— Я расскажу, где она находится, после того как ты меня убьёшь.

Похоже, от намерения сперва выяснить местонахождение Джейн придётся отказаться. Мысленно вздохнув, Лиам мог лишь надеяться, что благодаря своему несгибаемому характеру Джейн Осмонд сумеет продержаться ещё немного, после чего снял пальто и небрежно бросил его на землю.

Оставалось молиться, чтобы в гробу было достаточно воздуха и он успел спасти Джейн Осмонд прежде, чем станет слишком поздно.

Как тогда, в особняке Стрэндона, ему нельзя было опоздать.

≫ ──── ≪•◦ ❈ ◦•≫ ──── ≪

«О, кажется, сражение уже началось».

Эль произнёс это с нескрываемым интересом.

Наблюдая за происходящим на водной глади, я впервые поняла, насколько пугающим могло быть выражение лица Лиама Мура. 

Под зимним солнцем его глаза холодно сияли светло-лиловым цветом, пока он безостановочно анализировал движения противника и определял, с какой стороны лучше нанести удар.

«Кожа у гулей чрезвычайно толстая и больше напоминает цельный кусок резины. Впрочем, у этого мальчика наверняка найдётся способ справиться с ней».

В памяти сразу возник тот клинок, прозрачный и хрупкий на вид, словно сделанный из стекла.

Лиам Мур отступил в сторону от бросившегося на него Филипа Питерсона, перехватил его шарф и обмотал ткань вокруг ладони, а затем с поразительной ловкостью уклонился от удара ногой, направленного ему в живот.

— Он что, проходил подготовку в каком-нибудь особом военном подразделении?

Эль рассмеялся. Он находился рядом со мной, однако, кроме рук, разглядеть ничего не удавалось, и я видела лишь очертания фигуры, полностью укутанной в чёрный плащ. Заметив, что мой взгляд ненадолго задержался на нём, Эль снова указал на водную поверхность.

«Сосредоточься на происходящем».

— По-моему, он прекрасно справляется и без моего внимания.

Может быть, мне всё же следовало хотя бы немного его подбодрить?

— Держись, Лиам… Впрочем, я болею за того, кто победит.

В моём голосе не слышалось ни капли воодушевления.

И всё же я не могла поверить, что Лиам Мур, сумевший одолеть звёздного вампира, не справится с одним Филипом Питерсоном. Прежде ему уже удавалось побеждать существ, которые были намного крупнее и опаснее, поэтому нынешний противник казался почти пустяком.

Причин для тревоги не оставалось, поскольку Лиам Мур действительно сражался превосходно. Когда когти гуля разорвали рукав его рубашки, на лице мужчины даже промелькнуло лёгкое сожаление об испорченной одежде.

Заметив, насколько непринуждённо противник держится во время боя, Филип Питерсон, похоже, пришёл в ещё большую ярость. Лиам и правда выглядел так, словно вовсе не воспринимал эту схватку всерьёз. 

В физической силе между ними существовала определённая разница, однако на стороне Лиама оставались опыт и мастерство.

Испустив яростный вопль, Филип Питерсон снова бросился вперёд, но внезапно споткнулся о нечто невидимое и рухнул на землю. Лиам прижал его плечо ногой, после чего спокойно наклонился над поверженным противником.

— Неужели тот, с кем вы заключили сделку, не предупредил вас о подобных вещах?

— Как ты… Как ничтожество вроде тебя способно на такое?!

— Если вы следили за мной целых пять лет, то должны были хотя бы понять, что я не являюсь обычным сыщиком. Судя по всему, способность учиться на собственных ошибках у вас развита гораздо хуже, чем я предполагал.

Лиам Мур, отражавшийся на водной поверхности, укоризненно цокнул языком. Разросшиеся травы опутали руки и ноги Филипа Питерсона, и каждый раз, когда тот начинал вырываться, стебли с треском рвались, но тут же вырастали заново и ещё крепче сковывали его движения.

Наконец в руке Лиама появился тот самый клинок. Прозрачный, словно стеклянный, он отливал холодной синевой и напоминал озеро, через которое мы с Лиамом когда-то переместились в Гринвич. Клинок был ледяным, голубым и почти невидимым.

— Нет! Он ничего подобного не говорил! Он уверял, что мне достаточно будет просто убить тебя!

— Какая досада, однако на этот раз нам лучше больше никогда не встречаться.

Раздался сухой звук рассекаемой плоти, и в тот же миг я открыла глаза.

Первым, что оказалось передо мной, был древесный узор. Судя по всему, гроб достался мне далеко не самого высокого качества, потому что жёсткие дешёвые доски сильно давили на спину. 

Вероятно, во время рытья могилы землю плохо очистили от камней, из-за чего со стороны икр дно немного приподнималось. Похоже, всю ночь я пролежала под наклоном, и кровь непрерывно приливала к голове.

— Удивительно, что я вообще не умерла в таком положении…

Теперь стало понятно, почему Эль позволил мне вернуться лишь после завершения сражения. Я даже почувствовала к нему лёгкую благодарность, хотя поначалу успела как следует его обругать.

Голос Лиама доносился откуда-то издалека.

— Джейн!!!

Значит, он всё-таки находился на кладбище Вулидж. В тесном гробу я с трудом подняла руку и принялась колотить по крышке.

— Лиам! Лиам Мур, я нахожусь здесь!

— Джейн! Где ты?!

Чёрт, он меня не слышал. Если задуматься, сейчас я была погребена на глубине шести футов, а значит, если лондонские погребальные обычаи не изменились, между мной и поверхностью находилось примерно сто восемьдесят два сантиметра земли.

Что обычно клали в гроб при погребении человека в Лондоне девятнадцатого века?

Под руку попалось что-то непонятное, напоминавшее то ли верёвку, то ли металлический прут, и, когда я потянула за него, где-то наверху раздался слабый звон.

— Это безопасный гроб! Меня положили в безопасный гроб!

Я припомнила, что подобные гробы снабжали колоколом, соединённым с поверхностью, чтобы человек, которого ошибочно признали умершим и который на самом деле лишь впал в состояние мнимой смерти, смог подать сигнал после пробуждения.

Изо всех сил дёргая за верёвку, я заставила колокол звонить почти без остановки, и голос Лиама Мура постепенно начал становиться всё ближе.

— Джейн!

Боже, благодарю тебя. Похоже, умирать в этой могиле мне всё-таки было не суждено.

Вскоре издалека донёсся ещё один знакомый голос, и я поняла, что прибыл инспектор Джефферсон. Полицейские торопливо принесли лопаты и начали раскапывать могилу, а через некоторое время к ним присоединился Лиам, который, по всей видимости, больше не мог спокойно ждать. 

Несколько крепких мужчин быстро убрали шесть футов земли, и вскоре одна из лопат ударилась о крышку.

— Здесь находится гроб!

— Раз уж вы его нашли, откройте эту проклятую крышку! У меня сейчас голова лопнет от прилившей крови!

— Господи, мисс Джейн действительно жива!

Всё происходящее напоминало какую-то нелепую комедию, одновременно смешную и печальную. 

Мне хотелось рассмеяться, однако после собственного погребения заживо веселиться от души казалось как-то неуместно. 

К тому же, если бы из могилы внезапно послышалось хихиканье, раскапывавшие её полицейские наверняка перепугались бы до смерти.

Примерно через десять минут край лома начал приподнимать крышку, и сквозь образовавшуюся щель внутрь наконец хлынул свежий воздух.

Когда крышку полностью сняли, сверху раздались радостные возгласы:

— Это мисс Джейн Осмонд! Мы нашли её!

— Она не пострадала?

— Мисс Осмонд жива и выглядит совершенно здоровой!

Я недовольно возразила:

— Что значит совершенно здоровой? Попробуйте сами провести всю ночь в этом гробу, и тогда поймёте, что в таком положении даже уснуть невозможно.

Разминая затёкший затылок и осторожно поворачивая голову из стороны в сторону, я заметила сидевшего рядом Лиама, с ног до головы перепачканного землёй, и потрясённо воскликнула:

— Господи, Лиам, ты только посмотри, во что превратился!

Ещё удивительнее было наблюдать за тем, как мужчина, совсем недавно сражавшийся с гулем и походивший на острый, безупречно заточенный клинок, теперь окончательно утратил прежнюю собранность.

Из глаз Лиама Мура одна за другой начали падать слёзы. Похоже, он и сам растерялся из-за собственной реакции, однако остановиться уже не мог. Иногда мне казалось, что я слишком часто заставляю Лиама Мура плакать, хотя, возможно, это было лишь моим воображением.

Влажные ресницы и слёзы, стекавшие по щекам и смывавшие с кожи грязь, создавали картину, достойную полотна великого художника. Я смотрела на мужчину со спутанными чёрными волосами и разорванной, испачканной одеждой, который молча сидел передо мной и никак не мог сдержать слёз.

— Лиам… Уильям Скофилд Мур, почему ты…

— Я ведь не опоздал?

Раз не прошли целые сутки, значит, он действительно успел вовремя. По моим ощущениям, я провела здесь не больше получаса, и всё это благодаря тому чёрному пространству. Поначалу оно вызывало у меня лишь раздражение, однако теперь я испытывала к нему даже некоторую признательность.

Мне ничего не оставалось, кроме как раскрыть объятия. Лиам сразу прижался ко мне, а я начала успокаивающе поглаживать его по вздрагивающим плечам.

Полицейские, заглядывавшие внутрь могилы, торопливо отвернулись, а те, кто находился в самой яме, тоже поспешно начали выбираться наружу.

— Почему вы все вдруг разом полезли наверх?

Снаружи донёсся растерянный голос Джефферсона, после чего выбравшиеся полицейские почти хором закричали:

— Отойдите назад, инспектор! Нам сейчас совершенно нельзя им мешать!

Дело принимало опасный оборот. Оставалось надеяться, что эти люди умеют держать язык за зубами, иначе ночью Лиам Мур мог явиться к каждому из них с ножом и начать устранять свидетелей.

— Ты не опоздал, ведь со мной действительно всё в порядке.

Плечо постепенно намокало от его слёз, и я уже начинала опасаться, что Лиам доведёт себя до полного изнеможения и потеряет сознание. Продолжая гладить его по спине, я невольно улыбнулась.

Я осталась жива, а Филип Питерсон был побеждён, поэтому теперь он, вероятно, больше никогда не сможет вытаскивать мертвецов из могил.

≫ ──── ≪•◦ ❈ ◦•≫ ──── ≪

Лишь после того, как Лиам окончательно успокоился, мы смогли выбраться из раскопанной могилы.

Выглядели мы оба совершенно ужасно. Я накинула на плечи пальто констебля Репи, а Лиам вновь облачился в собственную перепачканную землёй верхнюю одежду, после чего мы вернулись на улицу Бейлонз 13.

Мэри так и не заметила, что мы исчезали. Мы по очереди тщательно вымылись, избавились от всех улик и появились перед ней уже в совершенно опрятном виде.

За поздним завтраком, который одновременно служил обедом, Мэри спросила:

— Господин Мур, вы вчера очень поздно легли спать?

Лиам, как раз пивший кофе, едва не поперхнулся.

— Что вы сказали, мисс Мэри?

— Просто у вас очень красные глаза.

— Наверное, это из-за вина. Лиам, тебе определённо следует на некоторое время совсем отказаться от алкоголя.

Уши Лиама сразу покраснели. Я неспешно жевала тост и одновременно перечитывала записи в блокноте, не забывая сохранять новые данные поверх прежних.

— Я только закончу завтракать и снова немного посплю, Мэри. Вчера в отеле я так перенервничала, что потом всю ночь не могла уснуть…

Мэри растерянно моргнула, явно не понимая, о чём именно я говорю.

«Поверь, причина существует, и виноват в ней один безумец».

Плечи Лиама задрожали от сдерживаемого смеха, и я тоже не смогла удержаться от улыбки. Дело было раскрыто, а я по-прежнему находилась здесь, живая и невредимая.