь…

— Иначе убью.

— Ик.

От раздражения на подозрительную ухмылку Астесия невольно сказала вслух, и Ньярл жалобно вскрикнул и кивнул.

В конце концов, здесь была Айгис, дочь великого дома. Ослушаться не выйдет.

— Мы все, включая меня, любим Вайса, так ведь?

— Да, я очень люблю Вайса.

— Это… я питаю к Вайс-сама чувства.

Астесия удовлетворённо кивнула на их ответы.

— Конечно, я тоже его очень люблю. Так вот, я думаю заключить союз между нами троими. Он почему-то избегает близких отношений с нами… Поэтому давайте все вместе постараемся, чтобы он почувствовал любовь.

— Да. Возможно, придётся действовать немного напористо.

— Вот как… Вайс стеснительный!!

Розалия, как и подобает личной служанке, кивнула с понимающим видом, а Айгис, похоже, не совсем поняла.

То, что Розалия, знавшая что-то, вела себя так, беспокоило, но Астесия решила, что однажды Вайс ей всё расскажет.

— Поэтому давайте вместе и добьёмся Вайса. Он же человек. Если мы всерьёз на него набросимся, у него хотя бы немного возникнут такие чувства. Правда, Ньярл-сан?

— Э? А, да. Розалия-тян, личная служанка, для Вайса символ доброты. Она ведь первая его поддержала. Астесия-тян для Вайса — любимый персонаж. Он говорил, что ему нравится её холодность, но он рад, когда она улыбается… А Айгис-сама… он говорил, что искренне рад, что она открыла ему сердце, и на поле боя она дорогой человек, которому можно доверить спину.

— «…»

От внезапной словоохотливости Ньярла все трое растерялись. Он вроде хвалил, но было как-то подозрительно. И именно потому, что Вайс действительно мог такое сказать, растерянность только росла.

— Как-то от тебя это звучит жутковато!!

— Вы же сами меня спросили!!

От несправедливых слов Айгис Ньярл невольно вскрикнул. Но Астесия тоже думала… слишком конкретно и подозрительно.

— Это Вайс мне по секрету говорил. Так что можете считать, что это его настоящие чувства.

— Ого, значит, Вайс радуется, когда я улыбаюсь.

Кстати, вспомнила Астесия, когда она улыбается, у него делается радостное лицо, и ей стало приятно. И две другие, похоже, тоже залились краской.

— Что-то реакция у вас совсем не такая, как на мои слова?

Ньярл выглядел озадаченным, но девушки, воодушевлённые чувствами Вайса (предположительными), не обращали внимания и веселились.

— Кстати, Вайс не говорил, какой тип девушек ему нравится? Например, кто из нас троих?

— Хм…

— Астесия-сан, такой вопрос…

— Ничего, говори без стеснения.

На слова Астесии, которая уже перешла на простой тон, Ньярл попытался вспомнить, и все взгляды обратились к нему.

— Особенно он не говорил… Но, наверное, вы трое уже стали для него важными людьми в повседневной жизни.

— Это… значит, как семья?

На слова Розалии Астесия сделала сложное лицо — то ли разочарованное, то ли радостное. То, что её ценят, радовало, но казалось, что как женщину её будут видеть меньше, и это было неприятно.

Розалия, похоже, чувствовала то же, и лицо у неё было не такое, как у Астесии, но тоже странное. И это значило, что её чувства явно изменились.

— Хи-хи, мы и Вайс — семья… разве не прекрасно!!

А одна лишь Айгис радостно улыбалась. На её наивность Астесия с горькой усмешкой заметила:

— Слушай, Айгис. Если тебя считают семьёй, то как объект любви уже не видят, понимаешь?

— Э, почему? Ведь мои родители — семья, и они очень ладят. И если семья, то можно быть всегда вместе.

— …Действительно, если быть рядом, шанс есть. Слушай, Ньярл-сама. В какие моменты мужчины начинают осознавать женщину?

— Э, сложный вопрос… Но, наверное, они слабы к контрасту…

— Кстати, когда я улыбалась, Вайс радовался.

Астесия кивнула, будто поняла. Значит, всё время улыбаться? — задумалась она.

— Контраст… это сложно. Если всё время вместе, неожиданности не будет…

Трое ломали головы, ища хорошую идею. И снова заговорила Айгис:

— Мама говорила!! Если одеться не так, как обычно, мужчины чувствуют свежесть!!

— Одеться не так, как обычно…?

— Да, мама говорит, когда она надевает платье служанки, у папы глаза прямо загораются.

— «Ох…»

Услышав о наклонностях уважаемого Райнхарда, две невольно издали сдавленный звук. Особенно Розалия, которая сама носила форму служанки, выглядела сложно.

— А, точно, косплей — это хорошо. Мужчины слабы к такому.

— Хм, вот как… Тогда придётся попробовать. Что надеть?

— Хи-хи, как на балу, весело.

— Надевать странную одежду, чтобы очаровать мужчину…

В отличие от двух воодушевившихся, Розалия, гордившаяся тем, что она личная служанка Вайса, выглядела сложно.

— Хм, если Розалия не хочет, заставлять не буду. Взамен я всерьёз соблазню Вайса, ладно?

— …Поняла. Если не форма служанки, то проблем нет.

С твёрдым лицом Розалия кивнула, и их план был решён.

Это была обветшалая лавка в переулке владения Бладди. Обычно покупателей было мало, но сейчас туда пришли три прекрасные девушки. Да, Астесия и остальные.

— Надо же, здесь есть такая лавка… Вы хорошо осведомлены, Айгис-сама.

— Хи-хи, я спросила у мамы, она и посоветовала!! Я и сама бывала здесь несколько раз!!

— Э, значит, это любимое место Райнхарда-сама…

На радостный ответ Айгис лица двух стали сложными. Как бы сказать, о таких увлечениях знакомых знать подробно не хочется.

— Тогда идём.

Взяв себя в руки, они открыли дверь, и там оказались самые разные наряды. Роскошные платья, какие носят дворяне, кимоно — национальная одежда некоего островного государства, китайские платья…

Астесия и остальные не знали, но на самом деле это был магазин загружаемого контента, где можно было покупать костюмы персонажей.

— О, никак Айгис-сама. Что сегодня ищете?

— Хозяин!! Есть одежда, чтобы соблазнить мужчину?

Пока Астесия и остальные думали, как спросить, Айгис без колебаний выпалила.

— Вот как… наконец и вы в том возрасте. Положитесь на меня. У меня есть особый товар.

Хозяин, по-видимому, знакомый, с чувством кивнул и повёл их в дальнюю дверь. Явно место для постоянных клиентов — две, кроме Айгис, растерянно последовали за ним.

— Здесь столько необычной одежды…

— Какая-то знакомая и незнакомая одновременно…

Розалия наугад взяла с вешалки форму служанки — с мини-юбкой и почему-то с вырезом в форме сердца на груди. Так ведь грудь будет видна целиком.

— О, хороший выбор. Это мини-юбка служанки. Сейчас в комплекте идут кошачьи ушки.

— Если в таком убираться, бельё будет видно…

— Зачем кошачьи уши…

— А, это и в мамином шкафу было!!

Обмениваясь впечатлениями, они посмотрели следующий наряд — облачение жрицы. Кстати, нынешнее облачение Астесии испортилось в бою с Пандорой, так что она развернула новое — и потеряла дар речи.

— О, хороший выбор. Это облачение жрицы с разрезом, отличается разрезом снизу и на груди.

— Разрез слишком глубокий, кажется, что стоит только встать — и бельё видно…

— Зачем на груди дыра в форме креста… Это же оскорбление Зевса? Ты ведь не из культа Аида?

— Да, в нём удобно ходить!! Может, и в бою сойдёт?

Снова обменявшись впечатлениями, теперь Айгис взяла невиданный наряд — сетчатые чулки и купальник, слитые воедино. И почему-то с заячьими ушками.

— О, хороший выбор. Это костюм кролика. Его носят в казино свободного города Гайзена.

— Зачем в казино кролики?

— И здесь грудь подчёркнута… а сетчатые чулки выглядят как-то непристойно…

— Очень мило. Если надеть это, Вайс обрадуется?

В отличие от двух, помрачневших, Айгис с заячьими ушками весело прыгала.

— Можете искать, пока не найдёте по вкусу. Сейчас в комплекте идут и средства для бодрости — с ними мужчина точно возбудится и разойдётся.

— Нет, мы просто хотим, чтобы Вайс-сама нас заметил, а не это…

— Беру!!

— Астесия-сан!? Что вы говорите!!

От мгновенного ответа Астесии Розалия невольно вскрикнула. Но та взяла у торговца бутылочку с жидкостью, положила в сумку и с вызовом посмотрела на Розалию.

— Я считаю, что если Вайс захочет, то и такое можно. А ты иначе?

— Э, это…

Розалия, представив близость с любимым, залилась краской, а Айгис удивлённо смотрела.

— О-о, как же завидно тому, кого добиваются три девушки. Я, наверное, помешаю, так что примеряйте без стеснения.

Хозяин, с умилением смотревший на них, закрыл дверь и ушёл. И оставшиеся три уставились на явно предназначенные для этого наряды.

— Для начала решим, кто что наденет.

— Да…

— А это тоже интересно. Бронированный купальник!!

Астесия отказалась от облачения, Розалия — от формы служанки, а Айгис шумела, взяв новый наряд.

В итоге, проблуждав около полудня, все наряды были выбраны.

Когда дела лорда немного улеглись, уже наступил вечер, и я, чувствуя усталость, вернулся в особняк. Поблагодарив кучера, я вошёл — и почувствовал неладное.

— Обычно Розалия встречает меня… занята, что ли?

Немного одиноко, но у неё, наверное, есть дела служанки. Так подумав, я направился к своей комнате и встретил Мэг. Похоже, она уже закончила работу — сняла фартук и расслабилась.

— А, Вайс-сама, с возвращением. Тяжело вам приходится.

— Спасибо, Мэг. Ничего не поделаешь, я ведь надолго уезжал из особняка.

Увидев лицо Мэг, которая меня пожалела, я немного расслабился. Всё-таки дома лучше всего. Потому, может, и эгоистично, но мне захотелось чаю, который заваривает Розалия.

— Ты не видела Розалию? Если она отдыхает, ладно, но у меня есть просьба…

— А-а… это… там всё довольно серьёзно.

От Мэг, которая ужасно неловко отвела взгляд, меня охватило дурное предчувствие.

— Э? Что именно…

— А, у меня же работа. Прошу прощения!

Когда я попытался выяснить, Мэг убежала, как заяц. Что же там такое, — подумал я, направляясь к своей комнате…

Кто-то есть… И не один…

Это моя спальня. Ключ от неё есть только у Розалии, личной служанки, и у Астесии, которая незаметно сделала дубликат. Нет, многовато…

Но присутствий три, и я не понимал, зачем этим двоим запираться в моей комнате.

— Разве родители не учили, что нельзя входить в чужую комнату без разрешения?

Держа руку на мече, я грубо распахнул дверь — и там был мрак. Но в таких местах тёмная магия — моя стихия.

— Мои глаза — вечная тьма, тёмный мир — моё владение!! …И-и-и!!

Одновременно с тем, как я с помощью тёмной магии сделал тьму видимой, зажгли свет, и в глазах зарябило.

Неужели они рассчитывали, что я применю тёмную магию? — насторожился я, как вдруг услышал знакомые голоса.

— Вы в порядке, Вайс-сама?

— Что ты делаешь, я же исцелю, покажи.

— Если хочешь тренироваться, я всегда готова.

— Почему вы… э-э-э?

Внезапно стало светло, размытое зрение прояснилось, но я не поверил глазам и протёр их.

И немудрено. Их одежда была совсем не такой, как обычно, и очень эротичной…

— Что за ошеломлённое лицо. А как же впечатления… господин?

Залившись краской, снизу вверх на меня смотрела Астесия — не в обычном облачении, а в пышном платье служанки. И это платье, в отличие от тех, что носят Розалия и Мэг, имело на груди вырез в форме сердца, из которого выглядывала белая пышная ложбинка. А юбка была настолько короткой, что при ходьбе, казалось, покажет, что под ней, и открывала привлекательные ноги.

Я невольно почувствовал, как низ реагирует, и поспешно отвёл взгляд — там была Розалия.

— Эм… я впервые надеваю такое, но как вам?

Смущённо улыбаясь, Розалия была в свитере. Но не в простом. На груди была большая дыра, и её пышная грудь ослепляла. Так называемый «свитер, убивающий девственников». Когда она, смущаясь, шевелилась, грудь колыхалась — настоящий яд для глаз.

— А я как? Идёт, прыг?

А Айгис была в костюме кролика. Скромная, но женственная ложбинка и сетчатые чулки на здоровых ногах были очень привлекательны.

В воздух я выпустил магию королевского ранга, вложив в неё всю свою магическую силу. И от чудовищного расхода душевных сил сознание начало уплывать.

— Почему, когда к тебе пристают девушки, ты пускаешь магию!?

— Вайс-сама!? Вы в порядке?

— Ты в порядке? Слишком разволновался и применил магию?

Пока сознание угасало, я испытал облегчение от того, что защитил свою… целомудрие Вайса. Но, может, мне показалось… где-то в глубине души я услышал изумлённый шёпот: «Ну и тряпка же он…»

— Как и ожидалось от моего дорогого друга… Он так пленил их сердца…

В опустевшей церкви Ньярл в одиночестве удовлетворённо улыбался. Доверие к Двенадцати апостолам напрямую связано с верой.

— Любовь, доверие, дружба — всё это становится силой веры и силой нашего бога. Такие чувства. Если ты осознаешь себя одним из Двенадцати апостолов, они тоже скоро ими станут. А мне это недоступно…

Почему-то считаемый подозрительным и держащий дистанцию с людьми, Ньярл с самоиронией усмехнулся и посмотрел в ставшую непроглядно тёмной ночь.

— Хи-хи, этим миром правит не Зевс, который меня не спас, и не Аид, который меня даже не заметил. Наш бог иного мира. Верно, «Ньярлатотеп-сама»?

С фанатичным блеском в глазах Ньярл произнёс имя бога, изменившего судьбу его самого и Вайса. И от этих слов сила иномирного бога в этом мире немного возросла.

— Кстати… я всё ещё связан, вы ведь не забыли, да? Вы же вернётесь?

Прежняя зловещесть исчезла, а в глазах был страх. В итоге его освободили только через два дня, когда Анджела вернулась домой.