Джулиан остановился перед кристаллом и медленно поднял руку. На мгновение его пальцы замерли прямо над поверхностью. Затем, сделав короткий вдох, он наконец прижал ладонь к холодному камню.

«Пожалуйста... Богиня Алтея, умоляю, пусть в этот раз результат будет лучше».

У самого основания кристалла вспыхнул тусклый свет.

Он слабо замерцал и начал медленно ползти вверх, но по сравнению с ярким потоком, который ранее вызвал Алексиус, это свечение выглядело почти жалко.

Сияние едва поднялось на пару дюймов и окончательно погасло, оставив большую часть кристалла погруженной во тьму. Джулиан, не отрывая взгляда от результата, судорожно шевелил пальцами по гладкой поверхности.

«...»

Во дворе воцарилась тишина; никто не проронил ни слова.

Почему-то это молчание казалось куда хуже любых слов.

Джулиан чувствовал на себе десятки устремленных в него взглядов. Он медленно обвел глазами взрослых, стоявших неподалеку, по очереди вглядываясь в их лица.

На лицах многих старейшин уже не было тех довольных выражений, что они демонстрировали мгновение назад.

Один из наставников опустил глаза в записи у себя в руках, а другой молча переглянулся с соседом.

Рувиан, наблюдавший за происходящим со стороны, нахмурился.

Сам по себе результат был не таким уж катастрофическим — по крайней мере, для обычного ребенка возраста Джулиана. Но это была семья Розенберг, один из Великих благородных домов, и каждый присутствующий здесь явно ожидал гораздо большего.

Джулиан постепенно повернул голову в сторону отца.

Мужчина не сдвинулся с места, и его лицо оставалось почти невозмутимым. Однако едва заметно сжатые челюсти и то, как долго его глаза задержались на слабом свечении, ясно выдавали разочарование.

Когда Джулиан встретился с ним взглядом, отец первым отвел глаза.

Это простое движение отозвалось в груди мальчика горечью.

Наконец один из старейшин нарушил тишину, тяжело вздохнув при виде угасающего света.

— По-прежнему никакого значимого прогресса, даже после всех дополнительных занятий и ресурсов, что были выделены ему со времени прошлой оценки.

Его голос не был громким, но в притихшем дворе каждое слово отчетливо долетело до Джулиана.

Другой старейшина повернулся к наставникам.

— Как долго он остается на этом уровне? Помнится, во время прошлой оценки нам твердили, что его рост просто замедлен и что стоит ожидать заметных перемен, как только мана стабилизируется. — Он скрестил руки на груди и добавил: — Но, как я погляжу, почти ничего не изменилось!

Наставник, державший записи, замялся, прежде чем ответить.

«Юный господин Джулиан добился прогресса, но куда более медленного, чем мы изначально предполагали. Его резонанс маны за последние несколько месяцев немного вырос, однако этого недостаточно, чтобы соответствовать нашим стандартам».

Он мельком взглянул на Джулиана и понизил голос: «Ха! При таких темпах может пройти еще немало времени, прежде чем мы увидим хоть какие-то значимые сдвиги».

Джулиан услышал каждое слово.

Голова его слегка опустилась, и рука наконец соскользнула с кристалла. Тусклый свет внутри него погас почти мгновенно, оставив на прозрачной поверхности лишь отражение мальчика.

Один из пожилых мужчин цокнул языком.

«В этом-то и вся проблема. Ребенка из обычной семьи за такой рост могли бы и похвалить, но Джулиан — не обычный ребенок, и мы не можем судить его по обычным меркам».

Его взгляд, тяжелый и пристальный, остановился на Джулиане: «Он носит фамилию Розенберг, а это имя подразумевает определенные ожидания, хочет он того или нет».

Другой старейшина медленно кивнул.

«Никто не требует от него стать великим магом в семь лет, но должны же быть хоть какие-то признаки того, что он движется к уровню, которого от него ждут. Мы годами предоставляли ему лучших наставников, лучшие ресурсы и все возможности для развития, но разрыв между ним и другими детьми продолжает расти».

Он на секунду перевел взгляд на Алексиуса, прежде чем снова уставиться на Джулиана.

Это сравнение не ускользнуло от внимания Джулиана.

Он не стал спорить и не издал ни звука. Просто стоял и слушал, как взрослые обсуждают его ценность так, словно его здесь даже не было.

Отец Джулиана наконец заговорил.

«Хорошо, достаточно».

Голос его звучал спокойно, но в нем чувствовалась холодная тяжесть, которая мгновенно заставила остальных замолчать. Он несколько секунд смотрел на Джулиана, прежде чем продолжить.

«Можешь возвращаться в строй, Джулиан. Мы обсудим твои тренировки позже».

Джулиан поднял голову, в его глазах мелькнула слабая надежда, словно он ожидал чего-то большего, чем эти слова. Однако отец уже переключил свое внимание обратно на наставников.

На лице мальчика отразилось уныние, после чего он снова опустил голову.

«Да, Отец».

Отойдя от кристалла, Джулиан зашагал обратно к другим детям. Едва он вернулся в строй, как стоящие рядом ребята начали перешептываться.

Сначала их голоса звучали тихо, но никто из них, похоже, особо не заботился о том, слышит ли их Джулиан.

Один из мальчиков даже прикрыл рот рукой, пытаясь сдержать смех.

— Видел, как слабо отреагировал кристалл?

— Ага. А ведь он из прямой ветви семьи.

— Честно говоря, это просто позорище.

Несколько детей тихонько прыснули.

— Мой отец говорил, что дети из прямой ветви должны наследовать сильнейшую кровь семьи Розенберг, так как же он докатился до такого?

— И не говори. У него результат даже хуже, чем у некоторых детей из боковых ветвей.

Шаги Джулиана замедлились, когда он наконец вернулся в строй. Он держал голову опущенной, притворяясь, что ничего не слышит.

— Видимо, рождение в прямой ветви на самом деле ничего не значит, — добавил другой ребенок с легким смешком.

— Какая трата ресурсов.

Мальчик покачал головой, словно был искренне разочарован.

— Если наследник прямой ветви растет таким, достоин ли он когда-нибудь возглавить семью?

Другой тут же закивал.

— Честно говоря, кто-то вроде Алексиуса смотрелся бы куда логичнее.

Один из мальчиков внезапно фыркнул.

— Даже простолюдин, которого мой отец нанял в обучение на рыцаря, справляется куда лучше него, а ведь тот парень еще год назад даже ману контролировать толком не умел.

Затем одна из девочек склонила голову набок, смерив Джулиана оценивающим взглядом. — Знаете что? Может, такому, как он, стоило просто родиться грязным простолюдином.

Внезапно что-то теплое скатилось по его щеке и упало на камень под ногами. Глаза Джулиана слегка расширились, когда он осознал, что произошло.

«Нет...»

Сердце ушло в пятки.

Он поспешно опустил голову, надеясь, что никто не заметил, но за первой слезой последовала вторая. Прежде чем он успел взять себя в руки, по лицу уже катились другие.

Дыхание постепенно сбилось.

«Прекрати... пожалуйста. Только не здесь».

Джулиан сжал зубы, пытаясь подавить всё внутри. Он не хотел плакать здесь, не на их глазах.

Слезы только сделают всё хуже. Но они больше его не слушались. Он поднял руку и поспешно протер глаза.

Именно в этот момент один из детей заметил это.

— Погодите... он что, плачет? — спросил мальчик, и его недавняя улыбка на секунду исчезла. Остальные тут же обернулись к Джулиану.

На мгновение все они выглядели удивленными.

Затем кто-то рассмеялся.

— Он правда плачет! — воскликнул один из мальчиков, указывая на него пальцем. — Джулиан, тебе уже семь лет. Ты серьезно собираешься реветь только из-за того, что у тебя плохой результат?

Другой ребенок прикрыл рот рукой, давясь смехом.

— Хватит, а то он еще сильнее расплачется, — ее слова прозвучали почти игриво, но в улыбке не было ни капли доброты. — Что за Розенберг такой, который ревет из-за всякой ерунды?

Джулиан потер глаза еще сильнее.

Чем яростнее он пытался стереть слезы, тем обильнее они лились. Нос уже покраснел, а губы дрожали, как бы крепко он их ни сжимал.

«Проклятье...»

Он ненавидел это.

И еще больше ненавидел то, что они видят его таким.

Выражение лица Рувиана медленно становилось жестче, пока он наблюдал за происходящим с нескольких шагов. Ему доводилось видеть Джулиана злым, высокомерным, раненым и даже отчаявшимся, но никогда — таким.

Сейчас в мальчике, стоявшем перед ним, не осталось ни капли гордости.

Он был просто... семилетним ребенком.

Джулиан медленно посмотрел на взрослых.

Несколько старейшин к этому моменту уже заметили шум, и их взгляды обратились к нему. Никто из них не шагнул вперед, чтобы остановить детей. Напротив, лицо одного пожилого мужчины исказилось от явного неодобрения.

— Плакать посреди оценки, — пробормотал старейшина. — Какой позор.

Рука Джулиана медленно опустилась.

На секунду он уставился в землю, пока очередная слеза не сорвалась с подбородка. Затем его дыхание окончательно сбилось, а маленькие кулаки сжались.

Он больше не мог здесь оставаться.

Джулиан внезапно развернулся. Не проронив ни слова, он протиснулся сквозь строй и побежал.

— Эй! — окликнул его один из наставников.

Но мальчик не оглянулся: его поспешные шаги гулко отдавались от камня, пока он мчался через двор.

Дети позади него притихли лишь на мгновение.

А потом раздался новый смешок.

Глаза Рувиана сузились, когда он проводил взглядом Джулиана, скрывшегося за пределами двора.

[POV Рувиана]

Рувиан немедленно бросился следом за Джулианом, пересекая двор всего через несколько секунд после него. Мальчик не мог уйти далеко, поэтому Рувиан ожидал увидеть его, как только войдет в поместье.

Однако в тот же миг, как он переступил порог, Джулиана нигде не оказалось.

Остановившись посреди коридора, Рувиан посмотрел налево, затем направо. Длинные переходы тянулись прочь от него, с высокими окнами, украшенными стенами и несколькими путями, уходящими вглубь поместья.

Слуги бесшумно передвигались по залам, а лестницы в нескольких местах вели на верхние этажи.

«Блять... куда его, нахуй, понесло?»

Рувиан цокнул языком и поспешил к ближайшему повороту. Только сейчас он осознал, насколько же огромно поместье Розенбергов.

Не зная, куда направился Джулиан, рыскать здесь вслепую было сущим мучением.

Рувиан замедлил шаг и снова огляделся.

Сначала он полагал, что память сама понесёт его к следующему событию, ведь он здесь всего лишь сторонний наблюдатель.

Однако даже спустя несколько секунд ничего не изменилось.

«Серьёзно?»

Он нахмурился, осознав истинное положение дел.

Пусть он и находился внутри воспоминания Джулиана, но ощущалось оно как реальное место, а не просто просмотр видения.

Значит, если он хочет узнать, что произошло дальше, ему придётся самому идти следом за Джулианом.

«Проклятое заклятье!»

К счастью, он всё ещё мог использовать [Закладки].

Но стоило открыть карту, как Рувиан нахмурился ещё сильнее.

На карте было две отдельные отметки, указывающие на местоположение Джулиана.

──────── ✦ ────────

[Глава 319: Гордость порой рождается из стыда]

Сюжетные очки = 83 000 PP