— Эй! Я же сказал — сделай это! — Не могу.

Упрямство этого парня не знало границ.

— Да почему?! — Я понимаю ваши слова, благодетель. Хоть я и осквернил себя темным искусством, в сердце моем все еще живут заветы праведного пути. Я не могу отнимать жизненные силы у ни в чем не повинных людей ради собственного блага. — Да никто от этого не умирает! Это зависит от того, сколько ты вытянешь, они потом восстановятся! — Все равно не могу, благодетель. — Ах ты!..

Будь у Чжинму хоть капля сомнений, стоило ли вообще ему помогать, он бы прямо сейчас оторвал этому наглецу челюсть.

Ночью тот с безумным блеском в глазах вел себя как кровожадный мясник, а стоило энергии иссякнуть — превратился в святошу из благородного клана, которому и слова поперек не скажи.

Чжинму тяжело и протяжно вздохнул.

После ночного переполоха и короткого отдыха Бэк Пё вернулся в свое обычное, жалкое и немощное состояние.

Он изучил основы внутренней техники и сумел скопить крохи внутренней силы, но иссохшая, растрескавшаяся земля не насытится парой капель дождя.

Он снова шатался от малейшего дуновения ветра и выглядел до слез жалко. Даже палочки для еды в его руке мелко подрагивали.

— Как ты с таким телом вообще туши разделывал? — Это совершенно разные вещи, благодетель.

«Да уж, конечно, разные...»

— Клинок нашего клана следует за дыханием ветра, поэтому даже с остатками дыхания я могу нанести десятки точнейших ударов.

Бэк Пё заговорил с гордостью в голосе.

«Ладно, молодец...»

Надо поскорее от него избавиться.

Однако Чжинму никогда не бросал начатое на полпути. Раз уж решил помочь — доведет дело до конца. Доведет этого дурня прямо до Поместья Бэк, а там пусть делает что хочет.

Путь к Искусству Разума Двух Начал лежал через секту Чхонсон, но то, что было скрыто сотню лет, за пару дней никуда не денется. Он просто сделает небольшой крюк.

А дальше — пусть хоть сам с собой покончит, хоть на чужой клинок бросится, Чжинму уже будет все равно.

«Черт, придется нанять повозку после того, как доберемся на лодке до Чанши. Из-за этого придурка опять придется тратить кровные деньги».

Чжинму мысленно осыпал проклятиями Чхон Умёна и снова вздохнул.

Дзинь.

Пока он тяжело вздыхал, занавеска на входе в харчевню звякнула бубенцами.

В помещение вошли рослый детина в бамбуковой шляпе и пожилой старец. Чжинму, привыкший ни на миг не ослаблять бдительность, бросил на них косой взгляд.

«Крепкие ребята. Движения отточены. Особенно старик — великолепно скрывает внутреннюю ци».

Однако стоило Бэк Пё увидеть их, как его глаза расширились. Он вскочил на ноги, позабыв о собственной слабости.

— Что с тобой? — Глава убийц?..

Услышав это слово, Чжинму снова повернул голову.

Если Бэк Пё назвал его главой, значит, этот старик — предводитель Павильона Трех Убийств. А громила в шляпе — один из тех элитных наемников.

Их появление могло означать лишь одно.

Чжинму мгновенно выпустил восприятие, сканируя харчевню. Какими бы искусными ни были их навыки маскировки, скрыть присутствие от мастера его уровня они не могли.

«Ха! Полюбуйтесь на них».

Пока он препирался с Бэк Пё, посетители в харчевне незаметно сменились.

Подавальщик, старик, ужинающий в углу, парочка на втором этаже... Все до единого были наемными убийцами.

Прятались они во всевозможных обличьях. Словно играли в прятки. Хоть бы маскироваться научились получше.

Похоже, Павильон Трех Убийств собрал всех отборных головорезов озера Дунтинху. И их целью, без сомнения, были Чжинму и Бэк Пё.

«Совсем с ума сошли. Приперлись средь бела дня? И это называют себя наемными убийцами?»

Пока Чжинму недоуменно наблюдал за ними, старик и детина подошли к их столику.

— Не возражаете, если мы присядем?

Старик проявил вежливость, хотя прекрасно видел, насколько Чжинму молод. Значит, пришел договариваться, а не сразу обнажать клинки. Наверняка потребует выдать Бэк Пё.

Какая смелость.

Они знали о силе Чжинму от того убийцы, который прошлой ночью ушел без правой руки. И все же набили харчевню своими людьми — значит, в случае провала переговоров намерены напасть толпой.

Безумцы. Кем они себя возомнили, пытаясь охотиться на мастера ступени Ган? Небось и в глаза таких никогда не видели.

Истинных мастеров абсолютной энергии Ган во всем Муриме едва ли наберется два десятка. Каждый из них равен целой великой секте.

Мелкие бандиты озера Дунтинху, возомнившие себя грозными убийцами, решили пойти ва-банк против ходячей стихии? При том, что он уже раскрыл каждого из них по отдельности?

Чем больше Чжинму думал об этом, тем смешнее ему становилось. Если уж хотели устроить засаду, не стоило давать ему время на оценку обстановки.

— Садись, раз уж приперся.

— Благодарю.

Старик опустился на стул, а детина встал за его спиной, словно телохранитель.

— Я Пом Ён, глава Павильона Трех Убийств. — И что с того?

От такой дерзости лицо старика слегка перекосило.

Перед ним сидел юноша, владеющий энергией Ган. Однако на случай непредвиденных обстоятельств десятки убийц держали его на прицеле. Если договориться не удастся, Пом Ён был готов пойти на крайние меры.

— До меня дошли слухи, что вы великодушно простили наших людей за вчерашнюю оплошность. — Не неси чушь. Если мне взбредет в голову, я вас всех здесь положу. Просто вчера у меня было хорошее настроение, вот и проявил милосердие.

Чжинму глумливо ухмыльнулся, но старик даже бровью не повел. Видимо, был уверен в своих приготовлениях.

— Павильон Трех Убийств не желает наживать врага в вашем лице. — А кто вас спрашивает? Вы же первыми напали.

Стоило Чжинму фыркнуть, как детина в шляпе полоснул по нему ледяным взглядом.

«Этот щенок берегов не видит?»

— Ого! Смотри-ка, подраться захотел?

Взгляд Чжинму мгновенно переменился.

В то же мгновение...

Гу-у-у-у!

Чудовищное давление ци обрушилось на верзилу в шляпе.

— Кх-х!..

Под сокрушительной тяжестью, словно на его плечи упала целая скала, детина попытался воззвать ко всей своей внутренней энергии, но не выдержал и рухнул на колени. Сквозь его плотно сжатые губы потекла тонкая струйка крови.

Со стороны казалось, будто он просто внезапно упал на колени, но старик Пом Ён кожей ощутил исходящую от Чжинму убийственную мощь.

Переговоры провалились. Пом Ён уже собирался подать сигнал к атаке, как вдруг...

— Только шевельни рукой — и вы все здесь сдохнете.

Леденящая душу жажда крови заполнила каждый уголок харчевни.

— Кх-х-х... — Гх-х-х!..

Отовсюду послышались сдавленные стоны.

Не только громила Чхо Рип, но и все замаскированные убийцы внутри здания оказались намертво придавлены к полу чудовищной аурой Чжинму.

При этом сам юноша даже не напрягся — он лишь насмешливо улыбался.

«Э-это... этого не может быть...»

Лицо старика, до этого хранившее невозмутимость, стало смертельно бледным.

— Тупые ублюдки. Вы думали, я с вами шутки шучу? Думали, я пустое место? Кого из вас прикончить первым? Вон того за спиной Бэк Пё? Или ту девку сбоку?

С каждым указанием Чжинму лицо Пом Ёна становилось все темнее.

Они и представить не могли, насколько чудовищна его сила.

— В-великий мастер... молим о пощаде!

Пом Ён поспешно опустился на колени и уткнулся лбом в пол.

— О пощаде? Вчера один ваш парень отдал мне правую руку. А что отдадите вы?

Под смертоносным взглядом Чжинму старик нервно сглотнул. Он понял: охотиться на этого монстра было чистым самоубийством. Невежество чуть не стерло их организацию с лица земли.

Пом Ён торопливо вытащил из-за пазухи увесистый мешочек и положил его на стол.

— Это... всего лишь скромный знак нашего раскаяния. Если позволите, мы немедленно закроем Павильон Трех Убийств и навсегда покинем эти земли. Пощадите нас...

Чжинму скосил глаза на мешочек.

Судя по весу, звон монет внутри приятно ласкал слух. Настроение мгновенно улучшилось — шальные деньги всегда радовали душу.

Продолжат они резать людей или нет — ему было глубоко плевать. Главное, чтобы к Бэк Пё больше не лезли.

Ему как раз нужны были деньги на повозку... И тут Чжинму осенило.

Пом Ён, громила в шляпе и куча убийц в зале. Все они были отпетыми мерзавцами. Самыми настоящими негодяями.

Спрятав мешочек за пазуху и бросив взгляд на Бэк Пё, Чжинму коварно осклабился. В то же мгновение давящая аура рассеялась, словно ее и не бывало.

Послышались жадные вздохи людей, которым наконец вернули воздух. Чжинму заговорил мягким, почти ласковым тоном:

— Ладно. Если выполните два моих условия, я сделаю вид, что ничего не произошло.

Пом Ён внутренне выдохнул с облегчением: жизнь спасена.

— Каковы ваши условия? — Первое: забыть о существовании Бэк Пё.

Это было само собой разумеющимся.

— А второе — сущий пустяк. Ерунда. Считайте, что вас просто укусил комар и попил немного кровушки.

В то время как Чжинму проходил мимо озера Дунтинху, весь Мурим гудел из-за Собрания Драконов и Фениксов. Внимание всех праведных сект и кланов Союза Справедливости было приковано к Уханю.

Участниками собрания были ученики второго поколения или младшие сыновья великих кланов, чей возраст колебался от шестнадцати до тридцати лет.

Это было новое поколение молодых талантов.

Кланы и секты, отправившие своих учеников, задействовали все доступные информационные сети, собирая сведения о соперниках и выстраивая негласную иерархию.

Целью собрания был отбор будущих воспитанников Павильона Драконов и Фениксов с разделением их по рангам.

Все участники после предварительных испытаний делились на четыре категории: Каб, Ыль, Пён и Чон. Это определяло их статус и программу обучения.

Начальный уровень — Отделение Чон. Углубленный уровень — Отделение Пён. Продвинутый уровень — Отделение Ыль. И, наконец, элита из элит — Отделение Каб.

В отличие от остальных, в Отделение Каб отбирали всего восемь человек.

Отношение к ним было исключительным. Программа тренировок, условия содержания, а главное — имена наставников превосходили все мыслимые пределы.

Ходили слухи, что некоторых из них будет лично обучать глава Павильона — Белая Цапля Тын Ё Пхён, а самый лучший получит наставления от самого Святого Меча Чхоль Чжи Ряна. Поговаривали даже, что к обучению приложат руку некоторые из Семи Святых Праведности.

Попадание в Отделение Каб сулило невиданную славу и почет для родной секты или клана.

Именно поэтому каждый амбициозный юноша стремился попасть в заветную восьмерку, ожесточенно оценивая и отсеивая конкурентов.