Я что-то принесла с собой?

На мгновение склонив голову набок, я увидела, как он улыбнулся, обнажив зубы. Длинный палец, похожий на паучью лапу, указал на меня, а точнее, на карман моего пальто.

— Достань то, что лежит у тебя в кармане.

Недоумённо посмотрев на него, я вынула засохшую георгин, которую прихватила с собой на всякий случай.

Как он узнал?

Выражение лица Плурититаса неожиданно изменилось, и с его губ сорвалось заинтересованное бормотание:

— О-о… вот уж чего я совсем не ожидал увидеть.

В следующее мгновение он неожиданно резко, почти хищно выхватил у меня георгин.

Хруст.

Стебель переломился пополам, а когда упал на стол, тут же рассыпался на мелкие кусочки.

— Что это такое?

— Сейчас это самый обычный цветок, но… — ответил Плурититас, не сводя с него взгляда. — Когда-то над ним, по всей видимости, провели одну весьма неприятную обработку. Сам я подобными вещами не занимаюсь, однако читать оставленные ими следы всё ещё умею. Время, знаешь ли, страшная вещь.

Произнеся это, он лишь пожал плечами, словно речь шла о сущем пустяке. Впрочем, я уже и без того понимала, что он гораздо старше, чем выглядит, и сохранился для своего возраста просто невероятно хорошо. Не говоря ни слова, я продолжала смотреть на георгин, медленно рассыпающуюся в его ладони.

— Кажется, такой цветок прислали Лиаму. Пока меня не было.

— Это получил Лиам Мур?

— Нет. Это… нашли в комнате другого человека из Гринвича.

Плурититас без всякой жалости растёр высохший цветок в порошок и рассыпал его по стеклянной столешнице. Получившаяся горстка больше всего напоминала серый пепел. Он коснулся её длинным пальцем и спокойно произнёс:

— На первый взгляд это всего лишь обычный цветок, но стоит тому, кому он предназначен, прикоснуться к нему, как он начинает автоматически отслеживать местонахождение своей цели. Что-то вроде следящего маячка.

— Следящего маячка…

Я уже очень давно не слышала этого слова. В девятнадцатом веке подобные механизмы были настоящей редкостью, а человека, рассуждавшего о таких вещах, большинство без раздумий сочло бы фантазёром. Разве способен человек ходить по Луне, висящей высоко в небе? Разве способен летать? Да и хорошо ещё, если после подобных разговоров тебя не объявят сумасшедшим.

Наверное, на моём лице появилось слишком странное выражение, потому что Плурититас, заметив его, слегка приподнял брови. Правда, из-за того что они были совершенно белыми, это движение оказалось почти незаметным.

— Иными словами, отправитель способен отслеживать получателя до тех пор, пока не доберётся до него. Любопытная вещь. Не знаю, кто её создал, но от неё исходит настолько отвратительная злоба, что ошибиться невозможно.

После короткой паузы он с неожиданной насмешкой добавил:

— Впрочем, Лиам Мур не из тех, кто умрёт всего лишь от одного проклятия.

Это действительно было так. Даже если бы на него разом обрушилась сотня проклятий, этот человек сначала спокойно закончил бы вязание, потом с удовольствием перекусил, а уже после с удивлением сказал бы: «А? Я проклят? Вот как? Наверное, тогда мне стоит хотя бы один раз упасть в обморок».

— Значит, это не первый случай?

— Именно.

— Остальные жертвы тоже получали такие цветы?

— Вероятность этого очень высока.

Не сводя взгляда с порошка, я осторожно спросила:

— А нельзя ли проследить это в обратную сторону? Использовать этот… сигнал… перехватить его по пути или что-нибудь в этом роде? Было бы достаточно узнать хотя бы того, кто отправил цветок…

Плурититас посмотрел на меня с заметным интересом и слегка пожал плечами.

— Будь это обычный механизм, подобное действительно оказалось бы возможным, но проклятия всё-таки находятся за пределами моей специальности.

— Человеку, прожившему столько лет, стоило бы хоть чему-нибудь научиться.

— Посмотрите только на нынешнюю неблагодарную молодёжь.

— Молодёжь вообще такая.

Он покачал головой и с лёгкой усмешкой произнёс:

— Ты удивительно похожа на Лиама Мура.

После этого он на мгновение умолк, а затем уже спокойнее продолжил:

— Как бы то ни было, это всё, чем я могу тебе помочь. Всё остальное придётся выяснять самостоятельно.

Что ж, ничего не поделаешь. Я сдержала готовый сорваться вздох.

— Что касается беготни, то это как раз моя специальность…

И всё же нельзя было сказать, что я уйду отсюда ни с чем. 

Георгин оказалась именно той решающей уликой, которой мне так не хватало, а значит, теперь нужно было найти членов Гринвича и проверить, получали ли они такие цветы за последние несколько дней. 

Если среди них найдётся тот, кому прислали георгин, придётся немедленно принять меры. Если действовать достаточно быстро, их можно будет защитить, а если повезёт, удастся ещё и поймать нападающего.

Именно тогда прозвучали совершенно неожиданные слова:

— Я хочу снять слепок с руки.

Этот мужчина даже сейчас смотрел на мою руку с таким сожалением и навязчивым интересом, будто едва сдерживался. Он всё время облизывался, и по всему было видно, что его терпение уже подходит к пределу.

Теперь я понимала, почему Лиам, добившись своего, всегда старается как можно быстрее уйти. 

Плурититас был из тех, кто становится невыносимо липким, если задержаться рядом с ним слишком надолго. Разумеется, проблема заключалась не только в этой липкости, но ещё и в том, что он когда-то пытался отрезать Лиаму голову.

Я украдкой оценила его взглядом и осторожно спросила:

— Эм… из чего вы собираетесь делать слепок?

— Для начала я хотел бы оставить рисунок, а затем использовать гипс. Ради понимания структуры мне хотелось бы хотя бы один раз вскрыть её, но, к несчастью, материалов с изображениями достаточно. А если материалов достаточно, заводить новый экспериментальный образец было бы пустой тратой ресурсов.

Он, кажется, был безумен. На мужчину, который только что признался, что хотел бы разрезать мою руку, даже не спрашивая моего желания, я посмотрела, мягко говоря, с полным изнеможением.

— Можешь не беспокоиться. Я не стану её вскрывать.

А по-твоему, это звучит так, будто можно не беспокоиться? С тяжёлым чувством я провела ладонью по лицу.

— Быстро несите гипс. Рисунок нельзя, у меня нет времени. Десять минут. Я дам вам только десять минут.

Плурититас удовлетворённо улыбнулся, словно сытый кот.

≫ ──── ≪•◦ ❈ ◦•≫ ──── ≪

Как бы то ни было, в конце концов Плурититас меня отпустил.

Он не стал угрожать мне так, как когда-то угрожал Лиаму Муру. Вместо этого вручил небольшой подарок, назвав его платой за удовлетворительный образец и столь же удовлетворительное сотрудничество, после чего велел открыть коробку только за пределами особняка. 

Что это вообще такое? Неужели бомба?

— Но будь осторожна.

Мужчина, говоривший так, словно прожил на свете бесчисленное количество лет, неожиданно произнёс эти слова с необычной серьёзностью.

— Охотиться на людей подобным способом приходится не так уж часто. Нет ничего проще, чем поймать того, кто не способен сопротивляться. Если в Лондоне действительно есть существа, охотящиеся на людей, ты тоже не можешь считать себя в безопасности. Они вполне могут находиться совсем рядом с тобой. В человеческом обличье.

В его словах чувствовался скрытый смысл.

— По сравнению с этим раздражающим и невоспитанным Гринвичем ты выглядишь лёгкой добычей. На тебя тоже будет очень удобно охотиться.

— Вот как.

Я лишь послушно кивнула. Человеку, не обладавшему силой, оставалось только принять это к сведению.

— Значит, мне придётся быть осторожнее. Тогда я пойду.

На губах мужчины появилась довольная, почти злорадная улыбка.

— Будет неплохо, если потом сообщишь мне, осталась ли голова Лиама Мура на месте.

Значит, он уже заранее приглашал меня прийти снова.

До смешного похоже на дедушку. Такого дедушку, который перед праздниками обязательно позвонит и скажет: «Ну, быстро приезжай!»

— Да, дедушка.

Ляпнув эту откровенную глупость, я поспешила выскочить из особняка. Он ведь не схватит меня снова только за такую дерзость?

Я всё ещё чувствовала у себя на затылке его холодный взгляд, но Плурититас больше ничего не сказал. Он лишь молча смотрел мне вслед, слегка изогнув уголки губ в улыбке, застывшей на лице, словно мазок на картине.

Чёрная железная ограда бесшумно раскрылась, а затем так же бесшумно сомкнулась за моей спиной. Лишь оказавшись по другую её сторону, я наконец почувствовала, как напряжение, сковывавшее всё тело, медленно отпускает.

Я действительно снова встретилась с Плурититасом. И, что ещё важнее, эта встреча оказалась вовсе не напрасной.

Отойдя немного дальше от особняка, я наконец открыла коробку. Мне кажется или в последнее время мне слишком часто дарят бижутерию?

Внутри лежало простое серебряное кольцо без каких-либо украшений. В оправу был вставлен камень, по цвету удивительно напоминавший глаза самого Плурититаса. 

Кольцо покоилось на мягком бархате и выглядело настолько дорогим, что казалось вещью, изготовленной по индивидуальному заказу. 

На внутренней стороне крышки была приклеена маленькая записка, на которой значилась всего одна короткая фраза:

«Реагирует на опасность».

И как именно оно реагирует?

Неужели он собирается наблюдать за мной через это кольцо?

От одной этой мысли мне стало не по себе. К тому же я никак не могла понять, почему он выбрал камень именно такого цвета. Обычно ведь украшение подбирают под цвет глаз того, кто будет его носить, а не того, кто его дарит.

Испытывая какое-то необъяснимое чувство вины, я всё же тихо заговорила с кольцом:

— Эм… господин Плурититас… Вы ведь меня не слышите? У этой вещи нет такой функции? Подслушивать вообще-то незаконно…

Ответа, разумеется, не последовало.

Значит, это действительно просто кольцо.

Отложив неприятные мысли на потом, я надела его на правую руку. Для моих пальцев оно оказалось слишком большим и более или менее подошло только на большой палец. Кольцо было неожиданно тяжёлым, поэтому я сразу поняла, что забыть о его существовании уже не получится.

«В следующий раз, наверное, стоит купить ему какой-нибудь подарок…»

Покинув жилой район, я глубже надвинула шляпу, скрывая глаза. Стоило свернуть за ближайший угол, как передо мной снова открылась оживлённая улица.

Мимо беспрерывным потоком проходили люди в самой разной одежде. Вдоль дороги тянулись уличные лавки, неподалёку торговец выкладывал яйца в корзинах, и именно в этот момент…

— Простите.

Кто-то неожиданно схватил меня за руку.

Я сразу обернулась.

Передо мной стоял человек, почти полностью замотавший лицо шарфом. Пальто было как минимум на два размера больше его самого, а толстые перчатки скрывали руки, так что определить, кто передо мной, было совершенно невозможно.

— В чём дело?

— Сэр, не подскажете, как отсюда попасть в Гринвич?

Вопрос показался странным. И всё же назвать его совсем незнакомым я тоже не могла.

На мгновение я задумалась, о каком именно Гринвиче идёт речь, но всё же совершенно естественно ответила:

— Лучше отправляйтесь на вокзал. Служащий станции объяснит вам дорогу гораздо лучше меня.

И в то же мгновение незнакомец растворился в толпе.

«…Что это было?»