Другие изо всех сил старались избежать войны, а он пошёл, даже солгав о возрасте. В прошлом и настоящем ‒ бесстрашный парень.

— Короче, я пошёл туда, но мне не разрешали покидать отряд. Говорили, что нужно заслужить право.

Я понимала.

Дезертирство во время войны ‒ это тяжкое преступление.

— Поэтому я вызвался на передовую. Там я впервые убил человека.

Я вздрогнула.

Моё тело рефлекторно содрогнулось. Но сам он выглядел совершенно спокойным.

— Ты… был в порядке?

— Наверное? Честно говоря, я уже плохо помню. Там смерть была обычным делом.

На мой осторожный вопрос он пожал плечами.

Хотя он был моложе Лилиан, он был слишком близко знаком со смертью. По своей воле или нет.

Моё лицо помрачнело. Тогда Яшин, пытаясь разрядить обстановку, сменил тему:

— Слушай, я понимаю, что тебе страшно! В отличие от нас, ты никогда не держала в руках настоящий меч и не сражалась насмерть.

Эти слова были наполовину правдой.

У Лилиан, настоящей хозяйки этого тела, было много такого опыта, но я — "я" — была обычным человеком с необычной судьбой.

Яшин, закатив глаза, прочистил горло и сказал:

— Лилиан, запомни только одно.

Его чёрные глаза смотрели на меня ясно.

Спокойным, но уверенным взглядом.

— Если не убьёшь ты, убьют тебя ‒ вот когда нужно взмахнуть мечом. Всё просто.

Я машинально кивнула. И обдумала его слова.

«Если не убьёшь ты, убьют тебя…».

Я не знаю, сколько раз мне придётся столкнуться с этим, но теперь одно было ясно.

Мне не подходит "такая жизнь".

Командир рыцарей герцогства Пеллиум, Артур Брант.

Сэр Брант, как его обычно называли, был до мозга костей верным рыцарем, который защищал герцога среди бесчисленных опасностей.

— Я с радостью последую за вами, принц.

Артур поклялся в верности герцогу, тогда ещё всего лишь незаконнорождённому принцу. С тех пор, как его стратегия спасла жизни тысяч солдат, когда он только достиг совершеннолетия.

Их связь, начавшаяся на поле боя, продолжалась и после войны.

— …Судя по всему, в особняке герцога есть "уши".

— Это всегда было так. Ты уже привык, не так ли?

Герцог безразлично откинул волосы назад. Сэр Брант, колеблясь, с серьёзным видом заговорил:

— Ваша Светлость, позвольте мне сказать кое-что?

— Конечно.

Герцог легко разрешил.

Но его верному подчинённому было нелегко сказать это своему господину. Сэр Брант несколько раз открывал и закрывал рот, прежде чем наконец заговорил:

— Должна ли эта горничная… оставаться рядом с вами?

Тук.

Рука герцога остановилась. Атмосфера в кабинете изменилась.

Хотя имя не было названо, он понял, о ком идёт речь.

Личная горничная герцога, Лилиан.

— Слишком много странностей. Вы, должно быть, уже заметили.

— ……

— Вы всегда соображаете быстрее меня.

Внезапно изменившиеся характер и работоспособность, дистанция с ключевыми людьми в особняке, включая самого герцога, пыточная, где чувствовались следы чужаков, как и предполагалось, и эта попытка убийства.

Все эти подозрительные обстоятельства указывали на "неё".

— В других обстоятельствах вы бы обязательно допросили её и выбили признание. Даже если бы несколько человек умерли в процессе, вы бы не обратили внимания.

За время, прошедшее до сих пор, герцог лично захватил десятки шпионов. И их конец всегда был один ‒ самоубийство или убийство.

Не для того ли он недавно уезжал, чтобы разрешить эти сомнения?

Сэр Брант продолжал:

— Но вы слишком мягки с этой горничной. Неужели вы…

— Хватит.

Герцог резко оборвал его.

Это было предупреждение, чтобы он не переступал черту.

— …Прошу прощения.

В конце концов сэр Брант склонил голову в знак извинения.

Между ними повисла тишина.

И через некоторое время.

— Сэр Брант, — тихо заговорил герцог.

Благодаря разговору с Яшином, я впервые за долгое время выспалась. Конечно, чтобы заснуть, потребовалось время, но в целом было гораздо лучше.

— Ладно, скажу прямо.

Я, проснувшись с ясной головой, посмотрела на плотно закрытое окно и решила.

Я расскажу герцогу правду о себе!

«Прости, Лилиан…».

Как ни думай, я не была уверена, что смогу быть шпионкой, как она.

Я тренировалась, но когда передо мной оказался настоящий меч, я растерялась. Как я могу продолжать быть шпионкой?

До сих пор мне везло, но я устала от этой опасной игры.

И главное…

«Я больше не хочу обманывать герцога».

Он был хорошим человеком.

Хотя его шутки были грубыми, он был своенравным, и у него был ужасный характер!

Но это было не всё.

Герцог был храбрым, смелым и больше всех заботился о своём поместье.

И иногда…

— Что, хочешь побыть со мной подольше?

— Потанцуем, Рири.

— …Прости.

— Ты в порядке, Рири?

Он был нежным.

Может быть, даже если он узнает правду о Лилиан, он поймёт меня ‒ мне хотелось в это верить.

«Нет, не нужно так далеко загадывать!»

Моя цель ‒ признаться герцогу, что я шпионка, и попросить его о защите. Если возможно, то и для семьи Лилиан.

Возможно, это сделает меня двойным агентом между герцогом и организацией, но я скорее поверю герцогу, чем организации, которая присылает убийц.

Кх-кх.

Я надавила на ладонь, всё ещё перевязанную. Она всё ещё болела, но уже заживала. Думаю, завтра я смогу вернуться к работе.

«Завтра я пойду к герцогу и скажу ему».

Что я шпионка, которую прислала другая организация.

И что мне очень жаль, что я обманывала его.

…Я была полна решимости.

— Ты пришла раньше, чем я ожидал.

Герцог, увидев меня в кабинете, мельком взглянул на меня. Он выглядел так же, как обычно.

Я тихо вздохнула и открыла рот:

— Я…

В этот момент его красные глаза устремились на меня. Мой рот сам собой закрылся.

«Я не могу говорить…!»

Я забыла, что у герцога был пронизывающий взгляд, от которого сводило ноги.

Я прокручивала в голове, что скажу, перед сном, но когда я встретилась с ним, я не могла вымолвить ни слова!

— Что? Хочешь что-то сказать?

Он подпёр подбородок рукой и спросил. Я не могла смотреть ему в глаза, поэтому опустила взгляд.

— Ну, это…

Скажи.

Скажи сейчас.

Ты сможешь!

Мысленно внушая себе это, я сжала руки и выпалила:

— С, спасибо, что вы беспокоились обо мне!

Мой громкий голос разнёсся по кабинету.

Герцог усмехнулся, затем нахмурился и подал знак глазами:

— Рири, рука.

Его взгляд упал на мои руки.

Я сняла бинты, так как они почти зажили, но всё ещё оставались лёгкая боль и шрамы.

Я поспешно разжала руки.

— Вот так.

Только тогда герцог расслабился и кивнул.

Мне не удалось сказать то, что я хотела, и я могла только неловко улыбнуться.

— Ха-ха…