От лица Саи

Столица меня пугала. Она не давила криками, кровью или хаосом. Наоборот — улицы всё ещё были полны людей, торговцы продолжали зазывать покупателей, а над крышами развевались имперские знамёна. Но теперь за всем этим чувствовалось что-то неправильное, словно сам город затаил дыхание.

Мы двигались через узкие переулки восточных районов уже больше часа. После гостиницы Том ни разу не остановился надолго. Он менял улицы, сворачивал в проходы между домами, иногда неожиданно возвращался назад, будто проверяя, не идут ли за нами.

И хуже всего было то, что я начинала замечать: он делает это не случайно.

Он заранее знал, где появятся патрули.

Где будут люди Вальдо.

Где лучше не задерживаться даже на несколько секунд.

Луна тоже это понимала. Но молчала.

Том шёл впереди в тёмном плаще с наброшенным капюшоном и выглядел так спокойно, будто обычная прогулка по столице для него не отличалась от дороги через лес. Только вот его взгляд менялся.

Я замечала это всё чаще.

Когда рядом проходили патрули Империи — он оставался спокойным. Когда видел людей великих домов — тоже. Но стоило ему почувствовать что-то странное… воздух вокруг будто становился тяжелее.

Словно в такие моменты Том переставал быть обычным человеком нашего возраста.

— За нами идут? — тихо спросила Луна.

Том не обернулся.

— Уже нет.

— Уже?

— Было трое наблюдателей.

Я невольно напряглась.

— Люди Вальдо?

— Один — да.

После короткой паузы он спокойно добавил:

— Остальные нет.

От этих слов внутри стало неприятно холодно.

Потому что сейчас в столице хватало людей, от которых хотелось держаться как можно дальше.

Мы свернули ещё в один узкий переулок. Здесь было заметно тише. Старые дома почти закрывали небо, а между крышами висел сырой утренний туман.

Том наконец остановился.

Перед нами находилось небольшое двухэтажное здание без вывески. Обычный старый дом среди десятков таких же. Но почему-то мне сразу стало не по себе. Том подошёл к двери и несколько раз спокойно постучал. Коротко. С паузой. Снова коротко.

Несколько секунд ничего не происходило. А затем дверь медленно открылась.

На пороге появился старик.

Очень обычный на вид. Седые волосы. Простая одежда. Трость в руке. Но в тот момент, когда его взгляд остановился на Томе… я почувствовала давление.

Настоящее. Скрытое глубоко внутри.

Луна рядом со мной едва заметно побледнела. Она тоже почувствовала.

Старик несколько секунд молча смотрел на Тома.

А затем тихо произнёс:

— Я думал, ты больше не вернёшься сюда.

Том спокойно снял капюшон.

— Мне нужно место на несколько дней.

Старик перевёл взгляд на нас.

Особенно долго он смотрел именно на меня.

И почему-то от этого взгляда захотелось отступить назад.

— Значит, это и есть причина, — тихо произнёс он.

Том ничего не ответил.

Старик медленно посторонился, пропуская нас внутрь.

— Заходите быстрее. Сегодня столица пахнет кровью сильнее обычного.

Мы вошли в дом.

Внутри было тепло. Старое дерево, запах трав, слабый свет духовных ламп. Дом выглядел бедно, но почему-то спокойно. Будто внешний мир сюда почти не добирался.

Старик медленно закрыл дверь и только после этого снова посмотрел на Тома.

Очень внимательно.

— Ты вырос.

— А ты всё ещё жив.

— К сожалению.

Луна удивлённо перевела взгляд между ними.

— Том… кто это?

Несколько секунд он молчал.

А затем спокойно ответил:

— Человек, который когда-то спас моих родителей.

В комнате стало тихо.

Старик тяжело опёрся на трость.

— Не спас, — проворчал он. — Просто дал двум идиотам крышу над головой в Пустошах.

Но в его голосе не было раздражения.

Том медленно снял плащ.

— Ты оставил им этот адрес.

Старик кивнул.

— И сказал приходить сюда, если однажды станет совсем плохо.

Он внимательно посмотрел на Тома.

— Судя по тому, что ты здесь… всё действительно плохо.

Том ничего не ответил и почему-то именно это заставило меня напрячься сильнее всего.

Старик молча провёл нас вглубь дома.

Я почему-то ожидала чего-то другого. Тайного убежища культиватора, скрытых печатей, оружия на стенах или хотя бы тяжёлой атмосферы людей, привыкших жить в постоянной опасности.

Но внутри всё оказалось… обычным.

Старый деревянный пол тихо скрипел под ногами. В воздухе пахло сушёными травами и горячим чаем. У дальней стены негромко потрескивала духовная печь, разгоняя сырость дождливого утра, а маленькие лампы давали тёплый жёлтый свет.

После напряжённых улиц столицы это место казалось почти нереальным.

Слишком спокойным.

Словно мир снаружи сюда не добирался.

Том вошёл внутрь так, будто возвращался в давно знакомое место. Без настороженности. Без привычного взгляда по углам. Он спокойно сел возле стены и впервые за весь день выглядел человеком, которому не нужно каждую секунду ждать опасности.

И именно это удивило меня сильнее всего.

Старик заметил мой взгляд и тихо усмехнулся.

— Не смотри так, девочка. Этот парень уже бывал здесь.

Луна сразу повернулась к Тому.

— Ты был в столице раньше?

— Да.

— И ничего не сказал?

Том лишь пожал плечами.

— Не видел смысла.

Конечно.

Я едва заметно выдохнула про себя.

Иногда мне казалось, что Том вообще не понимает, насколько странно живёт. Или просто настолько привык скрывать всё о себе, что уже делает это автоматически.

Старик тем временем медленно опустился в кресло напротив.

— Первый раз он появился здесь лет в четырнадцать, — проворчал он. — Худой, злой и весь в крови.

— Старик.

— А что? Я же не вру.

Луна тихо хмыкнула, а я невольно посмотрела на Тома внимательнее.

Четырнадцать лет. Я попыталась представить его таким — младше, слабее, потеряннее. И не смогла. Даже сейчас рядом с ним иногда становилось не по себе. Не потому, что он пугал специально. Просто в нём всегда чувствовалось что-то чужое обычным людям нашего возраста. Спокойствие человека, который слишком давно привык выживать.

— Второй раз пришёл два года назад, — продолжил старик. — Тогда хотя бы перестал смотреть на людей так, будто выбирает, кого убить первым.

— Не перестал, — спокойно ответил Том.

И почему-то после этих слов мне захотелось улыбнуться. Совсем немного. Потому что старик вообще не боялся его. Он разговаривал с Томом так, как никто другой. Без осторожности. Без напряжения. Без страха перед его холодом.

И Том позволял ему это.

Я впервые видела подобное. Старик тоже это почувствовал. Его усмешка медленно исчезла.

— Ладно, — произнёс он уже серьёзнее. — Рассказывай. Что происходит в столице?

Том ненадолго замолчал.

— Вальдо начали открытые поиски.

Лицо старика сразу потемнело.

— Уже?

— Да.

— Император?

— Тоже начал двигаться.

Том взял чашку с чаем так спокойно, будто речь шла не о городе, стоящем на пороге войны.

— Великие дома стягивают силы. Имперская армия усиливает внутренние районы. Небесный Дворец наблюдает. Тёмный Культ уже внутри столицы.

После этих слов в комнате стало тише.

Я заметила, как пальцы старика медленно сжались на трости.

— Значит… всё-таки началось.

— Пока ещё нет, — спокойно ответил Том. — Но скоро начнётся.

От этих слов внутри снова появилось неприятное чувство.

За последние месяцы я слишком часто слышала подобные фразы. «Скоро». «Потом». «Они начнут двигаться». И каждый раз после этого становилось только хуже.

Иногда мне казалось, что сама столица медленно меняется вокруг нас.

Люди всё ещё улыбались на улицах. Торговцы всё ещё спорили из-за цен. Дети бегали по переулкам.

Но под всем этим уже чувствовался страх.

Империя будто трескалась изнутри. И хуже всего было то, что мы находились прямо в центре этого.

— А теперь объясните мне одну вещь, — неожиданно произнёс старик.

Он впервые внимательно посмотрел на нас с Луной. Очень внимательно.

Мне сразу стало не по себе.

— Кто вы такие… и почему наследницы дома Вальдо путешествуют рядом с потомком Фрост?

У меня внутри всё похолодело.

Он знал. Нет… скорее, догадался уже давно.

Луна рядом едва заметно напряглась, а я невольно перевела взгляд на Тома, но тот молчал. Как всегда.

И говорить пришлось мне.

— Мы… сбежали из дома Вальдо.

Старик ничего не сказал.

Его взгляд оставался тяжёлым, поэтому я продолжила.

Рассказала про внутреннее поместье. Про жизнь внутри дома. Про побег. Про то, как мы встретили Тома в лесной хижине. Даже про то, что сначала он хотел убить нас.

На этих словах старик коротко усмехнулся.

— Это уже больше похоже на Фрост.

Но мне почему-то не стало легче. Я продолжала говорить дальше. Про дорогу. Про столицу. Про постоянные переезды. Про то, как Том скрывал нас всё это время.

И чем дольше я рассказывала, тем страннее становилось лицо старика.

Сначала удивление, потом недоверие.

А затем что-то похожее на растерянность.

Когда я закончила, в комнате надолго повисла тишина.

Старик медленно перевёл взгляд на Тома.

Будто видел его впервые.

— Подожди… — тихо произнёс он. — То есть ты сейчас защищаешь дочерей Вальдо?

Том спокойно сделал глоток чая.

— Да.

Старик уставился на него так, словно услышал полнейшее безумие.

— Ты вообще понимаешь, кто уничтожил твой клан?

Воздух в комнате будто стал тяжелее.

— Дом Вальдо стёр Фрост с лица мира.

Его голос впервые стал жёстким.

— Если бы не моя помощь, твои родители умерли бы ещё до твоего рождения.

Я невольно опустила взгляд.

И впервые за долгое время мне стало по-настоящему стыдно за собственную фамилию.

Не как раньше. Не из-за жестокости старейшин. Не из-за страха перед Минвельдо. А по-другому.

Потому что сейчас передо мной сидел человек, который когда-то спас последних выживших уничтоженного клана. А рядом с ним — их сын. И этот сын сейчас защищал нас. Наследниц дома, который уничтожил его семью.

Это казалось неправильным. Несправедливым.

Я не участвовала в той войне. Даже не знала о ней большую часть жизни. Но почему-то именно сейчас впервые почувствовала вес имени Вальдо.

Будто кровь старых ошибок всё ещё тянулась за нами спустя двести лет.

Луна рядом тоже молчала, а Том оставался спокойным. Слишком спокойным.

Старик медленно поднялся с кресла.

— После всего, что сделали Вальдо… ты защищаешь их кровь?

Несколько секунд Том ничего не отвечал. Тишина в комнате стала почти давящей. А затем он медленно поднял взгляд. Сначала на Луну. Потом на меня. И впервые за всё время в его глазах появилось что-то странное. Что-то тихое. Не холод. Не привычная отстранённость.

— Я защищаю не дом Вальдо, — спокойно произнёс он.

У меня почему-то сжалось сердце.

А затем Том тихо добавил:

— Я защищаю их.

В комнате надолго повисла тишина.

Старик больше ничего не сказал. Только тяжело посмотрел сначала на Тома, потом на нас с Луной, будто до сих пор не мог уложить это у себя в голове.

Наконец он устало выдохнул и махнул рукой.

— Ладно. Хватит на сегодня разговоров о старых кланах и мёртвых людях. Девочки, идите за мной.

Луна первой поднялась с места. Я — следом.

Уже выходя из комнаты, я невольно обернулась.

Том остался сидеть возле стола с чашкой чая в руках. Спокойный, как всегда. Только теперь я почему-то смотрела на него совсем иначе.

Старик молча повёл нас по узкой деревянной лестнице на второй этаж. Дом внутри оказался больше, чем выглядел снаружи. Старые половицы тихо скрипели под ногами, а из маленьких окон пробивался тусклый свет дождливого вечера.

— Здесь редко бывают гости, — проворчал старик, открывая дверь. — Но комнаты ещё не развалились.

Комната оказалась небольшой, но уютной. Две кровати у стены, старый шкаф, маленький столик и окно с видом на узкую улицу между домами.

После гостиниц и постоянных переездов даже это казалось почти роскошью.

Старик остановился у двери.

— Отдыхайте. И постарайтесь хотя бы одну ночь не втянуть мальчишку в неприятности.

Луна едва слышно фыркнула.

— Обычно это он втягивает нас.

Старик неожиданно усмехнулся.

— Поверь мне, девочка. Если Том Фрост действительно решил куда-то влезть… значит, неприятности начались ещё до вас.

После этих слов он закрыл дверь и ушёл вниз.

Я ещё несколько секунд стояла неподвижно, слушая удаляющиеся шаги.

А затем медленно подошла к окну.

Снаружи всё ещё моросил дождь. Ночная столица скрывалась в тумане и свете редких фонарей. Где-то далеко слышались голоса патрулей и приглушённый шум улиц.

Но здесь было тихо.

Слишком тихо после последних дней.

Луна тем временем уже устроилась на кровати, стянув сапоги, и устало выдохнула.

— Я думала, сегодня нас точно поймают.

— Я тоже.

Несколько секунд мы просто молчали.

А потом я неожиданно поняла, что думаю совсем не о Вальдо. Не о столице. Даже не о собрании великих домов.

О Томе.

О его словах внизу.

«Я защищаю их.»

Почему-то именно они никак не выходили из головы.

Я медленно опустилась на край кровати и некоторое время просто смотрела в пол.

А затем всё-таки тихо спросила:

— Луна…

— Мм?

Я ненадолго замялась.

— Что ты вообще думаешь о Томе?

Она сначала не поняла вопроса.

А затем резко застыла.

— Ч-что?..

Я впервые за долгое время едва заметно улыбнулась.

— Ты слышала.

Луна тут же отвела взгляд.

— Ничего я не думаю.

— Луна.

— Что?!

Теперь уже даже её уши слегка покраснели.

И почему-то от этого мне впервые за весь день стало немного легче.

— Ты ужасно врёшь, — тихо сказала я.

— А ты слишком много замечаешь…

Она недовольно уткнулась взглядом в одеяло, явно пытаясь спрятать смущение.

Но через несколько секунд всё же тихо пробормотала:

— Просто… он странный.

— Это да.

— Нет, я не об этом.

Луна ненадолго замолчала, подбирая слова.

— Когда рядом с ним страшно — почему-то одновременно спокойно.

Я удивлённо посмотрела на неё.

И поняла, что сама чувствую почти то же самое.

Потому что Том действительно пугал.

Иногда слишком сильно.

Его спокойствие. Его взгляд. То, как легко он говорил о вещах, от которых обычные люди теряли сон. Но при этом рядом с ним почему-то казалось, что всё будет нормально. Даже когда вокруг рушился мир.

Луна тихо вздохнула и легла на спину, уставившись в потолок.

— И он всегда нас защищает…

После этих слов я невольно вспомнила лесную хижину.

Ту первую встречу.

Тогда он смотрел на нас как на проблему, от которой проще избавиться.

А сейчас рисковал собой ради нас в столице, полной врагов.

Я всё ещё не понимала почему.

И, кажется, это пугало меня даже больше.

— Думаешь, он правда ненавидит Вальдо? — тихо спросила Луна.

Я долго молчала.

А потом честно ответила:

— Думаю… он очень старается ненавидеть.

В комнате снова стало тихо.

Мы ещё долго разговаривали о разном. О столице. О собрании. О старике. О том, как Том вечно исчезает посреди ночи и возвращается так, будто ничего не произошло.

Иногда Луна смеялась, иногда я тоже.

И впервые за долгое время всё ощущалось почти нормально. Будто мы были обычными девушками, разговаривающими перед сном.

Без великих домов. Без войны. Без страха.

Но глубоко внутри я всё равно чувствовала тревогу. Потому что слишком многое менялось слишком быстро. И почему-то сильнее всего меня пугала одна мысль.

Что однажды Том всё-таки перестанет смотреть на нас как на людей, которых нужно защищать.