Рувиан Кастелор, безвольно опустив меч, медленно двинулся к кучеру. Тот повалился на дорогу, судорожно загребая ногами пыль и пятясь назад. Лицо его побелело, а каждый вдох вырывался из груди прерывистым хрипом.

Юзуки двигался рядом с Рувианом, хотя его взгляд постоянно соскальзывал на дорогу позади них. Он уже заметил слабую тень, крадущуюся у разбитого экипажа. Он, конечно, видел её, но решил не портить сюрприз.

— Постойте, прошу, мы можем договориться… Я-я даю слово, я отдам вам всё, что пожелаете, — умолял кучер, вскидывая обе руки перед лицом. — Вы ведь пришли за товаром, верно? Забирайте его, забирайте и саму карету, я… я ни словом не обмолвлюсь о том, что здесь произошло. Только сохраните мне жизнь.

Рувиан остановился прямо перед ним; тёмные круги под глазами делали его взгляд ещё холоднее. В выражении его лица не было ни гнева, ни милосердия, что, пожалуй, было куда страшнее.

Он поднял меч и прижал лезвие вплотную к горлу кучера.

Увидев собственное искаженное ужасом отражение, дрожащее на стали, кучер с шумом сглотнул. Крупная капля пота медленно скатилась по его щеке.

Затем, по какой-то странной причине, страх на его лице начал угасать. Он улыбнулся, прежде чем его глаза метнулись куда-то за плечо Рувиана, и в них вспыхнула искра надежды.

Позади Рувиана, пригнувшись к земле и занеся короткий клинок, с рывком бросился Гуллард.

Юзуки наблюдал за приближением стражника с усталым вздохом.

— На твоем месте я бы не стал этого делать, — пробормотал он, и в его глазах, по мере того как Гуллард сокращал дистанцию, зажегся лихорадочный блеск. — Но, опять же, ты — не я.

Гуллард оттолкнулся от земли и полоснул клинком по направлению к затылку Рувиана. Удар был быстрым, бесшумным и безупречно выверенным.

Рувиан, однако, даже не обернулся, и его взгляд не покинул кучера. Его меч двинулся лишь раз, прочертив холодную серебряную линию в темноте.

А секунду спустя…

Кровь брызнула на дорогу, когда Гуллард, споткнувшись, провалился мимо него. Клинок выскользнул из его пальцев, и тело с глухим стуком рухнуло рядом с кучером.

Кучер уставился на труп Гулларда, и улыбка застыла на его лице. Медленно его взгляд поднялся к крови, стекающей по лезвию Рувиана. Всякая надежда, что теплилась в нём, угасла даже быстрее, чем жизнь Гулларда.

Затем ледяным, беспощадным голосом Рувиан спросил:

— Ключ от отсека. Где он?

Вскоре Рувиан уже был внутри разбитой каретки, перебирая разбросанный товар.

Юзуки шагал рядом, не в силах коснуться физического мира или предложить хоть малейшую помощь. Впрочем, это ничуть не мешало ему трепаться без умолку. Казалось, полное игнорирование лишь раззадоривало его.

— Эй, знаешь, я начинаю думать, что ты стал еще страшнее, чем прежде. Хочешь знать почему? Нет? Даже капельки любопытства нет?

Юзуки подался вперед, ожидая ответа, который так и не прозвучал.

Рувиан открыл еще один деревянный ящик, даже не взглянув на призрака. Внутри обнаружилось лишь сушеное мясо, завернутое в грубую ткань, поэтому он захлопнул крышку и отшвырнул ящик в сторону.

— Ха, ладно, как хочешь, — продолжал Юзуки, скрестив руки на груди. — Я просто запру ответ у себя в черепной коробке, пока он не сгниет. О, да я и не собирался тебе рассказывать, если честно!

Рувиан перешел к следующему ящику, сохраняя непроницаемое выражение лица, пока его руки методично обыскивали груз. Юзуки наблюдал за ним несколько секунд, но тишина быстро начала его грызть. Он прищурился и заходил за спиной Рувиана, словно беспокойный призрак.

— Ладно, ладно. Я понимаю, почему ты не можешь говорить, так что, полагаю, я просто постою здесь, пока ты будешь делать всю грязную работу. Не то чтобы у меня был большой выбор, верно? Ха, да нет, конечно, его у меня нет, ведь меня, по всей видимости, прокляли вечно наблюдать, как ты угрюмо молчишь!

Он попытался пнуть стенку, но нога просто прошла сквозь нее.

Рувиан проигнорировал бесконечный шум, которого все равно не слышал, и присел возле задней части каретки.

Он провел пальцами по деревянному полу, ощущая грязь, трещины и неровные края. Большинство досок были погребены под слоем пыли, но одна из них странным образом выделялась чистотой по краям.

Его пальцы замерли.

Затем он надавил на угол, и из-под пола донесся тихий щелчок.

Щелк!

— О, постой... ты что, уже нашел?

Юзуки подался ближе, его ухмылка стала шире, когда он уставился на доску.

— Нашел. Ты правда нашел. Ха! Хорошая работа.

Это случилось быстрее, чем он ожидал, но времени терять они не могли. Следующий конвой вскоре должен был прибыть для проверки груза, и, обнаружив каретку в таком состоянии, они поднимут по тревоге всю округу.

Так что им нужно было забрать то, за чем они пришли, и убраться отсюда, пока этого не произошло.

Рувиан вставил ключ в крошечное отверстие, скрытое возле доски, и повернул его один раз.

Напольная панель слегка приподнялась, открывая длинный узкий отсек. Его внутренние стенки были обиты темной тканью, а края окаймляли тонкие серебряные метки — защита для того, что хранилось внутри.

В прошлых циклах, когда они пытались совершить налет на Базар Эшвей, но терпели неудачу и погибали, именно в этом потайном отделении лежал свиток, который они искали.

Рувиан извлек скрытый отсек из-под пола целиком и прижал его к боку. Несмотря на внушительные размеры, находка оказалась на удивление легкой.

Не бросив на карету больше ни единого взгляда, он направился к выходу.

Клац!

Внезапно где-то позади него раздался глухой звук.

Рувиан замер на пороге.

Даже игривое выражение лица Юзуки испарилось. Он медленно повернул голову к задней части кареты, а его глаза сузились в узкие щелочки.

— …Что это было?

В ответ ему — лишь тишина.

Ни один из них не шелохнулся.

Ночь за пределами кареты оставалась пугающе неподвижной; покой нарушали лишь далекое стрекотание насекомых да едва слышный шелест листвы. Однако внутри тесного пространства каждый вдох и каждый удар сердца казались оглушительно громкими.

Клац!

Звук повторился. Едва уловимый. Словно кто-то подтолкнул один из деревянных ящиков внутри кареты.

Рувиан беззвучно припал к земле, понизив центр тяжести. Пальцы крепче сжали рукоять меча, а взгляд пронзил каждый ящик, нагроможденный в карете.

Клац!

Звук раздался в третий раз.

Затем длинный деревянный ящик внезапно соскользнул с верхушки стопки. Ударившись по пути о другой ящик, он с тяжелым грохотом рухнул на пол.

Глаза Юзуки округлились.

— …А?

Рувиан, в свою очередь, удивленно приподнял брови.

Хватка на мече медленно усилилась. Каждая мышца его тела была напряжена и готова к бою, пока он, не мигая, наблюдал за ящиком.

Ничего не произошло.

На одну долгую секунду в карете воцарилась полная тишина.

Затем тишину нарушил тихий скрежет.

Деревянный ящик медленно пополз по полу. Под ним ничего не было, его никто не толкал, но он продолжал сам по себе дюйм за дюймом приближаться к Рувиану.

Юзуки издал сухой смешок, который эхом отозвался в тесном пространстве кареты. Он медленно прикрыл ладонью нижнюю часть лица.

— …Кажется, я окончательно сошел с ума.

Он склонил голову набок, и с каждой секундой его ухмылка становилась все шире. Он не сводил глаз с ползущего ящика, словно это было самое безумное зрелище, что ему доводилось видеть.

— Нет, погоди. Я забыл, что это было так давно.

Ещё один смешок сорвался с его губ.

— И кем же я теперь становлюсь? — он развел руками, беспомощно улыбнувшись. — Тем, кто сошел с ума дважды? Разве это вообще возможно?

Рувиан ещё мгновение оставался на месте, не сводя глаз с деревянного ящика.

Затем любопытство медленно взяло верх.

Не раздумывая больше ни секунды, Рувиан шагнул вперед.

Если это его убьёт — пусть так. Он всегда может вернуться на несколько секунд, а то и минут назад, и просто уйти прочь.

Улыбка Юзуки погасла.

— ...Ты и правда собираешься открыть его, да?

Рувиан не колебался.

По непонятной причине его вдруг непреодолимо потянуло открыть этот ящик. Пальцы сомкнулись на краю крышки, и он начал медленно приподнимать её.

Рука Рувиана замерла на полпути лишь на краткое мгновение. Затем он откинул крышку до конца, являя миру то, что всё это время было скрыто внутри.

Это был меч.

Или, если быть точнее, клинок цвета воронова крыла с длинным, плавно изогнутым лезвием. Ножны, рукоять и даже гарда были темнее самой глубокой ночи, поглощая тот скудный свет, что проникал в карету.

В тот же миг, как меч показался на свет, ухмылка Юзуки исчезла.

Его зрачки сузились.

— ...Не может быть.

Дыхание Юзуки стало прерывистым; он смотрел на клинок, не в силах моргнуть. Смех, звучавший всего мгновение назад, улетучился без следа.

А затем в сознании Юзуки что-то внезапно щелкнуло.

Его глаза расширились ещё сильнее.

— Вот оно что...

Он наконец вспомнил.

Причина, по которой он с самого начала следил за этим видением, никогда не заключалась в том, чтобы наблюдать за регрессиями Рувиана.

Нет, он был здесь ради этого меча.

Точнее, он был здесь, чтобы узнать правду.

Что случилось с этим клинком?

И почему он всё это время хранил молчание, хотя Великий дух утверждал, что тот должен уметь говорить?

Однако, стоило Рувиану коснуться лезвия, как из глубин души Юзуки донесся холодный, могильный голос.

[Течение достигло предела.]

[Оставшиеся записи недоступны.]

[«Река Времени» больше не может поддерживать ваше присутствие.]

«А? Погоди... какого черта?»

После этого всё вокруг начало медленно расплываться, прежде чем погрузиться во тьму.

[Басня: «Начало после конца» достигла предела вашего свидетельства.]

──────── ✦ ────────

[Глава 280: Конец видения]

Авт.: Читателям, дошедшим до этого момента ↓